Yorik

"Лень — психосоматический признак исправности выработанного в процессе эволюции механизма интуитивного распознавания бессмысленности выполняемой задачи." - "Краткий толковый словарь по психологии"

1951 - июль 1954 "Мои выступления по радио. Слушая себя, я делаю вывод, что не вызываю ничего, кроме раздражения. Таким меня делает Париж, несмотря ни на какие мои усилия. Слишком продолжительное одиночество - со времени исчезновения “Комба” - решительно негде высказаться, изложить свои мысли, что-то поправить при случае. Хотя бы раз ощутить чьё-то ответное тепло или, по крайней мере, воочию убедиться в том, что кто-то ещё сохранил великодушие. Всё закономерно: я леденею и приобретаю тот самый ледяной тон, слишком высокомерный даже для того, чтобы выразить им подлинное пренебрежение, разве только неприятный на слух. Вот если бы я хоть на секунду почувствовал, что кто-то мне по-настоящему доверяет, я бы засмеялся, и всё было бы в порядке". "Моими представлениями о вульгарности я обязан кое-кому из крупных буржуа, кичащихся своей образованностью и привилегированным положением, как, например, Мориак, в особенности же в те минуты, когда они являют собой зрелище уязвленного тщеславия. Они тогда стараются нанести ответный удар по тому же месту, в которое были ранены сами, и тем обнаруживают действительный уровень, на коем они пребывают в жизни. Тогда в их душе впервые торжествует такая добродетель, как смирение. Бедняги, в сущности, но ведь по злобе". "Гений - это здоровье, превосходный стиль, хорошее расположение духа - но на пределе страдания". "Творчество. Чем больше даёт, тем больше получает. Истратить всего себя, чтобы стать богатым". "Все писатели, великие и не очень, непременно заявляют устно и письменно, что современники всегда освистывают гения. Разумеется, это не так, подобное бывает лишь иногда и чаще случайно. Но сама эта потребность для писателя характерна". "Глубоко во мне - испанское одиночество. Человек выбирается из него лишь на “мгновения”, а затем возвращается на свой остров. Впоследствии (начиная с 1939 г.) я пытался воссоединиться, прошёл через все этапы того времени. Но второпях, окрылённый криками и подхлестываемый войнами и революциями. Сейчас я на пределе - и одиночество мое переполняется тенями и вещами, которые принадлежат только мне". "“Медея” - в исполнении труппы Античного театра. Не могу без слёз слушать этот язык, словно человек, который наконец обрел родину. Эти слова мои, мои эти чувства, моя это вера.“Какое горе - человек без города”. “О, сделайте, чтоб не был он без города”, - говорит хор. Я без города". "Все и вся на меня, хотят извести, требуя каждый своей доли, и никогда, никогда никто не пришел на помощь, не протянул руку, не полюбил меня, наконец, таким, каков я есть, и затем, чтобы я таковым и оставался. Они полагают, что у меня безграничный запас энергии и что мне следует поделиться ею с ними, чтобы им было проще жить. Но все мои силы я вложил в изматывающую страсть к творчеству, так что в остальном я гол и неимущ, как никто из людей". "Я не верю людям, которые говорят, что пустились в удовольствия от отчаяния. Подлинное отчаяние всегда ведет либо к тяжелым переживаниям, либо к бездеятельности". "Трагедия не в том, что ты один, а в том, что ты не можешь быть один. Иногда, кажется, я отдал бы всё на свете, лишь бы не иметь никаких связей с миром людей. Но я часть этого мира, а значит, мужественнее всего — принять его, и трагедию с ним вместе". "Прогресс в материальном положении неизбежно и в весьма значительной степени делает человека лучше. Но за известным пределом, когда приходит богатство, он становится вреден. На этом-то рубеже и балансирует мораль". "На злобу дня: 10 французских врачей, из них половина евреев, не имея другой информации, кроме правительственного сообщения из Москвы, подписывают заявление, в коем приветствуют арест своих советских коллег, на 9/10 евреев. Торжество научной мысли. Спустя какое-то время то же самое правительство объявляет о невиновности врачей, хотя они по-прежнему находятся в тюрьме". "Социализм, по Зощенко, придёт - когда на асфальте вырастут фиалки". Михаил Михайлович Зощенко (1894-1958) - русский писатель. "Единственное оправдание, которое я нашёл для своей жизни, - это мои муки творчества. Почти во всём остальном я банкрот. Если же и это меня не оправдывает, то на отпущение грехов нечего и рассчитывать". "Нигилизм. Лоботрясы несчастные, любители уравниловки и препирательств по пустякам. Готовы размышлять обо всём на свете, но лишь для того, чтобы всё отвергнуть; не имеют никаких чувств, полностью полагаясь в этом на других - на партию или вождя". "Порядочность ненавидеть нельзя. Но бесконечные рассуждения о порядочности - можно. Ни в чьих устах они не могут быть уместны и менее всего в моих. А потому всякий раз, когда кто-то вылезает с разглагольствованиями о моей честности (заявление Руа), меня начинает колотить внутренняя дрожь". Жюль Руа (1907-2000) — французский писатель; родился в Алжире. "“Дон Жуан”: вершина всех искусств. Заканчиваешь его слушать и словно совершил кругосветное путешествие и узнал всех людей". "Без традиции у художника возникает иллюзия, что он сам создает правила. Вот он и Бог". "С некоторыми людьми мы строим отношения на правде. С другими - на лжи. И эти последние не менее прочны". "Одна из задумок в театре (в том же Бродмуре): когда на сцену выходит злодей, появляется плакат: ”Освистывать”. Когда герой: “Хлопать”". Телевидение давно использует данный опыт. "Критика по отношению к творцу - то же, что торговец по отношению к производителю. В эпоху коммерции уже стало не продохнуть от этих комментаторов, посредников между производителем и публикой. И дело отнюдь не в том, что стало меньше творцов, а просто развелось слишком много комментаторов, которые топят ускользающую золотую рыбку в какой-то илистой жиже". "То, что наши левые коллаборационисты одобряют, о чём умалчивают либо считают неизбежным, всё подряд:1) Депортация десятков тысяч греческих детей. 2) Физическое уничтожение русского крестьянства. 3) Миллионы заключённых в лагерях. 4) Исчезновение людей по политическим мотивам. 5) Чуть ли не ежедневные политические казни за “железным занавесом”. 6) Антисемитизм. 7) Глупость. 8) Жестокость. Список далеко не полный. Но для меня и этого достаточно". "Рассказывают, что Ницше, оставшись после разрыва с Лу в полнейшем одиночестве, по ночам поднимался на горы, которые окружают генуэзскую бухту, раскладывал огромные костры и смотрел, как они горят. Я часто думал об этих кострах, и они отбрасывали свой пляшущий отсвет на всю мою умственную жизнь. Если же мне случалось быть несправедливым по отношению к некоторым мыслям и некоторым людям, с коими я встречался на этом веку, то лишь из-за того, что я непроизвольно ставил их рядом с пылающими кострами, и они мгновенно превращались в пепел". Луиза Густавовна фон Саломе (1861-1937) — более известна как Лу Саломе или Лу Андреас-Саломе; писательница и философ; состояла в дружеских отношениях с Ницше, Фрейдом и Рильке. Философ Поль Реё или Пауль Рэ (1849-1901) познакомил Ницше с Лу. "То, что он был вынужден скрывать определенную часть своей жизни, придавало ему вид честного человека". "Салакру в примечаниях к VI тому своих драматических произведений рассказывает такую историю:“Девочка лет десяти заявляет:“Когда я вырасту, вступлю в самую жестокую партию”. И на вопрос “почему” разъясняет: “Если у власти будет моя партия, мне нечего бояться, а если другая, я пострадаю меньше, потому что преследовать меня будет совсем не жестокая партия”". Насчет девочки не очень верится. Но подобные рассуждения мне знакомы. Именно так рассуждает - про себя, но не без пользы для себя - французская интеллигенция образца 1954 г." Арман Салакру (1899-1989) — французский драматург. "Если сказать “у него нос тыквой” - так не говорят; а “нос грушей” - то, что надо. Выходит, искусство - это правильно рассчитанное преувеличение". "Если бы я когда-то не уступил своей страсти, быть может, у меня остались бы силы на то, чтобы вмешаться в жизнь, что-то изменить в ней. Но я уступил, и вот я художник - и только". Август 1954 - июль 1958 1-е ноября "Часто читаю, что я атеист, слышу, как говорят о моем атеизме. Мне же все эти слова ни о чём не говорят, они для меня бессмысленны. Я и в Бога не верую, и не атеист". "Павезе: "Дураки мы набитые. Правительство оставляет нам свободы с гулькин нос, так мы и то бабам скармливаем". Чезаре Павезе (1908-1950) — итальянский писатель. "Рембрандт: слава до 36 лет, т.е. до 1642 г. Начиная с этого года неуклонный путь к одиночеству и бедности. Редкий и весьма показательный опыт по сравнению с банальной судьбой непризнанного художника. О подобном опыте ещё не говорилось". Рембрандт Харменс ван Рейн (1606-1669) — голландский художник. "В странах с тоталитарным режимом литература погибает не столько потому, что ею руководят, сколько из-за того, что она отрезана от других литератур. Любой художник, от которого исходно скрывают реальность во всей её полноте, становится калекой". "Над Турином снег и туман... Скоро я увижу и дом № 6 по улице Карло Альберто - тот самый, где работал Ницше и где у него окончательно помрачился рассудок. Я никогда не мог читать без слёз рассказ Овербека о том, как он приехал сюда, вошел в комнату и увидел безумного Ницше, который что-то выкрикивал в бреду, а потом вдруг, рыдая, бросился в объятия Овербека. Стоя перед этим домом, я пробую думать о нём, о том, кого я нежно любил и кем одновременно восхищался, - но напрасно. Я лучше ощущаю его присутствие, гуляя по улицам, и мне понятно, несмотря на низкое хмурое небо, почему и за что он любил этот город". Франц Камиль Овербек (1837-1905) — немецкий богослов и друг Ф. Ницше. 25 ноября Серенький туманный денёк. Брожу по Турину. На холме - головы коронованных мертвецов. В самом городе, там, где широкие проспекты, несутся в туман бронзовые кони. Турин - город застывших в стремительном движении коней, ведь именно здесь Ницше, будучи уже не в своём уме, остановил на всём скаку лошадь, которую отчаянно хлестал возница, и исступленно целовал её в морду". "Ортега-и-Гассет. История - вечная борьба паралитиков и эпилептиков". Хосе Ортега-и-Гассет (1883-1955) — испанский философ. 29 ноября "“Тайная вечеря” да Винчи - начало итальянского декаданса, это очевидно". С 1-го по 3 декабря "Бывают города - такие, как Флоренция, небольшие тосканские или испанские городки, - которые сами носят того, кто в них попадает, поддерживают на каждом шагу, даже походку делают более лёгкой. Другие наоборот, сразу наваливаются, подавляют - как Нью-Йорк, - так что приходится заново учиться ходить прямо и видеть. Рим из тех, что давят, но груз этот не тяжёлый, а просто ощутимый, его носишь на сердце как некое целое, состоящее из фонтанов, садов, куполов, и от всего этого чувствуешь и стеснение в груди, и какое-то непонятное счастье. Этот город, не такой уж и большой, - хотя здесь за каждым углом может вдруг открыться захватывающая дух перспектива, - это чуткое замкнутое пространство дышит, живёт не само по себе, но вместе с тобой". 3 декабря "Великолепное утро на вилле Боргезе. Утреннее солнце, такое же, как в Алжире, просачивается сквозь тонкие иголки пинии, отделяя их одну от другой. Галерея тоже вся залита белесым светом, скульптуры Бернини меня очень развлекли: они очаровывают и ошеломляют, когда в них торжествует грация, как, например, в весьма сюрреалистической Дафнии (как направление в искусстве сюрреализм и был прежде всего контрнаступлением барокко), или же внушают отвращение, когда эта грация исчезает, как в наводящей тоску “Истине, явленной на Страшном Суде”. Он ещё живописец, притом проникновенный (портреты)". Джованни Лоренцо Бернини (1598-1680) — итальянский скульптор, архитектор и живописец. "“Даная” Корреджо и в особенности “Венера, надевающая венок амуру” Тициана, написанная им в 90 лет и по-прежнему юная". Антонио ди Корреджо (1489-1534) - итальянский живописец. Тициан Вечеллио (1488-1576) - итальянский живописец. "Моравиа рассказал мне тогда и истинную историю Ченчи, о которых он хочет написать пьесу. Беатриче похоронили под алтарем собора Св. Людовика Французского. И вот в Риме беспорядки, Французская революция. Какой-то француз художник, санкюлот, участвует в разграблении собора. Снимают могильные плиты. Находят скелет Беатриче, тут же лежит и череп, отдельно от тела. Художник берёт череп и, поддавая его ногой, словно мяч, выходит на улицу. Таков последний эпизод ужасной истории Беатриче Ченчи". Альберто Моравиа (1807-1990) — итальянский писатель. Беатриче Ченчи (1577-1599) — известная отцеубийца. Появилась идея: а не написать ли Ворчалку об этой даме и её семействе?! "Движение ввысь, вознесение на фреске “Страшный суд”, справа от алтаря, передано у Микеланджело через подчёркнутую тяжеловесность мускулов, отчего возникает неотразимое впечатление легкости. Чем эти тела тяжелее, тем они легче. Вот это и есть искусство. В апартаментах Борджиа Риторика на картине Пинтуриккио изображена со шпагой. Сердце немного щемит, как подумаешь, что Юлий II приказал уничтожить фрески Пьеро делла Франческа (и других), чтобы его покой расписал Рафаэль; чем же заплачено за бесподобное “Освобождение Св. Петра”? “Снятие с креста” Караваджо. Самого креста так и не видно; подлинно великий художник". Микеланджело ди Людовико ди Леонардо ли Буонаротти Симеоне (1475-1564) — итальянский скульптор, архитектор и живописец. Бернардино ди Бетто ди Бьяджо (1454-1513) - итальянский живописец, более известный под прозвищем “Пинтуриккио” (мазила, маляр). Юлий II (1443-1513) - Джулиано делла Ровере, папа с 1503. Пьеро делла Франческа (1415-1492) — итальянский живописец. Микеланджело Меризи ди Караваджо (1571-1610) — итальянский живописец. 10 декабря "Продолжаю. Всё-таки мы уезжаем, и спустя несколько часов Помпея. Интересно, конечно, но ничуть не трогает. В римлянах может быть утонченность, но цивилизованность - никогда. Это адвокаты и солдаты, которых, Бог знает почему, путают с греками. Они и есть первые и подлинные разрушители греческого духа. Побежденная Греция, к сожалению, не смогла победить их в свою очередь. Ибо они, заимствовав у великого этого искусства темы и формы, так и не сумели подняться выше холодных подражаний, которых лучше бы и вовсе не было, чтобы наивность и блеск греков явились бы нам без посредников. После храма Геры в Пестуме вся античность, усеивающая Рим и Италию, разлетается на куски, а вместе с ней и вся эта комедия ложного величия. Я всегда инстинктивно чувствовал это, и у меня ни разу не забилось сердце ни от одной латинской поэмы (даже от Вергилия - восхищался им, но не любил), хотя оно неизменно сжимается, стоит сверкнуть какому-нибудь трагическому или лирическому стансу, созданному в Греции. На обратном пути из Помпеи, этого бережно хранимого Бухенвальда, привкус пепла на губах и растущая усталость". "Подлинная история предательства начинается с Луки, это он заставил умолкнуть отчаянный крик агонизирующего Христа". "Суть предательства левой интеллигенции. Раз их главная цель - чтобы СССР неуклонно следовал принципам революции, постепенно устраняя их нарушения, то какой смысл русскому правительству отказываться от своих тоталитарных методов, если ему заранее известно, что они так или иначе будут оправданы. На самом деле только открытая оппозиция западных левых способна заставить это правительство задуматься, если оно вообще сможет или захочет это сделать. Но дело опять же в том, что предательство нашей интеллигенции объясняется уже никак не её глупостью, а кое-чем другим.>br> Почему не устоять перед удовольствием считается более предосудительным, чем не устоять перед болью? В последнем случае урон иногда бывает несравнимо большим". 27 апреля "Акрополь. Ветер разогнал все облака, и с неба льётся необычайно белый, пронзительный свет. При этом всё утро не покидает странное чувство, что я здесь уже очень давно и вообще у себя дома, даже непохожесть языков не смущает. Это впечатление ещё более усиливается, когда, поднимаясь на Акрополь, вдруг констатирую, что иду туда просто “по-соседски”, без особых чувств..." "Наверху - совсем другое дело... Здесь постоянно борешься с мыслью о том, что совершенство было достигнуто уже тогда, и с тех пор мир лишь клонился к упадку. И мысль эта подавляет все прочие. Однако нужно продолжать бороться с ней, снова и снова. Мы хотим жить, а поверить в это равнозначно смерти". "Джорджоне - художник музыкантов. Его сюжеты, сама его живопись, текучая, без четких контуров, длящаяся, придающая женственность всему, особенно мужчинам. Сладострастие несовместимо с сухостью". Джордж Барбарелли ди Кастельфранко (1477-1510) — итальянский живописец, известный как Джорджоне. "В искусстве любая доктрина - это алиби, которым художник пытается оправдать собственную ограниченность". "У угнетённого нет никакого настоящего долга, поскольку он не имеет прав. Права же достаются ему исключительно через бунт. Но едва завоевав права, он вместе с ними обретает и долг. Таким образом, бунт есть в равной степени источник права и отец долга. Отсюда берет свое начало аристократия. И из этого же состоит её история. Тот, кто пренебрёг своим долгом, теряет и право и становится угнетателем, даже выступая от имени угнетённых. Но в чём состоит этот долг". "Анекдот из России (скорее всего, придуманный): Сталин предупредил Крупскую, что, если она не прекратит всякую критику, он назначит вдовой Ленина кого-нибудь другого". 1956 "Омоложенный Фауст становится Дон Жуаном. Старый, умудрённый жизнью дух в юном теле. Взрывоопасная смесь. То же. Сцена, в которой Дон Жуан присутствует на собственных похоронах. Дон Фауст или рыцарь Запада". "Прогрессивная интеллигенция. Этакие штопальщики-диалектики. Если у кого-то голова уже не выдерживает, они своими рассуждениями подштопывают то, что порвалось под действием фактов". "Буддизм - это атеизм, ставший религией. Возрождение после нигилизма. Кажется, единственный случай. И стоящий того, чтобы над ним поразмыслить, особенно нам, борющимся с нигилизмом". 8 августа 1957 г. Корд "Перечёл “Преступление и наказание” и впервые всерьёз усомнился в своём призвании. Раздумываю, не бросить ли всё, в самом деле". "Те, кому действительно есть что сказать, никогда этого не высказывают". Конец апреля 1958 г. Канны "Мартен дю Гар. Ницца. Он еле ползает со своим ревматизмом в суставах. 77 лет."Над смертью ничто не властно, даже то, что я создал. Ничто, ничто..." "Да, это хорошо, когда не чувствуешь себя одиноким" (и на глазах у него появляются слёзы). Уславливаемся встретиться в июле в Тертре. "Если доживу". А сердце-то прежнее - до всего ему есть дело". Роже Мартен дю Гар (1881-1958) — французский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе за 1937 год. "Музиль: великий замысел, предполагающий применение всевозможных приёмов искусства, которыми он владеет. Отсюда и такое произведение — трогательное благодаря тому, что оно не удалось, а не благодаря своему содержанию. Бесконечный авторский монолог, в котором местами видны проблески гения, но который в целом не озарён светом искусства. Музиль."У каждого из нас есть вторая натура, для которой любой наш поступок оправдан". "Обыкновенная жизнь есть составляющая всех наших возможных преступлений". Роберт Музиль (1880-1942) - австрийский писатель и драматург. "Павезе. Насчёт того, что единственная причина, по которой мы постоянно думаем о себе, заключается в том, что наедине с собой мы проводим гораздо больше времени, чем с другими. О том, что гений означает плодовитость. Быть значит выражать, выражать без конца. О том, что праздность замедляет часы и убыстряет годы, а деятельность ускоряет часы, но замедляет годы. О том, что все развратники сентиментальны, ибо для них отношения мужчины и женщины есть предмет чувства, а не долга. Там же."Когда женщина выходит замуж, она начинает принадлежать другому, а раз она принадлежит другому, ей больше нечего ему сказать". Июль 1958 - август 1959 30 июля "Весь день один. Работал, но ничего путного. Вечером у Набокова Нарайан, которого прочат в преемники Ганди и который объясняет нам суть движения сельского социализма в Индии (Виноба). Восхищаюсь, но от меня это далеко". Владимир Владимирович Набоков (1899-1977) — русский и американский писатель. Разипурам Кришнасвами Нарайан (1906-2001) — индийский писатель. Мохандас Карамчанд “Махатма” Ганди (1869-1948) — индийский философ и общественный деятель. "Ницше."Никакое страдание не могло и не сможет вынудить меня лжесвидетельствовать против жизни, - такой, какой я её знаю". Там же. "Шесть разных одиночеств он познал, Но море одиноким не считал он..." Об использовании славы в качестве прикрытия, за которым "наше собственное “я” незаметно продолжало бы играть само с собой и смеяться само над собой". "Завоевать свободу и духовную радость, чтобы иметь возможность творить, не поддаваясь угрозам чуждых идеалов". Чувство истории есть не что иное, как замаскированная теология. Н[ицше], человек с севера, оказавшись под небом Неаполя, однажды вечером: "И ведь можно было умереть, так этого и не повидав!" Письмо Гасту от 20 августа 1880 г., в котором он жалеет, что был дружен с Вагнером: "... какой мне толк от споров с ним, если почти во всём прав я?" Человеку большой души, если у него нет своего Бога, нужны друзья. Люди, обладающие “волей большой дальности”. Оказывается, Ницше открыл для себя Достоевского в 87-м году по “Запискам из подполья” и сравнил это с открытием “Красного и чёрного”". Генрих Кёзелиц (Heinrich Köselitz, 1854–1918) — голландский писатель, друг Ницше, который дал ему псевдоним “Петер Гаст”. Вильгельм Рихард Вагнер (1813-1883) - немецкий композитор. "Телевизионная передача. Не могу “показаться”, не вызвав всевозможных толков. Запомнить, зарубить на носу, что я должен отказаться от всей этой ненужной полемики. Хвалить то, что того заслуживает. Об остальном молчать. Если я не буду придерживаться этого правила, то при нынешнем положении вещей придётся расплачиваться и быть наказанным. См. “поэтапное выздоровление”. Оберегать ту драгоценную внутреннюю дрожь, ту глубокую тишину, которую я обрёл здесь. Остальное не существует".

В Римской империи был тип тяжеловооружённых, даже можно сказать - сверх тяжёлых, гладиаторов. Это были крупелларии (т.е. латники - слово кельсткого происхождения) - закованные с ног до головы в броню. Это довольно необычное явление, возможно оно было продиктовано стремлением ланист к экономии - ведь убить такого гладиатора сложно, а в ином случае покупка и обучение нового гладиатора взамен убитого должны были обходиться в копеечку (хотя и доспехи, должно быть, тоже стоили ого-го!). И что интересно, такой тип гладиаторов встречался исключительно в Галлии. Причём эти гладиаторы были задействованы не только в схватках на арене, но и в боевых действиях. В правление Тиберия, в 21 г. н.э. в Галлии вспыхнуло восстание под предводительством Юлия Флора и Юлия Сакровира. Набирая войско для сражения с римлянами в области эдуев, Сакровир включили в него и крупеллариев. "Всего у него набралось сорок тысяч, из которых одна пятая имела оружие римского образца, а у остальных были только рогатины, ножи и прочее вооружение, каким пользуются охотники. К ним были добавлены предназначенные для гладиаторских игр рабы, по обычаю племени облаченные в сплошные железные латы, так называемые круппелларии, малопригодные для нападения, но зато неуязвимые для наносимых врагом ударов". (Tac., Hist., III, 34) Войско Сакровира встретилось с армией римского командующего Силия под стенами Августодуна. Крупелларии были поставлены в центре - по бокам галлам удаллось поставить некое подобие правильных когорт, позади же стояли неорганизованные толпы. В основном войско галльких повстанцев не оказало серьёзного сопротивления, и лишь с крупеллариями римским легионерам пришлось изрядно помучиться: "Разгром эдуев несколько задержали латники, так как их доспехи не поддавались ни копьям, ни мечам; впрочем, воины, схватившись за секиры и кирки, как если бы они рушили стену, стали поражать ими броню и тела; другие при помощи кольев и вил валили эти тяжелые глыбы, и они, словно мертвые, продолжали лежать на земле, не делая ни малейших усилий подняться". (Tac., Hist., III, 46)

Король Испании Педро, которого называли «Жестоким», любил искать приключения на улицах ночной Севильи. Однажды в глухом переулке он затеял ссору с незнакомцем, вызвал его на поединок и убил. А как раз незадолго до этого король издал указ, гласивший, что всякий, кто примет участие в поединке, будет обезглавлен. На беду короля его увидела и узнала одна старушка. На следующий день дежурный офицер явился к Педро с докладом: «Ваше величество, сегодня ночью был поединок, один из дравшихся убит». «Ну что, нашли вы убийцу?». «Да, Ваше величество». «А где же его голова? Исполните закон!». Офицер поначалу испугался, но нашел весьма остроумный выход – он выхватил меч и отрубил голову одной из королевских статуй.

Или собираться в общины, но их быстро уничтожают другие стада...

Сентябрь 1945 "Политические антиномии. Мы живём в мире, где необходимо выбирать, кем быть, жертвой или палачом – третьего не дано. Выбор не из лёгких. Мне всегда казалось, что, в сущности, палачей не существует, все люди – жертвы. В конечном счёте, разумеется. Но мало кто разделяет это мнение. Я страстно люблю свободу. А для всякого интеллектуала свобода в конце концов сводится к свободе выражения. Но я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что очень многих европейцев свобода волнует мало, ибо только справедливость может дать им тот минимум материального благополучия, в котором они нуждаются, и правы они или нет, но они охотно пожертвовали бы свободой ради этой элементарной справедливости..." Октябрь 1946 "Разговоры с Кёстлером. Цель оправдывает средства, если речь идёт о разумном соотношении величин: я могу послать Сент-Экзюпери на верную смерть ради спасения полка. Но я не могу сослать тысячи людей и лишить их свободы ради количественно равноценного результата, не могу, всё рассчитав, разом принести в жертву три или четыре поколения". Артур Кёстлер (1905-1983) – англоязычный писатель еврейского происхождения, родившийся в Венгрии. Граф Антуан Мари Жан Батист Роже де Сент-Экзюпери (1900-1944) — французский писатель и лётчик. 1947-1949 "Самая серьёзная проблема, которая встаёт перед современными умами, – конформизм". "Лотреамон: "Всей морской воды не хватило бы, чтобы смыть пятно крови, пролитой интеллектуалом". Изидор Люсьен Дюкасс (1846-1870) — псевдоним “граф Лотреамон”; французский поэт и прозаик. "Сартр, или ностальгия по всеобщей идиллии". "Сент-Бёв: "Я всегда полагал, что если бы люди хоть на минуту перестали лгать и высказали вслух то, что думают, общество бы не устояло". Шарль Огюстен де Сент-Бёв (1804-1869) – французский литературный критик. "Б. Констан (пророк!): "Чтобы жить спокойно, нужно затратить не меньше усилий, чем для того, чтобы править миром". Анри Бенжамен Констан де Ребек (1767-1830) — французско-швейцарский писатель и публицист. "Посвятить себя человечеству: по Сент-Бёву, такие люди хотят до самого конца быть в центре внимания". "Стендаль: "Я ничего не сделаю для своего личного счастья, пока не перестану страдать оттого, что плохо выгляжу в чьих-то глазах". Мари Анри Бейль (1783-1842) — французский прозаик, писавший под псевдонимом “Стендаль”. "Смертная казнь. Меня вынуждают заявить, что я противник любого насилия. Это было бы так же умно, как объявить себя противником ветра, дующего в ту или иную сторону". "Вольтер: "В этом мире люди побеждают только силой и умирают с оружием в руках". "Печерин, русский эмигрант XIX в., на чужбине ставший монахом, восклицает:"Как сладостно отчизну ненавидеть И жадно ждать её уничтоженья!" Владимир Сергеевич Печерин (1807-1885) – поэт и филолог, невозвращенец с 1836 г.; перешел в католичество и стал священником. "Индивидуалистический социализм Белинского. Против Гегеля, за личность человека. Ср.: Письма Боткину: "Судьба субъекта, индивидуума, личности важнее судеб всего мира и здравия китайского императора (то есть гегелевской Allgemeinheit [всеобщность])". Он же: "Кланяюсь вашему философскому колпаку (Гегелю). Но со всем подобающим вашему философскому филистерству уважением честь имею донести вам, что если бы мне и удалось влезть на верхнюю ступень лестницы развития, – я и там попросил бы вас отдать мне отчёт во всех жертвах условий жизни и истории, во всех жертвах случайностей, суеверия, инквизиции, Филиппа II и пр., и пр.: иначе я с верхней ступени бросаюсь вниз головою. Я не хочу счастия и даром, если не буду спокоен насчет каждого из моих братий по крови – костей от костей моих и плоти от плоти моея..." "Говорят, что дисгармония есть условие гармонии; может быть, это очень выгодно и усладительно для меломанов, но уж, конечно, не для тех, которым суждено выразить своею участью идею дисгармонии". "Бакунин: "Страсть к разрушению есть творческая страсть". "Он же: Три принципа человеческого развития: человек животный; мысль; бунт". Михаил Александрович Бакунин (1814-1876) — революционер, теоретик анархизма. "70-е годы. Михайловский, индивидуалистический социалист:"Если бы революционный народ вторгся в мою комнату и пожелал разбить бюст Белинского, то я боролся бы с ним до последней капли крови". Николай Константинович Михайловский (1842-1904) – русский публицист. "Предсказание Лермонтова:"Когда чума от смрадных, мёртвых тел Начнет бродить среди печальных сел". "Духовный коммунизм Достоевского – это ответственность всех за всех". "Бердяев:"Не может быть диалектики материи, диалектика предполагает логос, смысл, возможна лишь диалектика мысли и духа. Но Маркс переносил свойства мысли и духа в недра материи". В конце концов мир преобразует лишь воля пролетариата. Значит, в марксизме действительно содержится экзистенциальная философия, изобличающая ложь объективации и утверждающая победу человеческой активности". Николай Александрович Бердяев (1874-1948) - русский философ. "В России существует свобода коллективная, “тотальная”, но не личная. Но что такое тотальная свобода? Люди свободны от чего-то – и по отношению к чему-то. Кажется, будто предел – свобода по отношению к Богу. Но совершенно очевидно, что она означает порабощение человека". "Бердяев сближает Победоносцева (обер-прокурора Священного Синода, главного идеолога Российской империи) и Ленина. Оба нигилисты". Константин Петрович Победоносцев (1827-1907) — русский правовед и писатель. "Современная литература. Оскорблять легче, чем убеждать". "Справедливости нет, есть только пределы". "Покойнее всего было бы любить молча. Но в дело вступают сознание и личность; приходится разговаривать. И любовь превращается в ад". Апрель 1948 Некоторый интерес представляет краткая история королевства Араукании и Патагонии в изложении Альбера Камю: "В конце XIX века Антуан Орли, нотариус из Перигё, внезапно покинул родной город, отправился в Патагонию и поселился там. Он сумел войти в доверие к туземцам и через несколько лет, исключительно благодаря своей дружбе с ними, получил титул Арауканского императора. Он чеканил монету, выпускал почтовые марки, одним словом, пользовался всеми правами законного монарха. Весть об этом достигла Чили, в чьём подчинении находились далекие патагонские владения; Антуан Орли предстал перед судом и был приговорен к смерти. Смертную казнь заменили десятью годами тюрьмы. Через десять лет он выходит на свободу и возвращается в Патагонию; подданные по-прежнему видят в нём императора, и он снова соглашается принять этот титул. Но, чувствуя приближение старости, решает позаботиться о преемнике и завещает арауканский трон своему сыну Луи Орли, которому предстоит стать императором под именем Людовика I. Но Луи Орли отказывается. Тогда Антуан отрекается от престола в пользу своего племянника, Ашиля Орли, живущего в Перигё; затем Антуан умирает, и подданные хоронят его с большими почестями. Однако Ашиль I не намерен переселяться в свои владения. Он перебирается в Париж, заводит светские знакомства, живёт на широкую ногу, устраивает приёмы с королевской щедростью. Деньги он добывает, раздавая за взятки посты арауканских консулов в разных странах. Поскольку потребности его постоянно растут, он организует сбор средств на строительство христианских церквей и соборов. Под этим предлогом он собирает настолько крупные суммы, что встревоженные иезуиты жалуются папе римскому. Выясняется, что в Патагонии не построено ни одной церкви, и Ашиль I предстает перед судом, который выносит ему суровый приговор. Разорившийся император кончает свои дни на бульваре Монпарнас, проводя время всегда в одном и том же кабачке, где, по слухам, с ним встречалась королева Ранавало". Орели Антуан де Тунан (1825-1878) — французский адвокат и авантюрист; первый король Араукании и Патагонии с 1860 года под именем Аврелий Антоний I. Ранавалона III (1862-1917) - последняя туземная королева Мадагаскара, свергнутая французами в 1897 г. "В “Критоне” диалоги Законов и Сократа напоминают московские процессы". "Первой должна прийти любовь, а за ней – мораль. Обратное мучительно". "Я выбрал творчество, чтобы избежать преступления. А тут их уважение! Что-то здесь не так". "Ад – особая милость, которой удостаиваются те, кто упорно её домогались". "Согласно Бейлю [Стендалю], не следует судить о человеке ни по тому, что он говорит, ни по тому, что он пишет. Я добавлю: ни по тому, что он делает". "С плохой репутацией жить легче, чем с хорошей, ибо хорошую репутацию тяжело блюсти, нужно всё время быть на высоте – ведь любой срыв равносилен преступлению. При плохой репутации срывы простительны". Оскар Уайльд не согласился бы в этом пункте с Камю. "В этом мире можно жить, лишь отказавшись от части его? Против amor fati [любовь к судьбе]. Человек – единственное животное, которое отказывается быть таким, как оно есть". "Светские развлечения можно выносить только по долгу дружбы". "Последние слова Карла Гебхарда, который был врачом Гиммлера (и знал о Дахау):"Я сожалею, что в мире ещё осталась несправедливость". Карл Франц Гебхард (1897-1948) — личный врач и школьный друг Гиммлера. "Бунт. Глава о том, что такое казаться (себе и другим). Дендизм – движущая сила многих деяний, вплоть до революционных". "Зыбин, непревзойденный дешифровщик Охранки, оставлен на той же должности в ГПУ. То же. Комиссаров, сотрудник Охранки и организатор погромов, переходит на службу в ЧК". "Начальник Зубатов. Защищал обвиняемого перед поддельной следственной комиссией и превращал его в осведомителя". Сергей Васильевич Зубатов (1864-1917) - начальник Московского охранного отделения в 1896-1902 гг. "Девяти из десяти революционеров ремесло осведомителя приходилось по вкусу". "Революция 1905 г. началась с забастовки рабочих одной из московских типографий, которые требовали, чтобы при сдельной оплате точки и запятые считались за буквы". "Чайковский имел привычку в рассеянности жевать бумагу (включая очень важные документы в Министерстве юстиции). Жажда творчества была в нём так сильна, что лишь его огромная работоспособность позволяла утолять её (Н. Берберова)."Если б то состояние души артиста, которое называется вдохновением, продолжалось бы беспрерывно, нельзя было бы и одного дня прожить" (Чайковский). "Как только я предамся праздности, меня начинает одолевать тоска, сомнения в своей способности достигнуть доступной мне степени совершенства, недовольство собой, даже ненависть к самому себе. Мысль, что я никуда не годный человек, что только моя музыкальная деятельность искупает все мои недостатки и возвышает меня до степени человека в настоящем смысле этого слова, начинает одолевать и терзать меня. Только труд спасает меня" (Чайковский). А между тем музыка его по большей части посредственна". Пётр Ильич Чайковский (1840-1893) - русский композитор. Нина Николаевна Берберова (1901-1993) - русская писательница; автор книги “Чайковский. История одинокой жизни”. Май 49-го "Стендаль: "Отличие немцев от других народов: размышления не успокаивают их, а возбуждают. Ещё одна особенность: они сгорают от желания иметь характер". "“Ступай в монастырь, Офелия!” Да, ибо единственный способ овладеть ею – устроить так, чтобы ею не смог овладеть никто. Кроме Бога, с чьим соперничеством легко смириться: ведь Он не посягает на тело". "Клейст дважды сжигал свои рукописи... Пьеро делла Франческа к концу жизни ослеп... Ибсен в старости утратил память и заново учил алфавит... Не падать духом! Не падать духом!" Бернд Генрих Вильгельм фон Клейст (1777-1811) — немецкий драматург и писатель. Пьеро делла Франческа (1415-1492) — итальянский живописец и теоретик искусства. Генрик Юхан Ибсен (1828-1906) — норвежский драматург. "Пер Гюнт рассказывает своим согражданам, что дьявол обещал толпе хрюкнуть, точь-в-точь как свинья. Он появляется и исполняет обещанное. Но зрители недовольны. Одни находят голос слишком тонким, другие – слишком искусственным. Все осуждают подражателя за преувеличение. А между тем хрюкал настоящий поросёнок, которого дьявол спрятал под плащом и щипал". "Слушайтесь, говорил Фридрих Прусский. Но, умирая, сознался:"Я устал управлять рабами". Фридрих II (1712-1786) — король Пруссии с 1740. "Люди упорно путают брак и любовь, с одной стороны, счастье и любовь – с другой. Между тем это совершенно разные вещи. Именно поэтому , хотя любовь – вещь очень редкая, среди браков бывают и счастливые". "Физическая ревность есть в большой мере приговор самому себе. Зная, о чём способен помыслить ты сам, ты решаешь, что и другой помышляет о том же. Нынче добродетель достойна похвалы. Великие жертвы не встречают поддержки. Мучеников постигает забвение. Они стараются привлечь к себе внимание. На них смотрят. Но стоит им оступиться, и газеты берутся за своё". "Мерль, журналист, занимающийся шантажом, целый год печатал в своей газете клеветнические статьи об Х, но так ничего и не добился. Тогда, изменив тактику, Мерль принялся превозносить свою жертву до небес – и тут же получил деньги". "Во время суда над Шибуниным Толстой выступил защитником этого несчастного солдата, ударившего офицера, а когда Шибунина приговорили к смертной казни, ходатайствовал о помиловании через свою тётку, которую просил обратиться к военному министру. Министр ответил, что не может ничего предпринять, потому что Толстой забыл указать название полка. Тётка написала об этом Толстому, но на следующий день после того, как пришло её письмо, Шибунин был казнён по вине Толстого". Василий Николаевич Шибунин (1841-1862) — рядовой; казнён из-за пощёчины офицеру. "Делакруа: "Реальны во мне лишь те иллюзии, которым я даю жизнь на своих полотнах. Всё прочее – зыбучие пески". Фердинан Виктор Эжен Делакруа (1798-1863) - французский живописец. 10 января 1950 "Понятие “интеллектуал” (и соответствующая реальность) родилось в XVIII веке". "В Дневнике Делакруа фраза (с чьих-то слов) о критиках, которые позволяют себе заниматься художественным творчеством:"Нельзя одновременно сечь и подставлять свой зад". 1 марта 1950 "Китайцы утверждают, что империи, близящиеся к гибели, изобилуют законами". "Стиль XVII века, по словам Ницше: чёткий, точный и свободный. Современное искусство: искусство тираническое". "Всё мое творчество иронично". "Вольтер догадывался почти обо всём. Правда, доказал он очень немного, но зато неопровержимо". "Тем, кто пишут темно, повезло: у них появятся комментаторы. У остальных будут только читатели, а это, судя по всему, вызывает презрение". "В отличие от нас женщины по крайней мере не обязаны стремиться к величию. У мужчин даже вера, даже смирение призваны доказывать величие. Это так утомительно". "Я люблю всё или не люблю ничего. Значит, я не люблю ничего". "Фолкнер. На вопрос, что он думает о молодых писателях, отвечает:"Они не создадут ничего значительного. Им нечего больше сказать. Чтобы писать, нужно проникнуться простыми и великими истинами и посвятить своё творчество одной из них или всем им вместе. Те, кто не умеют говорить о гордости, чести, страдании, – посредственные писатели, и сочинения их умрут вместе с ними, если не раньше. Гёте и Шекспир выстояли, потому что верили в человеческое сердце. Бальзак и Флобер тоже. Они вечны". Уильям Фолкнер (1897-1962) - американский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе 1949. "Паскаль: "Долгое время я жил, веря в существование справедливости, и не ошибался, ибо она существует постольку, поскольку Господу было угодно открыть нам её. Но я ошибался, ибо полагал, что наша справедливость справедлива сама по себе, независимо от Господней воли, и что я смею познать её и судить о ней". Блез Паскаль (1623-1662) — французский математик, физик и философ. "Мало кто способен понять искусство". "Шофер такси, негр, с учтивостью, какой не встретишь в Париже в 1950 году, сказал мне, когда мы проезжали мимо “Комеди Франсез”, перед которой стояло множество машин:"Дом Мольера нынче вечером полон". "Да, у меня есть родина: французский язык". "Бесчестность художника, который делает вид, что верит в принципы демократии. Ибо в этом случает он отрицает самую глубинную сущность своего опыта, великий урок искусства: иерархию и упорядоченность. Неважно, что эта бесчестность продиктована чувством. Она ведёт к рабскому труду на фабриках или в лагерях". "Революционный ум отрицает первородный грех. И погрязает в нём. Греческий ум о нём не думает. И избегает его". "В Бухенвальде фашисты избивают людей, а оперного певца заставляют петь при этом знаменитые арии". 1951 "Ответ на вопрос, какие у меня самые любимые десять слов:"Мир, боль, земля, мать, люди, пустыня, честь, нищета, лето, море"". "Человек образца 1950 г.: блудил и читал газеты". В наши дни Камю мог бы написать: "Человек образца 2018 г.: онанировал и сидел у компьютера". "Уайльд. Хотел поставить искусство превыше всего. Однако величие искусства отнюдь не в том, чтобы парить надо всем. Напротив, оно в том, чтобы во всё вмешиваться. Уайльд пришел к пониманию этого благодаря боли. Но это время несет на себе вину: непременно нужно пройти через боль и рабство, чтобы открыть истину, которая присутствует и в счастье - если только сердце достойно его. Холуйский век". Оскар Фингал О'Флаерти Уиллс Уайльд (1854-1900) — ирландский писатель, драматург и поэт. "Мориак. Замечательное доказательство возможностей его религии: он пришёл к благотворительности, минуя щедрость. И зря он без конца отсылает меня к страданиям Христа. Сдается мне, что я отношусь к ним с большим уважением, чем он, поскольку никогда не считал для себя возможным дважды в неделю толковать о муках Спасителя моего на первой странице газеты для банкиров. Он называет себя раздражённым писателем. Так оно и есть. Вот только в этом его раздражении сквозит неодолимое желание использовать распятие в качестве метательного снаряда. Что и превращает его в первоклассного журналиста - и во второстепенного писателя. Этакий Достоевский из Жиронды". Франсуа Мориак (1885-1970) — французский писатель; лауреат Нобелевской премии по литературе 1952; член Французской академии с 1933.