Yorik

Наткнулся на изображение сучкоруба в бытовой сценке приготовления пищи асигару

Медицинская часть трактата понравилась, причем, действительно рабочие вещи, те которые знаю http://arkaim.co/topic/2069-samurai-nindzya-i-monahi/#entry33429

Но самым интересным в «Дзохё моноготари», пожалуй, является медицинский раздел, который наглядно доказывает, что в армии самураев раненых и больных лечили и ухаживали за ними, а отнюдь не бросали на произвол судьбы и не принуждали их делать харакири. Асигару с конем самурая. Рисунок из «Дзохё моноготари». «Если вы имеете проблемы с дыханием, то всегда имейте в сумке сушеные сливы. Это всегда помогает. Помните, что они осушат вам горло и сохранят жизнь. Сушеные сливы всегда помогут вам при болезнях дыхания». (Интересно, что об этом совете в «Дзохё моноготари» я прочитал еще в 1998 году и попробовал есть чернослив, когда болело горло или при простуде, и что вы думаете – помогло, причем лекарства практически не принимались! Потом там же я прочитал, что нужно жевать сушеные соцветия гвоздики и с 2000 года, сколько бы студенты на меня не чихали и не кашляли, болеть перестал. Оказывается, это мощный естественный антисептик!) Два асигару-лучника. Кольца (катушки) служили для хранения запасной тетивы. «Когда очень холодно, то войлочной или соломенной накидки может быть недостаточно. Тогда и утром зимой, и когда холодно летом ешьте по одной горошинке черного перца – это вас согреет, а еще для разнообразия можно пожевать сушеную сливу. Хороший способ натереться красным перцем от бедер и до кончиков пальцев ног – тогда вы не замерзнете. Можно натирать перцем и руки, но только после этого не трите ими глаза». (Я попробовал так сделать, но… забылся и сунул палец в глаз. Что было потом описывать смысла не имеет, но подействовал этот способ или нет, я не знаю – было не до того!). Асигару в походе. Как видите, флажок клановой принадлежности украшает даже лошадь! Очень интересен совет «Дзохё моноготари» относительно лечения змеиных укусов в походе: «Если вы в лесу или горах, и если вас укусит змея, то не впадайте в панику. Насыпьте на укушенное место порох и подожгите его, после чего симптомы укуса быстро исчезнут, но, если вы промедлите, это уже не поможет». Дальше идут советы, как лечить раны, полученные в сражении: «Нужно размешать конский навоз в воде и положить на рану, кровотечение прекратится, а рана вскоре затянется. Говорят, что если пить лошадиную кровь, то это тоже может помочь уменьшить кровотечение, а вот есть конский навоз нельзя, от этого будут только хуже. Доспех асигару хара-ате. Если ваша рана болит, то помочитесь в медный шлем, и пусть моча остынет. Затем холодной мочой промойте рану, и боль вскоре утихнет. Если вы обожглись, помочитесь на обожженное место немедленно, и вскоре наступит облегчение! (Проверено – так и есть!) Если кровь имеет цвет хурмы, то это значит, что в ране есть яд. Если вас ранили в область глазного яблока, обмотайте голову полоской мягкой бумаги и полейте ее горячей водой». Офицер и рядовой стрелок из аркебузы. Как видите, некоторые советы довольно странные, но другие работают исправно и проверены на практике. Пожалуй, самым кровавым описанием «Дзохё моноготари» является процесс извлечения наконечника стрелы, угодившей воину в глаз: «Раненый не должен вертеть головой, поэтому вам следует ее крепко привязать к дереву, и только лишь, когда голова будет привязана, можно приниматься за дело. Стрелу необходимо вытаскивать потихоньку, не обращая внимания ни на что, но глазная впадина при этом наполнится кровью, и крови может быть много». Удаление стрелы из глаза было делом очень кровавым! Ну, и наконец, отметим, что «Дзохё моноготари» позволяет нам точно узнать, как мог выглядеть пехотинец-асигару эпохи Адзути-Момояма (1573 – 1603). В походе должен был обязан идти и в шлеме, и в доспехах, чтобы вступить в бой при любой неожиданности. После оружия главной его заботой был рисовый паек из сваренного и просушенного риса, который закладывали в мешок в форме длинного рукава, и перевязывали так, чтобы каждое отделение в виде шарика содержало суточную норму риса. Мешок назывался хэй-рё-букуро и перекидывался наискось через плечо, и завязывался сзади на спине. Фляжка для воды называлась такэ-дзуцу. Ее делали из пустотелого колена бамбука. Также асигару несли на себе и разные инструменты, и рабочий инвентарь: ножи, пилы, серпы, топоры, обязательно моток веревки – тэнава около 3 м длиной и с крюками на концах, чтобы с ее помощью лезть на стены. Обязательно следовало иметь соломенную подстилку-годзу и мешок катэ-букуру для снаряжения, включая запасные плетеные сандалии – варадзи. Мешочек ути-гаэ использовался для съестных припасов. Там хранили соевый творог, сыр и сушеные водоросли, еще стручки красного перца и зернышки черного. Коробочка с лекарствами называлась инро, а полоса хлопковой ткани – нагатэнугуи, и ее использовали в качестве полотенца. Пояс ува-оби полагалось снимать во время еды и на отдыхе и, свернув, укладывать на циновку годза. Палочки для еды – хаси хранились в специальном пенале ядатэ. А вот есть ими следовало из деревянной лакированной чашки ван. Один асигару указывает другому как правильно надевать доспех хара-ате. Как самураи, так и асигару следовало иметь кошелек кинтяку и огниво в мешочке хиутибукуро. Принадлежности для еды укладывали в коробку месигори. То есть все, абсолютно все было у японских солдат разложено по пеналам, коробочкам и мешочкам. Что до одежды, то асигару носили верхнее кимоно хаори или авасэ, а под ним – хитоэ. При этом на рукавах хаори было принято нашивать знаки аидзируси, служившие для опознавания. Однако не следует забывать, что в то время, когда это произведение было написано, требования к асигару были совсем другие, чем, например, в эпоху «Воюющих провинций». Тогда и их вооружение, и доспехи могли представлять собой самую пеструю смесь, какую вы только можете себе представить! Например, в одном из исторических документов 1468 года описывается очень странная толпа из 300 человек, которая двигалась у святилища Удзи Дзинмэйгу. Каждый нес в руках копье, но у некоторых на голове блестели даже позолоченные шлемы, тогда как у других были обычные бамбуковые шляпы. На некоторых были только грязные хлопчатобумажные кимоно, под подолом которых сверкали голые волосатые икры. Незадолго до этого прошел слух, что в святилище Удзи с неба спустился бог, и этот странный оборванный отряд явно пришел сюда для того, чтобы помолиться в святилище об удаче. Еще один рисунок с надеванием хара-ате. То есть тогда у военачальников, использовавших асигару, даже и в мыслях не было, что их следует как-то приодеть и вооружить одинаковым оружием. Все это пришло позже! А сначала асигару были полностью лишены самурайских представлений о гордости и чести, и они легко переходили на сторону врага, не гнушались грабежом, поджигали и храмы, и дома аристократов, так что для тех, кто использовал асигару, это было довольно опасное оружие, так как их нужно было все время держать в руках. Но так как они позволяли сохранить жизни самураям, полководцы мирились с тем, что под их знаменами, кроме благородных воинов, дерется множество безземельных крестьян, подозрительные бродяги, беглые храмовые служки, а то и просто аутло*, спасавшиеся от закона. Впрочем, именно поэтому их и посылали в самые опасные места. Сначала асигару нанимались за плату, но затем между ними и главами военных родов возникли прочные узы, так что теперь они мало отличались от самураев. Асигару воевали у даймё в качестве солдат регулярной армии, и стали получать от них и одинаковое оружие, и доспехи. Так что именно «Эпоха воюющих провинций» заложила в Японии основу для появления первых солдат новой регулярной армии, которыми здесь стали совсем не самураи (хотя и бедные самураи тоже шли в асигару!), а именно пехота асигару. *Человек вне закона – англ.яз. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/99910-pehota-asigaru-okonchanie.html

«Дзохё моноготари» интересно еще и тем, что, кроме очень подробно описанных правил ведения военных действий, эта книга показывает нам и то, какой была тогдашняя жизнь японской армии в походе. Да, понятно, что армия существует для боя. Но большую часть времени солдаты отнюдь не сражаются. Они пьют, едят, чинят одежду, чистят оружие, спят, ходят в туалет и занимаются еще и другими делами, которые и не сосчитать. А в то время, например, асигару отвечали еще и за состояние коней самураев, поскольку именно самураи являлись японским конным войском. Однако это не означало, что асигару не мог иметь лошадь. «Дзохё моноготари» содержит прекрасные иллюстрации, дающие еще и визуальное представление о том, что написано непосредственно в тексте. Например, вот эта иллюстрация показывает нам асигару, ухаживающих за конем своего господина. Очень хорошо, в деталях, показано все снаряжение всадника. Кстати, обратите внимание, что емкостью для воды служит все тот же шлем асигару дзингаса. Не слишком хороших лошадей самураи сами отдавали «своим» асигару, и те воспринимали это как милость господина. Кроме того, а как бы иначе они его сопровождали в бою? Поэтому они также учились ухаживать за лошадьми и ездить на них. «Когда вы готовитесь к выступлению, пусть два человека занимаются лошадью, а один тем временем должен заняться подготовкой ее снаряжения. Первое, что надо сделать – взять уздечку, удила, поводья и надеть их лошади на голову, затем нужно как следует ее оседлать и правильно закрепить подпругу. С левой стороны седла должно быть металлическое кольцо. К нему вы прикрепляете мешочек с рисом, а к такому же кольцу у седла справа – пистолет в кобуре. Сзади на седле тоже должны быть такие кольца и на них крепятся мешочки с соевыми бобами и сушеным вареным рисом, а к передней луке седла – переметная сума. В бою асигару очень часто выстраивали вот такие «укрепления»: впереди козлы из кольев, на них снопы соломы, а позади щиты из толстых деревянных досок. Стрелы застревали в соломе, а пули… пули тормозились и уже не могли пробить щиты. Так же, как и европейские мушкетеры, асигару строились в две – три шеренги. Первая давала залп и уходила в тыл, заряжая свои мушкеты-тэппо, за ними залп давала вторая, потом опять третья. Следует всегда держать лошадь крепко привязанной, чтобы она не убежала. Затем подготовьте повод. Для этого возьмите кожаный ремешок и проденьте его сквозь удила. Когда вы будете кормить лошадь, то можно удила ослабить. При движении вам следует быть особенно осторожными. Если удила окажутся слишком слабые, то молодые лошади могут прийти в возбужденное состояние, так как почувствуют свободу. Из-за этого вы можете потерпеть поражение в битве, поэтому ваша лошадь должна быть взнуздана крепко-накрепко и покорна вашей воле». Асигару за варкой риса. Рисунок из «Дзохё моноготари». … и тот же сюжет работы современного художника. Никакой солдат не может воевать, если он голоден. Поэтому тема доставки продовольствия на лошадях и при помощи носильщиков в «Дзохё моноготари» рассмотрена очень подробно: «Запас пищи не следует брать с собой больше, чем на 10 дней. Если поход продлится дольше, чем 10 дней, берите с собой вьючных лошадей и доставляйте продовольствие с их помощью. Можно брать и 45-дневный запас продовольствия, но нужно помнить, что одну лошадь более четырех дней подряд использовать нельзя. Если вы на территории противника или даже на территории своих союзников, то помните, что вам следует быть всегда готовым ко всему. Сегодняшний союзник может завтра вас предать. И если вы рассчитываете получить продовольствие от него, то вы можете остаться с пустыми руками. Нет ничего глупее, чем добывать продовольствие на земле союзника силой, в таком случае всегда имейте запас продовольствия с собой, а иначе ваши действия могут быть расценены как воровство. Надо сказать, что прокормиться японским солдатам, особенно в самой Японии, было не так-то уж и трудно. Море было рядом, так что, если уж не рис, то вот, например, запеченные с соевым творогом мидии всегда могли насытить его желудок. Хотя, конечно, современная сервировка выглядит намного красивее той, что в то время могли располагать асигару. Пищу для лошадей храните в заблаговременно приготовленном месте на своей территории, когда вы делаете набеги на территорию противника. Ничего там не бросайте, и, если вы даже сами страдаете от голода, то не забывайте кормить лошадей. Голодного всадника сытая лошадь вывезет. Голодная лошадь сытого всадника вывезти не сможет. Поэтому лошадей кормите растительной пищей. Они могут есть даже опавшие листья, а если вы ее приготовите, то и очищенную сосновую кору. А вот это деликатес – медуза в соевом соусе. Уж их-то асигару могли есть сколько угодно. Сухие дрова на войне так же важны, как и сухой порох, и надо учитывать, что в день на одного человека их нужно 500 г, и потом из них можно сделать большой костер. Если нет дров, можно жечь сухой конский навоз. Что до риса, то человеку в день вполне достаточно 100 г, соли нужно 20 г на 10 человек, а мисо (квашеная паста из соевых бобов и риса) – 40 г на 10 человек. Но если вам предстоит сражаться ночью, количество риса нужно увеличить. Можно также есть рис, который слуги в домах хранят для изготовления сакэ». Баклажаны, фаршированные свининой – фу-фу, в то время ни один уважающий себя японец такого бы есть не стал. Но сегодня это самое обычное для них блюдо. Мешки с рисом асигару возили как на вьючных лошадях, так и на небольших двухколесных повозках, которые либо тянули, либо толкали носильщики-вакато. Большие повозки, которые тянули быки, были редкостью. Их обычно применяли для перевозки тяжелых орудий. При этом японцы возили только сами стволы, а лафетов, как таковых, не использовали. Использовали асигару не только в бою. Вот рисунок современного художника, на котором именно асигару приводят в действие японское метательное орудие, способное забросить в крепость противника такую вот жуткого вида пороховую бомбу. Давались в книге и такие, весьма «занимательные» советы, например: «Если поход затянулся и ведется на вражеской территории, то можно прибегнуть к грабежу. Причем «Дзохё моноготари» еще и конкретно указывает, как нужно правильно совершать грабежи, находясь на неприятельской территории: «Пищу и одежду люди обычно прячут в домах, но бывает, что прячут снаружи, и тогда можно искать и в горшке, а то даже и в чайнике. Когда припасы зарывают в землю, то ранним утром вам надо обойти дом по свежему морозу, и в тех местах, где закопаны спрятанные вещи, вы инея на земле не увидите и легко найдете все, что вам необходимо». Но фуражирам-асигару надо помнить, что враги могут оставлять опасные ловушки и остерегаться. «Кровь мертвого человека враги могут использовать, чтобы отравить воду, которую вы пьете. Поэтому никогда нельзя пить воду из колодцев, которые вы встретите на вражеской территории. Отрава – например, труп животного, может лежать на дне, а чтобы он не всплыл, к нему может быть привязан тяжелый камень. Лучше поэтому пить речную воду. Если вы находитесь в лагере, то следует пить воду из емкости, в которой на дне лежат завернутые в шелк косточки от абрикоса. Еще хороший способ сделать воду чистой: положить в горшок или сосуд несколько улиток, которых вы поймали в своей местности и высушили в тени. Эту воду можно пить без опасений. Во время осады вода имеет особое значение. Так, во время осады Акасаки в 1531 году 282 воина вышли из крепости и сдались, только потому, что не имели воды и буквально умирали от жажды». Доспехи асигару были самыми простыми и дешевыми. Их так и называли – окаси-гусоку, то есть «одалживаемые доспехи». Например, шлем – карута-кабуто для тех делался из пластин, соединявшихся кольчужным плетением. Карута-кабуто – вид сверху. Когда в 1570 году осаждали крепость Чокой, осаждающие сумели отрезать гарнизон от источника воды. «Дзохё моноготари» описывает последствия: «Когда нет возможности найти воду, горло превращается в сухой комок, и наступает смерть. Поэтому, когда распределяют воду между солдатами, нужно помнить, что человеку требуется 1,8 литра воды каждый день». Складной шлем тётин-кабуто. Вообще-то это шлем для самурая, но… очень уж бедного. Бедный самурай имел больше шансов быть убитым, и, таким образом, его шлем вполне мог попасть к какому-нибудь удачливому асигару. Еще один шлем тётин-кабуто эпохи Эдо. А вот этот простой на вид шлем вряд ли мог достаться асигару, поскольку принадлежал офицеру достаточно высокого ранга. Ведь сделан он был из… 62 металлических полос, соединить которые было очень непросто. Соответственно, высокой была и цена такого изделия. То есть это была как раз та самая изысканная (и дорогая!) простота, которую самураи ценили очень высоко. Кроме чисто военных обязанностей, асигару должны были носить флаги. Судя по тому, что говорит «Дзохё моноготари», самым распространенным из них был нобори, древко которого было сделано в форме буквы Г. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/99789-pehota-asigaru.html

Пехота асигару Меченосцы шумной толпой Подгоняют коня господина. Как быстро пронесся конь! Мукаи Кёрай (1651 – 1704). Перевод В. Марковой Одной из тем, вызвавший интерес у посетителей TOPWAR некоторое время тому назад, была и тема военного искусства и вооружения самураев. По ней был опубликован целый ряд статей, часть из которых впоследствии легла в основу моей книги «Самураи – рыцари Японии», которая получила в этом году грант РГНФ и вот уже совсем скоро выйдет из печати. Казалось бы, все темы самурайских войн были уже освещены, но… просматривая недавно список опубликованных материалов, я с огорчением убедился, что одна из них осталась, так сказать, за пределами «поля внимания». Это история взаимоотношений самураев и асигару и, соответственно, вооружения последних. Между тем их история вполне заслуживает того, чтобы познакомиться с ней поподробнее. Современные асигару в доспехах татами-до на одном из местных праздников. Начнем с того, что асигару в переводе с японского значит «легконогие». То есть уже в самом этом названии содержится намек на то, что сражались они либо босиком, либо с минимумом обуви на ногах, и этим-то в первую очередь они и отличались от самураев, носивших традиционные штаны хакама, носки и, по крайней мере, сандалии. Причем с асигару нам очень повезло. Дело в том, что о том, как они сражались, мы можем совершенно точно все узнать из книги самурая Мацудайра Изу-но-ками Набуоки, которую он написал в 1650 году, то есть спустя полвека после битвы при Сэкигахара и которая имеет самое что ни на есть «говорящее название»: «Дзохё моноготари» или «Рассказ солдата». По мнению современных историков, это один из едва ли не самых замечательных исторических документов, когда-либо публиковавшихся в Японии, поскольку написан он была очевидцем многих битв (его отец был, например, командующим армией в сражении при Симобаре в 1638 году), книга исключительно правдива, чего никак нельзя сказать о других хрониках тех времен. Да и рассказывали они главным образом о самураях, а «Дзохё моноготари» – это единственная из книг, рассказывающая о простых японских пехотинцах. Оригинал издания «Дзохё моноготари» хранится в Национальном музее Токио, и помимо текста, который интересен и сам по себе, в нем еще есть совершенно уникальные рисунки воинов асигару, носящих одежду цвета клана Мацудайра. Книга имеет деревянный переплет, а в свет она вышла в 1854 году. В ней обобщен опыт военных действий с участием трех подразделений пехотинцев-асигару: аркебузиров, лучников и копьеносцев. По сути, книга эта проливает свет на ранее малоизвестную сторону военного дела Японии XVI – XVII вв. Тэппо ко-гасира – офицер аркебузиров. Миниатюра из «Дзохё моноготари». В руках у него бамбуковый чехол для шомпола! Коричневые «шарики» в связке вокруг шеи - это рисовые рационы: приготовленный на пару рис, который затем высушивался и помещался в такую вот связку. Один «шарик» – один прием пищи, а приготовить этот рис было очень легко, как мы готовим сегодняшний «доширак» – залил горячей водой и ешь! Начнем же мы свой рассказ с того, что покажем, что автор сообщает об обязанностях младшего офицера тэппо ко-гасиру (командира аркебузиров), которым в то время вполне мог быть и совсем незнатный человек. Пока враг еще далеко, он должен был раздать патроны своим солдатам, а те положить их в патронташи, которые нужно было носить так, чтобы извлечь их оттуда было удобно. То есть снаряжение должно было быть хорошо пригнанным. Когда враг подходил на расстояние 100 метров, нужно было отдать команду вставить зажженные фитили в замки аркебуз тэппо. Причем нужно было следить, чтобы вставлено все было правильно, иначе запал мог погаснуть. На эту беду требовалось иметь по нескольку запасных фитилей и быстро зажигать их у своих товарищей. Тэппо-асигару. Миниатюра из «Дзохё моноготари». Мацудайра пишет, что в бою патроны расходуются очень быстро (одна и та же проблема во все времена!). Поэтому нужно, чтобы слуги – вакато – подносили их непрерывно. Иначе огонь будет вестись с перерывами, чего допускать нельзя. Важное правило – аркебуза в кожаном чехле, а вот с другой стороны, два, а то и пять шомполов с правой стороны, с сбоку. То есть то, что они были деревянные, эти шомпола, очевидно. И очевидно также, что они ломались очень часто, так что даже пять запасных шомполов не считались чем-то из ряда вон выходящим! Затем Мацудайро Набуоки пишет, что надо делать стрелкам. Например, что при заряжании двигать шомполом нужно вверх-вниз, а ствол не наклонять, так как иначе ты можешь попасть им в глаз товарищу. То есть стрелки стояли очень тесно, плотной массой и действовали как одно целое. Стрелять нужно было сначала в лошадей, и только затем уже по всадникам. Если вы промахнетесь по лошади, то попадете во всадника, что нанесет врагу больше вреда. Но если всадники противника приблизятся вплотную, аркебузиры ничего сделать не смогут, и тогда без защиты копьеносцев им не обойтись. Если враг у тебя перед носом, убери аркебузу в чехол (!), убери шомпол, и действуй мечами. Целиться нужно в шлем, но, «если у тебя мечи тупые (вот как «дураки и лодыри были всегда и везде»!), то наносить надо удары по руке или ноге врага, чтобы их хоть как-то повредить». «Если враги далеко, воспользуйтесь этим и почистите ствол; а если их вообще не видно, но известно, что он неподалеку – несите аркебузу на плече». Следующими по значимости были лучники, которыми командовал ко-гасиру о-юми. Первое условие: попусту стрелы не тратить. Именно ко-гасиру следил за тем, когда подать команду начать стрельбу. Мацудайра подчеркивает, что трудно определить, когда это нужно сделать, чтобы огонь лучников был эффективным. Располагаться лучники должны между аркебузирами, и прикрывать их, пока они перезаряжают свое оружие. Если вас атакует конница, то нужно стрелять по лошадям – это главное правило. Но лучники, как и аркебузиры должны были быть в любой момент готовы и к рукопашной: Если стрелы в колчане подходили к концу, то все стрелы до одной использовать не следовало. Необходимо было построиться в шеренгу и смело вступать в рукопашный бой. Если вы отступаете, то отходить следовало под защиту ваших копий, но только лишь затем, чтобы потом вновь начать стрелять. Только такая тактика может быть успешной. И не надо смотреть в лица солдат врага. Это мешает. Вы просто посылаете стрелы в цель с максимальной силой и быстротой. Желательно повторять про себя «Ватакуси ва!» - (яп. «Я спокоен!») «Дзохё моноготари» сообщает и о новом оружии юми-яри – луках с наконечником копья. О них в военных хрониках не сообщается, поскольку их стали применять лишь в ранний период Эдо: «Ими можно было наносить удары в щели лицевой маски и кольчуги. Затем следует достать длинный и короткий мечи и атаковать противника, и наносить ему удары по рукам и ногам. Тетиву лука следует свернуть, чтобы она при этом не порвалась». Получается, древнее и, можно сказать, священное искусство стрельбы из лука от самураев теперь перешло к крестьянам, а пользовались луком лишь затем, чтобы помочь аркебузирам, пока те перезаряжали аркебузы. «Боекомплект» лука асигару состоял из 25 стрел, как и у английских (24), и у монгольских лучников (30). Но асигару имели преимущество перед ними в том, что их обслуживали новобранцы вакато и слуги комоно, которые носили на спине огромные колчаны-ящики, вмещавшие по 100 стрел каждый. Подносчики боеприпасов. У левого в ранце порох и пули, правый несет стрелы. Ну, а использование лука вместо копья можно считать хорошей находкой, ведь японский лук был очень длинным – 1800 – 2000 см. Как уже отмечалось, что самурай, что асигару должны были сохранять абсолютное спокойствие при выстреле и не думать ни о самой цели, ни о том, чтобы в нее попасть! В луке и стрелах полагалось видеть «путь и средства» к тому, чтобы стать достойным «великого учения» стрельбы, а стрелы сами должны были найти себе цель! Нам такая стрельба кажется странной, но для японцев это было «нормально», а стрела японского лука могла попасть в цель на расстоянии около 500 м, а в мишень размером с собаку лучники попадали с расстояния 150 м. Лучник-асигару. Рис. А.Шепса. Стрелы для защиты от непогоды закрывали чехлом из ткани. И на шлеме, и на панцире изображены эмблемы рода, которому служит этот асигару. Луки даже для асигару выделывались из наилучшего бамбука. Древки стрел также были бамбуковые либо из древесины ивы, а оперение – из перьев орла. Наконечники ковали из железа, отливали из меди или бронзы, вытачивали из рога или кости, и последние, даже если и не пробивали доспехи самураев, серьезно ранили их коней. Последними исследованиями установлено, что копья асигару были куда длиннее, чем это предполагали раньше, и походили на европейские пикинерские пики. До перевода «Дзохё моноготари» наверняка сказать, как ими пользовались, было нельзя: ведь огромным копьем с длинным клинком нужно было уметь пользоваться. Поэтому неудивительно, что многие наиболее яркие эпизоды «Дзохё моноготари» как раз и посвящены технике боя копьем. Копья асигару ного-яри могли достигать в длину пяти и более метров, и не удивительно, что в бою они были очень важны. Прежде чем сражаться копьем, нужно было чехол от него положить за муна-ита (металлический нагрудник). Чехлы же или ножны от копий, у которых длинное древко, следовало прикрепить на поясе сбоку. То есть и наконечник в чехле, и древко в чехле – так вот у них было принято! Но если самураи действовали копьем, так же как и рыцари, асигару использовали их для борьбы с конницей противника. Опять же поражать нужно было в первую очередь именно коней. «Удар копьем в живот лошади убьет лошадь и сбросит всадника», – пишет Мацудайра Набуоки. Нужно выстроиться в линию на расстоянии одного метра друг от друга, чтобы встретить конницу частоколом копий. «Встаньте на одно колено, положите копье на землю и спокойно ожидайте». Когда противник окажется на расстоянии, несколько большем длины копья, быстро его поднимите, нацельте наконечник в грудь лошади, и изо всех сил старайтесь удержать копье в руках, когда оно вонзится ей в грудь! Совсем неважно, кого вы при этом пронзите – всадника или коня, вы почувствуете, что копье вырывают у вас из рук. Но его нужно обязательно удержать, а потом вновь нацелить на противника. Преследовать отступающего противника следует не более нескольких десятков метров, потому что бежать с копьем тяжело, но надо стараться все равно куда-нибудь его да воткнуть. Как глубоко следует вонзать копье в тело врага? Не очень глубоко, а только до мекуги – приспособления, которым прикреплялся клинок к древку; «так будет легче извлечь его обратно!» В качестве обобщающего наставления Мацудайро Набуоки дает ряд рекомендаций копейщикам и их командирам: 1. Ряды следует строить интервалом в один метр. 2. Обнажая оружие, сохраняйте ножны. 3. Конницу нужно встречать, стоя на одном колене, а копье лежать рядом. 4. Как только прозвучит команда, нужно немедля встать и поднять копье. 5. Всем шеренгам необходимо держать копья ровно. 6. Копье в цель направляется левой рукой, удар наносится правой. 7. Вонзив копье, старайтесь его удержать. 8. Преследовать противника необходимо как указано. То есть мы видим, что все действия японских асигару похожи на действия швейцарской пехоты, которая вот именно так, «стеной из пик», уставленных одна к другой, могла отбить любую атаку закованной в латы рыцарской конницы. В то же время арбалетчики и аркебузиры вели по ней огонь, и не опасались, что окажутся беззащитными с разряженным оружием в руках. И точно таким же образом действовали и асигару в Японии! Типичные шлемы дзингаса XVIII века с эмблемой рода Токугава. Интересно, что свои длинные копья асигару переносили в связках по несколько штук, да еще и вешали на них и мешки с поклажей. Несли эту связку два человека, положив на плечи. На привале копья использовали в качестве вешалок для сушки одежды, это был удобный шест, чтобы перепрыгнуть через ручей, не замочив ног, и даже… лестница из двух древков с привязанными к ним поперечинами. Один пехотинец мог вести свое копье так, что его подток волочился по земле, но в книге было написано, что если дорога каменистая, то так делать не надо. Хараатэ-до – доспех воинов-асигару. Рис. А.Шепса. Зато, в отличие от европейских солдат, практически у всех асигару и даже аркебузиров были защитные доспехи, правда, более легкие и дешевые, чем у самураев. На голове асигару носил конический железный шлем дзингаса – точную копию крестьянской шляпы из рисовой соломы и двухстороннюю кирасу-до с панцирной юбкой – кусадзури, походившей на латные набедренники у европейских пикинеров. Могли использоваться металлические пластинки для рук, ног и предплечий: их или же нашивали на ткань, либо крепили поверх одежды на завязках из ткани. На груди и спине, а также спереди на шлеме обычно изображалась эмблема клана, к которому принадлежал этот асигару. Так что можно говорить и об определенных знаках опознавания, которые уже использовали асигару и даже о какой-то «униформе», поскольку доспехи для них часто были унифицированными и заказывались большими партиями. Бронзовый налобник хатимаки – защита для головы самых бедных воинов. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/99596-pehota-asigaru.html

Скоро будете клипы снимать ;)

Что было до пирамид? А было так, что несколько лет тому назад в одной из пензенских газет была опубликована статья… пожарного из Мокшана (это у нас есть такой районный центр) о том, что вот «он интересуется» историей Древнего Египта, и пришел к выводу, что египетские пирамиды (причем он искренне считал, что их всего три!) - это… волноломы от потопа! А «потоп» должен был произойти из-за того, что в пустоты, образующиеся на месте выработки угля и нефти, рано или поздно зальется морская вода, и земной шар… опрокинется набок! Прочитав «это», мы долго думали, зачем газета такое опубликовала? А потом написали ответный материал, где популярно «товарищу пожарному» рассказали и о количестве пирамид, и о геофизических особенностях нашей планеты. Словом – пусть уж лучше теорию пожарного дела изучает. Пирамида фараона Джосера. До нее и царей, и их сановников хоронили в мастабах. Однако даже на ВО нет да нет и попадаются комментарии, хорошо, что хоть не статьи, о том, что пирамиды в Египте построили русские, что в них зашифрованы «тайные знания», что построить их египтяне не могли и что золотой гроб Тутанхамона - подделка археолога Картера. В общем, как и раньше, довольно многие считают, что пирамид в Египте всего три, что главные наши знания о нем почерпнуты… непонятно откуда, и все это вымыслы заговорщиков-ученых, однако зачастую все это следствие очень поверхностного знания предмета. Совсем иная картина возникает, когда какой-то темой вплотную занимаешься, ну скажем, лет двадцать, и когда уже даже твои студенты работают менеджерами туристических компаний, что возят людей к тем же пирамидам… Мастаба фараона Шепсескафа в Саккара. Он правил после Хеопса и почему-то построил мастабу. Почему? Мы последовательно расскажем вам о войнах древнего Египта (ведь войны – это рабы, которые… «строили пирамиды»), о найденных в них артефактах и о самих пирамидах, которых, как выяснилось, ну просто очень много. Ну, а начать рассказ о пирамидах придется с рассказа о… мастабах – начале начал древнеегипетской погребальной культуры. Мастаба (по-арабски «скамья») была прямой предшественницей пирамид и представляла собой гробницу для знати. Известно несколько сотен (!) таких мастаб, построенных до пирамид, одновременно с пирамидами и даже после пирамид. Каждая мастаба, хотя они и очень похожи – оригинальное архитектурное сооружение. Все так же, как и с рыцарскими доспехами – все похожи, но двух одинаковых вам не найти! Внешне это… сооружение из камня или обложенное камнем с наклонными стенами прямоугольной формы, чем-то напоминающее современные золотые слитки. В ней было три отделения: подземное, где находился саркофаг из известняка или гранита, всегда в западной стороне погребальной камеры («уйти на Запад» - значит умереть!). Вторая часть – склад погребального инвентаря, и третья – молельня. Некоторые мастабы были очень велики. Например, мастаба Птахшепсеса имела 40 помещений! Берлинский музей. Вход в мастабу Мерида. Понятно, что все мастабы были уже в древности ограблены. Но… чего не могли унести грабители, так это фрески на стенах. Стены молельни и камер, как правило, украшались раскрашенными рельефами, представлявших собой древние «комиксы» из земной либо загробной жизни усопшего. На них в мельчайших подробностях изображался труд земледельцев, домашний быт, музыка, танцы, игры, военные походы и загробный мир. Сами картины сопровождаются пояснительными текстами. Сводчатый потолок и роспись на стене в помещении гробницы Имери в Гизе. На росписи изображен процесс изготовления виноградного вина. На стенах сотен мастаб тысячи фигур, десятки тысяч мелких деталей. Подделать все это физически невозможно – это работа для тысяч людей на многие годы, осуществить которую, ко всему прочему, было бы немыслимо дорого, да и зачем? Первыми проник в мастабы еще Шамполион. Тогда подобные «акции» смысла вообще не имели. Мастаба Нефербауптаха. Плато Гизе. Мастаба строилась на века. В нее был вложен труд сотен людей, трудившихся годами. Размер самых больших мастаб 50 на 30 метров, а их высота 7-8 метров. Многие мастабы были ограждены стенами толщиной до 3 метров. Шахты, ведущие в погребальные камеры, были засыпаны щебнем и камнями. То есть, если бы не мастабы, мы и половины не знали бы того, что сегодня мы знаем о Древнем Египте. Можно даже сказать, что пирамиды для египтологов вещь куда менее ценная, чем мастабы. Причем по ним видно, как по мере того, как богател Египет, увеличивались и размеры мастаб! Фрески на стене гробницы Нефербауптаха. Однако прошло целых три столетия с того момента, как Египет стал единым государством, прежде чем очередной царь III династии по имени Джосер, видимо, настолько преисполнился чувством собственной значимости, что решил построить себе мастабу невиданных до того размеров. Уже тогда Египет вел войны, о чем нам рассказали все те же мастабы, но приток рабов, если и был, то невелик. И сами войны были тоже невелики по масштабу. Ведь воины в походы шли пешком. И также на «своих двоих» и воевали. Соответственно главной добычей был скот, который можно было гнать и кормить травой. А пленных надо было кормить тем же, что ели и воины. Вот почему древнее название рабов в Египте «живые убитые», то есть изначально всех пленных просто убивали. Джосер, задумав создать небывалую мастабу, начал с того, что решил строить ее не из кирпича-сырца, а целиком из каменных блоков. Случилось это около 2700 г. до н.э., причем архитектором был назначен высший придворный сановник Имхотеп. Изучать то, что у него получилось, начали еще в 1837 году, после чего «пирамиду Джосера» не изучал разве что ленивый. В итоге изучили ее доскональнейшим образом, и на сегодня это одна из самых изученных «от и до» пирамид Египта. Погребальный комплекс Джосера. Выяснилось, что сначала это была просто квадратная мастаба в 63 метра длиной и высотой в 9 метров, сложенная из камня и обложенная плитами известняка. Тут Джосеру показалось, что она мала (видимо, присвоил чужую и решил что-то к ней добавить от себя), и он приказал добавить во все стороны еще по 4 метра кладки. Потом добавить еще 10 метров на восток, и стала его мастаба традиционно прямоугольной. И вот только теперь Джосер приказал прежнюю постройку сделать шире еще на 3 метра во все стороны и поставить на нее три террасообразные ступени высотой в 40 метров. Так его мастаба стала четырехступенчатой. Но и этого ему показалось мало. Он приказал продлить ее основание на запад и на север и добавить две ступени наверх. Наконец, пирамиду еще и облицевали плитами (шестая фаза строительства), после чего размеры ее основания составили 125 на 115 метров, а высота 61 метр. Таким образом, его гробница стала самым высоким сооружением, которое было тогда известно. Подземелье под пирамидой Джосера. Более поздние пирамиды строились по правилу: одна пирамида – один царь. Но пирамида Джосера была семейной усыпальницей для всех жен и детей царя, поэтому в ней было целых 11 погребальных камер! Причем располагалась гробница царя прямо под центром первоначально задуманной мастабы, а не в самой пирамиде. Археолог Конейм по поводу внутреннего устройства пирамиды Джосера сказал, что это какая-то «гигантская заячья нора». Плитки, которыми покрыты стены в подземелье пирамиды Джосера. Понятно, что все помещения этой «норы» были ограблены еще в древности, но в одном из помещений нашли два саркофага из алебастра, в одном из которых – разбитый позолоченный деревянный саркофаг с останками мумии ребенка лет восьми. Но самой удивительной находкой был 60-метровый коридор, заваленный просто невероятным количеством погребальной утвари. Число каменных сосудов, по подсчетам археологов, в нем составило 30-40 тысяч!!! Несколько сотен были из алебастра и порфира, причем они прекрасно сохранились, а из остальных, битых, примерно 7 тысяч они сумели склеить! Если это подделка, то просто феноменальная по своей глупости, так как она ничего не доказывает, а изготовить 40 тысяч сосудов, чтобы большую часть из них разбить, это вообще идиотизм. Эти же плитки в Метрополитен музее, Нью-Йорк. Самое интересное, что пирамида Джосера, как и многие мастабы, была ограждена стенами, причем очень высокими – 10 м высоты. Украшалась она выступами и символическими воротами, но настоящий вход был только один. Стена ограждала прямоугольник размером 554 на 227 метров, в котором находились заупокойный храм и два культовых дворца – Северный и Южный, в которых находились символические троны «Обеих Земель», колонные залы и алтари. Словом, это было целиком и полностью культовое сооружение, не имеющее ничего общего с «волнорезом» и вообще с какими бы то ни было зашифрованными знаниями древних. Вид на пирамиду и остатки храмового комплекса. Изучение пирамиды позволило также выяснить, что каменные блоки для нее вытесаны из крупнозернистого известняка, взятого из местной каменоломни, а вот облицовка была из мелкозернистого известняка, и ее привозили с другого берега Нила. В обеих каменоломнях нашли и следы работы древних мастеров, и их орудия труда. Камни поступали на строительство грубообработанными. Поэтому внешние поверхности блоков выравнивали уже после укладки медными долотами. Контролировали качество работы при помощи деревянных досок, намазанных красной краской, которые прикладывали к плитам так же, как сегодня дантисты прикалывают к нашим зубам кусочки черной копировальной бумаги. «Путеводитель» по погребальному комплексу Джосера. Размеры блоков пирамиды Джосера невелики, так что никаких трудностей с их доставкой не возникало. Двух человек было бы вполне достаточно. Интенсивность работы была сезонной. В разлив Нила камни, приготовленные заранее, можно было транспортировать на плотах и барках чуть ли не к основанию пирамиды. Рельеф гробницы Ти. XXV—XXIV вв. до н.э. Фрагмент. Штукатурка на камне, резец, темпера. Саккара. Опять же не надо думать, что вот есть пирамида Джосера, а затем фараоны тут же начали строить «истинные пирамиды». Ничего подобного! Второй ступенчатой пирамидой стала пирамида Сехемхета, найденная в 1952 году археологом Гонеймом. То, что от нее осталось, было раскопано, и выяснилось, что ее уже с самого начала строили как ступенчатую. Блоки из известняка на ней были того же размера, что и у Джосера, но конструкция ее совершеннее. Внутри у нее ядро из грубых каменных блоков, кладка которых сужается от основания к вершине. Если бы она была завершена, то имела бы высоту на 9 метров выше, чем у Джосера, имела семь ступеней и размер 120 на 120 метров. Погребальная камера располагалась точно под центром пересечения диагоналей. Работы остановились на уровне второй ступени, по-видимому, из-за его внезапной смерти. Статуи на западной стене мастабы Иду в Гизе. Затем ступенчатая пирамида была построена в Медуме, в пятидесяти километрах на юг от Каира. Считается, что построил ее фараон Хуни – последний царь III династии. Вся она развалилась, но будь построена, то при квадратном основании имела бы размеры 146 на 146 метров и высоту 118 метров. Но самое важно, что около этой пирамиды обнаружили остатки строительных насыпей, по которым каменные блоки затаскивали наверх. Так что современные исследования подтвердили то, о чем сообщал еще Диодор – «пирамиды строили при помощи насыпей». Так что… никаких «особых» приемов древние египтяне при строительстве пирамид не использовали. Точно известно, как медленно, шаг за шагом, увеличивались размеры гробниц знати – мастаб. Потом произошел качественный скачок – пирамида Джосера, за которым последовал этап «прогресса», когда происходил рост ступенчатых пирамид, а сама конструкция их становилась все совершеннее. Ну, а теперь как добраться до пирамиды Джосера, которая вместе со всем комплексом построек, сохранившейся статуей царя в молельне и всеми своими подземельями, во всяком случае, не менее интересна, чем Великие пирамиды. Изображение на стене одного из коридоров подземелья пирамиды Джосера. Находится комплекс Джосера в деревне Сакара, и добраться до него можно на поезде от Каира, но от станции, скорее всего, придется идти пешком более 3 км. Можно – для любителей экстрима, верхом на лошади или на верблюде от пирамид в Гизе, но это 3-4 часа под египетским солнцем! Можно заказать экскурсию из любого популярного для россиян отеля в любом месте, но… не очень много людей туда ездит. Можно на маршрутке от Каира до Саккара вилидж, но… надо знать, где она останавливается, и суметь объясниться с местными. Наконец, проще всего сесть в такси и сказать – Саккара, Джосер - и вас туда привезут. Но это дорого, дороже, чем экскурсия, и надо торговаться, но зато вас там и повозят, а то тащиться от одной тамошней пирамиды до другой тяжело. Цена входа в некрополь 30 египетских фунтов, но в саму пирамиду Джосера нужно разрешение Министерства древностей Египта в Каире. Можно получить его, просто предъявив карточку члена союза журналистов России – мол, хочу написать комплементарную статью. Вот, собственно, и все ваши хлопоты, но зато вы побываете в самой первой пирамиде Египта. Автор: Оксана Милаева, Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/99328-voyna-zoloto-i-piramidy-chast-pervaya-chto-bylo-do-piramid.html

О Лимузен, земля услад и чести, Ты по заслугам славой почтена, Все ценности в одном собрались месте, И вот теперь возможность нам дана Изведать радость вежества сполна: Тем большая учтивость всем нужна, Кто хочет даму покорить без лести. Дары, щедроты, милость в каждом жесте Любовь лелеет, словно рыб-волна, Мила любезность ей, благие вести, Но также – двор, турниры, брань, война: В ком тяга к высшей доблести сильна, Не оплошай, ибо судьбой она Нам послана с донной Гвискардой вместе. («Песня нa прибытие дoнны Гвискaрды» Бертрaн де Бoрн (1140—1215 гг.) ) На страницах TOPWAR мы уже не раз знакомились и с рыцарскими доспехами, и с описаниями битв, в которых облаченные в них рыцари участвовали. Но… если вы думаете, что рыцари только тем и занимались, то вы ошибаетесь. Они, прежде всего, «просто жили». Ели, спали, заворачивали на спину юбки крестьянкам, ездили на охоту, случалось – валялись пьяными, иногда приезжали во дворец к королю. Завидовали… Радовались, что и «короли тоже плачут». Льстили им, когда можно… Страдали животом, объевшись на пиру. Вот так и жили. А воевали… дай бог, если 40 дней в году. Хотя были и такие, что воевали буквально с утра и до вечера. Да-а, вот еще что – они волочились за женщинами. То есть имели «даму сердца», которую следовало любить платонически, а вот физически… для этого были и жены, и служанки, и базарные шлюхи – где спрос, там всегда бывает предложение. Но… а вот как бы нам узнать о жизни хотя бы какого-нибудь рыцаря, причем так, чтобы это был не вымысел, не «роман», а историческое свидетельство. Что ж, оказывается можно и это сделать, причем рассказать не просто о рыцаре, а о человеке весьма известном, в том числе и благодаря… кино! Турнир из кинофильма «История рыцаря» (2001 г). Судя по доспехам и общему антуражу, это даже не Столетняя война, а, по крайней мере, начало XVI века. Ну, кто, скажите на милость, у нас не видел художественный фильм «История рыцаря» с Хитом Леджером в главной роли? Однако мало кто знает, что персонаж, которого он в нем играет, действительно существовал! Вот только настоящий рыцарь Ульрих фон Лихтенштейн родился, жил и умер в ХIII веке, примерно в 1200 – 1275 гг., а совсем не во время Столетней войны, как это явствует из этого кинофильма. И был он отнюдь не беден, как это нам показали создатели картины, а даже очень богат! Ну и доспехи, в которые его облачили «киношники», тоже ни в малейшей степени не соответствовали его эпохе, так как были заимствованы из… следующего ХVI века! Но тут нам очень даже повезло. Есть, как выяснилось, рукопись XIII века, хранящаяся в Мюнхенской государственной библиотеке, и в которой сам рыцарь Ульрих фон Лихтенштейн рассказал о своих приключениях. Называется она "Frauendienst"(«Служение дамам»). Правда, «рассказал» звучит не совсем правильно, так как писать он не умел (хотя и обладал счастливым даром слагать прекрасные любовные сонеты!), и описание своей жизни ему пришлось надиктовать своему писцу. Но хуже его «история рыцаря» от этого не стала! Хотя, может быть, он ее и немного приукрасил. Но если и приукрасил, то совсем немножко, прежде всего, потому что «врать в письменном виде» в то время считалось страшным грехом, а кроме того, есть и перекрестные ссылки, подтверждающие его сообщения. Вот так Ульрих фон Лихтенштейн был изображен на страницах знаменитого Манесского кодекса из библиотеки Гейдельбергского университета. Итак, вот она – жизнь настоящего рыцаря, рассказанная им самим. Ну, а начать ее следует с того, как уже в ранней юности он… влюбился в некую знатную даму, причем старше своих лет и, будучи ее пажом (и тогда рыцари отдавали своих отпрысков в пажи ко дворам более богатых и знатных сеньоров) и постоянно ей прислуживая, выпивал воду, в которой она мыла свои руки. Как звали эту даму, сегодня с точностью сказать нельзя, но ясно, что по знатности рода она превосходила «бедного юношу». Ну и по отдельным намекам автора можно сделать такой вывод, что это могла быть и жена австрийского герцога Леопольда, являвшегося сюзереном Ульриха фон Лихтенштейна. А вот это еще одно столь же старое изображение рыцаря-миннезингера Бертрана де Борна, автора стихотворения, вынесенного в эпиграф. Миниатюра из рукописи Национальной библиотеки Франции. Будучи посвящен в рыцари, Ульрих тут же посчитал, что наконец-то настало время предложить своей даме сердца и нечто большее, чем обычные пажеские услуги. Но вот беда - рыцарь не мог так легко приблизиться к своей возлюбленной, как незаметный паж, поэтому ему понадобился посредник. В качестве сводни решила выступить одна из его теток, бывшая подругой знатной дамы, и, видимо, вполне могло быть и так, что обе дамы просто изнывали от скуки и таким образом решили повеселиться. Любовная интрига началась с обмена посланиями. Ульрих сочинял стихи и посылал их через свою тетку даме; а та их не только благосклонно принимала, даже их хвалила. Однако дальше признания его заслуг, как поэта, дело не шло. На все его призывы дама отвечала, что господин Ульрих может даже и не мечтать о том, чтобы его услуги были ей приняты. То есть все происходило по тогдашнему обычаю, когда госпожа вроде бы и отталкивала своего воздыхателя, однако и не настолько, чтобы совсем его оттолкнуть, и поощрять его при этом так, чтобы несчастный любовник ровным счетом ничего бы не получил, но постоянно терзался бы сомнениями. Ну, а затем она вдруг сказала, что у него очень выпирает его верхняя губа, которая, видимо, действительно была, ну, скажем так – несколько великовата. Что и говорить – доспехи на «киношном» Ульрихе вполне историчны, но… время выбрано совсем не то. Едва только Ульрих об этом узнал, как тут же отправился к лучшему местному хирургу, и тот, разумеется, без наркоза излишнюю плоть ему отрезал! Причем наш рыцарь не позволил себя связывать - ведь он же был настоящим рыцарем, а потому он просто уселся на скамью и молча терпел все то время, пока лекарь срезал у него чуть ли не полгубы. А после еще и полгода стоически терпел муки голода, так как после операции он был не в состоянии ни есть, ни пить. Дело было в том, что губу ему постоянно смазывали какой-то весьма дурно пахнущей мазью, поэтому его сразу же тошнило, когда он принимал пищу, так как эта мазь, как он не старался, все равно попадала ему и в еду и питье, а затем и в рот, а вкус и запах у нее были прегадостные! Однако он нисколько не пал от этого духом, а, напротив, написал, вернее, продиктовал следующие строки: «Тело мое страдало, но зато сердце было преисполнено счастья». Когда дама узнала про то, что ради нее сделал Ульрих, то… разумеется, решила посмотреть, «насколько он себя исправил», и согласилась с ним встретиться, но волновался он на этом свидании так, что и слова не мог вымолвить. В результате разгневанная дама вырвала у него с головы клок волос со словами: «Это тебе за трусость!» Но и этого ей показалось мало, и она еще и написала ему оскорбительное письмо, попрекая его совсем не рыцарской трусостью. Человек нашего бы времени послал бы такую даму куда подальше и пошел бы «рубить дерево по себе», но рыцаря Ульриха такое отношение в тот раз не остановило. Он стал появляться на рыцарских турнирах и всюду объявлял, что сражается за честь своей возлюбленной дамы сердца, имени которой не может открыть. И все относились к этому с пониманием! И он уже сломал сто копий в поединках, вышел победителем во всех схватках, стал упоминаться среди лучших бойцов, когда копье его противника, ударило его в правую руку, и почти оторвало ему... мизинец. Лекарь, однако, заявил, что, так как палец все еще висит на обрывке кожи, то его можно еще попытаться спасти и… взял, и пришил его на прежнее место! Ульрих после этого лечился целых полгода, но мизинец – прямо фантастика, все же прирос к кисти, хотя и криво. Когда об этом рассказали его злобной пассии, та написала ему, что все это неправда, и что мизинец (она, мол, это точно знает из самых достоверных источников) никуда и не девался и вся эта история выдумка, чтобы ее разжалобить. Поистине, коварству женщин не границ! Но как на это отреагировал Ульрих? Вы думаете, поехал к хирургу, чтобы тот клятвой на кресте и свидетельскими показаниями достойных людей засвидетельствовал правдивость этого сообщения? Ничего подобного! Поехал он к своему другу и попросил его… отрубить ему только что вылеченный палец! Тот его просьбу исполнил, а Ульрих поехал к ювелиру и попросил изготовить золотую застежку для книги, причем в форме мизинца, куда и спрятал этот свой отрубленный палец, а книгу отослал своей даме сердца в подарок! Вы только себе представьте, что она испытала, когда открыла золотой футляр, и из него прямо ей в руки вывалился… отрубленный мизинец ее обожателя, к этому времени еще и, скорее всего, порядком «испортившийся»? Поэтому вряд ли нас с вами удивит ее ответ: «Я никогда не думала, что разумный человек способен на такие глупости!» Однако он-то как раз и был способен и, что самое интересно, тот же его друг ведь не стал его отговаривать, а поспешил выполнить его просьбу! Затем Ульрих фон Лихтенштейн отправился в Венецию, и тамошним портным заказал множество женских платьев, но не для своей дамы, а… для самого себя! Было сшито двенадцать юбок и тридцать блуз с расшитыми рукавами, целых три белых бархатных мантии и множество всяких других предметов дамского туалета, а под конец еще и две длинных косы, украшенными жемчугом. Экипировавшись таким образом, он отправился путешествовать по Европе, при этом впереди него ехал герольд, рассказывал куда он едет и зачем, а также громко зачитывал письмо, в котором сообщалось, что господин Ульрих хочет весь путь проделать инкогнито (хорошее же он себе придумал инкогнито!), и участвуя при этом в поединках, при этом обязательно в женском платье, как якобы сама богиня Венера! Кроме того, впереди него еще скакали пять слуг, а позади ехал знаменосец с белым знаменем. По обеим сторонам ехали два трубача, трубившие в трубы. Далее за ним вели трех верховых лошадей в полном снаряжении и еще трех лошадей парлефруа. Потом пажи несли его шлем и щит. После них ехал еще один трубач и четыре оруженосца, которые везли связку копий, покрашенных в серебряный цвет. Две девушки, одетые в белые платья, ехали верхом на лошадях, так же, как и два скрипача, тоже верхом и при этом игравшие на скрипках. В конце столь удивительной процессии ехала сама богиня Венера, одетая в белую мантию из бархата, с надвинутым на лицо капюшоном; а на голове у нее была шляпа, украшенная жемчугом. А еще из-под шляпы ниспадали две длинные косы, и они тоже украшены жемчугом! Вот уж поистине сцена, которую надо было бы снимать в Голливуде! И… что денег что ли у них не хватило, если они не решились снять именно «это», а почему-то придумали свой собственный сюжет? Неужели он зрелищнее? И все же отметим главное: такое это тогда было, скажем так – «странное время», что сего достославного рыцаря никто и не подумал связать и запереть в сумасшедшем доме, а напротив, куда бы он не приезжал, везде встречали его с ликованием, а другие рыцари почитали за честь сразиться с ним на поединке. В итоге он сломал на них 307 копий, а своим соперникам подарил 270 перстней в память о своей даме сердца. Сам при этом он не получил даже царапины, а вот четырех рыцарей выбил из седла. Однажды он нарвался на точно такого же, как он сам, ненормального. Некий словенский рыцарь решил в честь своей дамы нарядиться в женское платье и выпустить фальшивые косы из-под шлема. Однако этот маскарад ему не помог и Ульрих сшиб его на землю. Для того чтобы копья в фильме красиво разлетались от удара вдребезги, они, во-первых, как и настоящие турнирные копья, были внутри пустыми, и вдобавок надрезаны, а во-вторых, наполнены «сырыми» макаронами и опилками! И девушки, и женщины повсюду встречали Ульриха с почти безграничным энтузиазмом так же, как сейчас, наверное, встречают разве что только рок-звезд, популярных артистов и спортсменов, так им понравилось его благородство и «истинная любовь»! Как-то раз 200 женщин встретили его у дома, где он ночевал, только чтобы проводить в церковь. И при этом никто так и не возразил, что мужчина, рыцарь, был одет в женское платье и в таком вот маскараде входил в церковь, сидел там на специально отведенных женщинам местах и, опять-таки, одетый как женщина, принимал в ней святое причастие! Вот как следовало бы обрядить героев кинофильма, если бы он соответствовал реалиям истории. За время этого своего турне Ульрих успел жениться и народить четырех детей. Но ни дети, ни любящая жена не могли служить преградой его любви к совершенно другой женщине. Обычно зимой он приезжал в свой замок, там жил со своей женой, но сразу по весне вновь отправлялся на поиски романтических приключений. И жена ему в этом ничуть не препятствовала и даже не считала, что муж у нее явно ненормальный! Хотя, возможно, что и у неё был столь же одержимый нрав, и в ту эпоху воспринималось такое поведение как норма? И вот, в конце концов, жестокое сердце возлюбленной Ульриха смягчилось, и она послала ему известие, что хочет с ним встретиться. Но при этом он должен был показать ей свое смирение: надеть нищенское платье, и вместе с толпой прокаженных, ожидающих у замка ее милостей, ждать приглашения, пока сверху из окна ему не будет спущена веревка, свитая из простынь. Рыцарь и романист Вольфрам фон Эшенбах, живший примерно в то же время, что и Ульрих фон Лихтенштейн, и вовсе носил на шлеме… нет, не рога, а два топора, правда, сильно стилизованные. От отвращения (вы поживите-ка среди прокаженных!) Ульриха чуть было не стошнило, но в итоге он все-таки был вознагражден: его дама сердца позволила ему к себе подняться, любезно его приняла, похвалила за верность и вообще вела себя с ним очень ласково, вот только рукам воли не давала и поставила странное условие: чтобы доказать свою любовь, ему нужно было повисеть за окном все на той же самой простыне. Те, кто читал «Дон-Кихота» М. Сервантеса, сразу догадаются, откуда он этот эпизод списал, и что там произошло после того, как наивный Ульрих на это с радостью согласился. Ульрих был жестоко обманут: служанка госпожи отпустила конец простыни, и несчастный герой-любовник упал прямо к основанию довольно высокой башни и при этом сильно ушибся! Но безграничной любви Ульриха не угасил даже такой конец его любовной эпопеи, и только лишь впоследствии, немного подумав, он наконец сообразил, «…что только глупец может до бесконечности служить там, где нечего и рассчитывать на награду». Американскому фильму до подлинной «истории рыцаря» ну просто бесконечно далеко, не так ли? Хотя, как «кино», его вполне можно один раз посмотреть. Не больше. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/99156-nastoyaschaya-istoriya-rycarya.html