Yorik

Там очень большой раздел именно по этому периоду. Даже в ГИМе он меньше раза в два. Отличие конкретного изделия конечно могут быть. Но там нет подобных форм и стилистики. Именно об этом я говорю.

В Ереванском историческом музее ничего подобного не видел. Луристан, Ассирия, Персия... тоже такого не припоминаю. Очень тонкие стенки для топора с технической точки зрения. Сильно напоминает современный Китай, там такого плана исполнения орнамента есть.

ДОЖИЛИ: БРАЗИЛЬСКИЙ ТРАНССЕКСУАЛ СТАЛ ЛИЦОМ ЕВРОПЫ Случилось то, к чему давно уже шло: косметическая фирма Лореаль сделала своим лицом транссексуала. Объясняя принятое решение о заключении контракта с бразильской моделью-транссексуалом, косметический концерн мотивировал это тем, что 32-Летняя Леа Серезо, которая два года назад сменила пол с мужского на женский, обладает прекрасной шевелюрой и поэтому идеально подходит для рекламы краски для волос. Сегодня гражданка Бразилии известна в мире моды как Леа Ти. Ранее Леа Серезо снималась для обложек журналов Vogue, Interview и Hercules. Бразильянка является близкой подругой и музой креативного директора дома Givenchy Рикардо Тиши. Интересно, а почему компания Лореаль не заключила контракт с Кончитой Вурст? Она тоже имеет густую растительность, причем не только на голове, но и на лице. Значит, Кончита куда более универсальна, чем Леа Ти. Это, несомненно, было бы намного выгоднее для Лореаль: можно было бы одновременно рекламировать в два раза больше — женскую краску для волос и мужское средство для ухода за бородой, а зарплату платить в два раза меньше...

Что представляли из себя настоящие японские комикадзе? Популяризированный и сильно искаженный образ, сформировавшийся в умах европейцев, имеет мало общего с тем, кем на самом деле они являлись. Мы представляем камикадзе как фанатичного и отчаянного воина, с красной повязкой вокруг головы, человека с разъяренным взглядом за штурвалом старенького самолета, несущегося к цели с криками «банзай!». Но камикадзе были не только воздушными воинами-смертниками, они действовали и под водой. Законсервированные в стальную капсулу — управляемую торпеду-кайтен, камикадзе уничтожали врагов императора, жертвуя собой ради Японии и в море. Прежде чем перейти непосредственно к рассказу о «живых торпедах» стоит ненадолго погрузиться в историю формирования школ и идеологии камикадзе. Система образования в Японии в середине XX века мало чем отличалась от диктаторских схем формирования новой идеологии. С ранних лет детям внушали, что, умирая за императора, они поступают правильно и их смерть будет благословенна. В результате такой академической практики молодые японцы выросли с девизом «jusshi reisho» («пожертвуй жизнью»). Плюс ко всему государственная машина всячески скрывала любую информацию о поражениях (даже самых незначительных) японской армии. Пропаганда создавала фальшивое представление о возможностях Японии и эффективно внушила малообразованным детям тот факт, что их смерть — это шаг к тотальной победе Японии в войне. Уместно вспомнить и Кодекс бусидо (путь воина), который сыграл важную роль в формировании идеалов камикадзе. Японские воины со времен самураев рассматривали смерть буквально как часть жизни. Они свыкались с фактом смерти и не боялись ее приближения. Восстановленная подводная лодка На-51 (Тип С), выставленная на Гуаме Образованные и опытные пилоты наотрез отказывались идти в отряды камикадзе, ссылаясь на то, что они просто обязаны оставаться в живых, чтобы обучать новых бойцов, которым суждено стать смертниками. Таким образом, чем больше молодых людей жертвовало собой, тем моложе были новобранцы, занимавшие их места. Многие были практически подростками, не достригшим и 17 лет, которым выпал шанс доказать свою преданность империи и проявить себя как «настоящие мужчины». Камикадзе набирали из малообразованных молодых парней, вторых или третьих мальчиков в семьях. Такой отбор был обусловлен тем фактом, что первый (то есть старший) мальчик в семье обычно становился наследником состояния и поэтому не попадал в военную выборку. Пилоты-камикадзе получали форму для заполнения и принимали пять клятвенных пунктов: Солдат обязан исполнять свои обязательства. Солдат обязан соблюдать правила приличия в своей жизни. Солдат обязан высоко почитать героизм военных сил. Солдат обязан быть высоконравственным человеком. Солдат обязан жить простой жизнью. Вот так незатейливо и просто весь «героизм» камикадзе сводился к пяти правилам. Несмотря на давление идеологии и императорский культ, не каждый молодой японец рвался принять с чистым сердцем судьбу смертника, готового умереть за свою страну. У школ камикадзе действительно выстраивались очереди из молодых ребят, но это только часть истории. Трудно в это поверить, но и в наши дни еще остались «живые камикадзе». Один из них, Кеничиро Онуки, в своих записях рассказывал, что молодые люди не могли не записаться в отряды камикадзе, потому что это могло навлечь беду на их семьи. Он вспоминал, что когда ему «предложили» стать камикадзе, он воспринял идею на смех, но за ночь передумал. Если бы он осмелился не выполнить приказ, то самое безобидное, что с ним могло случиться, — это клеймо «трус и предатель», а в худшем случае — смерть. Хотя для японца все может быть прямо противоположно. Волею случая его самолет не завелся во время боевого вылета, и он остался жив. История подводных камикадзе не такая веселая, как история Кеничиро. В ней живых не осталось. Идея создания торпед-самоубийц родилась в головах японского военного командования после жестокого поражения в битве у атолла Мидуэй. В то время как в Европе разворачивалась известная миру драма, в Тихом океане шла совсем другая война. В 1942 году императорский флот Японии принял решение атаковать Гавайи с крохотного атолла Мидуэй — крайнего в западной группе Гавайского архипелага. На атолле располагалась авиабаза США, с уничтожения которой армия Японии решила начать свое крупномасштабное наступление. Но японцы сильно просчитались. Битва при Мидуэе стала одним из главных провалов и самым драматичным эпизодом в той части земного шара. При атаке императорский флот лишился четырех крупных авианосцев и множества других кораблей, а вот точных данных относительно людских потерь со стороны Японии не сохранилось. Впрочем, японцы никогда особо не считали своих воинов, но и без того проигрыш очень сильно деморализовал военный дух флота. Это поражение положило начало череде неудач Японии на море, и военному командованию пришлось изобретать альтернативные пути ведения войны. Должны были появиться настоящие патриоты, с промытыми мозгами, блеском в глазах и не боявшиеся смерти. Так возникло особое экспериментальное подразделение подводных камикадзе. Эти смертники мало чем отличались от пилотов самолетов, их задача была идентичной — пожертвовав собой, уничтожить врага. Подводные камикадзе для выполнения своей миссии под водой использовали торпеды-кайтены, что в переводе означает «воля небес». По сути, кайтен представлял собой симбиоз торпеды и малой подводной лодки. Работал он на чистом кислороде и способен был развивать скорость до 40 узлов, благодаря чему мог поразить практически любое судно того времени. Торпеда изнутри — это двигатель, мощный заряд и очень компактное место для пилота-смертника. При этом оно было настолько узким, что даже по меркам небольших японцев, места катастрофически не хватало. С другой стороны, какая разница, когда смерть неизбежна. 1. Японский кайтен в Camp Dealy, 1945. 2. Горящий корабль USS Mississinewa, после попадания кайтена в Ulithi Harbor, 20 ноября 1944 года. 3. Кайтены в сухом доке, Kure, 19 октября 1945 года. 4, 5. Потопленная американскими самолетами субмарина во время кампании Окинавы. Прямо перед лицом камикадзе находится перископ, рядом ручка переключения скорости, которая по сути регулировала подачу кислорода в двигатель. В верхней части торпеды существовал другой рычаг, отвечающий за направление движения. Приборная панель была напичкана всевозможными устройствами — расход горючего и кислорода, манометр, часы, глубиномер и прочее. У ног пилота располагается клапан для впуска забортной воды в балластную цистерну для стабилизации веса торпеды. Управлять торпедой было не так уж и просто, к тому же обучение пилотов оставляло желать лучшего — школы появлялись стихийно, но так же стихийно и уничтожались американскими бомбардировщиками. Первоначально кайтен использовали для атак на пришвартованные в бухтах корабли противников. Подводная лодка-носитель с закрепленными снаружи кайтенами (от четырех до шесть штук) обнаруживала вражеские суда, выстраивала траекторию (буквально разворачивалась относительно места нахождения цели), и капитан подлодки отдавал последний приказ смертникам. По узкой трубе смертники проникали в кабину кайтена, задраивали люки и получали распоряжения по рации от капитана субмарины. Пилоты-камикадзе были абсолютно слепы, они не видели, куда направляются, ведь пользоваться перископом можно было не более трех секунд, поскольку это вело к риску обнаружения торпеды противником. Сначала кайтены наводили ужас на американский флот, но затем несовершенная техника стала давать сбои. Множество смертников не доплывали до цели и задыхались от отсутствия кислорода, после чего торпеда просто тонула. Чуть позже японцы усовершенствовали торпеду, снабдив ее таймером, не оставляя никаких шансов ни камикадзе, ни врагу. Но в самом начале кайтен претендовал на гуманность. В торпеде была предусмотрена система катапультирования, однако она работала не самым эффективным образом, точнее не работала вообще. На большой скорости ни один камикадзе не смог бы безопасно катапультироваться, поэтому от этого отказались в более поздних моделях. Очень частые рейды субмарины с кайтенами приводили к тому, что аппараты ржавели и выходили из строя, так как корпус торпеды был изготовлен из стали толщиной не более шести миллиметров. И если торпеда слишком глубоко погружалась на дно, то давление просто расплющивало тонкий корпус, и камикадзе умирал без должного героизма. Первое свидетельство атаки кайтенов, зафиксированное со стороны США, датируется ноябрем 1944 года. В нападении участвовали три субмарины и 12 торпед-кайтенов против пришвартованного американского судна у берегов атолла Улити (Каролинские острова). В результате атаки одна субмарина попросту затонула, из восьми оставшихся кайтенов два вышли из строя при запуске, два утонили, один исчез (хотя позднее был найден выброшенным на берег) и один, не дойдя до цели, взорвался. Оставшийся кайтен врезался в танкер «Миссиссинева» и потопил его. Японское командование расценило операцию как успешную, о чем немедленно было доложено императору. Более-менее успешно использовать кайтены удавалось только в самом начале. Так, по итогам морских баталий официальная пропаганда Японии заявляла о 32 потопленных американских судах, включая авианосцы, линейные корабли, грузовые суда и эскадренные миноносцы. Но эти цифры считаются слишком преувеличенными. Американский морской флот к концу войны существенно нарастил боевую мощь, и пилотам кайтенов было все сложнее поражать цели. Крупные боевые единицы в бухтах надежно охраняли, и подбираться к ним незаметно даже на глубине в шесть метров было очень непросто, атаковать разбросанные в открытом море корабли у кайтенов также не было возможности — долгих заплывов они просто не выдерживали. Поражение при Мидуэе толкнуло японцев на отчаянные шаги в слепой мести американскому флоту. Торпеды-кайтены были кризисным решением, на которое императорская армия возлагала большие надежды, но они не оправдались. Кайтены должны были решить самую главную задачу — уничтожить суда противника, и не важно, какой ценой, однако чем дальше, тем менее эффективным виделось их использование в боевых действиях. Нелепая попытка иррационально использовать человеческий ресурс привела к полному провалу проекта. Война закончилась.

В ночном городе особенно не постреляешь. Да и смысл? Ночной разбой служит для обогащения, а не отлавливания городской стражи. Ведь они не по одному ходили, а группами. Одного зацепили, второй крик поднял, все всполошились, татя если и не поймали, то ночь для него все равно пропала. Тряпочки тоже могли использовать, но это редко, бои дело не частое.

В отверстия вставляли колечки, которые при перемещении создавали звон, тем самым пугая ночных татей.

Почему русский язык так сложен для иностранцев? Недаром иностранцы плачут, когда учат русский язык. Вот смотрите сами. Перед нами стол. На столе стакан и вилка. Что они делают? Стакан стоит, а вилка лежит. Если мы воткнем вилку в столешницу, вилка будет стоять. Т. е. стоят вертикальные предметы, а лежат горизонтальные? Добавляем на стол тарелку и сковороду. Они вроде как горизонтальные, но на столе стоят. Теперь положим тарелку в сковородку. Там она лежит, а ведь на столе стояла. Может быть, стоят предметы готовые к использованию? Нет, вилка-то готова была, когда лежала. Теперь на стол залезает кошка. Она может стоять, сидеть и лежать. Если в плане стояния и лежания она как-то лезет в логику «вертикальный-горизонтальный», то сидение — это новое свойство. Сидит она на попе. Теперь на стол села птичка. Она на столе сидит, но сидит на ногах, а не на попе. Хотя вроде бы должна стоять. Но стоять она не может вовсе. Но если мы убьём бедную птичку, и сделаем чучело, оно будет на столе стоять. Может показаться, что сидение — атрибут живого, но сапог на ноге тоже сидит, хотя он не живой и не имеет попы. Так что, поди ж пойми, что стоит, что лежит, а что сидит. А мы ещё удивляемся, что иностранцы считают наш язык сложным и сравнивают с китайским.

Черкасская обл.

Бой Александра Карелина Выигранный Без Единого Удара https://www.youtube.com/watch?v=uk3P85bx7cE

А это длинноствол Винтовка для войны с тиранозаврами Вы представляете, что такое по-настоящему мощная винтовка? Нет, это не штуцер калибра 600 нитроэкспресс, и даже не ПТР под 14,5х114. Я так думаю, что и 20-мм «винтовки» смотрятся несколько бледновато по сравнению с этим вот чудовищем 14,9-mm SOP. Несмотря на невпечатляющий, казалось бы, калибр — дульная энергия этого жутеныша составляет, примерно, 60 кДж. Для понимания ощущений: в 24 раза больше, чем пули 7,62 из винтовки Мосина или пулемета ПКМ. И, мало того, даже на дистанции в три мили (4,8км) энергия пули все еще превышает 7 кДж, при сверхзвуковой скорости полета. Каким образом достигаются эти чудеса? Давайте вспомним физику и внешнюю баллистику. Какой параметр определяет падение скорости пули? При прочих равных важнейшую роль играет «поперечная нагрузка», масса на квадратный миллиметр поперечного сечения пули. Это определяет, сколько энергии для преодоления сопротивления воздуха может запасти пуля, — и тут конструкторы супервинтовки делают ход конем: пуля у них больше всего напоминает «урановый лом», соотношение L/D у нее — не меньше 10, а масса — целых 110 граммов. При этом, гильза используется от 20-мм Вулканов, только несколько укороченная в процессе переобжатия дульца. В итоге, начальная скорость превышает километр в секунду, а полная прицельная дальность составляет пять километров. И на таком расстоянии, прошу заметить, пуля бьет сильнее, чем обычный крупнокалиберный пулемет с километра-полутора. При этом заявляется, что кучность у этого чудовища совершенно снайперская: 0.5 МОА на 3000 ярдов, но я в это не верю. Почему? Мне кажется, что у нее подвижный ствол (иначе, как минимум, стрелок одноразовый будет), а с подвижным стволом таких параметров кучности не бывает, от слова «совсем». Впрочем, даже и с подвижным стволом и с хитровымудренным дульным тормозом — я бы все равно не рискнул стрелять из такой винтовки с упором в плечо. Покалечит, к гадалке не ходи. Да и военное применение представляется мне сомнительным — не вижу целей… В общем, курьез для охоты на тиранозавров и заходящие на посадку летающие тарелки.

Думаю из какого-то набора для девочек.

Блин, а за глаза они не боялись?

А там это регулярно. Не плюйся... слюны не хватит. Смейся... жизнь продлевай ;)

Ширококолейная железная дорога — Breitspurbahn — один из любимых проектов Гитлера. Его продолжали разрабатывать до самого конца войны. Гитлер считал морские и речные суда недостаточно хорошим транспортом, особенно для перевозки массовых грузов: «Выгода от нашего колониального рейха получится колоссальная! Для морских сокровищ всего света необходим флот, построить его и содержать стоит миллиарды». Через Гамбург, Берлин, Мюнхен, Линц, Вену и Нюрнберг планировалось протянуть железные дороги с вдвое большей шириной колеи, по которым со скоростью 200−250 км/ч должны были помчаться гигантские поезда. Париж, Рим, Триест, вся Европа, затем на восток — Прага, Стамбул, Минск, Москва. Затем еще дальше — Каспийское море, Урал. Сегодня в мире насчитывается более 113 вариантов ширины колеи, однако самой распространенной все же остается ширина 1435 мм. В Финляндии и Монголии ширина колеи составляет 1524 мм. Раньше такая же колея была и в России, но новый российский стандарт — 1520 мм. Разница в 4 мм не столь существенна и не требует переоборудования состава. Колея шириной 1524 мм на различных участках используется и по сей день, в том числе во всех метрополитенах и многих трамвайных линиях. Кстати, ширина колеи первой российской железной дороги (Санкт-Петербург-Царское Село-Павловск) составляла 1829 мм. В Испании, Португалии, Чили и Аргентине ширина колеи равна 1676 мм, в Канаде — 1495 мм, в США — 1473 мм. Сверхширокая колея позволяла резко увеличить грузоподъемность, плавность хода и скорость поезда. Были предложения пусть составы с огромной скоростью в 450 км/час, но они были отвергнуты как не имеющие практической ценности. И при скорости 250 км/ч в спальном вагоне не составляло проблем добраться до любой точки империи: от Берлина до Рима — 1627 км, до Бухареста — 1759 км, до Москвы — 1923 км, до Стамбула — 2429 км. Поэтому все расчеты производились для максимальных скоростей 250 км/ч для пассажирских поездов и 100 км/ч для товарных. При таких скоростях и тормозном пути оптическая сигнальная система оказывалась неэффективной, особенно при снегопаде или тумане. Поэтому была разработана новая система, несколько напоминающая современные электронные: с помощью высокочастотных датчиков вся информация отображалась на пульте машиниста и в машинном отделении. Уделялось внимание новым системам отопления, вентиляции, освещения поездов, ведь окна, к примеру, при таких скоростях уже нельзя открывать. Было подготовлено 10 томов технической документации. Например тома D и E. «Вагоны пассажирских и товарных поездов всех типов»: Среди специальных вагонов пассажирских поездов — вагон-кинозал на 196 мест; общий вагон на 192 места с читальным залом, кафе, баром, залом для бесед, багажным отделением и 12 туалетами (8 на нижнем этаже и 4 на верхнем); удобный вагон с сидячими/спальными местами для остарбайтеров (восточных рабочих) на 480 мест со столовой, буфетом, 18 туалетами, умывальными комнатами, где каждое сидячее место существенно шире и удобнее, чем в современных поездах. Пример устройства «банного» вагона Нижний этаж: парикмахерские салоны для дам и господ, 4 ванные комнаты, 20 душевых, 2 зала ожидания, помещение для персонала, техническое отделение, 2 помещения для стирки, 4 туалета. Верхний этаж: залы для курящих и некурящих (120 мест), кухня для приготовления блюд на заказ, кондитерская, кладовая, 2 комнаты для персонала, 3 туалета. После того как материалы по гитлеровскому сверхпоезду были рассекречены в СССР появились аналогичные проекты. Заместитель директора института комплексных транспортных проблем АН СССР, Советский ученый Василий Звонков в частности, писал: «Существующая общепринятая в нашей стране ширина железнодорожной колеи — 1524 миллиметра — была предложена одним из строителей дороги Петербург — Москва инженером Мельниковым. Уже сегодня она нас удовлетворить не может. Ширина колеи в 3 — 5 метров позволит нам строить значительно более грузоподъемные вагоны и использовать локомотивы мощностью в 40 — 50 тысяч лошадиных сил, чтобы обеспечивать скорость движения в 250 — 350 километров в час. Значительно облегчится вопрос об использовании на таких локомотивах атомных реакторов. Ведь, как известно, только значительный вес биологической защиты препятствует тому, чтобы уже сегодня на наши дороги вышли атомные локомотивы, хотя удовлетворительные проекты таких локомотивов имеются в разных странах…». Пропускная способность БАМа на сегодня исчерпана. Главной проблемой жителей Дальнего востока является оторванность от центра России. Ядерные реакторы на поездах слишком опасны. Сегодня поезд из Москвы до Владивостока идёт 7 дней. При скорости в 250 км/ч это время сократится до полутора суток.

В этой небольшой статье я поставил себе цель разобраться, — какие технологии применяли римляне для производства своих монет. Кое-что было почерпнуто из нумизматической литературы, кое-что родилось само в результате долгих разглядываний римских монет в микроскоп, но главную роль все-таки сыграли бурные обсуждения этих вопросов на форумах. Именно там выкристаллизовалось понимание многих вещей. Таким образом, коллективный разум Инета можно считать полноправным соавтором этого очерка. Итак, к делу. Давайте разобьем процесс изготовления монет на основные этапы и обсудим каждый из них по отдельности. Начать, наверное, стоило бы с разговора о материале и приготовлении металлических заготовок для монет. Металл и заготовки для монет Этот вопрос довольно таки хорошо освещен в литературе, и мы остановимся на нем лишь вкратце. Ни для кого не секрет, что основными металлами, которые древние использовали в качестве материала в монетном производстве, являются золото, серебро и бронза. Эти металлы удобны, из-за их редкости (больше относится к первым двум), относительной мягкости и пластичности и, наконец, — низкой коррозийности. Не всегда металлы эти использовались в чистом виде, часто они смешивались между собой, но происходило это скорее в неприятные для государства времена. В благоприятную эпоху римляне старались использовать как можно более чистые материалы для своих номиналов. На монетный двор металл мог поступать из двух источников — из горной выработки, где добывалась руда и переплавлялась в слитки, или же из отработавших своё старых монет, а также различных предметов быта или культа (чаши, скульптуры, украшения). Каким бы образом металл не попадал в плавильню, там он переплавлялся в крупные слитки весом в один римский фунт, равный 327 граммов (один либр). С целью гарантировать чистоту материала на слиток ставилась печать с именем императора и чиновника ответственного за данную операцию. К счастью об этом мы можем судить определенно, так как до нас дошло несколько таких слитков — на фото ниже представлен один из них, на котором можно прочитать имя Лициния (картинка из книги Andrew Burnett «Coinage in the Roman world» ). Итак, металлические слитки по одному либру каждый доставлены на монетный двор. Следующий этап — приготовление монетных заготовок для последующего чекана. Римляне никогда не контролировали вес отдельных монет, понимая, что при огромных объемах производства монетной массы это просто технически невозможно. Они нашли элегантное решение — монетные кружки отливались в специально приготовленных формах. Формы, по-видимому, могли быть совершенно разными — все зависело от номинала и веса будущей монеты. В некоторых случаях мы можем сразу сказать о конструкции литейной формы по виду гурта монеты, иногда — нет и нужны дополнительные данные. Например, по виду александрийских гемидрахм можно сказать, что заготовки для них отливались в ванночках со скошенными под углом краями, а по следу двух литников, видимых на гурте напротив друг друга, можно заключить, что канал, по которому тек металл, делил монету на двое. Как утверждает Зограф, делалось это для того, чтобы было легко извлекать заготовку из формы путем ее простого опрокидывания. Заготовки для серебряных денариев, по-видимому, отливались в более хитро устроенных формах, потому что следы литника на гурте, как правило, отсутствуют. Зограф предлагает следующее объяснение — слиток нарезался на мелкие кусочки-крупинки, они взвешивались и количество материала, необходимое для одной монеты, высыпалось в углубление, проделанное в массе огнеупорного массива. Массив помещался в печь, где крупинки расплавлялись и под действием поверхностного натяжения объединялись в единую капельку. В принципе, это достоверное объяснение, почему у денариев нет следов литника на гурте, с той лишь поправкой, что римляне не могли взвешивать массу крупинок для каждой монеты по отдельности. Хорошо известно, какой ремедиум был у римских денариев — вес монет иногда колебался на 20 и больше процентов. Поэтому процедура видится так: слиток весом в один фунт (тот самый — со штампом императора) крупным напильником превращался в сыпучую смесь, которая без остатка засыпалась в глиняную форму, где были проделаны примерно одинаковые углубления. Во времена республики из фунта получали 84 денария. Позже количество монет, получаемое из фунта, все время росло, так как вес денария снижался. Разумно предположить, что в литейной форме проделывалось количество выемок, равное стандартному количеству денариев для данного времени. Таким образом, можно было легко контролировать общий расход материала и гарантировать изготовление нужного числа монет из фунта. При этом вес отдельных денариев мог сильно колебаться в зависимости от конкретной лунки, в которой была отлита заготовка. Так как после отливки заготовки имели шарообразную форму, некоторые исследователи предполагают, что перед чеканом слитки предварительно плющились молотком для придания им формы, предотвращающей выскальзывание заготовки из челюстей штемпеля. В заключении приведем еще один, скорее забавный, пример использования сложной литейной формы при изготовлении популярного среди коллекционеров бронзового дюпондия Августа из города Нима. Это редчайшая разновидность монеты и назначение такой сложной формы монеты до сих пор точно не установлено. Очевидно одно — путем чекана такой изящной свиной ножки не получить принципиально. Изготовление штемпеля Приступаем к самой дискуссионной части очерка. Проблема выяснения технологических тонкостей при изготовлении штемпеля заключается в том, что римские власти, как, впрочем, и все другие, старались жестко контролировать доступ частных лиц к штемпелям, так как очевидным следствием бесконтрольности в этой области является расцвет деятельности фальшивомонетчиков. Все это привело к тому, что находки штемпелей крайне редки. Более того, каждый раз эти находки случаются в невероятных для производства монет местах. Это вызывает бесконечные дискуссии о подлинности таких штемпелей. Одна из наиболее нашумевших находок случилась в 1789 году в упоминавшемся выше городе Ниме (Франция), когда при перестройке городского фонтана были обнаружены два подлинных на первый взгляд штемпеля для денария и аурея Августа. Никакой информации о том, что именно в этом месте был устроен монетный двор, не было. Не было и других сопутствующих таким находкам вещей. Наиболее распространенная версия объяснения этого феномена заключается в том, что эти штемпеля были украдены из монетного двора, расположенного неподалеку города Лиона (во времена Августа — Лугдунум). Косвенные данные о том, что такие кражи случались, имеются — в четвертом веке один из историков даже предложил расположить монетный двор на острове и запретить всякие сношения его с внешним миром. Кроме того, известно, что такого рода преступления преследовались законодательно. Как бы то ни было, сомнения в том, что найденные штемпеля — подлинные, а не дело рук самих фальшивомонетчиков, будут еще долго преследовать исследователей. Итак, рассмотрим типичный римский штемпеля вблизи. Как правило, он состоял из двух частей: нижняя часть (аверс) несла на себе более высокий рельеф — изображение императора-эмитента, верхняя часть (реверс) — определенный сюжет пропагандистского или культового характера. Нижний штемпель делалась более коротким с тем, чтобы при ударе он был устойчивее. Эта часть штемпеля закреплялась в тиски и служила наковальней при ударе. Верхний штемпель имел более вытянутую форму, т.к. при ударе его держали либо рукой, либо специальными клещами. В более позднем варианте обе части штемпеля были соединены в единое целое таким образом, что верхняя часть ездила по направляющим. В этом случае обеспечивалась идеальная центровка будущей монеты. Найденные штемпеля были изготовлены из железа или бронзы. Зограф пишет, однако, что общие выводы делать из этого не следует, так как наблюдения за характерными разломами штемпелей, оставленные на монетах, указывают, что возможно некоторые из них были изготовлены из стали или закаленной бронзы. Иногда поговаривают о какой-то специальной «черной бронзе», секрет изготовления которой якобы утрачен. Но добавить к этому утверждению, гуляющему по рядам нумизматов-античников, что-либо определенное трудно. Ясно одно — из одного штемпеля изготавливались если не тысячи, то сотни экземпляров монет. А это значит, что они были гораздо прочнее, чем считалось раньше. Глядя на пару штемпелей денария Августа, первое, что бросается в глаза — вылизанное до зеркальности поле нижнего штемпеля. Очевидно, что первый этап в работе мастера состоял в тщательном шлифовании рабочей плоскости штемпеля. Таким образом, гарантировалось ровное поле будущей монеты с характерным чеканным блеском. Итак, поле будущего штемпеля вылизано и приготовлено для последующих манипуляций. Что мастер делает дальше? Берется за резец? Совсем нет! Изредка попадаются монеты, которые однозначно говорят, что на штемпеле производилась разметка композиции. Изредка — потому что в конце всей работы эти строительные леса убирались. Приведу два примера, которые я выловил из сети за несколько лет наблюдений в погоне за всякими техническими причудами на монетах. Итак, первый пример из провинциального чекана — сирийская тетрадрахма Андриана. Хорошо видно, как специальным циркулем на штемпеле проведены две концентрические окружности, специально отчерчивающие место для будущей легенды. Кстати, манипуляции эти было произведены еще до работ над орлом, иначе след от циркуля неизбежно остался бы в центре монеты. Это косвенно дает нам информацию о последовательности работ — сначала легенда, затем центральная часть композиции. Другой пример — из центрального чекана. Реверс денария Элагабала с Эквитас. Здесь проведена всего одна окружность — другой язык, другой алфавит. На самом деле такие остатки «строительных лесов» на монетах не такая уж и редкость, просто коллекционеры обычно не обращают внимания на такие вещи, считая их «особенностью штемпеля» или просто царапиной. Как только я осознал, что такое явление имеет место быть, я перебрал свою коллекцию и обнаружил, по крайней мере, одну монету с остатками разметки. Это все та же тетрадрахма Андриана из Антиохии. Обратите внимание на область монеты на 20.00 на реверсе. Хвост пернатого оканчивается так внезапно неспроста — если присмотреться, то и тут видны остатки окружностей. В целом древние мастера старались в конце работы убрать всю разметку, зашлифовывая поверхность до этого состояния. Однако, если разметка была нанесена острым циркулем или с особенным усердием, то в условиях поточного производства на такую доводку штемпеля могло просто не хватить времени. Когда я обдумывал все эти вещи, неожиданно у меня возникла интересная ассоциация со строительными чертежами древних. Когда-то в детстве я прочитал статью Лотара Хасельбергера из «Scientific American» и она произвела на меня сильное впечатление. Оказывается, долгое время археологов мучил вопрос — почему до нас не дошло ни одного строительного чертежа древних, и это притом, что строили они много и сложно. И только при раскопках храма Аполлона в Дидимах неожиданно оказалось, что чертежи древние архитекторы наносили прямо на стенах и полах будущего сооружения! После окончания строительства все чертежи, понятное дело, затирались. Каждое строение было уникально и чертежей его не оставалось. И только счастливое стечение обстоятельств, заключающееся в том, что храм в Дидимах не был закончен, позволил обнаружить общий чертеж строительства. Что-то похожее происходило и в монетном деле. Советую перебрать свою коллекцию и внимательнее поискать следы разметки. Остановимся теперь подробнее на самой технике нанесения изображения на поверхность штемпеля. Чтобы выяснить основные приемы работы резчика, необходима монета в состоянии близком к FDC, потому что только в этом случае износ монеты не скрадывает тонкие характерные детали, относящиеся к рабочей «кухне» мастера-монетария. Подходящая монета у меня нашлась, и после внимательного изучения ее поверхности в микроскоп, я пришел к некоторым умозаключениям. Итак, перед нами провинциальная тетрадрахма Септимия Севера, отчеканенная в сирийском городе Лаодикее на Маре. Хотя тут мы сталкиваемся не со столичным чеканом, однако, есть надежда, что приметив что-то важное на этой крупной монете, мы увидим это же и на столичном чекане. Наблюдения показали, что мастер в своей работе использовал две основные техники: повторяющиеся участки рельефа выбивались пуансонами, а тонкие изогнутые линии деталей вырезались резцом. Присмотримся сначала к легенде — слева на фото представлен сегмент надписи на реверсе «EZ». Здесь мастер применил, по крайней мере, три инструмента в следующей последовательности. Сначала пуансоном правильной треугольной формы набивается костяк каждой буквы. Например, в букве «Е» — это три вертикально расположенных углубления: , затем мастер применяет другой пуансон, который выглядит как длинная узкая борозда: . Эта операция объединяет треугольники в единую букву, но все равно некоторая угловатость деталей остается. Поэтому мастер доводит работу до ума с помощью острого тонкого резца — хорошо видно как закругленность буквы достигается несколькими короткими режущими движениями инструмента: . Соседняя буква «Z» была выполнена и того проще — с помощью двух вышеуказанных пуансонов. Резец тут не понадобился. Чтобы убедиться, что наши наблюдения верны, наведем микроскоп на какую-нибудь другую букву на монете, например «Н». Все так и есть — и здесь те же два пуансона и ничего больше. Итак, можно сделать вывод о том, что в работе над легендой мастер избегает браться за резец. И это вполне оправдано. С одной стороны работа пуансонами легче контролируется — прицелился кернышком и ударил по нему молоточком. Управление резцом требует более подготовленную кисть руки и значительного напряжения, так как степеней свободы движения инструмента в этом случае больше. С другой стороны, такой стиль работы сказывается на ее скорости — работа с пуансоном гораздо более эффективна. Выделю, наверное, и третью особенность – вся надпись на монете выглядит единообразно, выполненной в одном стиле, не лишенном, кстати, своеобразной угловатой эстетики. С легендой вроде бы все ясно. Перейдем к более сложным элементам изображения. Начнем с орла на реверсе монеты. Любопытно было бы понять, сколько инструментов необходимо резчику в этом случае. На фото справа приведен фрагмент крыла. Удивительно, но и тут сразу бросается в глаза, что довольно таки сложное макро-изображение орла на микроуровне состоит из примитивных элементов. Скажем, характерные завитушки в оперении орла выполнены не резцом, как можно было бы ожидать, а специальным пуансоном! На это указывает характерная каверна на инструменте, которая повторяется на каждом элементе этой завитушки. Мы видим, что мастер иногда проворачивает пуансон вокруг оси, меняет силу удара молоточка по инструменту, меняет угол наклона пуансона к плоскости штемпеля и т.д. — то есть использует целый набор движений для придания разнообразия и живости изображению. Перышки чуть ниже завитушек так же получены без использования резца — если присмотреться, то они выполнены путем нанесения характерных однотипных насечек. Но где-то то же должен мастер применить резец? Пожалуй, да. В нижней части изображения, там, где волнообразное оперение птицы встречается с ее когтями, можно различить ступенчато-образные следы от работы резца. Хотя инструмент этот должен был отличаться от острого резца для выравнивания букв легенды. С другой стороны, разглядывая это оперение орла, не покидает мысль, что и это сложные витые линии были получены с помощью последовательной серии ударов пуансоном (-ами). Но чтобы такими ударами точно выписывать линию — для этого требуется фантастическое мастерство, кто хоть раз в жизни что-то чеканил – поймет, о чем я. Держать руку точно и контролировать какие-то доли усилий при ударе молоточком — и все это на пятачке в какие-то доли миллиметра (я намеренно дал масштаб на фото)! В любом случае перед мастером надо снять шляпу. Это я могу рассмотреть все детали в микроскоп, а у древнего резчика оптики не было — все делалось фактически на ощупь! Наконец, обратимся к сердцу всей композиции — портрету Императора. Исследуя все детали изображения бюста, приходишь к выводу, что нестандартных и неповторяющихся элементов тут гораздо больше, чем на остальной части монеты. Достаточно посмотреть на пряди бороды Септимия Севера: каждая из них живет своей собственной жизнью, идет на своей высоте и по своему маршруту. Налицо виртуозная работа резцом. Надо отметить, что скорее всего «болванка» для будущего лица выдавливалась каким-то специальным пуансоном, после чего вся поверхность отшлифовывалась. Об этом говорит гладкость щек портрета. И только после этого на гладкую поверхность наносились такие тонкие детали как шевелюра, борода, глаза и уши. Если монета изготавливалась коллективно по методу конвейера, то портрет поручался, очевидно, наиболее подготовленному мастеру. По количеству нестандартных виртуозных движений портрет превосходит все остальное. Пожалуй, пора сделать промежуточные выводы. Первое: мастер в своей работе использует набор разнообразных пуансонов и резцов. Второе: где это возможно, предпочтение всегда отдается пуансонам из-за их большей функциональности и эффективности. Если у вас от усилия повело резец, то остается крайне неприятная царапина. Результат действия пуансона всегда локален — если ударил чуть-чуть не туда, всегда можно подкорректировать изображение дополнительными ударами. Третье: помимо пуансонов примитивной формы для каждого типа монет изготавливается набор нестандартных инструментов. Вспомним характерные завитушки на крыле у орла — такой пуансон можно применить исключительно для этого орластого типа монет. Возможно, поэтому глаз лауреата на этой лаодикейской тетрадрахме выполнен в такой оригинальной манере — сравните оттиск завитушки на крыле и зрачок императора. Похоже, мастер не смог удержаться, чтобы не применить этот специальный пуансон и здесь — на радужке глаза присутствует все та же характерная вмятина. Наконец, четвертое: портрет императора приобретает свою выразительность из-за максимального использования резцов при его проработке. Именно поэтому линии лица плавные и легкие. Такую работу мог выполнить только самый опытный мастер с задатками недюжинного художника. Чем был хорош пример из провинциального чекана — так это своей крупной монетной стопой и характерным стилем греческой легенды, благодаря которым нам удалось подсмотреть основные секреты древнего сирийского мастера. Вернемся теперь к центральному имперскому чекану: перед вами другая монета из моей коллекции — денарий Александра Севера в состоянии FDC. Не вдаваясь в детали, убедимся, что наше изучение тетрадрахмы не было бесполезным. Сначала легенда. Кусок надписи «IMP» с аверса представлен на фото справа. Сразу бросается в глаза, что все вертикальные палочки выполнены, очевидно, одним пуансоном — об этом говорит повторяющееся характерное раздвоение в нижней части каждой буквы. Петелька в букве «Р» выполнена другим пуансоном (следов резца тут незаметно). Насчет срединных палочек в «М» у меня есть сомнения — тут мастер мог использовать как новый пуансон с короткой палочкой, так и самый первый инструмент, наклоняя его при ударе молоточком таким образом, чтобы получилась более короткая канавка. Однозначное заключение сделать трудно. В целом, однако, ясно, что и здесь легенда выполнена с помощью небольшого числа пуансонов. Обратимся к портрету Императора. Характерную структуру имеет шевелюра лауреата. Технология ее изготовления очевидна. Сначала на совершенно гладкой, отшлифованной до зеркального блеска поверхности штемпеля крупным пуансоном выдавливается «болванка» будущей головы Императора, затем голова дорабатывается. Бритый затылок Александра выполнен посредством множества последовательных ударов мелким пуансоном (как видно из фото ширина острого кончика порядка 0.2 мм). При этом нельзя не удивиться точности руки мастера, — удары настолько выверены, что точки ложатся ровно, словно работает машина, а не человек. Несомненно, что кое-какие детали на монете подправлены резцом, но основной объем работы ложиться на чеканщика, а не на резчика. Таким образом, технология изготовления штемпеля была одинаковой как на востоке страны, так и в столице. Конечно, утверждать, что во все времена римляне использовали одну и ту же технологию, было бы самонадеянно, тут требуется специальное исследование, однако некоторые важные для нас выводы мы сделали. Понятно, что объять необъятное нельзя, а тема штемпеля — бесконечна, как космос. Где-то надо поставить точку. Но в заключении хочется отметить еще один нюанс. Я писал выше, что окончательная шлифовка поверхности штемпеля делалась для того, чтобы убрать следы разметки. Но это не вся правда. Работа пуансоном оставляет на поверхности особый след: при ударе часть металла выдавливается из лунки наружу, образуя вокруг выемки венчик. Если теперь таким штемпелем отчеканить монету, то вокруг букв появляются характерные углубления. Такие структуры оставляют впечатление неряшливости, и древние старались убирать их путем шлифования поверхности штемпеля. Абсолютное большинство монет не имеют такой окантовки, но иногда незачищенные экземпляры встречаются. Фото слева дает пример такого рода. Интересно отметить, что часто можно встретить такие вещи на денариях Антонина Пия. С чем это связано, трудно сказать, но факт определенного отступления от технологии при этом Императоре налицо. Чекан монеты Итак, оба штемпеля у нас в руках, что дальше? Существует один бесценный свидетель технологии римского чекана — это республиканский денарий Тита Каризия 46 года до н.э. с изображением основных инструментов, использовавшихся при этом процессе. Посмотрим на эту монету внимательнее. Аверс денария несет изображение римской богини Монеты (Юноны) — покровительницы всех нумизматов. Монетный двор располагался прямо в храме этой богини, и ее имя со временем стало нарицательным во всем, что касается монетного дела. На реверсе приведен весь инструментарий маллеатора (malleator = молотобойца). Во-первых, тут присутствуют обе половинки штемпеля – верхний и нижний, щипцы (слева) и молоток (справа). Некоторые интерпретируют объект в верхней части как шапочку Вулкана — бога огня и металлургии. Возможно, правда, что древний мастер изобразил верхний штемпель в виде шапочки — любое из этих объяснений подходит. Из этого хозяйства можно сделать один важный вывод — монеты чеканились из горячей заготовки. Именно поэтому нужны щипцы — горячую заготовку голыми руками не подержишь. Отсюда следует, что все рассуждения о твердости материала штемпеля должны учитывать, что удар приходился по разгоряченной мягкой заготовке. Поэтому вполне вероятно, что бронзовый штемпель мог бить бронзовую монету без значительного износа. Ничего удивительного, что закаленный штемпель мог производить сотни и даже тысячи экземпляров монет. Общая схема чекана, таким образом, выглядит так — в станине-наковальне жестко закрепляется нижний штемпель. Далее разгоряченная заготовка, только что специально слегка расплющенная молотком, кладется на наковальню, накрывается верхним штемпелем, по которому наносится удар молотком. Как видим, для этого процесса необходимо, по-крайней мере, два человек — один держит клещами заготовку, второй держит верхний штемпель и наносит удар молотком. Все! Монета произведена. Стоит отметить несколько характерных особенностей процесса. Прежде всего, основная механическая нагрузка приходится на верхний штемпель, по которому ударяют молотком. Он изнашивается в среднем в три раза быстрее. Именно поэтому самую трудоемкую часть штемпеля, несущую изображение Императора, древние клали вниз. В этом случае она жила дольше, и процесс производства был более эффективен. Другой момент заключается в том, что классическая схема чекана несовершенна и ведет к многочисленному браку. Например, при ударе заготовка может сдвинуться в сторону — в этом случае монета получается плохо центрованной как на фото. Заготовка может испытать двойной (или даже тройной!) удар, нанесенный молотобойцем намеренно или по рассеянности. В этом случае поверхность монеты несет несколько однотипных изображений, наложенных друг на друга. Может произойти и совсем уж смешная вещь навроде брокажа, когда уже отчеканенная уже монета застревает в верхнем или нижнем штемпеле, а рабочие, не замечая этого, вставляют следующую заготовку и производят удар. На фото приведен брокаж тетрадрахмы Филипа II, причем предыдущая монета застряла в верхнем штемпеле. Таким образом, на реверсе получается негативное (вогнутое) изображение императора. Описанные выше случаи брака, конечно, не покрывают все возможные ситуации. Случается, что по самой монете невозможно определить, как такой брак был получен. По крайней мере часть брака можно исключить путем усовершенствования процесса чекана. И древние занимались таким изобретательством. На картинках приведены иллюстрации из книги Зографа «Античные монеты». Слева приведена конструкция штемпеля для чекана ауреев Фаустины Младшей. Понятно, что ауреи требовали особенное качество изготовления. В золотом сегменте монетного двора работали лучшие мастера и использовались лучшие технологии. Интересно техническое решение, предотвращающее часть видов брака — верхний и нижний штемпеля вставляются соосно друг в друга так, что заготовка оказывается в замкнутой камере. Понятно, что скорость изготовления монет при такой схеме ниже (только представьте, если заготовка застрянет внутри полости — как ее оттуда выковыривать!?), но вопрос качества тут перевешивает. Пример другого технического решения виден на картинке справа. Такая схема гарантирует соосность аверса-реверса и фиксирует оба штемпеля при ударе молота. Технологические курьезы В заключении хотелось бы остановится на двух технологических курьезах, встречаемых в римской нумизматике. Первый, широко известный, факт состоит в том, что римляне в первом веке до нашей эры время от времени выпускали так называемые серратные серии денариев. Зачем римляне делали это до конца не совсем понятно. Тацит пишет, что серраты высоко ценились среди окружающих варварских племен. Но следует ли из этого, что именно для варваров Римское государство инициировало этот проект? Вряд ли. Тем не менее, весь республиканский период Рим ведет беспощадную войну с подделками, идя при этом на немыслимые методы контроля за чеканом. Просто вдумайтесь, на какие беспрецедентные трудозатраты шло государство! Сколько нужно было потратить труда, чтобы нанести эти насечки только на один денарий, если тиражи были многомиллионные! Но оставим вопрос цели этих выпусков. Остановимся на том, как технологически эти серраты были получены. Тут существуют две основные версии. Первая заключается в том, что зубчатая форма монеты достигалась путем пропила этих зубцов напильником. Вторая версия — углубления были высечены в заготовке с помощью специального ножа-зубила. Однозначного ответа, пригодного для всех случаев, видимо, нет — можно встретить доводы за и против каждого способа. Однако, большинство склоняется ко второй версии. Технологически это выглядело, видимо, так. Насечки делались еще на заготовке: один из рабочих захватывал ее специальными щипцами и прокатывал, а другой в это время зубилом наносил насечки. Уже после этого заготовка шла под штемпель. При чеканном ударе поверхность монеты деформировалась, и зубцы деформировались вместе с ней. Именно поэтому они имеют разную форму и глубину, как будто бы каждая выполнена своим зубилом. Я встретил в литературе еще один довод в пользу этой версии. На картинке приведена фотография из статьи группы авторов «Surface and micro-analytic technique for the study of ancient coins». Как видим, под электронным микроскопом становится видна структура микротрещин, которые образовались в процессе нанесения зарубок. Хорошо видно, что от самого носика насечки внутрь монеты идет трещинка. Это явное следствие нанесенного сверху удара, т.к. именно напряжение, вызываемое ударом, могло породить ее. Простое пропиливание выемки напильником не производит таких нагрузок на металл и, по крайней мере, для этого случая не может служить объяснением изготовления серрата. Это, конечно, не ставит точку — я разглядывал много серратов, и не все они выглядят обработанными зубилом. Эти заметки следует рассматривать как лишь дополнительную информацию к размышлению, не более того. Самое смешное во всей этой истории с серратами, что гора родила мышь – фальшивомонетчики быстро научились плакировать и серратные денарии. Это еще раз подчеркивает, что насколько бы талантливым и инициативным не было государство, с частной инициативой и выдумкой ему не сравниться! Второй, не очень известный, факт состоит в том, что римляне имели опыт чекана биметаллических монет! Это звучит фантастически, но это так. Особенный всплеск интереса к биметаллу фиксируется во время правления императора Коммода. Тогда было выпущена целая серия крупных монет, отчеканенных на биметаллической монетной стопе. На фото приведен бронзовый медальон диаметром 56 мм (о-го-го!), проданный на аукционе Lanz за $36,721 в 1999 году. Сколько монета стоит сейчас — можно только догадываться. Заготовка состоит из двух частей — внешнее кольцо, очевидно, выполнено из латуни, а середина — из бронзы. Только представьте, как великолепно это выглядело в те времена — сияющее на солнце латунь и чуть приглушенная темная бронза! А некоторые еще осмеливаются говорить о примитивности монетного дела у древних. Признаться, я нигде не встречал описания технологии изготовления древними таких вещей — тут можно смело подключать свою фантазию. На этой позитивной ноте я и закончу этот затянувшийся очерк.

Финансовые пирамиды, от которых в конце прошлого — начале этого века пострадало множество россиян, явление, оказывается, далеко не новое. Одна из первых таких пирамид возникла в далеком XVI веке и привела к разорению целой страны — Голландии. В 1593 г. Каролус Клусиус, руководитель сада лечебных трав императора Максимилиана II, посадил несколько луковиц тюльпана в землю ботанического сада Лейденского университета. На следующий год появились цветы, которые определили всю будущую судьбу Голландии. Как и большинство других декоративных растений, тюльпан попал в Европу с Ближнего Востока. Но тюльпан обладал одной интересной особенностью. Из его луковиц вырастали красивые цветки той или иной окраски, а через несколько лет она неожиданно менялась: на лепестках появлялись полосы, каждый раз разных оттенков. Сейчас уже известно, что это результат вирусного заболевания тюльпанов. Но тогда это выглядело чудом. Если торговец бриллиантами должен был купить за большие деньги новый алмаз и огранить его по-новому, то владелец одной-единственной тюльпановой луковицы мог стать владельцем нового, неповторимого сорта, стоившего на тюльпановом рынке уже на несколько порядков больше. В 1612 году в Амстердаме был опубликован каталог Florilegium с рисунками 100 разновидностей тюльпанов. Например, луковица показанного на рисунке тюльпана, стоила, в зависимости от размера, от 3.000 до 4.200 флоринов. Новым символом преуспевания заинтересовались многие европейские королевские дворы. Тюльпаны подскочили в цене. В 1623 году луковица редкого сорта Semper Augustus, пользующегося большим спросом, стоила тысячу флоринов, а в разгар тюльпанового бума в 1634-1636 годах за нее платили до 4600 флоринов. Для сравнения: свинья стоила 30 флоринов, а корова — 100 флоринов. Второй причиной тюльпанового бума стала эпидемия холеры 1633-1635 гг. Из-за высокой смертности в Нидерландах стало не хватать рабочих рук, поэтому зарплаты выросли. У простых голландцев появились лишние деньги, и, глядя на тюльпановое безумие богатых, они стали вкладывать в собственный тюльпановый бизнес. Клусиус буквально заразил голландцев своим увлечением тюльпанами. В стране началось помешательство, полное безумие, названное позже историками «тюльпаномания». За 20 с лишним лет голландцам удалось вырастить десятки сортов тюльпанов. В 1625 году луковица редкого сорта тюльпана уже могла стоить 2000 золотых флоринов. Торговля ими была организована на биржах Амстердама, Роттердама, Харлема и Лейдена. Объем тюльпановой биржи достиг астрономической суммы в 40 миллионов флоринов. К 1635 году цена поднялась до 5500 золотых за луковицу, а к началу 1637 года цены на тюльпаны выросли в 25 раз. Одну луковицу давали в качестве приданого невесте, три стоили столько же, сколько хороший дом, а всего лишь одна луковица сорта Тюлип брассери отдавалась за процветающую пивоварню. Продавцы луковиц зарабатывали огромные деньги. Все разговоры и сделки вращались вокруг единственного предмета – луковиц. К примеру, луковица красного тюльпана с белыми прожилками стоила 10 000 флоринов, а Рембрандту за его картину «Ночной дозор» заплатили 1800, что его весьма порадовало. Задокументированным рекордом была сделка в 100 000 флоринов за 40 тюльпановых луковиц. Чтобы привлечь людей небогатых, продавцы начали брать небольшие авансы наличными, а в залог остальной суммы шло имущество покупателя. Например, стоимость луковицы тюльпана Viceroy составляла «2 лоуда (2,25 кубометра) пшеницы, 4 лоуда ржи, 4 жирные коровы, 8 жирных свиней, 12 жирных овец, 2 меха вина, 4 бочки пива, 2 бочки масла, 1000 фунтов сыра, кровать, шкаф с одеждой и серебряный кубок» — всего добра на 2500 флоринов. Художник Ян ван Гойен за десять луковиц заплатил гаагскому бургомистру аванс в 1900 флоринов, в залог остальной суммы предложил картину Соломона ван Руйсдаля, а также обязался написать собственную. Тюльпановая лихорадка породила легенды. Одна из них — про то, как портовый босяк, увидев входящий в гавань корабль, бросился в контору его владельца. Купец, обрадованный известием о возвращении долгожданного судна, выбрал из бочки самую жирную сельдь и наградил ею оборванца. А тот, увидев на конторке луковицу, похожую на очищенный репчатый лук, решил, что селедка — это хорошо, но селедка с луком еще лучше, сунул луковицу в карман и отбыл в неизвестном направлении. Через несколько минут купец хватился луковицы тюльпана Semper Augustus («Вечный август»), за которую заплатил 3000 флоринов. Когда босяка нашли, он уже доедал селедку с «луком». Бедняга загремел в тюрьму за хищение частной собственности в особо крупных размерах. Другой апокриф — о том, как харлемские торговцы тюльпанами прослышали о гаагском сапожнике, которому удалось вывести черный тюльпан. Депутация из Харлема навестила сапожника и купила у него все луковицы черного тюльпана за 1500 флоринов. После чего прямо на глазах у тюльпановода — любителя харлемцы бросились яростно топтать луковицы и успокоились, только превратив их в кашицу. Они боялись, что невиданный черный тюльпан подорвет их хорошо налаженный бизнес. А сапожник не вынес варварства, слег и умер. Многие голландцы бросили работу и постоянно играли на бирже по продаже тюльпанов. Для того чтобы купить луковицы и перепродать по более высокой цене, закладывались дома и предприятия. Продажи и перепродажи производились множество раз, в то время как луковицы даже и не вынимались из земли. Состояния удваивались за мгновения, бедные становились богатыми, богатые — сверхбогатыми. Начала строиться первая финансовая пирамида, которой позавидовал бы и Мавроди. Появилась тюльпановая мафия, похищающая луковицы. А во вторник 3 февраля 1637 года тюльпаномания в Голландии закончилась. Причем неожиданно и по непонятным доселе причинам. Аукцион начался с продажи луковиц недорогого сорта Белая корона по цене 1250 флоринов за лот. Еще вчера было множество желающих купить этот лот за гораздо более высокую цену, но сегодня покупателей не оказалось вообще. Продавцы поняли, что все луковицы надо немедля продавать, но было некому. Страшная весть разнеслась по городу, а через какое-то время и по всей стране. Цены не просто снизились – тюльпановая биржа разом перестала существовать. Цены на луковицы упали в среднем в сто раз. Десятки тысяч людей за считанные часы разорились и стали нищими. По стране прокатилась волна самоубийств. Многие хозяйства пошли с молотка. Многие бедняки стали ещё беднее. А Голландия ещё долго страдала от последствий спекулятивной лихорадки. Пострадали и дельцы из Лондона и Парижа, куда она успела переброситься. Тюльпаны же из «ценных бумаг» опять превратились в просто цветы, объект услаждения взора прохожих и гостей.

Супер!

4 шлема гладиаторов Не так давно мы рассказывали о школах, в которых готовили гладиаторов. Теперь пришла пора рассказать об их доспехах и вооружении. Начнем мы с самой ослепительной детали гладиаторского снаряжения - с их шлемов. Все сегодняшние шлемы бронзовые и, скорее всего, не боевые. Прежде чем начать бои, гладиаторы выходили к публике и блистали своим внешним видом. Именно поэтому на них, видимо, и нет никаких повреждений. Однако они далеко не бутафорские. Шлемы гладиаторов и их технические характеристики Если брать "среднюю температуру" по Помпеям, то шлемы гладиаторов, найденные там, были сделаны из бронзовых листов толщиной до трех милиметров, защищавшее лицо забрало достигало в толщину двух милиметров. По краям шлемы усиливались дополнительными полосами бронзы, так что трехкратное увеличение толщины металла было там не редкостью. Шлем гладиатора весил от трех до пяти килограммов, тогда как боевые шлемы, которые носили римские легионеры, были в два раза легче. Вес объясняется необходимостью защитить гладиатора как можно лучше и коротким временем схватки, тогда как на войне продолжительность боя никто не ограничивал и времени на отдых перед боем солдатам не давал. Совершенно аналогично объясняется разница между турнирным и боевым рыцарскими доспехами в Средние века. Одно дело сразиться несколько раундов на копьях - и совершенно другое - после долгого марша встретить отдохнувшего в засаде противника. Но мы возвращаемся к нашей основной теме - шлемам гладиаторов. №1. Шлем гладиатора с лицом Геркулеса Это наверное самый простой и функциональный из всех шлемов, которые мы увидим сегодня. Простой угловатый гребень на шлеме, минимум украшений - медальон Геркулеса, символизирующий силу и победу, на лбу воина можно считать единственным. Лицо гладиатора защищает глухое забрало из двух половинок, каждая защищает половину лица. Стыкуются они по линии носа. Поля железной шляпы защищают воина от вертикальных рубящих ударов, словно своеобразный бампер вокруг головы. Несмотря на "глухую" защиту лица, у гладиатора довольно хороший обзор, потому что смотровые отверстия, назовем их "глазницами", огромны. От проникания внутрь острых колющих и рубящих предметов, гладиатора берегут железные кольца, заполняющие смотровые щели, словно декоративная решетка. В Средние века точно таким же способом будут защищать глаза лошадей, выступающих со своими хозяевами на рыцарских турнирах. Высота шлема 46 см. Место находки неизвестно. №2. Шлем гладиатора с головой грифона Этот шлем гладиатора украшен посеребренным изображением Медузы Горгоны и головой грифона в качестве гребня. Грифон - крылатый лев с головой орла - был спутником Немезиды, богини возмездия, которая особенно почиталась у гладиаторов. Точно такой же шлем, только без налобного изображения медузы Горгоны, был обнаружен в соседнем с Помпеями Геркулануме: Слева - шлем из раскопок в Геркулануме (Лувр), справа - из Помпей (Национальный археологический музей Неаполя) Но вернемся к шлему гладиатора из Помпей. На его левой и правой сторонах можно увидеть втулки, предназначенные для крепления в них перьев. Этот шлем, вероятно, использовался двумя типами гладиаторов - фракийцами и мурмиллонами. Фракийцы сражались коротким изогнутым мечом - "сикой", и защищавшихся маленьким щитом. Из всех доспехов, помимо шлема, гладиаторы - фракийцы носили только щиток для защиты руки и два больших поножа. Мурмиллоны были противниками фракийцев. Они бились оружием римских легионеров - коротким мечом "гладиусом"и щитом "скутумом". Помимо беотийского шлема, в его гладиаторском варианте, мурмиллон защищал правую руку, правую ногу, а так же носил короткий доспех на корпусе. Судя по форме шлема, и в первую очередь - форме изогнутых железных полей, этот шлем был сделан между 50 и 75 годами, притом, что извержение было 24 августа 79 года. Сейчас он хранится в Национальном музее археологии в Неаполе. К слову, там выставлена лишь треть всего снаряжения, найденного в гладиаторских казармах Помпей. Полная коллекция составляет девятнадцать шлемов, шестнадцать поножей - доспехов, защищающих ногу от щиколотки до колена, три щита и так далее. №3. Шлем гладиатора с рельефной тульей Следующий шлем, о котором мы хотим вам рассказать, самый настоящий путешественник. Вместе с выставкой "A Day in Pompeii" в 2008 -2010 годах он объехал страны, о которых в Древнем Риме даже понятия не имели - США и Австралию. Вот фото, сделанные в декабре 2009 года, накануне Рождества. Сотрудник "Национального музея Те-Папа-Тонгарева", что находится в столице Новой Зеландии - Веллингтоне, готовит экспозицию музея к выставке. И первый же кадр - шлем вверх ногами, вид со стороны затылка. Это весьма редкий ракурс: Обратите внимание - музейный сотрудник работает со шлемом исключительно в белых перчатках. Это обязательное требование во всем мире. Еще один интересный ракурс - наверное таким видел шлем победителя поверженный гладиатор. На этом кадре можно хорошо рассмотреть конструкцию забрала. Оно сделано из двух половинок, каждая из которых закреплена на петлях и ремнях, так что открывается наподобие ворот. Большие смотровые отверстия прикрыты решетками - как они крепятся проще показать, чем объяснить. И вот наконец шлем водружен на свое законное место в новозеландском музее - теперь им можно любоваться: А вот фото, сделанные на выставке, во время его путешествия по Америке: Фото крупнее, чтобы получше разглядеть рельефное украшение шлема. Сюжет прост: римские богини между варварами и рабами. Судя по отсутствию повреждений и богатому внешнему убранству, в этом шлеме не сражались. Вид с другого бока: Вид с изнанки. Оказывается гребень изнутри полый! В него вставляли украшение из перьев. По бокам на тулье шлема можно разглядеть две трубочки - тоже для плюмажа. Да, и самое главное. Шлем этот был найден в 1834 году в гладиаторской казарме в Помпеях, а сейчас находится в Археологическом музее Неаполя. №4. Шлем гладиатора с рельефным гребнем А вот этот шлем мы едва не пропустили в нашем фотоархиве. А все потому, что похож на предыдущий. Вот только гребень у него другой, да и лицевая защита побрутальнее. А инвентарные номера в Неапольском музее - как родные братья - 5674 и 5640, соответственно. Если сравнивать защиту глаз, то в предыдущем случае она более ажурная, здесь же видно что отверстия пробиты или просверлены в листе железа - просто, надежно и функционально. Забрало украшено двумя рельефными изображениями: Чем больше смотришь на шлемы гладиаторов, тем больше кажется, что это шлем для стрекозы или мухи. Насколько черпали свое вдохновение в насекомых создававшие их мастера, мы, к сожалению, так никогда и не узнаем. Зато этот шлем очень похож на боевой - посмотрите на его примятые бока: Здесь хорошо просматриваются втулки для перьев - на каждой стороне шлема по втулке. Плюс еще гребень... На этом наш сегодняшний обзор гладиаторских шлемов завершен. Однако мы не спешим опускать занавес - тема гладиаторов будет поднята нами еще не раз! Хотя бы потому что не все шлемы гладиаторов похожи на приведенные выше. Есть и такие, в которых воины сражались почти вслепую, на потеху публике. О них - отдельный рассказ. *** Источники: А.Е,Негин. Гладиаторские шлемы Фото: seanzy33, Museum of New Zealand Te Papa Tongarewa, Jeffrey Offermann, Tom Tullis, Carole Raddato, социальная сеть "ВКонтакте" http://ludota.ru/

Безрукая Китти Смит Кэтрин М. Смит родилась 29 октября 1882 года в нищей чикагской семье. Как и двое ее старших братьев и младшая сестренка, Китти прожила бы пресную, непримечательную, серую жизнь, если бы не ужасный случай, который навсегда изменил ее жизнь и в конце концов сделал и состоятельной, и восхитительной, и знаменитой на всю Америку. Китти — справа Когда Китти было девять, ее мать внезапно умерла, оставив дочь на «попечение» похотливого отца — конченого алкоголика. В том же году в День Благодарения папаша настолько «достал» Кэтрин, что она решилась отказаться готовить ему обед и бегать за выпивкой. За что мистер Смит избил Китти, а затем засунул ее руки в горячую печь и держал их там, пока кисти и предплечья «непослушной» дочери не обуглились. Руки пришлось ампутировать до культей длиной в три дюйма в больнице графства Кук, где девочка оставалась в отделении интенсивной терапии до февраля 1892 г. Государство наказало изувера Смита по всей строгости закона, а Китти несколько лет провела в детском доме штата Иллинойс. Вскоре некто доктор Грегг обратил внимание на беду и судьбу девочки и организовал благотворительный фонд для сбора средств на обучение мисс Смит как школьным наукам, так и навыкам жизни без рук. «Фонд Китти Смит» оказался успешным проектом, нашлись хорошие специалисты, которые обучили девочку пользоваться ногами и их пальцами для выполнения различных бытовых и творческих дел. Китти больше всего нравилось писать ногами, а также рисовать — и карандашом, и красками. Еще она могла играть пальцами ног на пианино, печатать на машинке и вышивать по шелку. Всему этому девочка научилась за неполных 3 года, и в 1896 г. за деньги Фонда переехала в Висконсин, где пошла в школу для обычных детей. В 1905 году состоялся выпускной бал. Китти шел 22-й год, и она больше не могла пребывать на полном гособеспечении. Отец ее к тому времени уже покоился в могиле, братья зарабатывали гроши чернорабочими, а младшую сестренку кто-то усыновил. Мисс Смит решила зарабатывать на собственной злой судьбе. Пальцами ног девушка печатала автобиографические очерки, вышивала салфетки, рисовала зверушек. Все это рассылалось по почте потенциальным покупателям. К письмам прилагались специальные открытки с обратным адресом и кармашком для 25-центовой монеты. То есть за таланты безрукой Китти платили только те, кого ее история хоть как-то взволновала. Благодаря титаническому упорству и оптимизму к весне 1906 г. мисс Смит заработала 35 тысяч долларов «четвертачками». Это значит, что Китти успела разослать порядка 100 тысяч писем со своими «ногоделиями»! В своих историях Китти ни разу не упомянула изверга-отца: «о мертвых либо хорошо, либо ничего». Писала, что лишилась рук из-за собственного глупого любопытства, упав в огонь после того, как… выпила стакан ликера. Людское милосердие от такого «отягощения обстоятельств» не уменьшилось. На заработанные доллары Кэтрин Смит открыла собственную фирму. В 1913 году в Иллинойсе женщинам предоставили избирательное право. Китти пошла на выборы и расписалась в бюллетене ногой. 1930-е годы Китти Смит провела в перманентных гастролях — в труппах лучших цирков США, показывая людям чудеса владения пальцами ног. Чем занялась мисс Смит, уволившись из цирка, и сколько лет прожила эта невероятно волевая и талантливая женщина, нам и всемирной истории, к сожалению, неизвестно.

Нифига. Как-то с кучей реконструкторской снаряги болтались пару недель в Херсонесе. Решили подзаработать на фото. Нифига, только вспотели. Больше заработали на платном аукционе, набей рожу викингу :)

Умнички!

http://politikus.ru/articles/34177-ebo-lozh-zhitel-gany-podtverzhdaet-iskusstvennoe-proishozhdenie-epidemii-ebola.html

Бой на слонах длился не долго. ТАм или они провалили оборону или их разогнали. Все решал первый натиск.

Так он же гротескный.

Почему находка шила говорит об импорте технологии? И как провести трасологию предмета, если он разъеден коррозией? Такое впечатление, что авторы пытаются пожать лавры Великих Укров.