Yorik

Естественно часть половцев ушла на запад, часть скрылась на Руси. Говорится о той части, которая была продана в рабство. Попадались описания невольничьих рынков Азии,примерно 16-17 вв., так там сами мусульмане изумляются откуда столько рабов-славян, где их столько набирают такое долгое время? Русь, скорее всего обезлюдела уже совсем...

Ричард Львиное Сердце Английский король Ричард Львиное Сердце заявлял, что все правители из дома Плантагенетов пришли от Дьявола и к Дьяволу и вернутся. Этим он оправдывал многочисленные преступления и своих предков и родственников, и свои собственные. Халиф Хаким Фатимидский халиф Хаким в XIII веке повелел христианам носить на одежде крест, а евреям нашить бубенчики. Мусульмане могли торговать на базаре только ночью, а бездомных собак на улицах убивали. Ян Гус Во время своих проповедей и лекций Ян Гус часто повторял: "Я - гусь (гус по-чешски и означает - гусь), а за мной придет лебедь". Через сотню лет пришел этот лебедь, которого звали Мартин Лютер. Савонарола Одним из тезисов Савонаролы был такой: "Хватит рисовать проституток в церквах под видом святых! Художники шалят, а каково нам молиться?" Савонаролу в конце концов сожгли на костре, но он успел уничтожить очень большое количество бесценных произведений искусства в рамках своей борьбы с порнографией. Игнатий Лойола Игнатий Лойола основал орден иезуитов для борьбы с Реформацией. Он считал, что людей, а особенно детей, надо учить католицизму. Учить! Тогда они не поддадутся на протестантскую ересь. За двадцать лет своей проповеди он сумел увлечь своими идеями только шесть человек. Да, к моменту его смерти орден иезуитов насчитывал только семь человек! Тридцатилетняя война За время Тридцатилетней войны в Германии погибло около 75% всего населения. К началу войны века в Германии насчитывалось около 16 млн. человек, а в 1648 году, после заключения Вестфальского мира - около 4 млн. человек. Причем погибло, в основном, мирное население, которое грабили и истребляли солдаты всех армий. Колонии в Америке Люди, оказавшиеся лишними в Англии XVII века, уезжали в Америку и основывали там колонии. Кто же и что там основал? Вот некоторые примеры. Пуритане основали Новую Англию. Католики основали Мэриленд, в честь королевы Марии, прозванной протестантами "Кровавой". Сторонники Елизаветы основали Виргинию, названную так в честь королевы девственницы (virgo - девственница). Сторонники Стюартов основали Каролину в честь короля Карла I. Сторонники Ганноверской династии основали Джорджию в честь первого короля этой династии Георга I. Баптисты основали Массачусетс. Квакеры основали Пенсильванию. Бескровная битва После окончания ожесточенных сражений между гвельфами и гибеллинами войны в Италии продолжались, но они уже носили довольно вялый характер. Так во время одного из сражений в начале XV века не был убит ни один человек. Наемники стали очень беречь свою жизнь. Только один человек во время этой великой битвы был взят в плен: он напился и свалился со своего коня. Ну, его и подобрали.

Мое дополнение. В свете этого очень интересно выглядит Желтый крестовый поход (ближневосточный поход монголов под командованием Хулагу (1256—1260)). Это один из крупнейших завоевательных походов монголов. Отряды монгол победоносно прошли всю Азию. Основная идея была в уничтожении и покорении земель ассасинов, которые докучали пограничным властителям подчиненным монголам. На стороне монгол союзниками выступали христиане - царь Малой Армении Хетум I и антиохийский князь Боэмунд. Кроме того старшая жена Хулагу влиятельная Докуз-хатун, была христианкой и покровительницей христиан. Также Найман Китбука (руководивший монгольскими войсками в Палестине) был несторианином. И вот завершив необходимое Хулагу (в связи со смертью хана Мунке, он должен был вернуться в Степь), оставляет Китбуку с небольшим корпусом для контроля над захваченными территориями. Но тот начинает завоевательный поход в Палестину. Успешно захватывает целый ряд мусульманских городов. Подходит близко к Иерусалиму (не туда ли он стремился как христианин?). Пишет такое письмо к мамелюкам: Как должны были ответить бывшие половцы? Конечно они стали готовится к войне. И кто им помогает? Европейское рыцарство! Жюльен Грёнье, граф Сидона неожиданно нападает на один из отрядов монгол. Из своего замка Бофор он напал на Марж Айюн и захватил богатую добычу. Племянник Китбуки, не стерпев грабежа на контролируемых монголами землях, устремился вслед грабителям, но был уничтожен вместе со своим небольшим отрядом. В ответ Китбука осадил Сидон. Нижний город был полностью уничтожен, рыцари отсиделись в цитаделях. А в это время мамлюкский корпус, вышедший из Египта, пройдя через Синайскую пустыню и сбив монгольский заслон у Газы, получил в христианской Акре отдых и продовольствие. Отдохнув под стенами гостеприимной крепости, мамлюки через территорию Иерусалимского королевства вышли в Галилею, в тыл монгольской армии. Напав превосходящими в несколько раз силами (возможно участвовали и рыцари) они уничтожили корпус, а Китбуки казнили. Т.о. получается интересная связь времен. Половцы служившие в Египте еще помнили монгол, знали их способы ведения войны и тактику. Естественно они ненавидели тех, кто сделал их рабами. И они как смогли отомстили. Не ясно какую роль сыграли европейские рыцари и почему они так поступили. Ведь судя по всему у них были общие цели с монголами, но тем не менее возвращаясь в Степь Хулагу приказал зорко следить за франками прибрежных крестоносных государств. Видно знал что-то.

Прочитав заголовок данной рассылки, вы, уважаемые читатели, можете решить, что Старый Ворчун совсем рехнулся. Нет, дорогие мои, речь пойдет совсем не о том, что половецкие отряды завоевали Египет или пытались это сделать. Речь пойдет о событиях середины XIII века, когда в половецких степях уже не было единого этноса, разметанного и разрушенного походами монголов. А на ближневосточных рынках рабов во множестве появились жители степей: кыпчаки, черкесы и другие. Различные халифы и султаны охотно покупали этих воинов, но формировали эти подразделения строго по этническому принципу. Местное население в эти воинские части категорически не допускалось. Человеку, попавшему в такую воинскую часть, деваться было просто некуда. Местное население его немедленно бы выдало властям, другие подразделения его тоже не приняли бы, ведь он чужак. Вот и приходилось служить среди земляков и воевать так, чтобы не покрыть себя позором в их глазах. И воевали они так доблестно, что храбрые европейские рыцари не могли выдержать их натиск. Вот и правители Египта (султаны) сформировали из степняков две мамлюкские дивизии, организованные по этническому признаку. Первая, состоящая из черкесов, располагалась в цитадели Каира, Бурдже (да, это европейское слово, но оно как-то прижилось в Египте), а вторая, состоящая, в основном, из кыпчаков, разместилась на острове ар-Рауда, или как его раньше называли, Бахр, на Ниле. Организованный Людовиком IX крестовый поход закончился в 1250 году полной катастрофой. Причем, именно бахриты дважды разбили французских рыцарей. Они вполне справедливо полагали, что их мужество и доблесть заслуживают награды. Однако молодой султан Тураншах полагал иначе. Он осыпал чинами и наградами не их, а своих фаворитов и соучеников по медресе. В результате военачальниками становились философы и филологи, а не закаленные воины. Среди бахритов зрело недовольство. Когда султану донесли об этом, он устроил пьянку, во время которой бегал по дворцу, рубил саблей светильники и кричал: "Вот так я расправлюсь с бахритами". Инициатором заговора против Тураншаха был один из высших офицеров половец Бейбарс, которого поддерживали все его земляки. Он понял, что медлить дальше нельзя, и 2 мая 1250 года бахриты окружили ставку султана, а когда Тураншах вышел к ним, ему отрубили руку. Он бежал через лес к Нилу, где забрался в воду по горло. Здесь его обнаружили и расстреляли из луков. После этого Бейбарс посадил на престол малолетнего Камиля, за которого правили его мать, султанша Шедрет ад-Дурр и мамлюкский эмир туркмен Айбек. Все было бы хорошо, но султанша была безумно ревнива. Узнав, что у нее появилась соперница, она решила убить мужа. Когда после конных забав Айбек пошел в баню, она приказала своим евнухам убить его, а освободившийся престол предложила какому-то молодому эмиру. Среди арабов этот номер, может быть, и прошел бы, но не среди степняков. У них был свой кодекс чести, по которому предательство каралось смертью. Эмир отказался от сделанного предложения. Мамлюки распяли евнухов-убийц, а султаншу заточили в Красную башню каирского дворца. Позднее она была убита, причем, существует версия, что ее забил до смерти ногами один молодой раб. Все это произошло в 1257 году. Так как мамлюки были единственной реальной военной силой в Египте, то после совершенного переворота власть в стране принадлежала им. В 1259 году мамлюки избрали султаном друга Бейбарса, еще одного половца, Кутуза. Так бывшие рабы стали хозяевами богатейшей страны. С этого времени можно говорить о государстве мамлюков в Египте. Ирония судьбы! В то время как в причерноморских степях от половцев не осталось буквально и следа, на берегах Нила расположились воинские части, укомплектованные и из половцев.

Апостол Андрей На первых страницах летописи, во вводной ее части, описывается путешествие св. Андрея по территории, где позднее возникло древнерусское государство. Поэтому св. Андрей стал впоследствии считаться покровителем русских земель. Вот что там говорится об этом событии. Св. Андрей, брат Петра проповедовал учение Христа по берегам Черного моря. Занесло его туда случайно, или его отправили туда с этой миссией, неизвестно. Был он в Синопе, затем перебрался в Корсунь, где и узнал, что неподалеку находится устье большой реки - Днепра. Решил св. Андрей отправиться в Рим (похвальное желание, но путь он почему-то выбрал несколько странный!), добрался до устья Днепра и поплыл вверх по течению. Доплыл он со своими спутниками до каких-то холмов и заночевал там. Утром же он сказал своим ученикам: "Видите ли горы эти? На горах этих воссияет благодать Божия, будет великий город и воздвигнет Бог много церквей". Взошел св. Андрей на эти холмы, благословил их, поставил крест, помолился, и отправился дальше вверх по течению. А на этом месте возник впоследствии город Киев. Прибыл, наконец, св. Андрей к славянам, на те места, где нынче стоит Новгород, увидел живущих там людей, и удивлялся их обычаям - как они моются и хлещутся. В летописи ничего не говорится о том, что св. Андрей благословил и это место. Странно! В Новгороде ведь было построено тоже очень много церквей. Но если предположить, что летопись писалась (или переделывалась) под контролем киевских князей, тогда все становится понятным. Далее св. Андрей отправился в страну варягов, потом прибыл в Рим, где и рассказывал о том, где он был и проповедовал учение, что видел и чему удивлялся. "Удивительное видел я в Славянской земле на пути своем сюда. Видел бани деревянные, и разожгут их докрасна, и разденутся, и будут наги, и обольются квасом кожевенным, и поднимут на себя молодые прутья, и бьют себя сами, и до того себя добьют, что едва слезут, еле живые, и тогда обольются водою студеною, и только так оживут. И делают это всякий день, никем же не мучимые, но сами себя мучат, и это совершают омовенье себе, а не мученье". Его слушатели очень удивлялись этому рассказу, а св. Андрей, побыв некоторое время в Риме, вернулся в Синоп. Разумеется, ничего более интересного за все время пути от Новгорода до Рима вокруг всей Европы св. Андрей не увидел. Ну, это мы оставим на совести летописца и его редакторов. А путь из Синопа в Рим вокруг всей Европы вызывает некоторые вопросы. Тем более что на предыдущих страницах автор описывает "путь из варяг в греки". "Путь из варяг в греки" Рассмотрим немного повнимательнее, что же за путь описывает летописец. Только в одном месте он говорит, что существует путь из варяг в греки. Но на примере путешествия св. Андрея можно заключить, что имелся в виду путь вокруг всей Европы, который он проделал, а вовсе не путь вниз по Днепру. Потому что далее летописец начинает описывать только путь "из грек". Вот как он выглядит в его описании. "Из грек" надо подняться вверх по течению Днепра, затем волоком до реки Ловоть (так у летописца), по Ловоти можно добраться до озера Ильмень, из которого вытекает река Волхов. По этой реке попадаешь в озеро Нево (Ладожское), а затем в Варяжское море. По этому морю можно доплыть до Рима (!), а оттуда опять попасть в Царьград. Путь замкнулся. Далее же летописец добавляет, что из Днепра можно попасть в Двину, а из нее в Варяжское море. О движении же в обратном направлении не говорится ни слова. Возникает вопрос: почему автор описывает такой маршрут? И что это за маршрут? Ответ можно попытаться найти у античных авторов. В древнем мире были очень популярны украшения из янтаря, а его можно было добыть только на берегах Балтийского моря. Украшения из янтаря находят даже в могильниках древних египтян. Значит, существовал торговый путь, которым янтарь доставлялся в средиземноморье. Одним путем, вокруг Европы, прочно владели карфагеняне. Но они не допускали конкурентов на свои торговые пути и блокировали Гибралтарский пролив. Но ведь греческие купцы тоже хотели иметь прибыль от торговли столь выгодным товаром. Вот тут-то и всплывает путь вверх по Днепру, а затем по Двине, в Балтийское море. Делать крюк через Ильмень и Ладогу не было никакой необходимости. А вот обратно, уже с грузом янтаря, можно было плыть более спокойным путем вокруг Европы (карфагеняне, в основном, контролировали только выход из Средиземного моря), особенно после того, как карфагенская гегемония в Средиземном море была уничтожена. Заодно в Британии можно было загрузиться и оловом, тоже очень ценным товаром в то время. Так что торговый путь "из варяг в греки" скорее всего или вымысел нашего летописца (варяги как-то больше промышляли разбоем), или, что вернее всего, результат неправильного толкования летописного текста. А вот путь "из грек в варяги", как его и описывает наш летописец, имеет очень древнюю традицию.

Маяковский в анекдотах Эльза Триоле о Маяковском Эльза Триоле рассказывала, что Маяковский, вместо того, чтобы входить с людьми в деловые отношения, предпочитал играть с ними: "...прежде всего в карты, потом - на бильярде, потом - во что угодно, в тут же изобретенные игры. Преимущественно - на деньги, но также - ради всевозможных фантастических выдумок". Деньги и Маяковский Как-то , еще до революции, Маяковский вышел от зубного врача и с гордостью показывал искусственный зуб. Его спросили, сколько это стоило. Улыбнувшись, Маяковский ответил: "Поэты тянут авансы в издательствах, но не платят дантистам. Дантисты должны смотреть на нас собачьими глазами и получать гонорар нашими афтографами". Есенин и Маяковский В Московском Клубе Художников и Поэтов, "Питореск", Есенин читал свои стихи. Маяковский поднялся со стула и сказал: "Какие же это стихи, Сергей? Рифма ребячья. Ты вот мои послушай: "По волнам играя носится С миноносцем миноносица".Дочитав, он обратился к Есенину: "Понял?" Есенин ответил: "Понял. Здорово, ловко, браво!" И тотчас же, без предисловий, прочел, почти пропел, свою "Песню о собаке". Одобрение зала было триумфальным. Первый триумф Маяковского В 1916 году на одном из вечеров в "Бродячей собаке" присутствовал Максим Горький, чей литературный авторитет был в самом расцвете. Выступали поэты различных направлений. В довольно поздний час на крохотную эстраду с надменным, как всегда, видом поднялся Маяковский. В публике началось улюлюканье. Маяковский обернулся к ним: "Я буду читать для Горького, а не для вас!" Гул усилился. Максим Горький оставался равнодушным и неподвижным. Прочитав отрывок из поэмы "Война и мир" и несколько коротких лирических стихотворений, Маяковский сошел с эстрады. Публика кричала: "Болтовня! Ветряная мельница!" Нахмурив брови, Горький встал со стула и твердым голосом произнес: "Глумиться здесь не над чем. Это - очень серьезно. Да! В этом есть что-то большое. Даже если это большое касается только формы. Молодой человек, я вас поздравляю!" И Горький протянул руку гордо улыбавшемуся Маяковскому. Горькому была устроена овация, а эта ночь превратилась в подлинный триумф Маяковского. На следующий день слухи о суждении Горького распространились в Петербурге, а затем - в Москве. Ему (Маяковскому) было 23 года. Маяковский в конце жизни В 1929 году Маяковский отдыхал в Ницце. Как-то вечером, он вышел из казино, где оставил все свои деньги, и встретил на улице Юрия Анненкова. Он одолжил у художника некоторую сумму денег, и они зашли в прибрежный ресторанчик. Говорили понемногу обо всем, об СССР. Наконец Маяковский спросил, когда же Анненков вернется на родину. Тот ответил, что перестал об этом думать, так как хочет остаться художником. Маяковский хлопнул его по плечу, внезапно помрачнел и произнес охрипшим голосом: "А я - возвращаюсь, так как я уже перестал быть поэтом. Теперь я... чиновник..." После чего Маяковский разрыдался. Перепуганная официантка подбежала к нему, но Маяковский сказал, что он просто подавился косточкой.