Yorik

Средние века были временем, когда одним из главных конфликтов было столкновение между императорами и римскими папами. Святой престол всячески стремился не только укреплять власть папы среди духовенства, но и пытался утвердить доктрину, что только коронация папой в Риме делает императора императором. Императоры же пытались закрепить свою юрисдикцию на всей территории трех королевств (Германия, Италия и Бургундия), отрицали вмешательство папы в светские дела, а также полагали, что император выбирается из высших светских и церковных властителей, а папа только утверждает это решение. Таким образом, они старались свести роль папы в этом вопросе к чисто представительской функции. Борьба между светской и духовной властью десятилетиями шла с переменным успехом, и обе стороны пользовались для достижения своей цели различными средствами, начиная от грубой силы до филологических уверток. Об одном таком случае я и хочу вам рассказать, уважаемые читатели. В начале XIII века папству удалось добиться определенных успехов в этой борьбе. С помощью различных интриг Рим добился того, чтобы в 1125 году императором был избран шестидесятилетний Лотарь III. Это был слабовольный человек, не имевший сыновей, а только одну дочь. Лотарь III под давлением духовенства отказался от всяческого вмешательства в церковные дела, а при своей коронации в 1133 году он никак не возразил на слова папы, сказавшего, что он "дарует ему титул императора во всей его полноте". Кроме того, этот император согласился заказать фреску, изображавшую эту церемонию, на которой глава церкви восседает на своем троне, а император преклоняет перед ним колени. Вся эта сцена пояснялась двумя латинскими стихами, которые гласили, что "король стал вассалом папы и получил от него корону". Это был колоссальный успех папы, который впервые показал, что это именно он делает королей императорами. Ведь во всех предыдущих церемониях коронации императоров ничего подобного не было и быть не могло, а никаких обоснованных доводов на такую прерогативу папство привести не могло. В судьбах империи очень много зависело от личности самого императора, его воли и решительности, так как полноценной имперской администрации попросту не существовало. У императора был канцлер, обязательно из духовных, его небольшая канцелярия, некая служба двора, и все. Никакого аппарата, который бы доводил на места волю императора и контролировал ее исполнение, не существовало. Кроме того, не существовало сплоченного имперского домена, опираясь на который император мог бы осуществлять свои властные полномочия. Каждый император мог опираться только на свои личные владения. В этом-то и была главная слабость империи. В 1138 году императором был избран Конрад III Гогенштауфен, который оспаривал верховную роль папства в вопросе инвеституры, но он был слишком поглощен внутренней борьбой в Германии, чтобы решительно оспорить притязания пап. Ему в 1152 году наследовал его племянник, Фридрих I Гогенштауфен, позднее получивший прозвище Барбаросса из-за рыжеватого цвета своей бороды. Во время своего пребывания в Италии в 1155 году Фридрих I не показался папе Адриану IV человеком, который сможет решительно противится папской политике. Для того чтобы прозондировать реакцию императора, он использовал инцидент с захватом в Бургундии архиепископа Лунда Эскиля, когда тот возвращался из Италии в Швецию. Один из бургундских сеньоров ограбил архиепископа и бросил его в темницу. Так как инцидент произошел на территории империи, то папа Адриан IV заявил решительный протест и попросил императора содействовать скорейшему освобождению Эскиля. Император не ответил. Тогда в Риме решили составить новое послание в более резких выражениях. Оно преследовало две цели: во-первых, посмотреть, насколько все-таки опасен император, а во-вторых, перетянуть на свою сторону немецких епископов, которые традиционно поддерживали императора. Вся соль инцидента заключалась в содержании письма, полученного императором в Безансоне в октябре 1157 года. Это было довольно уклончивое и сознательно несколько двусмысленное послание. В нем перечислялось, что папа сделал для императора, и выражалась надежда, что ему об этом не придется жалеть. Я позволю себе привести довольно обширную цитату из послания Адриана IV: "Тебе, прославленный сын наш, следовало бы вспомнить в духе своем с каким благорасположением и радостью пресвятая мать твоя Римская церковь приняла тебя в прошлом году, с какой сердечностью она с тобой обходилась, сколь велика была полнота достоинства и почестей, которые она тебе даровала, и как старалась она, решительно вручая тебе императорскую корону, своим снисхождением содействовать возвышению твоего величия, сверх того не делая ничего такого, что могло бы в малейшей степени пойти против твоей королевской воли. Мы не сожалеем, впрочем, что всячески шли навстречу твоим пожеланиям, и если твое превосходительство получило из наших рук большие бенефиции (beneficia), чем то было возможно, мы не радовались злорадно, помышляя о пользе и выгоде, которые благодаря тебе могли бы из этого произойти для Церкви и для нас". В конце этого отрывка и была заложена мина. Ведь папа говорил, что он ни о чем бы ни жалел, даже если бы император получил из его рук большие бенефиции, чем императорская корона. Тем самым давалось понять, что империя была дарована из рук именно папы так, словно бы он мог ее и не дать. То есть высшим носителем имперской идеи неявно объявлялся римский папа, который жаловал императорскую корону избраннику немецких князей, если считал того достойным. А мог и не пожаловать. Вот в чем и был основной смысл данного послания. Ведь слово "beneficium" имело двойной смысл. Это могло быть и некое абстрактное благодеяние, но могло значить и "пожалование", и даже "лен". Первым с этим посланием ознакомился канцлер Рейнальд фон Дассель, который без всяких сомнений перевел слово "beneficium", как "лен", и получилось, что Фридрих I получил империю из рук папы как ленное владение. На ассамблее разгорелся настоящий скандал по этому поводу. Все присутствующие негодовали от такого превышения папой своих полномочий. Один из легатов, доставивших послание. Воскликнул: "Но от кого же император получает империю, если не от папы?" Граф Отто фон Виттельсбах на эти слова вытащил свой меч и стал им угрожать прелату, но император остановил его. Впрочем, в вещах кардиналов был произведен тщательный обыск, после чего их отправили в Италию. Папа понял, что этот император не даст себя запугать, но части своих целей он достиг. Ведь часть колеблющихся кардиналов расценили этот инцидент, как насилие в отношении Святого престола, и перешли на сторону папы. Но в Германии Фридрих I действовал очень оперативно. Он разослал всем немецким князьям и епископам письмо, в котором выражал свою боль по поводу разногласий со святым престолом, которые пагубны для всего христианского мира, а он, император, которому поручено беречь церковный мир, скорбит об этом. Император довольно точно пересказывал суть инцидента, но всю вину возлагал на поведение двух кардиналов: "Легаты были исполнены несправедливого отношения, держались крайне высокомерно, выказывая наглость и чрезмерно проявляя свою мерзкую гордыню, и вручили Нам доверенное им апостольское послание. Оно уточняло, что Мы всегда должны помнить о том, что императорская корона была Нам пожалована сеньором папой, и что оный надеется никогда не сожалеть об этом, даже если наше Превосходительство получит от него еще большие бенефиции". Тем самым император обращал внимание на двусмысленность слова "beneficium". Далее император сообщал, что в вещах кардиналов были обнаружены два чистых листа, скрепленных папской печатью, которые легаты могли заполнить по своему усмотрению для улаживания церковных дел в Германии. Это был большой прокол со стороны папы. После чего Фридрих I заявлял, что владеет империей по воле Божьей, на основании его избрания князьями, и все заявления, что императорская корона - это лен, пожалованный папой, являются ложными. В конце он писал: "Вот какова оказалась миссия отеческой любви, которая должна была поощрять союз Церкви и Империи". Адриан IV тоже направил письмо немецким епископам. Он писал, что кардиналы прибыли в Безансон с письмом, в котором было сказано, что папа пожаловал Фридриху I престижный бенефиций - императорскую корону, но слово "beneficium" папа по-прежнему не разъяснял. Далее папа пересказывал инцидент, угрозы и насилие в адрес своих легатов, а также обращал внимание на императорский запрет для германских подданных обращаться к папе за апелляцией. Папа просил епископов объяснить императору, что он не прав, чтобы избежать конфликта, который может затронуть и немецкое духовенство: "Это дело не только наше, но и ваше, и всех церквей". Папа обвинял в насилии над легатами плохих советчиков императора, Рейнальда фон Дасселя и Отто фон Виттельсбаха. Тогда император направил немецким епископам письмо, в котором указывал, что императорская власть вручена ему божьей милостью на основании избрания императора князьями. Затем следует помазание избранника архиепископом Майнцским, а затем папой. Все остальное "было излишним и дурным", особенно фреска в Латеранском дворце [ее вообще следовало бы уничтожить, как враждебную императорской власти], где коленопреклоненный Лотарь изображал папского вассала, и дурное поведение папских легатов. Немецкие епископы внимательно изучили аргументацию обеих сторон и пришли к выводу, что именно папа старался осложнить ситуацию. Кроме того, на их позицию оказала влияние единодушная поддержка императора всеми германскими князьями. Епископы ответили папе, что легаты были высланы из Безансона из-за оскорблений императора, который законно получил свою власть в результате избрания и коронации. Они писали, что Фридрих I никогда не запрещал своим подданным обращаться к папе. Далее епископы писали, что они никогда не смогут согласиться с заявлением папы о том, что империя является леном, полученным от церкви или папы. Поэтому папа должен дезавуировать свои заявления, которые были в безансонском послании, а, кроме того, следует уничтожить фреску в Латеранском соборе. Видно, что немецкие епископы полностью отбросили точку зрения папы на затронутые вопросы. Адриан IV вынужден был отступить. В июне 1158 года в Германию была направлена миссия из более миролюбивых легатов, которая разъяснила, что слово "beneficium" в папском послании означает просто "благодеяние", и что папа никогда не претендовал на то, чтобы жаловать империю в качестве ленного владения. Да, папа отступил в этом случае, но папство так и не отказалось от своих честолюбивых устремлений, что и выяснилось при следующих императорах, и привело к крушению династию Гогенштауфенов. Но это уже совсем другая история.

У царя Михаила Федоровича Романова было четверо выживших детей от второй жены, Евдокии Лукиничны Стрешневой: сын и наследник Алексей и три дочери: Ирина, Анна и Татьяна. Как царевнам жилось в царском тереме? Отвечаю коротко - бесперспективно. Почему? Дело в том, что иностранные принцы не очень-то рвались породниться с русскими царями, считая Россию варварской и еретической страной. Царевны росли и жили в своем замкнутом мирке. Общение с мужчинами было для них категорически исключено. Из смертных лишь отец и ближние бояре могли видеть их лица. Шансов на замужество нет, так как царь не мог выдать свою дочь за своего холопа, коими считались все его подданные. Так что было только два выхода: или унылая старость в женской половине Кремля, или пострижение. Какие страсти кипели на женской половине царского дворца, мы не можем даже догадываться. Тем любопытнее одна из немногих реальных попыток русского царя найти жениха для своей дочери. Едва Ирине исполнилось 13 лет, а родилась она в 1627 году, царь начал присматривать ей подходящего жениха. Вначале были направлены послы в Швецию, но там их поджидала неудача. Тогда стали пробовать посватать Ирину за одного из датских принцев, а именно, за Вольдемара, сына короля Христиана от морганатического брака. Тому было в 1640 году около 20 лет. Послы описали его так: "Волосом рус, ростом не мал, собою тонок, глаза серые, хорош, пригож лицом, здоров и разумен, умеет по-латыни, по-французски, по-итальянски, знает немецкий верхний язык, искусен в военном деле". Послы должны были навести справки о королевской семье, постараться раздобыть портреты членов королевской семьи, но их миссия окончилась почти полной неудачей, т.к. никаких толковых материалов и портретов послам добыть не удалось. Летом 1641 года в Москву прибыло датское посольство, в составе которого был и предполагаемый жених, именовавшийся Вольмером, графом Шлезвиг-Голштинским. Посольство не привело ни к чему, т.к. Вольдемар требовал, чтобы во всех документах имя датского короля писалось впереди царского имени, а русские на это пойти никак не могли. Вскоре из Москвы в Данию было отправлено новое посольство, которое должно было официально предложить брачный союз между царевной Ириною и королевичем Вольдемаром. На просьбу предъявить портрет невесты послам был дан следующий наказ: "Того у государей российских не бывает, чтобы персоны их государских дочерей для остереганья их государского здоровья в чужие государства возить". Послы должны были разъяснить, что в Москве никто кроме царя и его самых ближних бояр царевен видеть не может. Кроме того, послам было выделено соболей на 200 рублей для раздачи различным лицам, без чего решение данного вопроса не представлялось возможным. Во время переговоров выяснилось множество противоречий, которые было очень трудно разрешить. Опять встал вопрос о титулатуре, о том, чье имя писать раньше, но это были только цветочки. Встал вопрос о принятии королевичем православной веры, а также вопрос о приданом, т.е. какие города будут даны на содержание молодого двора, а также множество более мелких вопросов. Послы оказались не в состоянии дать ответы на все поставленные вопросы и вернулись в Москву ни с чем. Но перед отъездом они отправили отсутствующему в тот момент в Копенгагене Вольдемару пять сороков соболей. Это был воистину царский подарок! Королевич поспешил засвидетельствовать послам свое почтение, но заявил, что во всем полагаются на волю отца. Царь Михаил Федорович обвинил послов в неумении вести государственное дело и решил отправить в Данию датского же резидента Петра Марселиса, проживавшего в Москве. Миссия Марселиса увенчалась успехом, и в январе 1644 года королевич Вольдемар прибыл в Москву для бракосочетания с царевной Ириной. Если бы он подозревал, что его ожидает в России, он бы держался как можно дальше от рубежей нашего государства. Встретили королевича очень радушно. В Грановитой палате его приветствовал царевич Алексей Михайлович, а затем последовал прием и у самого царя, который ласково приветствовал датского королевича, даже подал королевичу руку и поинтересовался его здоровьем. Датские послы повели речь о том, что король датский прислал своего сына, чтобы он по царскому желанию "закон принял", т.е. вступил в брак с царевной Ириной, и предложили скрепить брачный договор с двух сторон. За царя отвечал думный дьяк, который сказал, что Бог приведет все к доброму соглашению. Во время приема королевич, естественно, не мог видеть царевну Ирину, а она, скорее всего, могла его рассмотреть. Однако доброго соглашения достичь оказалось очень трудно, особенно в вопросе о вере. 4 февраля царь посетил королевича Вольдемара в отведенной ему резиденции, но никаких серьезных договоренностей во время этого визита достигнуто не было. А 8 февраля прибыл посланец от патриарха Иосифа, который стал уговаривать царевича креститься по православному обряду. Вольдемар на все уговоры дал отрицательный ответ, поэтому 13 февраля его опять принял царь. Королевичу было заявлено, что "не соединясь с ним верою, ему нельзя сочетаться браком с его дочерью, потому что у нас [т.е. русских] муж с женою в разной вере быть не может". Тогда королевич попросил отпустить его обратно в Данию, но не тут-то было. Царь заявил, что отпустить его "непригоже и нечестно, что во всех государствах будет стыдно". Попался королевич. После этого началась длительная переписка между королевичем, датскими послами и влиятельными боярами, в том числе с Ф.М. Шереметевым. Королевич пытался прибегнуть к покровительству бояр и просил отпустить его домой. Бояре просили датских послов склонить королевича к принятию православной веры, на что те отвечали, что им такого поручения дано не было, и что за такое самовольство они могут на родине и головы лишиться. 21 апреля в переговоры включился лично патриарх, который опять стал убеждать королевича совершить волю царскую и принять крещение "в три погружения". Вольдемар категорически отказывался и отвечал, что в деле совести надо больше слушаться Бога, а не людей. Он писал: "Как видно, у вас перемена веры считается делом маловажным, когда вы требуете от меня этой перемены для удовольствия царскому величеству, а у нас таких людей, которые легко меняют веру, считают бездельниками и изменниками". Далее он просил, чтобы патриарх разрешил царевне Ирине вступить с ним брак, не требуя от него перемены веры, а если это считается грехом, то он готов взять этот грех на себя. Русская сторона продолжала гнуть свою линию. Бояре решили, что королевич сомневается в достоинствах русской царевны, и стали разъяснять ему, что "быть может, он думает, что царевна Ирина не хороша лицом, так был бы покоен, он будет доволен ее красотою. Чтобы также он не думал, что царевна Ирина, подобно другим женщинам московским, любит напиваться допьяна. Она девица умная и скромная, во всю жизнь свою ни разу не была пьяна". А было ей тогда 17 лет. Вот какова была девица! Представляете? Ей уже 17 лет, а она еще ни разу не напивалась допьяна. Это проливает кое-какой свет на нравы женской половины Кремля. Королевич почему-то не был прельщен подобным описанием предполагаемой невесты и ее достоинствами, и продолжал проситься домой. 9 мая датчане попытались с оружием в руках вырваться из Москвы, но стрельцы задержали их у Тверских ворот. Королевич горячился и кричал, что он готов пойти на все, но ему спокойно разъяснили, что для начала нужно снестись с королем Христианом и узнать его мнение о сложившейся ситуации, а тем временем у резиденции королевича значительно усилили стражу. Прошел май, июнь и половина июля, а дело не сдвинулось с мертвой точки. Королевич требовал отпустить его домой, а бояре чуть ли не ежедневно продолжали уговаривать Вольдемара принять православную веру. В конце лета были пресечены попытки датчан вырваться на волю с помощью литовских купцов, которые подряжались доставить их на литовскую границу. Время шло в бесплодных и бессмысленных переговорах. Наконец, 29 ноября датские послы явились к Михаилу Федоровичу с королевской грамотой, в которой король Христиан требовал, чтобы царь исполнил наконец брачный договор, заключенный с Петром Марселисом, а в противном случае "с честью бы отпустил королевича и послов обратно". На это царь спокойно заявил королевичу Вольдемару, что "без крещения ему на царевне Ирине жениться нельзя, и отпустить его в Данию также нельзя, потому что король Христиан отдал его ему, царю, в сыновья". Железная логика. Тогда 9 января 1645 года королевич написал царю гневное письмо, в котором грозил царю различными неприятностями, если его немедленно не отпустят домой. Он писал, что так с ним не могли бы поступить даже турки и татары, и что он будет силой стараться вернуть себе свободу, даже если за это он поплатится своей жизнью. В это дело неожиданно вмешался польский посол Стемпковский, который стал уговаривать Вольдемара подчиниться требованиям царя. Королевич ответил поляку: "Могу уступить лишь в следующих пунктах: 1) пусть дети мои будут крещены по греческому обычаю; 2) буду стараться посты держать, сколько мне возможно без повреждения здоровья; 3) буду сообразовываться с желанием государя в платье и во всем другом, что непротивно совести, договору и вере. Больше ни в чем не уступлю... От веры своей не отрекусь, хотя он [царь] меня распни и умертви". В конце письма королевич пишет: "и пусть делают со мной, что хотят, только поскорее". После этого по Москве поползли слухи, что королевич Вольдемар тяжело заболел. А в апреле 1645 года обострилась и болезнь Михаила Федоровича, который и так уже давно болел. 12 июля он с трудом отправился в церковь, где с ним произошел приступ удушья, а в ночь на 13 июля царь умер, успев благословить своего сына Алексея на царство. Вольдемар получил возможность надеяться на перемену в своей участи. 17 июля он направил Алексею Михайловичу поздравление с восшествием на престол. Новый царь попытался еще раз убедить королевича перейти в православную веру, но получил решительный отказ. Тогда Алексей Михайлович решил отпустить королевича Вольдемара и послов домой с великой честью. Вольдемар поспешил тут же покинуть Москву, чтобы не испытывать судьбу, а уже с дороги поблагодарил царя "за его великую любовь и за то, что отпустил его и послов королевских с честью". Таким образом, королевич Вольдемар пробыл в почетном заточении около полутора лет. За это время он так и не увидел своей предполагаемой невесты, но она, скорее всего, имела возможность его рассмотреть. Теперь вам, уважаемые читатели, стало немного более понятно, почему русские царевны почти всегда оставались старым девами.

О Франция... Еще о любви Один дворянин о мадам де N высказался так: "Я думал, что она ждет от меня безумств, и готов был их наделать; но она потребовала от меня глупостей, и я наотрез отказал ей". О правительстве Тот же дворянин в разговоре о глупостях, творимых министрами, сказал: "Не будь у нас правительства, Франция разучилась бы смеяться". О Боге Тот же дворянин присутствовал на беседе, где зашла речь о нашем мире, в котором что бы ни случилось - все к худшему. По этому поводу он заметил: "Я где-то вычитал, что нет ничего вреднее для народа, чем монарх, который слишком долго царствует. Мне говорят, что Бог вечен. Этим все сказано". Поговорка к месту Две придворные дамы проезжали по Новому мосту и почти одновременно увидали монаха и белую лошадь. Тогда одна из них толкнула другую локтем и заметила: "Что до шлюхи, то уж нам-то ее высматривать нечего". [Намек на французскую поговорку: "Когда ни пройдешь по Новому мосту всегда встретишь там монаха, шлюху и белую лошадь". - Прим. Ст. Ворчуна.] О принцах Принц Конти (1734-1814) был очень раздосадован тем, что граф д'Артуа купил себе поместье по соседству с его угодьми. Его стали успокаивать, говоря, что земли хорошо размежеваны, и ему нечего опасаться. Конти прервал своего собеседника: "Вы еще не знаете, что такое принцы!" Старая пощечина Во время службы в гвардии г-н де Люин получил пощечину от одного из офицеров, но не решился отомстить своему обидчику и был вынужден подать в отставку. Через некоторое время он был назначен архиепископом города Байе. Однажды во время торжественной службы какой-то шутник схватил его митру, растянул ее руками и воскликнул: "До чего же громко звучит эта митра! Как пощечина!" Последний любовник Госпоже де Бризар, известной своими любовными похождениями на водах в Пломбьере удалось подружиться с герцогиней де Жизор, известной своей набожностью. Во время одной из бесед герцогиня дала ей понять, что она еще может простить женщине один проступок, но нельзя же без конца менять любовников. Г-жа де Бризар воскликнула: "Увы! Заводя себе нового, я всякий раз думала, что он будет последним". Регент на балу Филипп Орлеанский был регентом во время малолетства Людовика XV. Однажды он захотел побывать на балу и остаться неузнанным. Аббат Дюбуа заявил, что знает, как это сделать, и на балу несколько раз пнул регента коленом в зад. Регент запротестовал: "Аббат! Ты маскируешь меня чересчур усердно!" Проделка над неверной женой Принц де Субиз был в связи с женой маркиза де Неля. Маркиз презирал свою жену и однажды в присутствии любовника повздорил с ней и высказался: "Сударыня! Я спускаю вам все. Это знает каждый. Должен, однако, предупредить, что не потерплю слишком низменных прихотей, которые вы подчас себе позволяете, например, вашей склонности к брадобрею моей челяди. Я ведь сам видел, как вы впускали его к себе, а потом выпускали". После этих слов маркиз пригрозил жене суровым наказанием и удалился, оставив ее наедине с принцем де Субизом. Тот не желал ничего слушать, и надавал г-же де Нель пощечин. Муж потом всюду хвастался этим подвигом, прибавляя, что история с брадобреем выдумана им самим, и потешался как над принцем де Субизом, который ему поверил, так и над своей женой, которую отхлестали по щекам. Об одном приговоре В апреле 1782 года французская эскадра под командованием графа де Грасса у берегов острова Гаити была разгромлена английскими адмиралами Родни и Гудом, а сам де Грасс попал в плен. По возвращении на родину де Грасс был предан военному суду, который состоялся в марте 1784 года. Суд оправдал де Грасса, и по этому поводу потом шутили: "Флот оправдан, адмирал невиновен, министр неподсуден, издержки с короля". Дело в том, что военного министра привлекали только в качестве свидетеля, а сам процеcc обошелся казне в четыре миллиона ливров.

Александр Блок в последние годы жизни Писатель Евгений Замятин вспоминал, что когда Блок в редакции "Всемирной литературы" здоровался с присутствующими, то он так произносил имена, что отчетливо был слышен каждый слог: "Николай Степанович!" "Алексей Максимович!" "Федор Дмитриевич!" Однажды в редакции все той же "Всемирной литературы" Блок встретился с Гумилевым. Гумилев жизнерадостно говорил о каких-то проектах. Блок, глядя мимо него в окно, вдруг прервал собеседника: "Отчего нам платят за то, чтобы мы не делали того, что должны делать?" В предполагавшемся к изданию журнале "Завтра" Блок рецензировал стихи современных поэтов. На стихи одного из поэтов он написал довольно острую рецензию, и автор попросил кого-то из членов редколлегии достать у Блока этот отзыв. Блок согласился, но наследующий день сказал в редакции: "Я не принес... Не нужно. Может ему это очень важно - писать стихи... Пусть пишет". В 1919 году при мимолетной встрече с Блоком Замятин сказал: "Вы очень отошли от того, кем были год назад. Вы меняетесь". И ответ Блока: "Да, я сам чувствую, что меняюсь. "Двенадцать" - теперь я едва ли бы написал". В трудном и голодном 1919 году многие писатели и поэты стали лекторами - они читали лекции на различные, но одобренные властями, темы и получали за это продовольственные пайки. Хоть Блоку и трудно жилось, но он оказался не способен продавать свое творчество за пайки. Он говорил своим знакомым: "Завидую вам всем. Вы умеете говорить, читаете где-то там. А я не умею. Я могу только по-написанному". Весной 1919 года по инициативе Горького в Петрограде была организована Секция исторических картин. Было решено создать цикл исторических пьес о разных временах и народах. Одну из пьес поручили написать Блоку. Он выбрал свое любимое средневековье (Франция, XII век) и зачитал план этой пьесы литературному начальству. Начальство недоуменно пожало плечами, и Блок забросил этот план. Некоторые авторы уже написали свои пьесы для Секции, и все спрашивали Блока: "Когда же вы дадите, Александр Александрович?" Но у Блока возникали дела и поважнее пьесы: "Куда там! Вот, выселяют всех из нашего дома. Все бегаю, чтоб как-нибудь остаться. Вчера ездил в Смольный с письмом Горького. Завтра идти в районный отдел". Или: "Ну, - пьеса! Вот я нынче все утро окна замазывал. И завтра еще надо в двух комнатах. Медленно, не умею..." Но вот квартиру удалось отстоять, и окна были, наконец, замазаны, и настала пора подумать и о пьесе: "Вот еще не знаю: взять ли Куликовскую битву - мне это очень близко - или другое: Тристана и Изольду". Сохранились даже планы этих пьес. И вдруг в конце 1919 года он принес на секцию законченную пьесу из египетской жизни: "Рамзес". Блок на Секции сделал несколько довольно острых замечаний о пьесе Замятина "Огни Св. Доминика". Когда началось обсуждение пьесы Блока, тот вначале отшучивался: "Да ведь это я только переложил Масперо. Я тут ни при чем". Но тут Замятин в отместку указал Блоку несколько не по-египетски русских месть в "Рамзесе". Блок очень заботливо отметил эти места в рукописи и через два-три дня показал Замятину исправления: "Ну что? Теперь по-египетски?" Секции был обещан свой театр, но топить помещения было нечем, и пьесы передавали из театра в театр. Блоку рассказали об этом, и он не очень весело усмехнулся: "Пусть лучше не ставят". Но власти и так наложили вето на постановку, как "Рамзеса", так и других пьес, написанных членами Секции. Весной 1921 года Блок шел по Невскому проспекту вместе с Гумилевым, беседовали о творчестве. Блок говорил: "Очень хочется писать. Это теперь почти никогда не бывает. Может быть, в самом деле, отдохну, и сяду..." Летом 1920 года Блок редактировал в БДТ постановку "Короля Лира". Тихих и медленных слов Блока слушались даже самые строптивые актеры. Последние предпостановочные репетиции заканчивались в 2-3 часа ночи. Блок всегда сидел до конца, и чем позже, тем больше оживал Блок. Его спрашивают: "Не утомляет это вас?" Ответ: "Нет. Театр, кулисы, вот такой темный зал - я люблю. Я ведь очень театральный человек". В пьесе хотели выбросить сцену с вырыванием глаз у Глостера, но Блок был за то, чтобы глаза вырывать: "Наше время - тот же самый XVI век. То же самое, что и каждый день... Мы отлично можем смотреть самые жестокие вещи:" Конец какого-то странного разговора Блока с собеседником в трамвае: "...А вот бывает с вами так: смотришь на себя со стороны - ты совершенно определенно в стороне, в другом углу комнаты - и видишь себя - не себя, а чужое?" Блок ответил после долгой паузы: "Да, бывало. Раза три в жизни. Теперь больше не бывает... Теперь со мной ничего не бывает..." Из разговоров с Замятиным Блок в кепке идет по Бассейной улице: "Душно, Дышать нечем. Болен, может быть..." А через день долгий разговор о мертвечине и лжи. И в конце: "И все-таки золотник правды - очень настоящий - во всем этом есть. И я все-таки Россию люблю. Ненавидящая любовь - это, пожалуй, точнее всего, если говорить о России, о моем отношении к ней". В апреле 1921 года в руки Блока попала эмигрантская газета "Русская мысль", издаваемая П. Струве. Блок просмотрел ее и грязно выругался. Редко кто слышал от него такие слова. А потом сказал: "Что они смыслят, сидя там? Только лают по-собачьи". В том же апреле 1921 года Петербург видел Блока в последний раз на вечере в БДТ. Огромный театр был переполнен публикой. Вначале Чуковский произнес речь о Блоке, а потом сам поэт читал стихи о России. В этом последнем вечере Блока настолько чувствовалась такая печальная и неживая торжественность, что кто-то из публики произнес: "Это поминки какие-то!" Последние месяцы своей болезни Блок не хотел никого видеть и не желал ни с кем говорить. Он сам не соглашался на отъезд в финляндский санаторий и не желал подписывать никаких бумаг, пока сам не понял, что в этом его единственное спасение. Но и тут он не желал ничего подписывать. Письма в Москву с просьбой о разрешении на выезд для лечения были составлены в правлении Петроградского отделения Союза писателей. В Москве с письмами по инстанциям ходил Горький. Наконец, 23 июля разрешение на выезд было дано, но в Петроград оно пришло только 3-го или 4-го августа. А 7-го Александр Александрович скончался.

33 советских бойца на подступах к Сталинграду 24 августа 1942 года 33 советских бойца приняли неравный бой в окрестностях Сталинграда. За несколько часов в условиях острой нехватки боеприпасов и отсутствия связи с полком они смогли уничтожить 27 гитлеровских танков и около 150 немецких солдат. Отстоять занятую высоту бойцам удалось без единой потери. Их подвиг вошел в историю как подвиг «тридцати трех». 23 августа 1942 года немецкие войска прорвали линию фронта на стыке 4-й танковой и 62-й армий и двинулись к Сталинграду. В 40 километрах от города, недалеко от населенного пункта Малая Россошка, оборону в районе высоты 77,6 занимал разведывательный взвод 1379-го полка, 87-й стрелковой дивизии под командованием лейтенанта Шмелева, взвод автоматчиков во главе со старшиной Дмитрием Пуказовым и связисты, которыми руководил младший политрук Алексей Евтифеев. После масштабной вражеской бомбежки связь с полком была утрачена, а в живых осталось всего 33 бойца, которые, не имея указаний о дальнейших действиях, остались на позиции. Немецкие орудия смолкли, однако сомнений у взвода не было — это затишье перед бурей. Враг получил приказ взять Сталинград к 25 августа, и он ни перед чем не остановится, чтобы отвоевать занятую советскими бойцами высоту. Выжившие защитники начали подготовку к предстоящему бою, к последнему, как они были уверены. Углубили окопы, как могли, укрепили и замаскировали их. Подсчитали скромные боеприпасы: бутылки с горючей смесью, гранаты, автоматы, винтовки… Младший политрук Евтифеев добыл в соседнем окопе противотанковое ружье и патроны. Все начали осматривать, ощупывать бронебойку, трогать затвор — ни одному из бойцов еще не доводилось из нее стрелять. Старшие по званию вели беседу с подчиненными, подбадривали их хорошими новостями с Западного и Калининского фронтов, где советские войска прорвали оборону противника… Так в напряжении и гнетущем ожидании прошел почти весь день. А на закате бойцы услышали рев моторов приближающейся колонны немецких танков. Их было около 50-ти, за ними следовал батальон пехоты. Когда раздался первый удар немецких орудий, советские бойцы были уже наготове, каждый занимал свою позицию и знал свою задачу. Прогремели первые выстрелы из окопа — младший политрук Евтифеев встал за противотанковое ружье. Подбив несколько боевых машин, он доверил оружие Георгию Стрелкову. А вражеские танки все шли и шли, не останавливаясь перед потерями. Огонь не смолкал, командиры отделений Михаил Мингалев, Владимир Пасхальный и Андрей Рудых следили за перемещением танков и указывали цели для уничтожения. Сражались красноармейцы слаженно: как только артиллерийский огонь достигал немецкого танка, из которого вскоре начинали выбираться нацисты, пулеметчики Пуказова расстреливали их. Подходя к передовой вплотную, немцы старались засыпать окопы гусеницами танков. Но впустую: за ночь бойцы смогли хорошенько углубить и укрепить их. Вооруженные бутылками с зажигательной смесью защитники обстреливали вражеские танки, один за другим выводя их из строя. Боеприпасы заканчивались. Пополнить их было негде. Помощи ждать не от кого. На вопрос одного из автоматчиков о том, что делать дальше, старшина Пуказов ответил: «Биться до последнего. В случае чего живыми гадам не сдадимся». Из последних сил советские бойцы продолжали сражаться. Поздней ночью, потеряв 27 танков и около 150 солдат и офицеров, немцы были вынуждены отступить. 33 защитника отстояли занятую высоту, не дав врагу подступить к Сталинграду. За совершенный подвиг бойцов наградили орденами и медалями. Известный писатель и публицист Илья Эренбург написал о них: «Тридцать три не дрогнули. Они уничтожали танки пулями, гранатами, бутылками. Они уничтожили двадцать семь танков. Еще раз русское сердце оказалось крепче железа. Если чужестранец нам скажет, что только чудо может спасти Сталинград, мы ответим: разве не чудо подвиг тридцати трех? Враг еще не знает, на что способен русский человек, когда он защищает свою землю».

Это произошло 14 апреля 1930 года в Москве, в Лубянском проезде. В рабочей комнате Владимира Маяковского прозвучал выстрел. Споры, ушел ли поэт из жизни добровольно или был убит, не стихают до сих пор. О виртуозном расследовании экспертов рассказывает один из его участников, профессор кафедры судебной медицины ММА им.Сеченова Александр Васильевич Маслов. Версии и факты 14 апреля 1930 г. «Красная газета» сообщила: «Сегодня в 10 часов 17 минут в своей рабочей комнате выстрелом из нагана в область сердца покончил с собой Владимир Маяковский. Прибывшая «скорая помощь» нашла его уже мертвым. В последние дни В.В.Маяковский ничем не обнаруживал душевного разлада и ничего не предвещало катастрофы». Днем тело перевезли в квартиру поэта в Гендриковом переулке. Скульптором К.Луцким была снята посмертная маска, причем плохо — он ободрал покойному лицо. Сотрудники Института мозга извлекли мозг Маяковского, весивший 1700 г. В первый же день в презектуре клиники медицинского факультета МГУ патологоанатом профессор Талалай произвел вскрытие тела, а в ночь на 17 апреля состоялось перевскрытие: из-за поползших слухов о якобы имевшемся у поэта венерическом заболевании, которые не подтвердились. Потом тело было кремировано. Как и с Есениным, самоубийство Маяковского вызвало различную реакцию и множество версий. Одной из «мишеней» стала 22-летняя актриса МХАТа Вероника Полонская. Известно, что Маяковский просил ее стать женой. Именно она была последним человеком, видевшим поэта живым. Однако показания актрисы, соседей по квартире и данные следствия свидетельствуют, что выстрел прогремел сразу после того, как Полонская вышла из комнаты Маяковского. Значит, стрелять она не могла. Версия, будто Маяковский не в переносном, а в прямом смысле «лег виском на дуло», пустил себе пулю в голову, не выдерживает критики. Мозг поэта сохранен по сей день и, как справедливо сообщили в те дни сотрудники Института мозга, «по внешнему осмотру мозг не представляет сколько-нибудь существенных отклонений от нормы». Несколько лет назад в передаче «До и после полуночи» известный тележурналист Владимир Молчанов высказал предположение, что на посмертной фотографии на груди Маяковского ясно видны следы ДВУХ выстрелов. Эту сомнительную гипотезу развеял другой журналист — В.Скорятин, проведший скрупулезное расследование. Выстрел был один, но он также считает, что в Маяковского стреляли. Конкретно — начальник секретного отдела ОГПУ Агранов, с которым, кстати, поэт дружил: спрятавшись в подсобной комнате и дождавшись ухода Полонской, Агранов проникает в кабинет, убивает поэта, оставляет предсмертное письмо и вновь черным ходом выходит на улицу. А затем уже поднимается на место происшествия как чекист. Версия занятная и почти укладывается в законы того времени. Впрочем, не ведая того, журналист неожиданно помог экспертам. Упоминая о рубашке, бывшей на поэте в момент выстрела, он пишет: «Я осмотрел ее. И даже с помощью лупы не обнаружил следов порохового ожога. Нет на ней ничего, кроме бурого пятна крови». Значит, рубашка сохранилась! Рубашка поэта Действительно, в середине 50-х Л.Ю.Брик, у которой находилась рубашка поэта, передала ее в Государственный музей В.В. Маяковского — реликвия хранилась в коробке и была завернута в пропитанную специальным составом бумагу. На левой стороне переда рубашки — сквозное повреждение, вокруг него видна засохшая кровь. Удивительно, но это «вещественное доказательство» ни в 1930 году, ни позже не подвергалось экспертизе. А сколько было споров вокруг фотографий! Получив разрешение на исследование, я, не посвящая в суть дела, показал рубашку крупному специалисту по судебно-баллистической экспертизе Э.Г.Сафронскому, который сразу поставил «диагноз»: «Входное пулевое огнестрельное повреждение, скорее всего, выстрел в упор». Узнав, что выстрел произведен более 60 лет назад, Сафронский заметил, что тогда в СССР подобные экспертизы не проводились. Была достигнута договоренность: специалисты Федерального центра судебных экспертиз, куда передавалась рубашка, не будут знать о ее принадлежности поэту — для чистоты эксперимента. Итак, исследованию подлежит рубашка бежево-розового цвета из хлопчатобумажной ткани. Спереди на планке 4 перламутровые пуговицы. Спинка рубашки от ворота до низа разрезана ножницами, о чем свидетельствуют уступообразные края разреза и ровные концы нитей. Но для утверждения, что именно эта рубашка, купленная поэтом в Париже, находилась на нем в момент выстрела, недостаточно. На фотографиях тела Маяковского, сделанных на месте происшествия, хорошо различимы рисунок ткани, фактура, форма и локализация пятна крови, огнестрельного повреждения. Когда музейную рубашку сфотографировали в том же ракурсе, увеличении и провели фотосовмещение, все детали совпали. Экспертам из Федерального центра предстояла нелегкая работа — найти на рубашке следы выстрела более чем 60-летней давности и установить его дистанцию. А их в судебной медицине и криминалистике три: выстрел в упор, с близкого и дальнего расстояния. Были обнаружены характерные для выстрела в упор линейные повреждения крестообразной формы (они возникают от действия отражаемых от тела газов в момент разрушения ткани снарядом), а также следы пороха, копоти и опаления как в самом повреждении, так и на прилегающих участках ткани. Но надо было выявить ряд устойчивых признаков, для чего и использовался диффузно-контактный метод, не разрушающий рубашку. Известно: при выстреле вместе с пулей вылетает раскаленное облачко, затем пуля опережает его и улетает дальше. Если стреляли с дальней дистанции, облачко не достигло объекта, если с близкой — газо-пороховая взвесь должна была осесть на рубашке. Предстояло исследовать комплекс металлов, входящих в состав оболочки пули предполагаемого патрона. Полученные оттиски показали незначительное количество свинца в области повреждения, а меди практически не обнаружено. Зато благодаря диффузно-контактному методу определения сурьмы (один из компонентов капсульного состава) удалось установить обширную зону этого вещества диаметром около 10 мм вокруг повреждения с характерной для выстрела в боковой упор топографией. Причем секторальное отложение сурьмы говорило, что дульный срез был прижат к рубашке под углом. А интенсивная металлизация в левой части — признак произведения выстрела справа налево, почти в горизонтальной плоскости, с небольшим наклоном книзу. Из «Заключения» экспертов: «1. Повреждение на рубашке В.В.Маяковского является входным огнестрельным, образованным при выстреле с дистанции «боковой упор» в направлении спереди назад и несколько справа налево почти в горизонтальной плоскости. 2. Судя по особенностям повреждения, было применено короткоствольное оружие (например, пистолет) и использован маломощный патрон. 3. Небольшие размеры пропитанного кровью участка, расположенного вокруг входного огнестрельного повреждения, свидетельствуют об образовании его вследствие одномоментного выброса крови из раны, а отсутствие вертикальных потеков крови указывает на то, что сразу после получения ранения В.В.Маяковский находился в горизонтальном положении, лежа на спине. 4. Форма и малые размеры помарок крови, расположенных ниже повреждения, и особенность их расположения по дуге свидетельствуют о том, что они возникли в результате падения мелких капель крови с небольшой высоты на рубашку в процессе перемещения вниз правой руки, обрызганной кровью, или же с оружия, находившегося в той же руке». Можно ли так тщательно сымитировать самоубийство? Да, в экспертной практике встречаются случаи инсценировки одного, двух, реже пяти признаков. Но весь комплекс признаков фальсифицировать невозможно. Установлено, что капли крови — не следы кровотечения из раны: они падали с небольшой высоты с руки или оружия. Даже если допустить, что чекист Агранов (а он действительно знал свое дело) был убийцей и нанес капли крови после выстрела, скажем, из пипетки, хотя по восстановленному хронометражу событий у него на это просто не было времени, необходимо было достичь полного совпадения локализации капель крови и расположения следов сурьмы. Но реакция на сурьму была открыта лишь в 1987 году. Именно сопоставление расположения сурьмы и капель крови стало вершиной этого исследования. Автограф смерти Пришлось поработать и специалистам лаборатории судебно-почерковедческих экспертиз, ведь многие, даже очень чуткие люди, сомневались в подлинности предсмертного письма поэта, выполненного карандашом почти без знаков препинания: «Всем. В том, что умираю, не вините никого и, пожалуйста, не сплетничайте. Покойник этого ужасно не любил. Мама, сестры и товарищи, простите это не способ (другим не советую), но у меня выходов нет. Лиля — люби меня. Моя семья это Лиля Брик, мама, сестры и Вероника Витольдовна Полонская… Любовная лодка\разбилась о быт.\Я с жизнью в расчете\И не к чему перечень\Взаимных\бед\И обид. Счастливо оставаться.\ Владимир\Маяковский. 12.IV.30 г.» Из «Заключения» экспертов: «Представленное письмо от имени Маяковского выполнено самим Маяковским в необычных условиях, наиболее вероятной причиной которых является психофизиологическое состояние, вызванное волнением». Не вызвала сомнений и датировка — именно 12 апреля, за два дня до смерти — «непосредственно перед самоубийством признаки необычности были бы выражены более ярко». Так что тайна решения уйти из жизни кроется не в 14-м дне апреля, а в 12-м. «Ваше слово, товарищ маузер» Сравнительно недавно дело «О самоубийстве В.В.Маяковского» было передано из Президентского архива в Музей поэта вместе с роковым браунингом, пулей и гильзой. Но в протоколе осмотра места происшествия, подписанного следователем и врачом-экспертом, говорится, что он застрелился из «револьвера системы маузер, калибр 7,65, № 312045». По удостоверению у поэта было два пистолета — браунинг и байярд. И хотя «Красная газета» писала о выстреле из нагана, очевидец В.А.Катанян упоминает маузер, а Н.Денисовский, спустя годы, браунинг, все-таки трудно представить, чтобы следователь-профессионал мог спутать браунинг с маузером. Сотрудники Музея В.В.Маяковского обратились в Российский федеральный центр судебных экспертиз с просьбой провести исследование переданного им из Президентского архива пистолета браунинг № 268979, пули и гильзы и установить, из этого ли оружия стрелял в себя поэт? Химический анализ налета в канале ствола браунинга позволил сделать вывод, что «из оружия после последней чистки выстрел не производился». Но пуля, извлеченная когда-то из тела Маяковского, действительно «является частью 7,65 мм патрона браунинга образца 1900 года». Так в чем же дело? Экспертиза показала: «Калибр пули, количество следов, ширина, угол наклона и правосторонняя направленность следов свидетельствуют, что пуля была выстрелена из пистолета маузер модели 1914 г.». Результаты экспериментальной стрельбы окончательно подтвердили, что «пуля 7,65 мм патрона браунинга была выстрелена не из пистолета браунинг № 268979, а из маузера калибра 7,65 мм». Все-таки — маузер. Кто же подменил оружие? В 1944 году сотрудник НКГБ, «беседуя» с опальным писателем М.М.Зощенко, спросил, считает ли он ясной причину смерти Маяковского, на что писатель достойно ответил: «Она и дальше остается загадочной. Любопытно, что револьвер, из которого застрелился Маяковский, был ему подарен известным чекистом Аграновым». Уж не сам ли Агранов, к которому стекались все материалы следствия, подменил оружие, приложив к делу браунинг Маяковского? Зачем? О «подарке» знали многие, к тому же маузер не был зарегистрирован за Маяковским, что могло сильно аукнуться самому Агранову (кстати, позже его расстреляли, но за что?). Впрочем, это из области догадок. Лучше отнесемся с уважением к последней просьбе поэта: «…пожалуйста, не сплетничайте. Покойник этого ужасно не любил»

По утверждениям жителей поселка Калиновый, что приткнулся рядышком с Кыштымом (Челябинская область), началось все в грозовую ночь на 13 августа 1996 года. Именно тогда местная жительница, одинокая пенсионерка Тамара Васильевна Просвирина получила «телепатический приказ» : встать и немедленно идти на кладбище. Впрочем, наличие телепатии объяснялось достаточно просто, Тамара Васильевна была не совсем психически здорова и периодически собирала на кладбище цветы. Странно было другое — она нашла того, кто её звал. Из-за холмика на нее глядело маленькое существо с огромными глазами… Но давайте лучше предоставим слово участникам событий. Жутковатая была находка — не то человеческий младенец, не то неведомая зверюшка: голова остроконечной тыковкой, вместо губ — щелка, тело покрыто шерсткой, на пальцах острые коготки… Существо это жалобно попискивало, и сердобольная старушка решила взять его с собой — завернула, принесла домой, накормила и назвала Алешенькой. Далее в сюжете этой и без того странной истории начинаются и вовсе фантасмагорические повороты. Стала веселая бабушка хвастаться соседям, что появился у нее на старости лет сынок. Но так как Просвирина состояла на учете у психиатра, то соседи не мудрствуя лукаво сообщили о странном ее поведении врачам. Те тоже долго разбираться не стали, приехали, сделали успокоительный укол и увезли в больницу. И напрасно старушка плакала, просила оставить ее дома. Никто ее слушать не стал, и оставшийся без присмотра «пришелец» умер… Но давайте лучше послушаем свидетелей Тамара Просвирина и Галина Артемьевна Алферова. Невестка Тамары Просвириной, тоже Тамара, видела «Алешеньку» живым: — Тогда я работала вахтовым методом поварихой. Муж Сергей сидел в тюрьме. А свекровь одна жила, я ее раз в две недели навещала. Пришла как-то к ней, раскладываю продукты на кухне. А она вдруг говорит: «Надо бы и ребеночка покормить! » Я подумала, что у нее обострение болезни, такое с ней прежде бывало. А она меня к кровати привела. Смотрю: там что-то пищит. Вернее, свистит. Ротик выпячивает трубочкой, языком шевелит. Он у него алый, лопаточкой. И два зубика видны. Пригляделась: на ребенка не похож. Голова коричневая, тело серое, кожа без прожилок. На глазах век не видно. И взор осмысленный! Половых органов нет. А вместо пупка гладкое место. Головка луковкой, ушек нет, только дырочки. И глаза, как у котика. Зрачок то расширяется, то сужается. Пальцы на ручках и ножках длинные. Ножки сложены трапецией. Спросила свекровь: «Откуда это чудище?» А она ответила, что в лесу нашла и назвала «Алешенькой». Сунула в рот карамельку, он начал ее сосать. И воду пил из ложечки. Я подумала, что это зверек. Его еще мать моя видела, Галина Артемьевна Алферова. 74-летняя Галина Артемьевна на вопросы корреспондентов об «Алешеньке» отвечает охотно. — У Тамары в квартире бывала часто. Она больная на голову была. Поэтому проведывала ее, как бы чего не случилось. Сын ее, муж моей дочки, в тюрьме сидит. А Тамара тогда поварихой вахтовым методом работала. Вот я и навещала. Продуктов принесу, помогу прибраться. Она хоть и сумасшедшая, но беззлобная была. И сама себя обихаживала. Ну вот, пришла я, а в соседней комнате вроде как котенок пищит. Квартира у свахи была двухкомнатная, сейчас мы ее продали. Спрашиваю: «Что ты, Тамара, котенка завела?» А она говорит: «Нет, ребеночка». Я ей: «Какого такого ребеночка?» А она говорит: «Алешеньку. В лесу нашла». — «Ну, показывай!» Пошли в соседнюю комнату. Смотрю: поперек ее кровати что-то лежит, в пеструю тряпку завернутое. Она развернула, мне показывает. Такой чудной! Сначала подумала, что это наваждение какое. Перекрестилась — не исчезает! Тут уж я осмелела, поближе подошла. А он, как меня увидел, засвистел. Ну, вроде как суслик в поле, но тихонько. Я думаю, что это он так что-то сказать пытался. — Может быть, это все же недоношенный ребенок? — Да нет. Я за свою жизнь столько всяких перевидала, и недоношенных тоже. На младенчика «Алешенька» совершенно не похож. Головка не тыковкой, а как шлем: остроконечная и без волос. И родничков на ней не видно. Пальчики длинные, тонюсенькие и острые, как коготки. По пять на каждой руке и ноге. Туловище поначалу пухлое было и колыхалось как холодец. Это он уже после смерти усох. — А половые органы у него были? — Нет у него никаких половых органов. — Вы уверены? — Да я со всех сторон его осмотрела. Даже между ножек потрогала. Ровное место, будто у куклы какой. И пуповины тоже никакой нет. — «Алешенька» передвигался сам? — При мне — нет. Он только ножки кверху поднимал. Распрямлял, вроде как гимнастику делал. — Вы видели, как его кормили? — Сватья ему творожный сырок давала. Он его сосал и глотал. У него челюсти нижней не было, и вместо нее — какая-то кожица. А пил не из бутылочки — на кровати стояла плошка с водой, Тамара его поила с ложечки. А еще у него язык длинный такой был и ярко-красный, лопаточкой. — Сколько прожило существо? — Давайте посчитаем. Я раз пять к сватье заходила, внучок Саша — он сейчас в армии служит — пару раз забегал. Соседка Нина Глазырина к ней заглядывала и даже ночевала. И все его живым видели. Недели три это чудище у сватьи жило. А может, больше. — Сообщить властям о находке не пытались? — Тогда и мысли не было, что это важно. Если бы она младенчика в лесу нашла, то, конечно, позвонили бы в милицию. А это так — не пойми что. Зверюшка непонятная. Это уж сейчас все говорят, что инопланетянин. А мы тогда с дочкой и внуком решили: пусть живет вместо кошки… — Что вас больше всего поразило в нем? — Испражнений от него никаких не было. Только пот на теле, вроде как испарина. Его сватья все тряпочкой обтирала. — А тряпка эта не осталась? — Ой, нет. Кажется, все отдала. — Кому? — Следователю. — Может, что-то другое осталось? Простыни, например? — Может быть. — Можете поискать? — Могу. Все белье, которое было в комнате, этим «Алешенькой» пропахло. Дух от него шел сладкий, вроде как от одеколона… - Как умер «Алешенька»? — Должно быть, от голода. Тамару в психбольницу забрали, а он в пустой квартире остался. Дочки в ту пору в городе не было, а мне туда ездить недосуг. Ведь кто знал, что эта невидаль для науки такая ценная? Японцы сейчас за нее огромные деньги сулят. — А где «Алешенька» сейчас? — Мы не знаем. — А где сейчас ваша сваха? — Машина сбила. Как раз после того, как японцы позвонили и сказали, что хотят с ней встретиться, заснять на камеру. Погибла Просвирина при весьма странных обстоятельствах. Поздно вечером 5 августа 1999 года. Тамара вышла из дома необутая, в носках — по рассказам очевидцев, было такое впечатление, что ее кто-то позвал. Причем соседи видели, что машин было две и они сошлись в том месте, где стояла женщина, словно ножницы. Просвирина Тамара Васильевна К счастью, показания Тамары Просвириной сохранились на видеопленке у следователя Владимира Бендлина. На экране пожилая женщина. На ней мятый зеленый больничный халат. Она острижена наголо, взгляд у нее блуждающий. Ее выводят во двор. Женщина спотыкается, чуть не падает — ее подхватывает за локоть санитарка. — Это Просвирина в психиатрической лечебнице, — поясняет следователь. И добавляет: — Беседа с ней велась неофициально и юридической силы не имеет… Женщина в кадре хоть и с трудом, но называет себя. Речь у нее невнятная: мешает нервный тик. Она все время облизывает губы. Ей задают вопрос о том, кто такой «Алешенька». Пауза кажется вечностью. Старушка наконец отвечает: — Сыночек. — Откуда он у вас взялся? Женщина поднимает голову, долго смотрит на небо. Наконец произносит: — Под деревом нашла. Он лежал головой вниз. Я быстренько его отряхнула, положила. — Как выглядело это место? — В лесу… Град и гром был… Алешенька мой, я его под свою фамилию запишу. — Он умер. — Умер? — Да, умер. — Да что вы?! Она плачет, размазывая кулаками бурно хлынувшие слезы. Потом задает вопрос: — Почему? — Без пищи был. Больная смотрит прямо в камеру. На ее лице — такое великое горе, какое не сыграть даже самой гениальной актрисе. Сквозь всхлипы слышно: «Бедненький! Я же говорила врачам — ребеночек у меня там… Отпустите…» Она рыдает, потом ее уводят. Евгений Мокичев, капитан юстиции, следователь Кыштымского ОВД. — В августе — сентябре 1996 г. я производил расследование уголовного дела по обвинению Нурдинова Владимира в совершении кражи кабеля в поселке Новогорный. Для проведения следственного эксперимента предложил выехать на место происшествия. Мы отправились с Нурдиновым на его мотоцикле. По дороге Владимир поинтересовался у меня, видел ли я инопланетян? Я, естественно, ответил, что никаких инопланетян не видел и не верю в их существование. Он обещал мне по возвращению домой показать инопланетянина. Приехав в поселок, где проживал Нурдинов, мы произвели требуемые следственные действия, по окончании которых Владимир предложил посмотреть инопланетянина, который у него находился. Я, конечно, скептически к этому отнесся, однако он достал из шкафа тряпичный сверток. В красной материи было что-то завернуто. Он развернул сверток и представил мне на обозрение. То, что я увидел, поразило меня. Я долго не мог сообразить, что это такое, наступила какая-то растерянность. Передо мной лежал примерно 25 см в длину мумифицированный трупик небольшого человекообразного существа. Однозначно оценить то, что передо мной лежало, очень сложно, потому что голова у него была необычайной формы — шлемообразной, состоящей из четырех лепестков, которые кверху соединялись в одну пластину и образовывали как бы гребень. Его глазницы были большого размера. На передней челюсти можно было различить два маленьких, еле видных зубика. Передние конечности были скрещены на груди, и, судя по ним, они были такой же длины, как и нижние. Трупик находился в засушенном, сморщенном состоянии, на нем было много складок кожного покрова. От останков исходил не сильный, но неприятный запах; чем именно пахло, сказать затрудняюсь. Я стал опрашивать, откуда и почему появилось это существо здесь. Он рассказал мне такую историю. В этом же году, 1996-м, жительница поселка Калиново, Просвирина Тамара (бабушка не совсем психически здорова), гуляя по лесу, нашла это существо и принесла его к себе домой, и оно стало у нее жить. Она его кормила, убаюкивала, назвала его Алешенькой и всем рассказывала, что у нее дома живет маленький Алешенька. Впоследствии эту бабушку перед обострением психического заболевания госпитализировали в психиатрическую больницу, а это существо осталось у нее в закрытой квартире. Нурдинов, когда прежде ходил к этой бабушке и тоже общался с этим существом, говорил, что оно пищало, подавало каким-то образом звуковые сигналы. Он вспомнил, что существо находилось в доме, и, когда он нашел его, оно уже было мертво. По нему ползали черви. Он избавился от червей, помыл тельце спиртом и оставил сушиться на солнце. После просушки трупик приобрел тот вид, в котором он и представил его мне. О случившемся я попросил Нурдинова никому пока не рассказывать. А также приказал ему, чтобы он этот труп никуда не девал, не прятал и никому не передавал. Вернувшись в отделение, я рассказал все своему напарнику — следователю Бендлину Владимиру, который занялся неофициальным расследованием этого дела.. Официально расследование проведено не было, мы действовали неофициально. То, что мы рассказали, существовало на самом деле. Многие специалисты осматривали этот трупик — и патологоанатомы, и гинекологи, и все они уверяют, что это не труп человека или детеныша человека. Он выглядел совсем по-другому. Строение скелета и черепа выглядело совсем не человеческим. Даже если какое-то существо может очень сильно мутировать, то до такой степени — это невозможно! Вот пока и все, что я знаю. Обратитесь к Владимиру Бендлину. Он вел расследование и знает больше… Владимир Бендлин, майор юстиции, следователь Кыштымского ОВД. Приехав со следственного эксперимента, Евгений мне рассказал о том, что он увидел в доме Нурдинова. Меня это сильно заинтересовало, и я решил убедиться во всем сам, поскольку наши коллеги буквально подняли человека на смех. Я запасся видеокамерой, фотоаппаратом, взял диктофон и на другой день выехал в поселок Бежеляк. Там я встретился с родителями Нурдинова, самого его не было. И они мне предъявили эту мумию. Просто дали ее осмотреть. Увидев мумию, я испытал чувство, которое трудно описать. Неприятное зрелище. Запах у этого существа был своеобразный — не такой, как пахнет полуразложившееся тело. Было видно, что мумию засушили без каких-либо солевых растворов, просто на солнце. Скелет существа был сильно деформирован, и трудно было что-то определить. По крайней мере, проглядывалось большое сходство с недоношенным человеческим плодом. С другой стороны, это существо сильно отличалось от человеческого. По роду службы мне приходилось видеть криминальные выкидыши и прочее, но это совсем другое: у выкидыша очень большая голова и маленькое туловище, а здесь было пропорциональное строение, то есть голова соответствовала по размерам уже относительно развившемуся телу. Я решил собрать больше сведений и каким-то образом задокументировать случившееся. Регистрировать это событие у нас в дежурной части не стали: «Зачем это? Да не к чему. Выяснил я, что Нурдинов проживал на квартире у женщины, у которой свекровь психически ненормальная. Она ходит по кладбищам, собирает всякие цветочки с могил, даже приносит домой фотографии умерших людей на металлокерамике. По роду работы я знал ее — то была Просвирина Тамара Васильевна. Она состояла на учете у психиатра. Несколько раз ее отвозили в психиатрическую лечебницу, так как у нее бывали рецидивы и срывы. Сын ее в то время отбывал наказание в исправительно-трудовом учреждении. Она проживала в поселке Калиново. Эта женщина вела замкнутый образ жизни. Ее сноха, тоже Просвирина Тамара, рассказала, что когда свекровь обнаружила это существо, оно было жизнеспособно и проживало у нее около месяца на квартире. Оно принимало пищу, издавало какие-то звуки. Взгляд и выражение его лица были осмысленными. Выделений практически никаких не было, только на теле выступало какое-то вещество, похожее на пот, без запаха. Она его держала запеленатым, как младенца, и называла своим ребеночком. Говорила, что это «Алешенька, я его на свою фамилию записала, и он у меня будет жить». Практически никому Просвирина его не показывала. Вот так некоторое время оно у нее и жило. Сама сноха наблюдала, как ее свекровь кормит это существо. Со слов снохи, оно было способно съесть карамелевую конфету. Если речь идет о недоношенном человеческом эмбрионе, то это просто невозможно. Сноха же объяснила, что кожные покровы этого существа были по цвету как выключенный кинескоп, тело было студенистое, телосложение — средней упитанности. Тамара сказала, что «Алешенька» издавал какие-то членораздельные звуки. Форма общения была следующая — он взвизгивал, реагируя на свет и движущиеся предметы. Взгляд у него был, как у очень больного человека. Это существо, по-видимому, очень сильно страдало. Спустя некоторое время сноха узнала, что свекровь снова положили в психиатрическую лечебницу, и когда ее госпитализировали, то существо осталось одно в доме. Естественно, оно не могло самостоятельно принимать пищу. А поскольку сноха была очень занятой человек, она не имела возможности навещать квартиру часто. И однажды она с квартирантом Нурдиновым приехала и обнаружила, что ее свекровь находится в лечебнице, а существо уже мертвое. Развернув пеленку, в которую был завернут «Алешенька», она увидела, что тот уже начал разлагаться, на нем появились куколки каких-то насекомых, и запах в квартире был соответствующий. Правда, он напоминал, скорее, запах синтетических смол, нежели умершего существа. После этого Нурдинов заявил, что это стопроцентно труп пришельца, это даже не мутант и не выкидыш, и его необходимо забальзамировать и по возможности выгодно продать. Нурдинов его забрал и в каких-то гаражах засушил на солнце. При чем труп этого существа сильно искорежило. Увидев эту мумию, сноха удивилась — так резко изменился облик существа при усушке. Его сильно согнуло в позвоночнике и стянуло там, где, видимо, были мышцы. В местах, где располагались какие-то органы, образовались ссохшиеся куски тканей. В дальнейшем я записал интервью тех, кто видел это существо при жизни. Это сноха Просвирина Тамара, ее сожитель Наговский Вячеслав, какой-то родственник снохи и ее подружка — женщина пьющая, давала противоречивые сведения. Все они утверждали, что это существо выглядело достаточно разумным, а в глазах у него был гной, как при конъюнктивите. Сам взгляд был очень осмысленным. После того как был собран первичный материал, возникла необходимость провести какие-то консультации со специалистами. Этот вопрос не относился к моей компетенции, но мне было любопытно, что же это такое? Я считаю, что подобная информация должна серьезно проверяться, ведь кривотолков очень много. Здесь возможно и человеческое уродство в сильной степени, и мутации какие-то, связанные с экологией, либо это действительно феноменальный случай жизнеспособности человеческого эмбриона, либо криминальный выкидыш. Однозначно, эта история требовала исследования. Наше руководство сказало, что мне, видно, больше нечем заняться, и я вынужден был вести это дело негласно, в свободное от работы время. Попросил патологоанатома осмотреть это существо, для чего отвез его в наш городской морг. Патологоанатом его осмотрел в присутствии фельдшера и заявил, что как минимум на 90% это не человек. Строение скелета гуманоида сильно отличается от человеческого, особенно кости таза, который предназначен как для вертикальной ходьбы, так и на четвереньках. Передние конечности также сильно отличаются по своей длине от человеческих. Кисти рук устроены так, будто это стопа. По всей видимости, это существо могло передвигаться в любых условиях и любым способом, преодолевать любые препятствия. Врач сказал, что, чтобы точно сделать выводы, какова природа этого существа, необходима экспертиза на ДНК. Поскольку она дорого стоит, ее можно проводить только официально, по возбужденным уголовным делам, к тому же в лабораторных условиях с участием подготовленного специалиста. Все варианты ее проведения враз отпали. Мы изменили тактику. Я и Евгений, а также примкнувшие к нам супруги Желутдиновы, работники пожарной части, стали вести расследование дальше. Раис Желутдинов сказал мне, что в 200 км от нас, в Каменске-Уральском Свердловской области, есть уфологическое общество, которое называется «Звездная академия НЛО-контакт по методу Золотова». Раис мне сказал, что это авторитетная личность, показал в энциклопедии: Золотов, ученый, академик. В состав этой организации якобы входит сын Золотова. Мы позвонили этим людям, и они откликнулись на наше приглашение. Затем последовал звонок из Каменска-Уральского. Эти люди назвались специалистами в области уфологии, сказали, что их оператор по внеземным связям проверит эту информацию и, если она будет подтверждена, то они приедут, а если нет, то извините, они ерундой не занимаются. Спустя пару часов две машины стояли уже под окнами квартиры Жемалдиновых, где мы собрались. Просмотрев видеозапись, приехавшие сказали, что находка весьма серьезна и требует безотлагательных исследований. Они отчитали нас за то, что дело не было выведено на государственный уровень, а опущено до самодеятельности. Руководитель этой организации Семенкова Галина, женщина интеллигентная, вежливая, интеллектуально продвинутая, сказала, что две ее девушки исследуют это существо и скажут, откуда оно взялось. Мы выехали туда, где находилась мумия. Они осмотрели ее, поводили над ней руками и сказали, что в этом существе есть биологическая компонента, но это искусственное существо. Оно было запрограммировано на исследование окружающей среды, жизненного пространства и, естественно, выполняло какие-то побочные функции. Его послал космический флот под управлением капитана «ФЕ» для производства дальнейших контактов с какой-то высокоразвитой цивилизацией. Все это, конечно, звучало сомнительно, но тут была хоть какая-то интерпретация событий. Я не специалист в таких областях. Я подумал, раз они действительно уверовали в это дело, то есть являются теми самыми романтиками, которым можно доверить что угодно, то эти люди проведут необходимые экспертизы и, в конце концов, прояснят всё. Закончилось тем, что они забрали мумию. Сказали, что берут ее для исследований и в ближайшем обозримом будущем установят ее происхождение и представят нам документальные доказательства. Через некоторое время я позвонил этим людям и спросил, как продвигаются исследования. Мне сказали, чтобы я не беспокоился, они изучают мумию. Предложили: «Приезжайте к нам на семинар, но это будет вам стоить денег». Затем сказали, что это для меня будет важно, они откроют у меня дополнительные каналы коммуникаций, и я стану чуть ли не полубогом. Я ответил, что на такие наживки не клюю, и попросил сообщить мне результат исследования мумии. Через некоторое время они дозвонились до Жемалдинова и сказали ему, что это обыкновенный выкидыш… Вскоре эта история приняла новый оборот, почти детективный. Сведения о странном существе дошли до средств массовой информации, и пошла реакция, как круги по воде. СМИ начали публиковать различные статьи, был даже пасквиль в газете «Челябинский рабочий», где некто Куклев поместил ругательную статью под названием «Кыштымские лунатики». Эта статья вышла как раз на «День всех святых» — «Хеллоуин». Автор нас попросту высмеял. Были и серьезные публикации. В конце концов, приехал сюда из «Комсомольской правды» Николай Ворсегов, заместитель шефа-редактора этой газеты. Он собрал материал, после чего через некоторое время к нам приехала съемочная группа с японского телевидения — MTV Токио. Они заинтересовались, что же все-таки в Каменске-Уральском произошло. По своим каналам они вышли на людей, которые тоже владеют этой информацией, собрали материал и установили, что мумию группа «НЛО-контакт» передала в Екатеринбург, и там в одном из НИИ, не связанном с биологией и анатомией, негласно все-таки провели ее исследование в лабораторных условиях, с привлечением специалистов. Вот так все и закончилось. Спустя некоторое время мне позвонила переводчица группы японского телевидения и сказала, что они намерены приехать к нам и отснять еще одно интервью с этой психически больной женщиной, поскольку с ними будут очень серьезные специалисты в области психиатрии. Все было ими хорошо профинансировано, внимательно изучен этот феномен в Японии, и они нашли, что нужно глубоко и серьезно исследовать именно того, кто непосредственно общался с этим существом, то есть Просвирину Тамару Васильевну. Они сообщили мне точную дату своего приезда, как раз через неделю. Еще их заинтересовало какое-то место посадки НЛО в городе Березовском, Свердловской области, то есть они хотели сразу убить двух зайцев. Попросили меня сделать так, чтобы Просвирина Тамара Васильевна в это время никуда не уехала. Но самое поразительное, что спустя каких-то полчаса после телефонного разговора с переводчицей я по рации (в тот день я был в суточном наряде) услышал, что произошло дорожно-транспортное происшествие в поселке Калиново и что под колесами машины погибла раздетая женщина — Просвирина Тамара Васильевна. Это что, совпадение?! Японские телевизионщики сюда не приехали, ограничилась поездкой в Березовское. Станислав Самошкин, врач-патологоанатом. В 1996 г. я, по просьбе участкового, производил осмотр неизвестного существа. По словам нашедшего его человека, гинеколог (Ирина Ермолаева и уролог Игорь Усков) признали в этом существе эмбрион. Осмотр проходил в секционном зале, в присутствии участкового. Труп был мумифицирован, внутренние органы отсутствовали, представлены были только скелет и остатки кожных покровов. Существо имело длину около 25 см. Меня поразило то, что череп башнеобразный, состоит из четырех костей — затылочной, лобной и двух теменно-височных. Причем нет четкого разделения между височными и теменными костями. К особенностям строения черепа относится и то, что мозговой отдел преобладал над лицевым. По всем антропологическим показателям это существо следует отнести к разумным, то есть не к разряду животных, ведь известно, что у тех же обезьян мозговая полость черепа меньше, чем лицо. Кости таза сформированы по типу прямоходящих. Руки и ноги скрюченные, пальцы разглядеть не представлялось возможным, потому что труп был мумифицирован. Внутренние органы отсутствовали. Меня попросили просто посмотреть и сказать, плод ли это человека или животного? Насколько я помню, на зоологии мы такие скелеты не изучали. Было высказано предположение, что, на первый взгляд, это существо, которое на Земле не встречается. Предложили провести экспертизу в Челябинском бюро судебной экспертизы, где проводится генетическое исследование, но владелец этого трупа от всего отказался и заявил, что сам решит, что с ним делать. Потом труп забрали, и дальнейшая его судьба мне неизвестна. Что-нибудь можно сказать про конечности? Про их длину и другие параметры? — Пропорциональность строения скелета не соответствовала нормальным стандартам усредненного человека. Руки, предположительно, — если бы удалось их распрямить, ведь труп был мумифицирован, — доходили где-то до уровня колен. Повторяю, предположительно. Я не расправлял конечности, потому что стоял вопрос не трогать труп вообще. Просто осмотреть и сказать, человеческий это плод или нечто иное, поскольку обращался ко мне участковый с вопросом: является ли это существо выкидышем, заводить уголовное дело или не заводить. Мы и ограничились осмотром, других, дополнительных, исследований сделано не было. Зубы отсутствовали. Судить о том, какой был пол, практически невозможно. Во всяком случае, я впервые столкнулся с особенностями такого скелета. Ну а когда не знаешь, лучше не лезь…. Романова Любовь Степановна, лаборант городской больницы. В 1996 году, — рассказала она, — в начале августа, нам принесли мумифицированный трупик маленького человечка. Нельзя сказать, что это был ребенок или выкидыш. Одним словом — маленький трупик. Его кожные покровы полуистлели в области живота и на конечностях. Косточки были целы. Обычные ручки, ножки. Ткани сохранились на спине и в области плеч. Голова в виде шлема, череп состоял из четырех костей, соединявшихся вверху. Ушных раковин не было. Очень большие миндалевидные глазницы. Сохранившиеся участки кожи на спине и плечах были серовато-коричневатые — я думаю, что это все от солнца, ткань высыхает и дает такой цвет. Этот человечек, как его называли — «Алешенька», все-таки не ползал, а ходил вертикально, как обыкновенный человек. Я так думаю. Жаль, что он исчез. Очень интересный, уникальный случай это был. Познакомиться бы с ним поближе ученым! — Как вы считаете, это существо могло быть внеземного происхождения, или это какой-то выкидыш, генетически изменившееся живое существо? — Нет. Я работаю лаборантом в больнице очень давно. На выкидыш он, конечно, не похож, этот «Алешенька». Я в то время не думала, что это внеземное существо, — необычное, и все. А на выкидыш оно, конечно, не похоже, потому что строение костей, головы очень странное. У человеческого выкидыша такого быть не может. — А внутренние органы чем-то отличались от человеческих? — Внутренних органов там не было. Это был мумифицированный трупик. Он был подсохшим, кое-где едва сохранившиеся кожные покровы, голые косточки. — Как вы считаете, это было взрослое существо или ребенок? — Я считаю, что это все-таки существо, подобное ребенку, только не наш, не человеческий ребенок. Маленькое такое существо. Наверное, он был хорошенький, потому что у него были такие огромные глазницы и шлемовидная голова. Интересный он, конечно. — А как вы считаете, это было разумное существо или нет? — Я не знаю даже, как ответить. Я не могу об этом судить. — А по строению черепа? — По строению черепа — голова соответствует развитию его рук, ног и туловища. — Мог там находиться мозг, как у человека? — Ну, наверное, мог. Если бы мы вскрывали его, то посмотрели бы. — А вам не дали возможности вскрыть его? — Нет. Когда его принесли к нам, то не было ни постановления, ни направления на вскрытие, а без них мы не имеем право этого делать. Поэтому мы отказались его вскрывать. И еще — не было эксперта. А так можно было бы его вскрыть даже ради любопытства… Ну и все. Потом его забрали и я даже не знаю куда. Послесловие. Родственник из Пуэрто-Рико. Второе существо нашло свою смерть почти двадцать пет назад близ городка Сапинас, на юго-восточном побережье Пуэрто-Рико. В один прекрасный день парень по кличке Китаец бродил по холмам у подножия гор, разыскивая всякие индейские древности. Вдруг он увидел несколько маленьких существ высотой сантиметров тридцать. Одно из них попыталось схватить Китайца за штанину, причем явно не с дурными намерениями. Контакта не получилось: землянин схватил палку и нанес ему сокрушительный удар! Остальные скрылись в зарослях. Невольный убийца понял, что в его руках — что-то очень редкое и даже дорогое. Разыскав стеклянный контейнер с плотной крышкой, он положил туда тело, истекающее бесцветной кровью, и залип спиртом. Однако разложение не прекратилось, и ему пришлось отправиться к знакомому — профессору Каликсто Пересу, который поместил трупик в формалин. Китаец рано радовался, подсчитывая возможную прибыль. С того дня жизнь превратилась для него в кошмар. По ночам он и его сестра то и депо просыпались от странных звуков, споено кто-то крадется, подглядывает в окна и пытается пробраться внутрь. Наконец они обратились в полицию. На тревожный сигнал приехал офицер полиции Освальдо Сантьяго, который конфисковал контейнер со странным существом и принес показать необычную находку жене. С ее легкой руки, а точнее языка, о находке знала скоро вся округа. Местный бизнесмен Рафаэле Баэрга, заинтригованный историей, попросил ее принести контейнер с маленьким существом, сослал в присутствии свидетелей несколько снимков и позвонил на телевидение, но журналисты не успели приехать: появился полицейский и забрал контейнер с телом (в интересах следствия). Помощник Освальдо Сантьяго, сержант Бенджамин Моралес, тоже видел существо. Он рассказал, что шеф сообщил о содержимом контейнера военным, но каким именно, не знал. Сержант тогда дал своему напарнику совет: избавиться от этого существа, пока за депо не взялись военные, но тут в полицейский участок явился профессор Перес — тот самый, что помогал парню сохранить трупик в формалине, заявил, что купил его у Китайца, и потребовал немедленно вернуть свою собственность. Сантьяго был только рад отделаться от контейнера. Всю эту историю раскопал несколько лет спустя уфолог Хорхе Мартин. Офицера полиции к тому времени уже не было в живых, тот погиб от рук преступников, но зато он разыскал профессора Переса. «Да, я некоторое время держал контейнер с маленьким человечком у себя дома, — рассказал он уфологу. — Его кожа была грубой, почти такого же цвета, как и наша, но со слабым светло-зеленоватым оттенком. Я считаю, что это существо инопланетного происхождения. Его череп, голова были слишком большими по отношению к телу, маленькому и тощему, и глаза чересчур большие. Что касается носа… его не было». Профессор Перес собрался писать об этом книгу, но судьба распорядилась по-другому. Соседи стали ему угрожать, узнав, что он держит у себя трупик «инопланетянина». Впоследствии профессор обнаружил, что контейнер с телом и все фотографии исчезли из тайника. «Либо туда залез кто-то из знакомых, либо тайник смогли найти представители властей», — закончил свой рассказ профессор. Говорят, что, разобравшись что к чему, в депо вступили американские спецслужбы. Следы их работы ощущаются исследователями по сей день. История, как и положено в таких случаях, обросла массой всевозможных взаимоисключающих подробностей. Правдой в них можно считать только то, что маленькое существо не плод чьего-то воображения и что правительство США неспроста проявило столько интереса к нему.

Девочка-краб, Живой скелет, Пол-парня и другие: «цирк уродов» Эта забава появилась в Англии ещё в 16 веке и долгое время была очень популярна. Люди с физическими дефектами, такие как карлики и великаны, гермафродиты и люди имеющие другие странные заболевания, стали рассматриваться, как объект развлечения и вызывали интерес сотен людей. Так возник «цирк уродов». В то время, людям имеющим физические недостатки, было сложно заработать себе на жизнь и они были вынуждены развлекать толпу зевак, демонстрируя свои дефекты. Участники фрик-шоу колесили по Европе и США вплоть до 1940 года. Наиболее известными из цирков подобного рода были W. H. Harris’s Nickel Plate Circus, шоу Congress of Living Freaks и Barnum & Bailey Greatest Show on Earth. «Артисты» получали высокие зарплаты, подписывали контракты на выступления — и вообще жили почти как нормальные люди, женились и заводили детей. Многие здоровые люди сознательно калечили себя, например, чтобы попасть в знаменитый цирк Барнума. Фильм Тода Браунинга «Уроды» 1932 года демонстрирует со стороны типичное фрикшоу, со стандартным набором и актеры там — самые настоящие люди, выступавшие в разных цирках. После Второй мировой войны фрикшоу резко потеряли популярность. Общество стало более жестким в этическом плане и многие фрики, что до войны получали много денег, после нее прозябали в нищете и безызвестности. Сегодня шоу уродов как такового не существует, инвалидов в большинстве своем излечивают и обеспечивают им нормальное существование. В XIX веке же для них была бы только одна дорога — в цирк уродов. Но и у этой дороги были хорошие стороны — многие фрики зарабатывали огромные деньги и могли обеспечить себя куда лучше здоровых людей. Так что это сложный вопрос — кто счастливее — сегодняшние инвалиды или фрики из цирка тех времен. Исаак В. Спрэг (Isaac W. Sprague), Живой Скелет Этот мужчина, родившийся в 1841 году в Восточном Бриджуотере, штат Массачусетс, был известен из-за своей невероятной худобы. Он рос нормальным ребёнком до 12 лет, когда мальчик резко начал худеть. К 44 годам его рост составлял 168 см, а весил он при этом 43 кг. Его наблюдали многие именитые специалисты того времени, но никто не мог поставить никакой другой диагноз, кроме как общий синдром потери веса. Он регулярно съедал в два раза больше еды, чем обычный здоровый мужчина, а также всегда носил с собой флягу подслащённого молока на случай, если внезапно проголодается. Мужчина был дважды женат, вырастил троих сыновей среднего роста и веса. Умер Исаак в возрасте 46 лет, проработав на шоу фриков более 24 лет. Стефан Бибровски (Stephan Bibrowski), Лайонел — человек с львиным лицом Стефан (1891-1932) был известным актёром шоу фриков. Всё тело человека с львиным лицом было покрыто длинной шерстью, отчего он и получил своё прозвище. Стефан страдал от редкого состояния под названием «гипертрихоз». Бибровски родился недалеко от Варшавы в Польше в 1891 году, а всё его тело при рождении покрывали волосы размером примерно в 2 см. Его мать обвинила отца мальчика в этой проблеме, которая появилась, якобы после того, как она во время беременности стала свидетелем общения мужа со львами. После рождения она долго не могла смириться с особенностью сына и в возрасте 4 лет отдала его в руки немецкого импресарио по имени Мейер, который дав Стефану сценический псевдоним, стал путешествовать с ним по Европе. К тому моменту, когда мальчик стал объектом таких зрелищ, волосы Лайонела выросли до 20 см на лице и до 10 см на всём теле. Волосяной покров был везде, за исключением лишь ладоней и подошв стоп. В 1901 году Стефан стал выступать в американском цирке Barnum & Bailey. Однако, к концу 1920 года мужчина отказался от своей карьеры в шоу фриков и вернулся в Германию. Лайонел умер в Берлине в 1932 году от сердечного приступа в возрасте 41 года. Отис Джордан (Otis Jordan), мальчик – лягушка Отис Джордан был афроамериканцем, обладавшим телом 4-летнего ребёнка, головой нормальных размеров и очень умным лицом. Начиная с 1963 года он выступал в своём шоу «Отис – мальчик-лягушка», во время которого он перекатывался, выкуривал сигарету, используя только губы, и проделывал другие различные трюки. В 1984 году ему запретили заниматься «своим делом» после того, как поступила жалоба от одной женщины, посчитавшая неэтичным «выставку инвалидов». Тогда он переехал в Кони-Айленд, где продолжил свою работу, придумав выступлениям более политкорректное название – «The Human Cigarette Factory». Рут Дэвис (Ruth Davis), девушка – пингвин Цирковая артистка Миньон родилась в 1910 году с дефектом «фокомелия», который затрагивает все конечности человека, делая его похожим на пингвина. Настоящее имя Миньон было Рут Дэвис. На маленьких и толстых ножках переваливающейся походкой девушка начала работать в начале 1930-х годов под псевдонимом Миньон, что с французского – «милая». Она играла на музыкальном инструменте под названием маримба. Также помимо шоу фриков, она часто выступала и на обычных ярмарках, которые проводились в Нью-Йорке и Чикаго в 1930-х годах. Рут дважды была замужем. Со вторым мужем Эрлом Дэвисом (Earl Davis) она последнее десятилетие своей карьеры выступала на шоу фриков. В 1965 году женщина решила оставить эту деятельность. Милли и Кристина Маккой (Millie and Christine McCoy), двуглавый соловей Эти девочки (1851-1912) были рождены в рабстве. Они и их мать были проданы шоумену Джозефу Смиту (Joseph Smith). Смит и его жена взялись за воспитание девочек. В конечном счёте, сиамские близнецы научились говорить на пяти языках, а также петь, танцевать и играть на музыкальных инструментах. Люди знали их как «двуглавый соловей». В 1880-х годах «девочки» вышли на пенсию и купили себе небольшую ферму. Милли умерла от туберкулёза в 61 год, несколько часов спустя умерла и Кристина. Они – одни из первых сиамских близнецов, которым удалось прожить так долго. Феликс Верле (Felix Wehrle), человек – суперэластичная кожа Этот мужчина (1858) умел растягивать свою кожу с любой части тела до немыслимых размеров, а пальцы его загибались как вперёд, так и назад. Феликс страдал от синдрома Элерса-Данло, при котором кожа человека делается невероятно эластичной. Он выступал во многих шоу Barnum & Bailey. Луиза (Louise), девушка – леопард Эта девушка была афроамериканкой, которая страдала от «витилиго», заболевания кожи, провоцирующее появление пятнистости. Луиза была далеко не уникальна в своём роде. В течение более 200 лет философы, учёные и шоумены выставляли тела афроамериканцев с белой или частично белой кожей в тавернах, музеях, а также в качестве циркового аттракциона. Термин «белый негр» тогда был очень популярен. Им называли людей, родившихся с альбинизмом или с витилиго. Сюзи (Susi), девушка со слоновьей кожей Шарлотта Линда Фогель (Charlotte Linda Vogel), родившаяся в Берлине 26 февраля 1908 года, была единственной в своей семье с таким особенным состоянием кожи. Её ихтиоз был другого типа в отличие от того («крокодиловая кожа»), от которого страдали многие её современники. Кожа Шарлотты не шелушилась, она была серой, толстой и формировала глубокие складки. Более вероятный диагноз – это эпидермолитический гиперкератоз. Девушка сначала гастролировала по Европе, но в 1927 году переехала в США. Там она стала выступать в цирке Dreamland Circus Sideshow под руководством Карла Лотера (Carl J. Lauther), взяв псевдоним «Сюзи, девушка с кожей слона». Одетая либо в купальник – бикини, либо просто «задрапированная» в вуаль, Сюзи рассказывала историю своей жизни, чем завораживала толпу. В 1933 году Сюзи покинула Кони Айленд и стала работать на Ripley’s Believe it or Not?!, чикагской выставке-ярмарке, где её выступление не менее 80 раз посмотрели более миллиона любопытных зрителей. Когда шоу стали слишком изнурительными для Сюзи, она отправилась в Нью-Йорк и устроилась на работу, уровень стресса которой был минимальным. Всего лишь один час в день она посвящала цирку, выступая вместе со слоном по имени Лу.В 1960-х годах Сюзи создала собственное шоу. Умерла она не дожив несколько дней до своего 68-летия в Нью-Йорке. Леопольд, Адмирал Дот В 1870 году Финес Тейлор Барнум (Phineas Taylor Barnum) путешествовал вместе со своими друзьями на поезде по западной части Соединённых Штатов. В Сан-Франциско он встретил немца по имени Габриэль Кан (Gabriel Kahn), который предложил шоумену своего сына-карлика Леопольда. Барнум с удовольствием купил мальчика. Леопольд тут же получил псевдоним «Адмирад Дот», также его знали как «Эльф Эль Дорадо», потому что он был, как выражался сам Барнум, «очень ценным самородком». Адмирал Дот занял своё место среди других артистов музейной экспозиции Барнума. В 1872 году Финес назвал своё шоу «величайшим на земле». Карьера Адмирала Дота длилась около 20 лет, несмотря на то, что нашлись «актёры», которые затмили его по росту. Часто он выступал вместе с Майором Атомом, который был ещё ниже. После «отставки» вместо того, чтобы потчевать на лаврах, Дот разработал себе сценический образ и заслужил репутацию как «самый маленький характерный актёр в мире». Смит, музыкальный акробат Смит был акробатом, который играл на банджо, закручивая своё тело в невероятные узлы. Выступал мужчина в 1910-х годах. Четвероногая женщина Миртл Корбин имела четыре ноги и, по секрету, два влагалища. Её муж, доктор, очень её любил. У неё было пятеро детей – двоих она родила из одного влагалища, троих – из другого. В цирке она зарабатывала деньги, которые большинству её современников и не снились – 450 долларов в неделю. Прожила 60 лет. Пол-парня Джонни Экхардт родился без нижней части тела. В положенном возрасте начал ходить – на руках. Хорошо учился и хотел быть проповедником, но не устоял перед соблазном хорошо зарабатывать и стал звездой цирка. Король Уродов и Пол-парня — так звучали его рекламные прозвища. Самым большим увлечением Джонни были сделанные специально для него миниатюрные гоночные автомобили. Женщина с большими ногами Фанни Миллс собирала толпы зрителей – устроители шоу предлагали гигантскую для конца 19 века сумму в 5000 долларов тому, кто на ней женится. На представлениях Фанни с надеждой вглядывалась в зрителей мужского пола, конферансье развлекал публику байками о красивой жизни, подсадные утки из публики разрывались между жадностью и сомнениями и, к бурному восторгу аудитории, в конце концов циркачи опять оставались при своих, то есть с незамужней Фаней. На следующий день публика снова валила на представление, чтобы не пропустить момент, когда конферансье запутает алчного простачка в семейные сети. Понятно, что никакой свадьбы не могло быть в принципе, потому что на этом шоу и закончилось бы. Бородатая женщина Юлия Пастрана Аномальный рост этих мужских признаков обусловлен переизбытком андрогенных гормонов в женском организме. В XIX веке бородатая женщина обязательно должна была присутствовать в каждом цирке — подобных фриков было так много, что зрители интересовались лишь теми, кто имел дополнительные странности. Например, седую бороду или отсутствие рук. Обычная черная борода уже никого не интересовала. Большинство бородатых женщин успешно выходили замуж и рожали детей — их особенность только придавала им пикантности. Наиболее известными бородатыми женщинами в истории были мексиканка Юлия Пастрана, вывезенная в Европу ребенком в 1840 годах и в 1858-1860 годах жившая в Санкт-Петербурге. Эта необычная женщина тем не менее не знала отбоя от поклонников — дворян и умерла от неудачных родов. Анни Джонс Джейн Барнелли Другими известными бородатыми леди были Джейн Барнелли (леди Ольга) и Анни Джонс, а француженка Клементина Делейт даже содержала кафе «У бородатой женщины». Они были самыми распространенными участниками цирка XIX века. Скелеты и толстяки Необыкновенно худые и чудовищно толстые люди чаще всего выступали в совместных номерах. Наиболее известной парочкой были муж и жена — скелет Пит Робинсон (26 кг) и толстуха Банни Смит (212 кг). Лишенные конечностей В отличие от остальных фриков, демонстрировавших свои странности, лишенные конечностей должны были учиться и работать, потому что зрителей интересовало в первую очередь не отсутствие рук, а умение бриться ногами. Наибольшей популярностью пользовались «живые торсы», как например, Принц Рэндиан, человек змея. Лишенный рук и ног, он сам доставал сигарету и прикуривал, рисовал, писал, двигался. Он также был дважды женат и имел шестеро детей. Искусственные фрики Неотъемлимыми участниками фрик шоу были удивительные люди без каких-либо недостатков. Например, высоко ценились женщины со сверхдлинными волосами, как семь сестер Сазерленд, имевшие длину волос на всех около 14 метров. Была особая группа искуственных гермафродитов — людей, гримирующих половину тела под мужчину, а другую половину под женщину. Особо известен был персонаж под именем Джозефина Джозеф. Девочка верблюд Знаменитейшим фриком конца XIX века была Элла Харпер, девочка-верблюд, страдавшая от синдрома обратного изгиба коленного сустава. Она родилась в 1873 году и если бы ее колени не сгибались в обратную сторону, была бы совершенно обычным ребенком. Выступая в цирке, она зарабатывала около 200$ в неделю, повторяя в своем номере повадки верблюда. Женщина младенец Медуза ван Аллен по прозвищу «Маленькая мисс Солнышко» родилась в 1908 году и страдала от уникального генетического заболевания костей, в результате которого росла только ее голова. Стоять или сидеть она не могла — только лежала. Во фрикшоу она обычно играла роли младенцев — ее выносили на сцену на руках, качали, баюкали, а потом она внезапно начинала говорить и рассуждать о философии, повергая зрителей в восторг Леонард Траск Самым известным фриком подобного рода был некий Леонард Траск, родившийся в Англии в 1805 году. В 28 лет он упал с лошади и заработал искривление позвоночника. Еще 7 лет спустя он выпал из экипажа и получил ряд переломов. Последующие 18 лет его позвоночник изгибался и в итоге нос уткнулся в грудь. Он уже ничего не видел перед собой и зарабатывал на жизнь только демонстрацией странности. Мальчик тюлень Высоким спросом пользовались люди, больные фокомелией. При этой болезни кисти и/или стопы прикреплены прямо к туловищу — без плеч, предплечий, голеней. Человек-лобстер Сюда же можно отнести довольно распространенную болезнь экродактилию — людей-лобстеров. При этой болезни количество и форма пальцев на ногах и руках произвольны. Чаще всего это всего по два пальца на руках, напоминающих клешни. Известным фриком подобного рода был Грэди Стайлс младший, уникальный «лобстер» в третьем поколении.

У него есть сводная книга, где объединены все его труды.