Yorik

Духовые или орган? При сочинении “Симфонии псалмов” в 1930 году Стравинский записал: "Моим первым звуковым образом был мужской хор и orchestre d’harmonie (оркестр духовых). На мгновение я подумал об органе, но я не люблю органное legato sostenuto [legato – гладко, связно; sostenuto - сдержанно] и мешанину октав, а также то, что этот монстр никогда не дышит. Дыхание духовых инструментов – главное, что привлекает меня в них". Павел Челищев Замечательный русский художник Павел Фёдорович Челищев (1898-1957) после падения Крыма оказался в Стамбуле, а потом перебрался в Париж, где и прославился в качестве театрального художника. Он был одним из основателей течения в живописи под названием мистический сюрреализм, но мировую славу ему сначала принесли театральные костюмы и декорации. К сожалению, его известность в России пока ещё не слишком велика, и я хочу привести фрагменты воспоминаний Стравинского о Челищеве: "Я впервые увидел покойного Павла Челищева в Берлине в 1922 г... Я считал, что он более даровит как театральный художник, чем как станковист, но может быть это объяснялось тем, что он сделал такие превосходные декорации для моих балетов - для “Аполлона” и “Балюстрады”. Мне также понравились его костюмы для “Ondine” (“Ундина”) Жироду; я имел возможность наблюдать его тогда за работой... У Челищева был странный тяжёлый характер; этот живой и очень привлекательный человек был болезненно суеверным – носил таинственную красную нитку вокруг запястья, или иератически говорил о Золотом сечении, истинном значении Гораполлона и т.д." Жан Жироду (1882-1944) – французский писатель и дипломат. “Персефона” Сотрудничество Стравинского с Андре Жидом при создании мелодрамы “Персефона” носило несколько странный характер, что отразилось и на воспоминаниях маэстро о проделанной работе – они носят рваный характер. Стравинский пишет, что "“Персефона” Жида была его ранним, совершенно мне неизвестным произведением". Возможно, Жид и работал над этим произведением в молодые годы, но поэма в стихах “Персефона” была издана только в 1931 году. Чтобы последовательно восстановить характер совместной работы Стравинского и Жида, мне придётся воспроизвести и связать воедино несколько отрывков из различных мест его интервью: "Госпожа Ида Рубинштейн попросила меня прочесть её и встретиться с Жидом, чтобы обсудить возможность совместной работы на её основе". "Жид приехал в Висбаден для встречи со мной в 1933 г. Мы вместе прочли оригинал его “Персефоны” и сразу остановились на идее введения партии рассказчика и на трёхчастной форме". "Конечно, балетно-мимическая роль должна была предназначаться ей [Иде Рубинштейн], но мы поняли, что таково её единственное условие". "После этой встречи Жид переделал и написал заново оригинал". "Единственные места либретто, над которыми мы работали действительно вместе, - это хоры детей; здесь я хотел повторить музыку и попросил Жида сочинить дополнительные стихи..." Андре Жид (1869-1951) – французский писатель, NP по литературе за 1947 год. Отношение Жида к музыке “Персефоны” Андре Жиду музыка, созданная Стравинским к “Персефоне”, не понравилась, и композитор впоследствии пытался как-то объяснить это обстоятельство, но получилась это у него не слишком убедительно. Внешнюю же канву событий Стравинский описывает так: "Когда я впервые сыграл ему свою музыку у Иды Рубинштейн, он мог сказать только:"Любопытно, очень любопытно", - после чего поторопился исчезнуть. Он не бывал на репетициях, и если и был на одном из спектаклей, я его там не видел. Одна из его пьес ставилась тогда в Малом театре Елисейских полей, но это не должно было помешать его присутствию хотя бы на одном представлении “Персефоны”. Вскоре после премьеры он прислал мне оттиск незадолго перед тем напечатанного либретто с посвящением: “В знак общности”. Я ответил, что “общность” – это именно то, чего у нас не было; ответом явилось его письмо: "Мой дорогой Стравинский! Я всё же надеюсь, что Вы не усомнитесь в моём расположении к Вам и моём восхищении Вашими сочинениями из-за того, что я не бывал на репетициях Вашей – нашей - “Персефоны”! Или Вы затаили против меня обиду, о которой я ничего не знаю? Поскольку я-то на Вас не обижен, я буду продолжать питать к Вам горячие дружеские чувства. Андре Жид". После “Персефоны” мы больше не встречались, но я не думаю, чтобы даже в то время мы сердились друг на друга по-настоящему. В самом деле, кто бы мог долго сердиться на такого искреннего человека?" Андре Жид (1869-1951, NP по литературе 1947). Ида Львовна Рубинштейн (1883-1960) – танцовщица и актриса. Ида Рубинштейн Рассказывая о работе над “Персефоной”, Стравинский попутно даёт краткий этюд об Иде Рубинштейн: "Госпожа Рубинштейн была актрисой и очень богатой женщиной. Я знал её со времени моего приезда в Париж в 1910 г. и присутствовал на первом исполнении “Мученичества святого Себастьяна” Дебюсси, сидя с ней и с Д’Аннунцио в её ложе. Она была оригиналкой, что доказала, когда, будучи всего 18-ти лет от роду, заказала специальный поезд для поездки из Санкт-Петербурга в Москву. В Париже она поручила Баксту устроить в её тамошнем саду цветочные грядки в особых лотках, чтобы каждые несколько недель, путём перестановки лотков, можно было менять весь облик сада. Я часто встречал Жида в её парижском доме". Премьера упомянутого произведения Дебюсси произошла уже в 1911 г. Габриэле Д’Аннунцио (Рапаньетта, 1863-1938) – итальянский писатель и драматург. Леон Самойлович Бакст (Розенберг, 1866-1924) – известный живописец и театральный художник. Похмелье Персефоны Хочется отметить ещё пару моментов в работе Стравинского над “Персефоной”. Один раз композитор иронически отозвался о стихах Андре Жида, написав, что "...текст временами производит комичное впечатление: “ivre de nuit... encore mal reveillée” [пьяная со сна... ещё как следует не проснувшаяся (фр.)], например, звучит как описание похмелья". Античный буги-вуги В другой раз Стравинский горделиво отмечает: "И никто даже не заметил, что два кларнета в средней части сарабанды на десятилетие предвосхитили буги-вуги". При всём интересе Стравинского к джазовой музыке стоит отметить, что тут маэстро заблуждается, так как сам термин “буги-вуги” появился не позднее 1928 г., а первые ростки этого стиля выросли из рэгтайма лет за 15 до появления термина. Вероятно, Стравинский имел в виду танец под таким названием, который, действительно, появился в Европе в конце Второй мировой войны вместе с американскими солдатами.

В январе 1896 года известный французский учёный Анри Пуанкаре (1854-1912) на заседании Парижской Академии наук сделал сообщение об X-лучах (рентгеновское излучение). При этом он показал фотографии, полученные от Конрада Рёнтгена (1845-1923, NP по физике 1901 г.). В своем докладе Пуанкаре поставил вопрос, который занимал и других физиков: не испускают ли почти все флуоресцирующие вещества под воздействием солнечного света определенные лучи, подобные рентгеновским. Среди участников этого заседания был и Антуан Анри Беккерель (1852-1908, NP по физике 1903 г.). Вскоре Беккерель обнаружил эффект засвечинаия фотоплёнок солями урана и пришел к убеждению, что при обнаруженном им явлении следует вести речь о лучах, которые исходят от солей урана непрерывно и без предварительного возбуждения. Ряд поставленных опытов показал, что сильнее всего это излучение обнаруживается у металлического урана. Лучи, испускаемые ураном, которые вскоре стали называть “лучами Беккереля”, подобно рентгеновским лучам делали воздух проводником электричества. Вначале их сущность оставалась столь же загадочной, как и природа Х-лучей. Тем временем, Мария Склодовская шесть лет работала гувернанткой, зарабатывая средства для образования своей сестры. Большую часть этого времени она провела в деревне, в доме помещика, вдали от Варшавы. В свободное время (в основном, по ночам) Мария буквально грызла учебники по физике и математике, к которым её сильно влекло. В одном из писем она сообщает: "Я читаю сразу несколько книг. Последовательное изучение какого-нибудь одного предмета может утомить мой драгоценный мозг, уже достаточно нагруженный. Когда я чувствую себя совершенно неспособной читать книгу плодотворно, я начинаю решать алгебраические и тригонометрические задачи, так как они не терпят погрешностей внимания и возвращают ум на прямой путь". Мария Саломея Склодовская (1867-1934) – с 1895 года Мария Кюри. Первой в мире стала обладательницей двух Нобелевских премий: в 1903 году – по физике, и в 1911 году – по химии. Именно Мария Кюри назвала свойство определенных атомов испускать лучи радиоактивностью, а излучающие вещества – радиоактивными элементами. Новый элемент, существование которого было доказано физическими измерениями, хотя он еще не был выделен химически, супруги Кюри хотели назвать полонием. Мария Кюри писала: "Если существование нового металла подтвердится, мы предполагаем назвать его полонием, имея в виду происхождение одного из нас". Полоний был обнаружен как вещество, сопутствующее висмуту. В конце 1898 года Мария и Пьер открыли другой радиоактивный элемент, на этот раз как вещество, сопутствующее барию. Он обладал еще большей, просто “неслыханной” интенсивностью излучения. Поэтому они назвали его “радий” (“излучающий”). Вильгельм Фридрих Оствальд (1853-1932, NP по химии 1909 г.), который через несколько лет после открытия радия осматривал “лабораторию”, где были совершены эти открытия в отсутствие супругов Кюри, писал в автобиографии: "Это было нечто среднее между конюшней и подвалом для картофеля, и если бы я не увидел рабочих столов с химическими приборами, то подумал бы, что надо мной просто подшутили". Четыре года трудились супруги Кюри в этих тяжелейших условиях: как физики, химики, техники, лаборанты и “рабочие-цементники”. В 1902 году Мария и Пьер Кюри получили, наконец, дециграмм чистого хлорида радия. Это был белый порошок, который выглядел почти как обычная поваренная соль. Мария Кюри позднее писала: "Мне понадобилось четыре года для того, чтобы, согласно требованиям химии, доказать, что радий действительно является новым элементом. Будь в нашем распоряжении соответствующие средства, нам для этого наверняка хватило бы года". Когда декан естественного факультета Сорбонны сообщил Пьеру Кюри, что он от лица факультета и с согласия министра просвещения хочет представить его к ордену, он получил ответ: "Прошу Вас, будьте любезны передать господину министру мою благодарность и осведомить его, что не имею никакой нужды в ордене, но весьма нуждаюсь в лаборатории". Когда Кюри в 1903 году первыми получили от Королевского общества в Лондоне медаль Дэви, они отдали драгоценную, вычеканенную из чистого золота медаль свой маленькой дочери Ирен для игры. Кюри презирали золото как символ богатства и власти. Хэмфри Дэви (1778-1829) – английский учёный. Медаль Дэви за достижения в любой области химии была впервые присуждена в 1877 году. Ирен Жолио-Кюри (1897-1956, NP по химии 1935) – французский физик. Только через два года после присуждения Нобелевской премии, в 1905 году Пьер Кюри (1859-1906, NP по физике 1903) был избран членом Парижской Академии наук, после того как он еще раз выполнил неприятную обязанность, нанеся всем академикам визиты. Но и теперь было двадцать два голоса против, так что он был, по его словам, “на волосок от провала”, как и три года назад. О том, до какой степени неловко чувствовал себя Пьер Кюри среди членов Академии, свидетельствует отрывок из письма, которое он написал одному из своих знакомых осенью 1905 года, через полгода после своего избрания: "В понедельник я был в академии, но откровенно спрашиваю себя, что мне там делать. Я ни с кем не близок, интерес самих заседаний ничтожный, я прекрасно чувствую, что эта среда чужда мне". Он говорил, что ему вообще непонятно, для чего, собственно, существуют академии. С 1 мая 1906 года Марии Кюри было доверено продолжение преподавательской работы её мужа, Пьера Кюри, погибшего 19 апреля, в Сорбонне. Спустя два года она была назначена профессором и получила кафедру. Она стала первой женщиной, которая заняла такое место во французском университете. Её вклад в развитие медицинской рентгенологии тоже получил признание. В 1922 году, первой из женщин, она была избрана членом Парижской Медицинской Академии.