Yorik

Всем привет! Жив, здоров, полон сил. Света с первой минуты не было. Все время на передке или в серой зоне. Лечил людей все это время. Подтянул военную медицину для себя не дай бог. Вырвался на денёк в цивилизацию. Сегодня обратно. Т.ч. связи опять не будет.

Русская эмиграция Гнев Гиппиус Однажды в парижской квартире Толстых на улице Виньон во время файв-о-клока адвокат Балавинский рассказал забавную историю. Поэтесса Л.Н. Вилькина, жившая вместе с мужем Н.М. Минским с 1914 года в Париже, опубликовала стихи посвященные парижскому метро, где были такие слова: "По бело-серым коридорам Вдоль чёрно-жёлтых Дюбоннэ, Покачиваясь в такт рессорам, Мы в гулкой мчимся глубине". Когда эти строки попались на глаза Зинаиде Гиппиус, она пришла в бешенство и родила экспромт: "Прочитав сие морсо, Не могу и я молчать: Где найти мне колесо, Чтоб её колесовать?" Никто не понял, чем была вызвана подобная реакция Гиппиус. Выслушав рассказ Балавинского, Н.В. Крандиевская тихо сказала: "Пристрастная и злая!" Сергей Александрович Балавинский (1866—1928) - присяжный поверенный в Москве. Людмила (Изабелла) Николаевна Вилькина (1873-1920) - поэтесса, переводчица, критик; в замужестве Виленкина. Николай Максимович “Минский” Виленкин (1855-1937) - поэт, религиозный мыслитель. Наталья Васильевна Крандиевская (1888-1963) - третья жена А.Н. Толстого; поэтесса, писательница, мемуаристка. Зинаида Николаевна Гиппиус (1869-1945) - поэтесса, писательница, драматург, критик; жена Д.С. Мережковского. Надежда Александровна Лохвицкая “Тэффи” (1872-1952) - поэтесса, писательница, переводчица, мемуаристка; сестра поэтессы Мирры Лохвицкой (1869-1905). Стихи Тэффи Описанная выше сцена имела продолжение. Немного помолчав, Н.В. Крандиевская добавила: "А вот и стихи Тэффи, я их очень люблю, хотя они чуть-чуть нарочиты и театральны, как будто написаны под рояль, для эстрады, для мелодекламации. Но в них есть настоящая острота, то, что французы называют vin triste, печальное вино..." Балавинский оживился и стал умолять жену Толстого: "Графинюшка, ради Бога, прочитайте вслух". Наталья Васильевна сделала вид, что обиделась: "Сергей Александрович, если вы меня ещё раз назовете графинюшкой, я с вами разговаривать не стану!" Но вскоре “графинюшка” смилостивилась и в наступившей тишине стала читать: "Серебряный корабль с пурпурною каймою. Но люди не поймут, что он приплыл за мною, И скажут вот, луна играет на волнах... Как чёрный серафим три парные крыла. Он вскинет паруса над звёздной тишиною. Но люди не поймут, что он уплыл со мною, И скажут, вот, она сегодня умерла". В 1952 году И.А. Бунин, который уже практически не вставал с постели, расспрашивал о похоронах Тэффи и вспомнил эти строки, услышанные более тридцати лет назад на улице Виньон. Эликсир Алексея Толстого Когда Алексей Толстой писал “Хождение по мукам”, он регулярно ставил себе ментоловые компрессы. У него была своя теория: "Шиллер писал “Орлеанскую деву”, держа ноги в ледяной воде и попивая крепкий чёрный кофе. Всё это чепуха и обман публики. Я верю только в ментол, или по-нашему - мяту, потому что мята холодит мозги... у кого они есть. И освежает. Есть ещё другой способ, но утомительный: грызть карандаши Фабера до самого грифеля. Огрызки выплевывать, а грифель глотать. Потому что грифель действует на молекулы и на серое вещество. А без серого вещества - ни романсов, ни авансов!.. Поняли?!" Граф Алексей Николаевич Толстой (1882-1945) - писатель; лауреат трёх Сталинских премий первой степени. Толстой фотографируется Алексей Толстой обожал фотографироваться, особенно для прессы. Этим регулярно пользовался месье Henri Dumay, редактор “Le Progres civique”, который буквально не сводил глаз с “московской графини” и, чтобы сделать приятное известному писателю, постоянно щёлкал своим аппаратом. Граф языками не владел и просил жену: "Наташа, объясни ему, что я говорю по-французски, как испанская корова!" Графиня, разумеется, переводила, но галантный француз возражал и уверял Толстого, что у графа очень приятный акцент и очень большой словарный запас. На это Толстой лишь бурчал: "Пусть Бога благодарит, что он по-русски не смыслит. А то я бы ему сказал три слова из моего словаря!" Наталья Васильевна только махала рукой, а monsieur Dumay продолжал щёлкать. Наталья Васильевна Крандиевская (1888-1963) - третья жена А.Н. Толстого; поэтесса, писательница, мемуаристка. Для детей В октябре 1920 года в Париже вышел первый номер двухнедельного журнала для детей “Зелёная палочка”. Первый номер был выдержан в лучших традициях: стихи Бунина, рассказ Куприна, сказка Алексея Толстого, обращение к детям князя Г.Е. Львова, поэма Саши Чёрного, колыбельная песня Натальи Крандиевской. Иллюстрации Судейкина, рисунки Ре-Ми. Постоянные разделы “Крепко помни о России” и “Произведения молодых авторов”. Вот с последним разделом и произошёл казус. Мирра Бальмонт, 13-летняя девушка и дочь известного поэта, опубликовала свои стихи, в которых была, например, и такая строфа: "Связку белых венчальных цветов Я искал для невесты моей. Но нашёл я лишь чёрный тюльпан, Не нашёл я цветка ей белей..." С тех пор редакция очень внимательно просматривала материалы юных дарований и игнорировала обращения их родителей. Саша Чёрный (Александр Михайлович Гликберг; 1880-1932) - поэт, журналист, прозаик. Сергей Юрьевич Судейкин (1882-1946) - живописец, театральный художник, график. “Ре-Ми”, Николай Владимирович Ремизов-Васильев (1887-1975) - живописец, театральный художник, график. Князь Георгий Евгеньевич Львов (1861-1925) - политический и общественный деятель; 1-й министр-председатель Временного правительства. Мирра Константиновна Бальмонт (1907-1870) - единственная дочь Константина Бальмонта и Елены Константиновны Цветковской (1880-1943), третьей жены поэта. О Ветлугине Ветлугин появился в эмигрантской прессе с подачи Шполянского и довольно быстро завоевал определённую популярность. Дружеские отношения у Ветлугина со Шполянским не сложились, хотя последний доброжелательно отзывался о нём: "Всё, что он писал, было бойко, безответственно, и талантливо. Но успех ему сопутствовал, и хлёсткая фраза многих сбивала с толку". И.А. Бунин после ознакомления с книгой Ветлугина “Авантюристы гражданской войны” писал об авторе: "Ветлугин — дитя своего времени. Ужасную молодость дал Бог тем, что росли, мужали, и остались живы за последние годы. Какую противоестественную выдумку, какое разочарование во всём, какое неприятное спокойствие приобрели они! Сколь много они видели, и сколько грязи, крови. И как ожесточились. И нынешний Ветлугин смотрит на мир ледяными глазами, и всем говорит:"Все вы, чёрт знает что, и все идите к чёрту!" Недостаток это? Большое несчастие, болезнь? Что будет с Ветлугиным? Изживёт он свою болезнь или нет? Ведь нужно, необходимо, чтобы хоть иногда, невзначай, и на ледяные глаза навертывались слёзы". Владимир Ильич Рындзюн (1897-1953) - псевдоним "А. Ветлугин"; писатель, публицист, журналист. Обсуждение пьесы Ключникова Примерно в 1922 году в Париже где-то в квартале Пасси читал свою пьесу “Единый куст” Ю.В. Ключников, бывший доцент из Петербурга. Среди слушателей были Бунин, Куприн, Ал. Толстой, Алданов, Эренбург, Дон-Аминадо, Ветлугин и пр. Пьеса была по оценке Куприна “скучна, как солдатское сукно”, так как она возвещала старую истину о том, что Родина - это и есть Единый куст, а все ветви его, даже кривые или боковые, следует направлять и воссоединять, чтобы куст пышно цвёл, оставаясь Единым кустом. Послушали и разошлись, а настоящий обмен мнениями произошел на улице Ренуара возле дома 48-бис, в котором в то время проживали многие известные российские писатели. Алексей Толстой начал громко доказывать, что Ключников прав, - хотя его пьеса и бездарна, как ржавый гвоздь, но его руководящая мысль... Граф продолжал орать на всю улицу: "Ибо пора подумать, что так дольше жить нельзя, и что даже Бальмонт, который только что приехал из России, уверяет, что там веет суровым духом отказа, и тяжкого, в муках рождающегося строительства, а здесь, на Западе, одна гниль, безнадежный, узколобый материализм и полное разложение". Бунин побледнел и в бешенстве крикнул: "Молчи, скотина! Тебя удавить мало!" И быстро ушёл, ни с кем не попрощавшись. Куприн только недобро улыбнулся и засеменил в сторону, опираясь на руку жены. Алданов молчал и нервно ёжился. Так завершилось обсуждение этого куста, то есть пьесы. Юрий Вениаминович Ключников (1886-1938) - юрист и дипломат. Александр Иванович Куприн (1870-1938) - писатель и переводчик. Марк Александрович Алданов (Ландау, 1886-1957) - писатель, публицист, философ и химик. Илья Григорьевич Эренбург (1891-1967) - поэт, переводчик, писатель, публицист. Елизавета Морицовна Гейнрих (1882-1942) - вторая жена Куприна с 1907. Константин Дмитриевич Бальмонт (1867-1942) - поэт, переводчик и эссеист. Поэтические вольности Один из недолго просуществовавших эмигрантских еженедельников основывали такие видные деятели как Карсавин, Трубецкой, Святополк-Мирский, Вернадский, В.Н. Ильин и пр., то есть евразийцы или, как их ещё называли - “скифы”. Но знаменитым стал этот еженедельник благодаря не своим статьям и публикациям, а пародиям на его авторов в других изданиях. Так в газете “Последние новости” была опубликована большая стихотворная сатира на этих “скифов”, в которой были следующие строки: "И вот уже, развенчан, но державен, К своей звезде Стремится Лев Платонович Карсавин Весь в бороде". На следующий день Карсавин позвонил в данную газету и поблагодарил за публикацию, восхитился мастерством поэта, но упрекнул того в поэтической вольности: "Вы мне прицепили бороду, а я бреюсь безопасной бритвой, и совершенно начисто". Редактор вежливо поинтересовался: "Хотите опровержение? Тем же шрифтом и на том же месте?" Карсавин вовремя опомнился: "Нет, ради Бога, не надо!" Лев Платонович Карсавин (1872-1952) - философ, поэт, историк культуры. Князь Николай Сергеевич Трубецкой (1890-1938) - философ, лингвист, историк, этнограф. Князь Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890-1939) - литературовед, литературный критик, публицист, поэт. Георгий Владимирович Вернадский (1887-1973) - историк-евразиец. Владимир Николаевич Ильин (1891-1974) - философ, богослов, литературный и музыкальный критик. “Городок” В знаменитом Тэффином “Городке”, который лежал, как собака на Сене, было всё что угодно, но Академии Наук не было. Лауреатов венчали в угловых кафе, но за кофе платили они сами. Всё было чинно и скромно. Молодые поэты читали стихи друг другу, а добившись славы, выступали на вечерах “Зелёной лампы”, и лорнировала их Зинаида Гиппиус, которую за несносный нрав называли Зинаидой Ге-пе-ус, да ещё тонким фальцетом учил уму-разуму Мережковский. “Городок” - рассказ Тэффи. “Зелёная лампа” - воскресное литературно-философское общество, существовавшее в Париже 1927-1939; обычным местом первых заседаний общества был дом Мережковских. “Сумасшедший мулла” В милюковской газете “Последние новости” работало много интересных людей. Одним из них был бывший приват-доцент Петербургского университета А.М. Кулишер, отличавшийся крайне неуравновешенным характером. Сам Кулишер подписывал свои произведения псевдонимом Юниус (Junius), но среди сотрудников газеты он был больше известен под прозвищем “сумасшедший мулла”, которым его наградил А.А. Поляков по прозвищу Абрамыч. Дон-Аминадо коротко охарактеризовал Кулишера: "Сумасшедший мулла был человеком в высоком смысле образованным, написал немало объёмистых томов по социологии, государствоведению и философии истории. Но, как говорили многочисленные завистники и недоброжелатели, был он не столько историк, сколько истерик. Павла Николаевича он утомлял, но и околдовывал. Зато от генеральной линии не отступал ни на шаг, и в смысле чистоты риз был хотя и нелеп, но умилителен. Конец его был страшен: во время немецкого владычества, за какую-то провинность, а может быть и просто нелепость, сумасшедшего муллу забили лагерной плетью, и забили насмерть". Павел Николаевич Милюков (1859-1943) - политик, историк, публицист; лидер кадетской партии; редактор газеты “Последние новости” 1921-1940. Александр Михайлович Кулишер (1890-1942) - профессор, юрист, правовед, публицист. Александр Абрамович Поляков (1879-1973) - журналист и редактор. Пародия Вот пародия на В.М. Молотова, опубликованная в “Последних новостях”: "Лобик из Ломброзо, Галстучек-кашне, Морда водовоза, А на ней пенсне". Вячеслав Михайлович Молотов (Скрябин, 1890-1986) - революционер; партийный и государственный деятель СССР; многолетний министр иностранных дел. Осоргин М.А. Осоргин был блестящим беллетристом и пользовался успехом у читателей. Как писал Дон-Аминадо, "этот изящный, светловолосый и темноглазый человек отравлен был не только никотином, коего поглощал неимоверное количество, но ещё и какой-то удивительной помесью неповиновения, раскольничества, особого мнения и безначалия. И не только потому, что он мыслил по-своему, а потому, чтобы, не дай Бог, не мыслить так, как мыслят другие. В этом была раз навсегда усвоенная поза, ставшая второй натурой". Соотечественники то подыгрывали Осоргину, то подшучивали над ним. Однажды на балу писателей, когда одетый с иголочки Осоргин находился в окружении нескольких дам, к нему подошёл А.А. Яблоновский и добродушно проворчал: "Ну какой же вы анархист, Михаил Андреевич? Вы, просто-напросто, уездный предводитель дворянства. Вам бы с супругой губернатора мазурку танцевать, а не Кропоткина по ночам мусолить!" Осоргин на шутку не обиделся и достойно оценил её. Михаил Андреевич Осоргин (1878-1942) - настоящая фамилия Ильин; писатель, журналист, эссеист, мемуарист; член партии эсэров 1904-1911; масон. Александр Александрович Яблоновский (1870-1934) - писатель, редактор; председатель Совета Союза русских писателей и журналистов стран русского рассеяния 1928. Пётр Алексеевич Кропоткин (1842-1921) - революционер-анархист, географ, геоморфолог. Тэффи Дон-Аминадо с любовью и улыбкой вспоминал Тэффи и её труды: "Писать она терпеть не могла, за перо бралась с таким видом, словно её на каторжные работы ссылали, но писала много, усердно, и всё, что она написала, было почти всегда блестяще... И смешным могло ей искренно казаться всё, без исключения. Её “Городок” — это настоящая летопись, по которой можно безошибочно восстановить беженскую эпопею".

Анекдоты о литераторах Ростан оценил Князь В.В. Барятинский рассказывал, что однажды ночью на Rue de Passy он услышал, как кто-то с любовью и упоением декламировал строфы из пьесы Ростана “Орлёнок” в переводе Т.Л. Щепкиной-Куперник. Декламатор явно не был русским, так как он сильно коверкал русские слова, но сохранял ритм русского поэтического текста. Князь был поражён: "В лунную ночь, в Пасси, кто мог бы быть этот сумасшедший, во всеуслышание декламирующий, влюблённо и усердно коверкая строфы Ростана, в запомнившемся навсегда переводе Щепкиной-Куперник?" Когда Барятинский нагнал незнакомца, то при свете луны он узнал его - это был сам Эдмонд Ростан. Ростан потом признался Барятинскому, что он был пленён звучанием русской стихотворной речи, так как перевод Щепкиной-Куперник, его ритм, выражал смысловую точность французского текста. Ростан в течение трёх недель сидел в партере недалеко от Татьяны Львовны и с увлечением следил по французскому оригиналу за стихами русского перевода; с каждым разом он всё легче усваивал русский текст. Ростан очень высоко ценил Т.Л. Щепкину-Куперник. Осталось сказать несколько слов о том, как стала возможной эта встреча. Князь Барятинский в 1896 году женился на актрисе Л.Б. Яворской, одной из близких подруг которой была поэтесса Щепкина-Куперник. Эта поэтесса перевела для своей очень близкой подруги несколько пьес Ростана, в которых Яворская выступала с большим успехом. В 1901 году князь Барятинский вместе с женой основал “Новый театр”, главным достоянием которого была Яворская. Вот этот театр в сопровождении князя и поэтессы гастролировал по Европе и оказался в Париже примерно в 1907 году. Во Франции много почитателей Наполеона Бонапарта, и пьеса Ростана “Орлёнок”, посвящённая сыну Наполеона герцогу Райхштадскому, пользовалась в Париже большой популярностью. Достаточно сказать, что в роли молодого князя Райхштадского в возрасте 56 лет сыграла сама Сара Бернар. Вот и Лидия Борисовна очаровывала парижан в этом же образе. Князь Владимир Владимирович Барятинский (1874-1941) - публицист, драматург и писатель. Татьна Львовна Щепкина-Куперник (1874-1952) - поэтесса, переводчик и писательница. Лидия Борисовна Яворская (1871-1921) - урождённая Гюббенет; жена князя В.В. Барятинского в 1896-1916 гг.; актриса. Эдмон Ростан (1868-1918) - французский поэт и драматург; полное имя Edmond Eugène Alexis Rostand; член Французской академии 1901. Наполеон II (1811-1832) - Наполеон Франсуа Жозеф Шарль Бонапарт, король Римский, он же Франц, герцог Райхштадтский; сын и наследник Наполеона I. Сара Бернар (1844-1923) - французская актриса; урождённая Генриетта Розина Бернар. Куплетист Сарматов Одним из любимцев одесской публики был С.Ф. Сарматов, куплетист и конферансье. Если в разговоре заходила речь о Сарматове, то кто-нибудь из одесситов обязательно многозначительно говорил о нём: "Брат известного профессора харьковского университета Опенховского, первого специалиста по внематочной беременности!" Одесса... Сарматов часто появлялся на сцене в лохмотьях уличного бродяги и пропойцы, представляясь "бывшим студентом Санкт-Петербургского политехнического института, высланного на юг России, подобно Овидию Назону, за разные метаморфозы и прочие художества". Станислав Францевич “Сарматов” Опенховский (1873—1938) - эстрадный артист и литератор. Фёдор Мечиславович Опенховский (1856-1914) - польский врач, профессор Харьковского университета. На работе лучше Известный одесский адвокат Герман Фаддеевич Блюменфельд был очень добрым и добродушным человеком, хотя по работе нацеплял на себя маску буки и ворчуна. Но стоило ему дома сесть за письменный стол, чтобы приняться за срочную работу, как... Впрочем, дадим слово Блюменфельду, который с отчаянием рассказывал: "Вот вы сами видите, какой скэтинг-ринг устраивают на моей лысине кошки, дети, и все друзья и подруги этих миленьких детей, которые тоже приводят кошек, и ещё спрашивают, негодяи:"Мы вам не помешали?"!" Когда праздновался 25-летний юбилей адвокатской деятельности Блюменфельда, (старший) председатель Судебной палаты О.Я. Пергамент в поздравительной речи выразил надежду, что юбиляр будет "ещё в течение долгих и долгих лет являть пример всё того же высокого и неизменного служения праву, и чувствовать себя в Суде как дома..." Тут Блюменфельд не выдержал и прервал оратора: "Пожелайте мне лучше, Ваше Превосходительство, чувствовать себя дома, как в Суде". Герман Фаддеевич Блюменфельд (1861-1920) - правовед, присяжный поверенный. Осип Яковлевич Пергамент (1868-1909) - юрист, писатель, общественный деятель. Оценка Брюсова В то время, когда поклонение Брюсову носило массовый характер, когда он купался в лучах славы и всеобщего поклонения, Ю.И. Айхенвальд публично заявил о кумире публики: "Не талант, а преодоление бездарности!" Валерий Яковлевич Брюсов (1873-1924) - поэт, драматург, переводчик, прозаик. Юлий Исаевич Айхенвальд (1872-1928) - литературный критик. Салон Б.М. Рунт Бронислава Матвеевна Рунт была сестрой Жанны Матвеевны, жены Брюсова. В её квартире в Дегтярном переулке регулярно проходили закрытые собрания литературных знаменитостей того времени. Вот некоторые из посетителей этого салона, описанные Шполянским. "В длиннополом студенческом мундире, с черной подстриженной на затылке копной густых, тонких, как будто смазанных лампадным маслом волос, с желтым, без единой кровинки, лицом, с холодным нарочито равнодушным взглядом умных тёмных глаз, прямой, неправдоподобно-худой, входил талантливый, только что начинавший пользоваться известностью Владислав Фелицианович Ходасевич. Неизвестно почему, но всем как-то становилось не по себе". Бунин неодобрительно относился к нему: "Муравьиный спирт. К чему ни прикоснётся, всё выедает". Даже Маяковский в его присутствии слегка прищуривал свои озорные глаза. Вот появлялся Вадим Шершеневич, глава московских имажинистов, "со ртом до ушей, каплоухий и напудренный". Бронислава Матвеевна Рунт (1885-1983) - в замужестве Погорелова; переводчица, журналистка; хозяйка салона. Жанна (Иоанна) Матвеевна Рунт (1876-1965) - жена В. Брюсова с 1897; редактор, переводчица, мемуаристка. Аминодав Пейсахович Шполянский (1888-1957) - адвокат, поэт, прозаик, мемуарист; псевдоним “Дон-Аминадо”. Владислав Фелицианович Ходасевич (1886-1939) - поэт, переводчик, критик, мемуарист. Иван Алексеевич Бунин (1870-1953) - писатель, поэт и переводчик; NP по литературе 1933. Вадим Габриэлевич Шершеневич (1893-1942) - поэт и переводчик. Патриотизм Маяковского Когда началась Великая война (1914), Владимир Маяковский оказался среди неистовых патриотов. Вот он взбирается на памятник Скобелеву, что стоял напротив дома генерал-губернатора, и истошно кричит: "Теперь война не та! Теперь она наша! И я требую клятвы в верности! Требую от всех и сам её даю! Даю и говорю - шёлковым бельем венских кокоток вытереть кровь на наших саблях! Уррра! Уррра! Уррра!" Скобелев (1843-1882) - генерал-адъютант 1878; генерал от инфантерии 1881; орден святого Георгия 2-й степени 1881. Лекция Дорошевича в 1918 году В январе 1918 года в Москве известный фельетонист Влас Дорошевич прочитал публичную лекцию на вполне благонамеренную и одобренную большевиками тему: "Великая Французская Революция в воспоминаниях участников и современников". Лекция состоялась в помещении цирка братьев Никитиных, что на большой Садовой, 18. Помещение цирка, разумеется, не отапливалось, но несмотря на сильный мороз зал был набит битком. Люди сидели или молча стояли, тесно прижавшись друг к другу, дрожа от холода и переступая с ноги на ногу. Дорошевича встретили бурными аплодисментами, но никаких криков, никаких приветственных слов не было. ЧК уже приучило всех к революционному порядку, и люди просто боялись оказаться на Лубянке. Дон-Аминадо был одним из слушателей этой уникальной лекции и позднее описал свои впечатления: "Он был в шубе, в высокой меховой шапке, чуть сутулый и сам высокий, уже смертельно-жёлтый и обречённый, в неизменном своём с широким чёрным шнуром пенсне, которое он то снимал, то снова водружал на свой большой мясистый нос. Он читал, то и дело отрываясь от написанного, по длинным, узким, на редакционный манер нарезанным листкам бумаги, читал ровным, чётким, ясным, порой глуховатым, порой металлическим, но всегда приятным для слуха низким голосом, без аффектации, без подчёркивания, без актёрства. Читал он, или вернее говорил, о событиях и вещах страшных, жутких, безнадёжных, полных острого, вещего, каждодневного смысла. За одни упоминания о подобных вещах и событиях в Москве, в январе 18-го года, у любых дверей вырастали латыши и китайцы преторианской гвардии. И путь был для всех один: на Лубянку. Все это понимали, чувствовали, ни с кем не переглядываясь, друг друга видели, лектор толпу, толпа лектора, и так в течение полутора или двух часов этого незабываемого вечера". Власий Михайлович Дорошевич (1865—1922) — русский журналист, театральный критик, публицист и фельетонист. На Кавказе В Париже Дон-Аминадо получил от Ветлугина письмо с описанием его жизни в период Гражданской войны и немного после. В 1920 году Ветлугин побывал в независимых республиках Кавказа. Вот лишь некоторые из его наблюдений: "У грузин жилось хорошо, все они стали настоящими иностранцами, вывесили грузинские вывески на вокзалах и магазинах, и в заседаниях своего Учредительного Собрания говорили только... по-русски. Впрочем, произошли и другие коренные реформы, - шашлык стал называться кибаб, чурек - леван, керенки - боны, че-ка - особый отряд". Это - Грузия, а вот Азербайджан: "В Баку били фонтаны, татары армян, большевики - муссоват (партия, а не кушанье), и кандидат прав Петербургского университета Гайдар Баммат доказывал изумленным итальянцам прелести вековой Дагестанской культуры". Владимир Ильич Рындзюн "А.Ветлугин" (1897-1953) - писатель, публицист, журналист. Гайдар Баммат (1889-1965) - Гайдар Нажмутдинович Бамматов; кавказский и афганский политический деятель.

Когда речь заходит о блокадном Ленинграде, очень много рассказывается о «Дороге жизни», но почти никогда не упоминается роль буеристов. А ведь именно они первыми привезли продовольствие в осажденный город. Буер - это кабина или платформа, установленная на коньках и передвигающаяся по льду с помощью паруса. В Петербург подобную конструкцию привез еще Петр Великий, а в первой половине XX века буерный спорт пользовался популярностью у моряков Балтфлота. В начале зимы 1941 года было сформировано два буерных отряда по 100 человек в каждом. Эти ребята выполняли функцию разведки, патрулирования и транспортную. На решетчатой платформе можно было разместить до 600 кг муки. При хорошем ветре один буерист успевал сделать за день от четырех до шести рейсов, то есть привести примерно три с половиной тонны муки, а это семь тысяч буханок хлеба и двадцать восемь тысяч накормленных по блокадным нормам людей. Кроме того буеристы вывозили из блокадного Ленинграда истощенных женщин и детей. 35 км по дороге жизни преодолевались всего за 20 минут, когда люди оказывались на другом берегу, они не верили что все позади, они думали, что их хотят бросить посреди озера. Но их вели в дом, где было тепло и ждал хлеб. Выкрашенные в белый цвет и с белым парусом буера обеспечивали неплохую маскировку, а высокая скорость не позволяла открыть сколько-нибудь прицельный огонь. В таких эвакуационных рейсах за всю войну не был подбит ни один буер. Такая вот маленькая победа на отдельно взятом участке фронта.