Yorik

Приступить к написанию этого труда меня вынудили несколько обстоятельств: во-первых, меня часто просили написать что-нибудь про Тимура; во-вторых, описание путешествия кастильских послов интересно тем, что мы не только проделываем с ними этот длинный путь, но и видим окружающий мир их глазами, а также узнаем много сведений по истории государства Тимура, сообщаемые его современниками; в-третьих, это просто увлекательное путешествие, и странно, что никто до сих пор не пытался его экранизировать или написать исторический роман. Надеюсь, что названных причин достаточно, и я приступаю к изложению событий, но вначале необходимо ввести вас, уважаемые читатели, в курс событий, а посему вашему вниманию предлагается небольшое вступление. Предисловие Король Кастилии и Леона Генрих III де Трастамара, известный под прозвищем Больной, взошел на престол в 1390 году в возрасте 11 лет под опекой правительственного совета. Европа в это время находилась под угрозой османского завоевания. В 1393 году султан Баязид I захватил Болгарию, Македонию, Валахию, Фессалию и вошел в Грецию. Венгерский король Сигизмунд для отпора туркам организовал крестовый поход, в котором участвовали также баварцы, французы, бургундцы и поляки. Но в 1396 году эти войска были разгромлены Баязидом I под Никополем. После этой победы турки начали осаду Константинополя. К этому времени в Европу уже проникла информация о могучем правителе Тимуре, покорившем огромные пространства на Среднем Востоке и в Северной Индии. В 1399 году Тимур начал свой великий "семилетний поход" на запад. Он быстро покорил Грузию, Армению и Азербайджан, после чего столкнулся с коалицией между египетским султаном Насир ад-дином Фараджем и турецким султаном Баязидом I. Вначале Тимур захватил Багдад (в 1401 году) и проник в Сирию, где захватил Алеппо и Дамаск. Баязид I тем временем захватил территории между Эрзинджаном и Малатией, бросив тем самым открытый вызов Тимуру. Соперники начали готовиться к решительной схватке и искать союзников. Тимур обратился к византийцам и генуэзцам с просьбой о выделении флота для блокировки турецких берегов. В этих переговорах участвовала и Франция, под чьим покровительством тогда находилась Генуя. Тимур послал в Венецию и Геную посольство, которое возглавил "архиепископ всего Востока" Иоанн Галонифонтибус. Накануне решающей схватки в ставку Тимура стали прибывать посольства из различных европейских государств. Прибыло в Малую Азию и посольство от кастильского короля. Послы Пайо де Сотомайор и Эрнан Санчес Паласуэлос должны были "разузнать о могуществе Тамурбека и Турка Ильдрина (имеется в виду Йылдырым ["Молния"] Баязид I), об их богатстве и численности войск, которые они противопоставили друг другу". После решающей победы у Анкары в 1402 году, когда Ббаязид I был захвачен в плен, кастильские послы принесли поздравления Тимуру, который отправил в Мадрид своего посланника, аль-Хаджи Мухаммада, называемого испанцами Алькаги, с дарами для закрепления дружбы. Тимур ведь оседлал весь Великий Шелковый Путь и был заинтересован в расширении торговли по нему для увеличения своих доходов. Известна и переписка Тимура с французским королем Карлом VI Валуа о желании поддерживать торговые связи между государствами. После столь удачного установления контактов с Тимуром, Генрих III решил направить в Самарканд посольство с ответными дарами, надеясь извлечь выгоду из таких контактов. Посольство возглавляли Фра Альфонсо Паес де Санта Мария, магистр богословия, и Руи Гонсалес де Клавихо и Гомес де Саласар, стражник (камергер) короля. Клавихо и оставил нам описание этого путешествия. Вот его полное название: "Жизнь и деяния великого Таморлана с описанием земель его империи и зависимых, созданное Руи Гонсалесом де Клавихо, камергером великого и могущественного сеньора Энрике Третьего, короля Кастилии и Леона, с записями всего случившегося во время посольства, отправленного вышеупомянутым королем к названному князю, известному под другим именем Тимурбек, в год от Рождества Христова тысяча четыреста третий". Начало пути Во вторник 22 мая 1403 года посольство отбыло из порта Святой Марии близ Кадиса на барке и карраке и начало свой медленный путь к далекому Самарканду. Простой пример: 25 мая они вошли в Малагу, 29 мая отплыли из нее и только 5 июня достигли острова Ивиса в составе Балеарских островов. Во время всего плавания им мешали то ветры, то течения. 18 июня проплыли остров Мальорку. 26 июня достигли острова Асинера. 27-го проплыли между Корсикой и Сардинией и поплыли вдоль владений короля Владислава. 28-го увидели на Монте-Кассино замок Сан-Феличе, принадлежащий королю Владиславу. 26 или 27 июня посланники достигли порта Гаэта, где и остановились на шестнадцать дней. [ В дальнейшем будем иметь в виду, что одна лига равна трем испанским милям по 1,85 км. - Прим. Ст. Ворчуна.] Описание города и порта Гаэта во времена царствования короля Владислава. [Это описание является как бы дополнительной главой для истории Неаполитанского королевства.] Город Гаэта и его гавань очень красивы. Широкая гавань, окаймленная высокими горами, имеет узкий вход. На горах высятся замки, красивые дома и сады. Слева от входа в гавань высится высокий холм с высокой же башней. В те времена считалось, что ее построил легендарный Роланд, но на самом деле это гробница легата Луция Мунация Планка, умершего в 19 году от Р.Х. На соседнем холме расположен собственно город, обнесенный целой системой крепостных стен со множеством башенок и зубцов. Стены охватывают несколько холмов, а также каждый из них, так что собственно город защищен двумя рядами стен. Город подходит к самой воде, а из береговой стены выдаются две башни, уходящие в воду. Расстояние между башнями равно длине полета стрелы, выпущенной из арбалета. Во время опасности между башнями натягивали цепь, за которой располагались галеры и барки. Город настолько хорошо защищен со стороны моря крепостными стенами и высокими утесами, что во время войны вражеские суда не могут войти в гавань. Параллельно стене у моря расположена самая красивая улица города со множеством дворцов, домов и лавок, окруженная обширными виноградниками. Высокие дома обращены в сторону моря. В самом начале на этой улице можно увидеть красивую церковь Благовещения, а напротив нее стоит церковь Святого Антония. Далее виднеется церковь Святой Марии, выше которой расположен красивый монастырь Святого Франциска. Улица в самом конце упирается в стену, окружающую холм, которая доходит до самого моря. На этой улице осуществляется вся торговля внутри городских стен. Другие же улицы города очень узки, круты и неудобны для ходьбы. В том месте, где соединяются стены, окружающие холмы, расположена церковь Святой Троицы, а вокруг нее расположены множество домов и башен. В скале возле церкви находится большая пещера с довольно узким входом, в которой расположена келья Святого Креста. В городе сохраняется предание о том, что эта пещера возникла в тот самый день, когда распяли Иисуса Христа. В городе внутри крепостных стен находится множество садов, виноградников и оливковых рощ. Вне крепостных стен вокруг порта идет длинная улица со множеством дворцов, домов и садов с проточной водой. Эта улица вся вымощена и идет до пригорода, называемого Мола, расположенного в двух лигах от города. На холмах, окружающих эту улицу видны дома и селения, создающие впечатление целого города. За Молой расположено предместье с высоким замком на горе, а справа от замка, если смотреть со стороны моря, на другой горе расположена высокая башня, типа сторожевой, Карельяно. Ранее эти земли принадлежали графу Фонди, поддерживавшему Луи II Анжуйского, и король Владислав захватил эти владения во время своей борьбы за корону. Одно время перевес был на стороне Анжуйца, так что король Владислав потерял почти все свои владения, кроме Гаэты, но отсюда он смог восстановиться и вернуть себе королевство в 1399 году. Находясь в этом городе, король Владислав отдалил от себя свою первую жену Констанцу, дочь Манфреда Кьярамонте, и насильно выдал ее замуж за одного из своих вассалов, сына Луиса де Капуа. В церкви Святой Троицы сам король соединил их руки на глазах у великого множества народа, а потом устроил свадебное пиршество. На свадьбе король взял Констанцу за руку и танцевал с ней. Констанца потом везде, в различных домах, на улицах и площадях, говорила о короле множество всяких гадостей. Люди считали, что король так поступил по совету своей матери Маргариты, так как за полтора года брака у них так и не появилось детей. Каковы требования у мамаши, однако! А вот от нового мужа у Констанцы дети были. Король Владислав же женился потом на сестре кипрского короля Марии. А свою сестру Хуанелу (Джиованну), очень красивую женщину, король выдал замуж за Вильгельма, герцога Штирии и Бабенберга. (Конец описания) 13 июля корабль покинул Гаэту. 14-го, в субботу, миновали Капри и мыс Минервы, ныне Пунто делла Кампанелла, а за горами виднелся город Амальфи. Вечером они "увидели, как упали с неба два столба дыма и достигли моря, и вода поднялась по ним так быстро, так скоро и с таким шумом, что облака наполнились ею, а небо нахмурилось и потемнело". Корабли поспешили отойти от этого места. На следующий день они миновали остров Стромболи, из пещеры на котором они видели вырывающееся с большим шумом пламя. Потом проплыли остров Липары, на котором заступничеством Святой Агнеды однажды был прекращен большой пожар. С тех пор при пожарах на этом острове и на соседних островах выносят покров этой святой, и пожар тотчас же прекращается. Корабль приближался к Сицилии. В ночь на 18 июля началась страшная буря, продолжавшаяся две ночи и один день. На карраке порвало все паруса, и она болталась с голыми мачтами. Хозяин корабля приказал петь литании и просить у Бога помилования. Молитвы закончились, в отличие от бури, и они увидели на бушприте и на реях светящиеся огни, которые горели недолго. Когда все улеглись спать, кормчий и вахтенные матросы услышали позади корабля как бы человеческие голоса, а на реях опять появились огни. На этот раз огни продержались довольно долго. Моряки разбудили всех пассажиров, рассказали о голосах и показали огни. Утром буря стихла. Моряки считали, что этими огнями был сам Святой Педро Гонсалес де Туй, которому они себя вверили в своих молитвах. Вот какой святой был покровителем моряков, по крайней мере, кастильских, в те времена!

Вот, например Лот «Нашивка киммерийцы»

Скорее киянкой по голове...

На виолке, легко...

Жесть! Это какие же методы обезболивания? И как выживать в первые дни после?

О литераторах и ученых На канале Известный писатель на пароходе от Дувра до Кале разговорился с путешествующим англичанином. Англичанин решил блеснуть начитанностью и по какому-то поводу произнес: "От великого до смешного только один шаг". [Du sublime au ridicule il n'y a qu'un pas.] Писатель ответил: "Да, Па-де-Кале". [Qui, les pas de Calais.] Английский литератор de Quincey однажды заметил, что старые люди склонны к тому, чтобы впадать в "anecdotage" . [Anecdot - это анекдот, а dotage - означает "старческое слабоумие".] A. A. Brill однажды нашел обозначение для Рождества Христова в виде "the alcoholidays" . [Holidays - праздничные дни.] Когда Брентано уже в зрелом возрасте заключил помолвку с одной молодой девицей, один из его коллег, услышав об этом событии, заметил: "Brentano brennt-a-no?" [Брентано, не пылает ли он?] Американский писатель Оливер Уэнделл Холмс как-то заметил: "Put not your trust in money , but put your money in trust ". [Вы не доверяете (trust) деньгам, но даете деньги взаймы (trust). При этом он еще и зацепил американский девиз "In God we trust".] Певица Мария Вильт (Wilt) имела прекрасный голос и необъятную талию. Она была очень обижена тем, что название театральной пьесы по известному роману Жюля Верна послужило намеком на ее наружность: "Путешествие вокруг Света (Welt) в 80 дней", - так как шутники в слове Welt заменяли букву "e" на букву "i". Профессор Кестнер в XVIII веке преподавал физику в Геттингенском университете и слыл остряком. Однажды он спросил студента по фамилии Война, сколько ему лет, и получил ответ, что тридцать. Тогда профессор воскликнул: "Ах, в таком случае я имею честь видеть Тридцатилетнюю войну!" Тот же профессор Кестнер сказал одному принцу, вставшему во время демонстрации перед подзорной трубой: "Мой принц! Хоть вы и светлейший (durchlauchtig), но вы не прозрачны (durchsichtig)". Профессор Рокитански на вопрос о том, какие профессии избрали четыре его сына, ответил: "Zwei heilen und zwei heulen". [Двое лечат, а двое воют. (Два врача и два певца).] На Дарвина очень сильное впечатление произвело то обстоятельство, установленное психологами, что неприятные впечатления легко забываются. После того как он узнал об этом обстоятельстве, Дарвин ввел себе за правило с особой тщательностью записывать те наблюдения, которые противоречили его теории, так как он убедился, что именно они не удерживались в его памяти.

Вернемся, все же, от Рюрика немного назад. Византийский писатель-летописец Менандр Проктитор сообщает, что в 560 году к аварам прибыло посольство антов во главе с Мезамиром для заключения перемирия и обмена пленными. Мезамир держал себя на переговорах гордо и независимо, что не понравилось аварам. По предложению одного из советников кагана переговоры были прерваны, а Мезамир - убит. Менандр сообщает об этом так: "Авары уклонились от должного к лицу посланника уважения, пренебрегли правами и убили Мезамира... С тех пор авары стали еще больше разорять землю антов, не переставали грабить ее и порабощать жителей". Да, не только дулебов замучивали эти обры! Тот же Менандр сообщает о том, что аварский каган Баян отправил посольство к вождю подунайских славян (склавинов) Дарите "и к тем, кто стоял во главе склавинского народа". Каган требовал, чтобы склавины покорились аварам и платили им дань. Но Даврита гордо ответил: "Родился ли на свете и согревается ли лучами солнца тот человек, который бы подчинил силу нашу? Не другие нашим, а мы чужим привыкли обладать! И в этом мы уверены, пока будут на свете войска и мечи". Склавинам удалось сохранить свою независимость, хотя помимо аваров на них оказывала давление и Византия. Уже в VI веке анты стали "союзниками ромеев", т.е. византийцев, в их борьбе с аврами. Византия платила им ежегодно приличные суммы для поддержания этого союза, предоставляла им земли для расселения и крепости на Дунае для охраны северных границ империи. Что мы все об аварах да антах! Пора переходить прямо к сообщениям о русских. В греческом житии святого Стефана Сурожского, который в VIII веке много лет был архиепископом в Суроже (ныне Судак в Крыму) и умер в 787 году, среди множества его посмертных чудес рассказывается следующая история. [Почти все западные историки, и русские историки-норманисты объявляют это сообщение вымыслом. Давайте, ознакомимся с ним.] Автор жития сообщает, что когда после смерти Стефана Сурожского еще "мало лет миноу", новгородский князь Бравлин во главе своей дружины вторгся в Крым и разграбил византийские владения от Херсонеса до Керчи и "с многою силою" подступил к Сурожу. Десять дней новгородцы осаждали эту крепость, наконец, им удалось проломить железные (или окованные железом) ворота и ворваться в город. Руссы ворвались в город, и начался обычный в таких случаях грабеж и насилие. Сам Бравлин попытался захватить сокровища местного храма Святой Софии, где находилась и гробница Стефана Сурожского (тогда еще не святого). В храме было много золотой и серебряной церковной утвари, оправленных в дорогие оклады икон, а также и других сокровищ. Вот тут-то у гробницы Стефана Сурожского и начались чудеса. Князя Бравлина поразил внезапный недуг - "обратися лице его назад", т.е. свернул себе шею. По совету местных христиан князь приказал своей дружине не только прекратить грабеж города, но и вернуть горожанам отнятое у них добро, а также вернуть свободу всем захваченным пленникам. Сразу же после этого распоряжения князь исцелился и его голова приняла нормальное положение. Пораженный Бравлин принял крещение, а акт крещения над ним совершил архиепископ Филарет, занявший архиепископскую кафедру вслед за Стефаном. Что же в этой истории невероятного? Не существует никаких свидетельств о существовании государственности у славян до Рюрика. Да вот же оно, это сообщение! Лица в нем действующие, и Стефан, и Филарет, умерший уже в начале IX века, суть реальные исторические личности. Нет! Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! Вот доводы противников более ранней датировки русской государственности. И они пытаются отнести этот поход к более позднему времени, например, отождествляют его с походом Владимира на Херсонес. Почему? Тут - Сурож, там - Херсонес, и упоминаются лица, жившие именно в Суроже. Мы, также, не можем точно установить, что там с ним (Бравлином) произошло, но договор-то, заключенный с греками выглядит вполне реальным, а не сказочным. Греки требовали, во-первых, "сии възвратите все елико пограбихом священныя съсоуды и церковныя в Корсуни и в Керчи и везде" (тут, вроде, все понятно); во-вторых, "выжнете рать из града сего, да не взъметь ничтоже рать и излезе из града" (здесь имеется в виду, что дружина должна вернуть все награбленное в городе добро и выйти из города); в-третьих, "еси взялъ пленникы моужи и жены и дети, повели возвратити вся". Обычный текст договора, заключаемого при перемирии. Но это не единственное свидетельство о появлении руссов на территории Византии в дорюриковские времена. В житии Святого Георгия Амастридского упоминается о походе руссов и захвате ими довольно крупного города в Пафлагонии - Амастриды. В этом городе также у гробницы святого произошло чудо: руссы прекратили грабеж, вернули пленных и ушли, заключив мир с местными властями. События этого похода датируются самым началом IX века. Скептики, не отвергая достоверность самого похода, вновь передвигают его на более поздние времена, в середину X века, потому что этого, мол, не могло быть. Хорошо, обратимся к западным источникам. Возьмем анналы епископа Пруденция, ведшего погодные записи наиважнейших событий в истории Франкского государства. Он сообщает, что в мае 839 года (а по летописи варяжских князей призвали еще только в 862 году) в правление императора Людовика Благочестивого (814-841) в имперский город Ингельгейм прибыло посольство из Византии от императора Феофила (829-842), возглавляемое епископом Феодосием Халкидонским и спафарием Феофаном. Описывается летописцем византийское посольство, дары от императора, его послание и т.д. Далее же Пруденций сообщает: "Послал он (Феофил) с ними также неких людей, которые говорили, что их зовут рос , и которых, как они говорили, царь их, по имени Хакан, отправил к нему (т.е. Феофилу) ради дружбы". Император Феофил просил Людовика дать милостивую возможность русским послам вернуться на родину, а также дать им охрану, так как путь, которым они прибыли в Константинополь проходит "среди варваров, весьма бесчеловечных и диких племен", а не хотел бы подвергать их опасности. Людовик Благочестивый расспросил послов об их стране и причинах их появления во франкских землях. Послы заявили, что их также можно называть "свеонами", т.е. шведами. Так это или не так, теперь установить это уже невозможно, вероятно, они хотели назваться именем более известного франкам народа. Это было грубой ошибкой! Дело в том, что "свеоны" в 837 году совершили опустошительный набег на земли франков, и память об этом событии была еще очень свежей. Вероятнее всего, что росы просто не знали о набегах "свеонов" на франков, тогда как настоящие "свеоны", тем более их послы, наверняка были бы в курсе дел. В общем, послов заподозрили в шпионаже перед новым набегом викингов и заключили под стражу до выяснения всех обстоятельств. Пруденций так и пишет, что "пришли они скорее шпионить, чем искать дружбы". В ответном письме к Феофилу Людовик Благочестивый сообщает, что если послы россов окажутся невиновными, то он их либо отправит не родину, либо вернет в Константинополь, чтобы византийский император поступил с ними по своему разумению. Пруденций более ничего не сообщает о судьбе этого посольства, но из других источников известно, что примерно через два года оно вернулось в Константинополь. Далее его следы теряются. Сообщение Пруденция интересно еще и тем, что позволяет сделать вывод о прибытии россов в Константинополь хотя бы в 838 году, так как в противном случае они бы просто не успели присоединиться к византийскому посольству. А раз россы прибыли в Константинополь в 838 году, то значит они перезимовали там, как и многие другие посольства, наверняка встречались с императором и другими высшими иерархами Империи и, возможно (очень даже возможно) заключили с Империей какой-то мирный договор. Тот факт, что об этом договоре ничего не известно, ничего не доказывает, так как содержание подавляющего большинства подобных договоров империи до нас не дошел, а хронисты о них часто и не упоминают. Возникает еще ряд вопросов, на которые трудно дать однозначный ответ. Первый из них возникает в связи с именем правителя россов Хакан. Если под этим именем подразумевается титул каган, что было возможно, то все становится понятным, ведь и Владимира Мономаха еще называли каганом. Если же это скандинавское имя (Hakan), то, значит, скандинавы появились на Руси несколько раньше, чем это сообщает летопись (в повести временных лет говорится только об изгнании варягов из Новгорода в 859 году). Сообщение Пруденция сомнению никем не подвергается, однако различных толкований оно породило великое множество: это, мол, и новгородское посольство норманнов из Новгорода (им намного проще было попасть в Ингельгейм совсем другим путем по Балтике), и хазар сюда привлекали (а как же, каган), и много чего еще допускали, но только не русских. Не было их еще, и все тут! При этом даже упускали из виду, что наличие в это время Новгорода они признавали, а возможность русского посольства, а следовательно и государства, - нет. Не положено, и все тут! А Хазария... Напомню, что примерно в эти же годы в Хазарию, тогда еще союзницу Византии, прибыли греческие строители во главе со спафарокандидатом Петроном. Они должны были начать строительство возле переправы через Дон мощной крепости Саркел, а положение этой крепости указывает на то, что она должна была прикрывать Хазарию от давления с запада и северо-запада. От кого же, возникает естественный вопрос? Да от набегов руссов, у которых тогда еще не было, якобы, своего государства.

Еще позитивчик на историческую тематику

Да, экСпирт жжет... Предмет выходит за все возможные рамки ХО. - Круговых наверший с такими шишчками на наших территориях нет - Глубина погружения клина в ручку не даст необходимой надежности - По правилам РЖВ ХО должно быть с гардой и в биметаллических клинках ручка отливалась вместе с гардой. Есть еще нюансы, но зачем они...

Спасибо!

Исторические анекдоты Зигмунд Фрейд использовал в своих произведениях и лекциях также и анекдоты про реальных людей. Надеюсь, что здесь вы встретите меньше знакомых текстов, чем в предыдущем выпуске. Бельгийского короля Леопольда II прозвали в Европе Клеопольдом из-за его тесной связи с женщиной по имени Клео. Один из преподавателей Фрейда, от которого никто никогда не слышал ни одной остроты, и которого не считали способным оценить остроту, однажды пришел в институт, улыбаясь, и дал объяснение своему хорошему настроению: "Я прочел великолепную остроту. В парижский салон был введен молодой человек, который был родственником великого Ж. Ж. Руссо (J. J. Rousseau) и носил ту же фамилию. Кроме того, он был рыжим. Но он вел себя так неловко, что хозяйка дома, критикуя его, обратилась к господину, который его представил: "Vous m'avez fait connaitre un jeune homme roux et sot , mais non pas un Rousseau". ["Вы меня познакомили с рыжим (roux) и глупым (sot), но он не Руссо (Rousseau)] Наполеон и итальянка На придворном балу Наполеон I сказал одной итальянке, указывая на ее соотечественников: "Tutti gli Italiani danzano si male". [Все итальянцы танцуют так плохо.] На что она метко ответила: "Non tutti, ma buona parte ". [Не все, но добрая часть.] После франко-прусской войны в Германии шутили: "Почему французы отказались от Лоэнгрина?" Ответ гласил: "Elsas(s) wegen". [Из-за Эльзаса (Эльзы).] Одним из первых актов Наполеона III, во время его регентства, явилась конфискация имущества Орлеанского дома. Остряки тут же заметили: "C'est le premier vol de l'aigle". [Это первый полет/грабеж орла. "Vol" значит полет, а также грабеж.] Людовик XV как-то захотел испытать остроумие одного из своих придворных, о таланте которого ему рассказывали. При первом же удобном случае он приказал этому кавалеру сострить над ним самим. Он сам, король, хочет быть "сюжетом" этой остроты. Придворный удачно ответил на это пословицей: "Le roi n'est pas sujet". [Король - это не подданный/сюжет. "Sujet" означает также и подданный.] Когда Фокиона однажды после речи наградили аплодисментами, он, обращаясь к своим друзьям, спросил: "Разве я сказал что-нибудь нелепое?" Фридрих и проповедник Фридрих Великий услышал об одном силезском проповеднике, о котором утверждали, что он общается с духами. Фридрих велел этому человеку явиться к нему, и встретил его вопросом: "Умеешь ли ты заклинать духов?" Проповедник ответил: "Так точно, ваше величество, но они не приходят". Мадам де Ментенон (de Maintenon) современники называли мадам de Maintenant (теперь, сейчас). Графа Андраши, бывшего в XIX веке председателем совета министров Венгрии, а потом министром иностранных дел Австро-Венгрии, современники за его внешность прозвали министром прекрасной наружности . Короли Англии с давних времен исцеляли больных скрофулезом путем прикосновения королевской руки к больному. Только в конце XVII века Вильгельм III Оранский, став королем Англии после изгнания Стюартов, отказался от этого обычая. Только однажды он снизошел до этого обычая со словами: "Дай вам Бог лучшего здоровья и больше разума". В одной церкви в Неаполе хранится в склянке кровь Св. Януария, которая в день определенного праздника один раз в году чудесным образом становится вновь жидкой. Местные жители очень дорожат этим чудом и приходят в сильное возбуждение, если оно почему-либо задерживается. Так, например, случилось во время французской оккупации. Тогда французский генерал отвел в сторону священника и, выразительно указывая на выстроенных на улице солдат, сказал, что он надеется, что чудо вскоре свершится. И оно действительно свершилось:

Уже после появления первых выпусков Ворчалок ко мне стали поступать письма с просьбой высказать свое мнение о различных периодах русской истории, но больше всего писем поступало с просьбой рассказать о происхождении Руси и русских. Я долго не отваживался браться за такую ответственную и неблагодарную тему. После великих русских историков сказать что-то новое очень трудно, а исследования уже советского периода добавили много нового и по частным вопросам. Однако современный и полный курс русской истории на сегодняшний день отсутствует. Я не собираюсь писать такой курс - это было бы слишком большой дерзостью, но кое-какие заметки у меня есть. Сразу же хочу попросить извинения у своих читателей, если их ожидания не оправдаются. Ведь я предлагаю вашему вниманию не связанный курс истории, а подборку заметок и наблюдений, которые и следуют-то одна за другой далеко не всегда в хронологическом порядке, а скачут, как кузнечики, в разные стороны. Но суть вопроса, возможно, и станет для кого-нибудь более ясной. Может быть и для меня тоже... Так что, помолимся, дамы и господа, и начинаем, возможно, что и не всегда с русских, но, во всяком случае, со славян. Иордан сообщает, что конунгу готов Германариху (IV век) временно служило племя росомонов, потом самовольно покинувшее готов. Два росомона отомстили за свою сестру Сунильду (что значит, между прочим, Лебедь) и смертельно ранили конунга мечом. Росомоны... Рос... Случайное созвучие? По сообщению Саксона Грамматика, правда, историка уже начала XIII века, во время войны со славянами Германарих попал в плен к славянскому князю Исмару. В 257 году отряды племени боран напали на Трапезунд. Это кто же такие? Молчит история. Нет источников по этому вопросу. Бусово время "Слова о полку Игореви", помните такое, можно попытаться связать с событиями 375 года. Незадолго до вторжения гуннов правитель готов Винитар, преемник Германариха, начал войну против антов, но был побежден в первом сражении. В дальнейшем ему удалось разбить антов, и он "распял короля антов по имени Боза с сыновьями его и с семьюдесятью старейшинами". Антов многие исследователи отождествляют со славянами. Очень часто возникает вопрос, который не может не тревожить... хм, просто, тревожит, всех занимающихся русской историей: славяне и Русь. Откуда пошло это название, и что это такое. Я не сторонник норманнской версии. Приведу лишь пару цитат из русских летописей: "...словеньскый язык и рускый одно есть..." "И до сее братия ( имеется в виду Кий и его братья) бяху поляне... от нихъ же суть поляне Кыеве и до сего дьне". "Поляне яже ныне зовомая Русь". Согласно мнению академика Б.А. Рыбакова никаких полян к началу официального русского летописания уже не было. Была только живая память о них, как своих предках, но сами поляне сошли с исторической арены, растворились в славянском море; это произошло, скорее всего, в районе V-VI веков. Академик Б.А. Рыбаков в своих трудах также упоминает о том, что историки Ивана Грозного где-то отыскали сведения о войнах, которые император Феодосий (379-395), являвшийся другом готов, вел с русскими: "Еще же древле и царь Феодосий Великий имяше брань с русскими вои". Можно поверить в это сообщение, а может стоит отнестись к нему критически, так как во времена Ивана Грозного родилось много различных легенд. Вернемся, все же к Руси. (Я честно предупреждал, что меня заносит.) Понятия конкретных городов и Руси часто у летописцев противопоставлялись. Так для новгородцев поездка в Киев всегда была поездкой из Новгорода в Русь. Понятию Русь никогда не противопоставлялись только Киев, Чернигов, Переяславль и Северская земля. Делайте выводы... И все же, откуда взялись эти русские? Ну, вот еще... В 555 году сочинение Захарии Ритора было дополнено сообщениями безымянного сирийского летописца. В одном из мест этого сочинения перечисляются народы, живущие к северу от Кавказа. Перечисляя известные, в основном тюркские, племена, которые населяли известную автору степную и лесо-степную полосы, автор доходит и до интересующего нас сообщения: "Соседний с ними народ рос (или рус - допускается двойное чтение этого слова) - люди, наделенные огромными членами тела; оружия нет у них, и кони не могут их носить из-за их размеров". Оставим в стороне сказочную часть сообщения о живущих уже в лесной зоне народе рос - об их огромных размерах - все-таки лес был почти неизвестен данному летописцу. Оружие же у них наверняка было, и они внушали страх своим соседям, эти таинственные росы. Еще одна ласточка. В армяно-персидских войнах первой половины VII века опять упоминаются какие-то "русы". Кто такие? И при чем здесь они? О Кие Вначале летописец (составитель киевского летописного свода 1093-1095 годов) сообщает о городах, которые были названы по имени правителей-основателей: Рим, Антиохия, Александрия. Далее он пишет: "Тако же и в нашей стране прозъван бысть град великый Кыев в имя Кыя". Нестор же развивает это сообщение: "Аще бы Кый перевозьник был, то не бы ходил Цесарюграду. Но се Кый къняжаще в роде своемь и приходившю ему к цесарю, которого не свъмы, но тъкмо о семь вемы, якоже съказають, яко велику честь принял есть от цесаря, при которомь приходив цесари. Идущю же ему вспять, приде к Дунаеви и възлюби место и сруби градък мал и хотяше сести с родъм своим и не даша ему ту близь живущии. Еже и доныне наречють дунайти "городище Киевець". Кыеви же пришедъшю в свой град Кыев, ту живот свой съконьча; и брата его Щек и Хорив и сестра их Лыбедь ту съконьчашася. И по сих братьях держати почаша род их княженье в Полях". Дам трактовку этого сообщения академиком Б.А. Рыбаковым. Кий - славянский вождь племени полян из Среднего Поднепровья, родоначальник династии киевских князей. Византийский император, скорее всего Анастасий I (491-518), но Нестор не сообщает имя этого императора, как ему неизвестное, пригласил этого вождя с его дружиной для охраны границы империи на Дунае. Там поляне построили укрепление и хотели осесть своим племенем в окрестностях этого городка, но из-за воинственных соседей оставили эту идею и вернулись обратно к себе на Днепр. Других сообщений ни о Кие, ни о его потомках в русских летописях не сохранилось, но при том количестве редакций и переделок, заказанных властями, чудо, что мы вообще можем что-то установить о Кие. Аналогичный рассказ находим у Прокопия Кесарийского, правда, несколько запутанный. В 533 году один из военачальников императора Юстиниана, славянин по имени Хильбудий был отправлен на Дунай для защиты границы империи. Он был разбит другими славянами и попал к ним в плен, а затем вернулся на родину, в землю антов (так часто называли византийцы приднепровских славян). В 546 году Юстиниан обращается к антам с предложением занять город на Дунае и оборонять границу империи от вторжений. Анты на вече выбрали Хильбудия и отправили его к цезарю. Академик Рыбаков считает, что варяг Рюрик был незаслуженно возвеличен где-то начиная с XV века. Тогда была искусственно создана династия Рюриковичей, а источники XI века начинали счет князей с Игоря Старого, которого потом сделали сыном Рюрика. Так это или не совсем так, сказать трудно. Самые древние списки, действительно, ведут счет киевских князей с Игоря Старого, но уже в XII веке появляется и счет с Рюрика. Можно, конечно, считать это позднейшей вставкой... В Никоновской летописи сохранился отрывок из какой-то летописи IX века: "6372 г. (872 или 864 г.) Убиен бысть от Болгар Осколдов сын. 6373 г. (873 или 865 г.) Того же лета воеваша Асколд и Дир Полочан и много зла сотвориша. 6375 г. (875 или 867 г.) Възвратишася Асколд и Дир от Царяграда в мале дружине и бысть в Киеве плачь велий. Того же лета бысть в Киеве глад велий. Того же лета избиша множество Печенег Осколд и Дир. Того же лета избежаша от Рюрика из Новагорода в Киев много новгородцких мужей". Двойственность дат, указываемых в скобках происходит от того, что существуют две точки отсчета от сотворения мира: 5500 и 5508 лет до Р.Х. Ни один хазарский источник не сообщает о завоевании хазарами каких-либо славянских земель или племен. Кроме того, титулатура хазарского правителя и киевского князя была одинаковой: каган. Приход трех варяжских князей, Рюрика, Синеуса и Трувора, давно уже кроме улыбки ничего не вызывает. Если сам Рюрик существовал, то летописный Синеус - это ни что иное, как "sine hus" - по-шведски, свой род; а "thru varing" - верная дружина. Очевидно, древний летописец использовал какой-то шведский текст в своих целях и не совсем понял его смысл. Языки надо учить! Сам Рюрик княжил у Словен, а его воеводы, а не князья, в Изборске (под Псковом) и у Веси на Белоозере, а Меря так и вообще остались без управителя. Так что район варяжского правления оказался невелик. Чтобы не заниматься самоуничижением, что, мол, только славяне такие бестолковые, вспомним, что в Северной Европе были очень распространены легенды о призвании как норманнов, так и трех братьев на княжение. Так в Ирландию по торговым делам приплыли три брата-норманна, но ирландский аналог нашего веча попросил их остаться, для того чтобы править ими. Видукинд Корвейский сообщает о посольстве бриттов к саксам, которое сказало, что "предлагает владеть их обширной и великой страной, изобилующей всякими благами". Во всех этих случаях чужеземцы прибывали со своими "труворами" и "синеусами". Неудивительно, что и в Киеве такие сказания могли быть известны.

Шедевр! Чунга--чанга по--грузински

Ныкали при паническом отступлении фаланги B)

А вторую сторону? :lol: (для полного эстетического удовольствия)

Нормальный. ДШК один свой вообще никому не показывает, только хвастается какой он убитый :)

Тоже так стараюсь действовать ;)

- ловушка для птиц - сушилка для вещей и продуктов

Может это кольцо с остатком литника?

Пополнение "комических куплетов" (с) Лот «Гезармы 3 шт»

Я думаю, лучше все же вырезать, а то бумажки долго не продержаться :) У меня знакомые ребята по Донцу на плоту из бутылок сплавлялись.

Просеивать землю?

Лопата - консервный нож. Презерватив - сухой контейнер для мелких предметов, спичек и денег - в надутом состоянии два вставленые в рукава рубахи являются отличным плавсредством - заменитель жгута - можно использовать как рукомойник, но хирургические перчатки удобнее - составная часть рогатки

Саги - очень увлекательное чтение, современный читатель смог бы в них найти то, что ему так нравится - чрезмерное насилие, хорошо прописанные персонажи, изощренная месть, мистицизм, борьба за справедливость и, конечно же, тонкий и изящный юмор. Но чтобы добраться до этого, нужно перешагнуть через ряд трудностей, которые не обрадуют искушенных современной литературой. Главные трудности: 1. КТО ВСЕ ЭТИ ХРЕНЫ Выразить эмоцию, которая появляется на лице каждого, кто начинает читать саги, иначе нельзя было бы. Например, захотелось вам прочитать чудесную "Сагу о Греттире", который известен тем, что дольше всех прожил в дебрях Исландии, будучи объявленным вне закона, открываете, а там буквально через несколько абзацев после начала - "Жил человек по имени Офейг, по прозванию Греттир. Он был сыном Эйнара, сына Эльвира Детолюба. Братом его был Олейв Широкий, отец Тормода Древка. Другим сыном Эльвира Детолюба был Стейнольв, отец Уны, на которой женился Торбьёрн Лососинщик. Сыном Эльвира Детолюба был и Стейнмод, отец Коналя, отца Альвдис с Острова Барра. Сыном Коналя был Стейнмод, отец Халльдоры, на которой женился Эйлив, сын Кетиля Однорукого." И это только начало, дальше легче не будет. Хотя бы посмейтесь над человеком с прозвищем Лососинщик. Еще вам частенько будут попадаться люди с прозвищем Дерьмо, лучше быть готовым к этому заранее. 2. ГДЕ МЫ ВООБЩЕ Местность - это вторая по важности после сюжета вещь, но дело в том, что мы не исландцы и не знаем названий каждого камня, к тому же на русский язык большая часть географических объектов традиционно переводится дословно, например "Китовья гора" или "Белая река". Запомните хотя бы, что Рейкьявик - это "Залив дымов", чтобы немного научиться ориентироваться. 3. Я ХОЧУ ПРИКЛЮЧЕНИЯ, А НЕ СУДЕБНЫЕ РАЗБОРКИ Древние исландцы - фанаты законов, если вы не знали, то именно они основали первый регулярно функционирующий парламент в Европе. Самая сложная сага в этом плане - "Сага о Ньяле", в которой центральное место занимает вовсе не эпичная сцена сожжения Ньяля, а тяжба после нее. 4. ПОЧЕМУ ВЫ ВДРУГ ГОВОРИТЕ НЕПОНЯТНЫМИ СТИХАМИ Висы, которые порою очень внезапно начинают толкать герои, тоже чрезвычайно важны, потому что они, например, могут оказаться не простыми стихотворениями, а нидами, которые способны причинять физический урон. К тому же висы произносятся обычно в кульминационные моменты, и в них выражаются чувства героев по отношению друг к другу, и если их не читать, то можно упустить момент, когда один человек вдруг решил убить другого. А не читать их очень хочется, потому что в них обильно используются кеннинги - своеобразные скальдические метафоры, которые нельзя понять без примечаний или если вы не исландец. Например, если вы увидите кеннинг "брага Одина", то должны думать не о алкоголе, а о меде мудрости, а "асы металла" - это не древняя рок-группа, а храбрые воины. И КАК МНЕ С ЭТИМ СПРАВИТЬСЯ Мой ответ: почти никак. А все потому, что издания саг у нас совсем не такие, какими должны быть, то есть без генеалогических древ, без карт с маршрутами, да даже примечания в итоге раскрывают далеко не все. В списках персонажей вы в любом случае не разберетесь, что не смертельно, хотя и может оказаться, что сын внучатого племянника главного героя, упомянутый один раз вскользь в начале, окажется очень важным звеном для понимания сюжета. Но кому какая разница, нас всех, если честно, интересуют в первую очередь убийства и ожившие мертвецы. И лучше начать с маленьких саг, например, с милейшей "Саги о Торстейне Морозе" (споры с чертом) или с "Пряди об Аудуне с Западных Фьордов" (мужик торгует белым медведем). И очень полезно почитать "Сагу о гренландцах", чтобы узнать темные подробности о настоящих первоокрывателях Америки.

Правильно подправил?