Yorik

Позолоченный серебряный кувшин с изображением танцующей женщины под аркой (женское божество, связанное с культом плодородия?). Иран или Центральная Азия, VI-VII вв. Из коллекции "сасанидского серебра" Музея Метрополитен (Нью-Йорк)

Потемкин и Фонвизин Денис Иванович Фонвизин служил в министерстве иностранных дел, а литературным трудом занимался из любви к искусству. Самым знаменитым его произведением является комедия "Недоросль". Успех пьесы уже на первом представлении был так велик, что публика забросала сцену кошельками с деньгами (так тогда было принято выражать свое одобрение). Князь Потемкин, забыв о своей ссоре с Фонвизиным, расцеловал его и произнес фразу, начало которой часто употребляется в обычной жизни, но ее происхождение, как правило, неизвестно: "Умри теперь, Денис, или хоть больше ничего не пиши! Имя твое бессмертно будет по одной этой пьесе". Лев Толстой и Орленев Один из посетителей Ясной Поляны сказал однажды Л.Н.Толстому, что в следующий раз он приедет к нему в гости со знаменитым актером Орленевым, который замечательно читает стихи. Толстой возразил: "Вы ведь знаете, что я не люблю стихов". Гость радостно воскликнул: "В том-то и дело! Орленев так читает стихи, что вы даже и не скажете, что это стихи". Библиотека Горького Известно, что у Алексея Максимовича Горького была богатейшая библиотека. Некоторые редкие издания были в ней представлены в нескольких экземплярах. Однако еще в начале двадцатых годов в этой библиотеке не было ни одного тома произведений Карла Маркса, которого Горький называл "Карлушкой". О популярности "Незнакомки" Популярность Блока, особенно после выхода в свет его "Незнакомки", была просто ошеломляющей. Практически все студенты в Петербурге и гимназисты старших классов знали наизусть множество его стихотворений, но "Незнакомку" - обязательно. В отдельных кабинетах на диванах сидели небольшие компании, пили вино и читали стихи Блока. Казалось, что везде в городе встречаются сплошные Незнакомки. Художник Юрий Анненков так в примерах описывал это время. "Девочка" Ванда, прогуливаясь у ресторана "Квисисана", шептала юным прохожим: "Я уесь Незнакоумка. Хотите ознакоумиться?" "Девочка" Мурка из "Яра", что на Большом Проспекте, клянчила: "Карандашик, угостите Незнакомочку. Я прозябла". Две девочки от одной хозяйки с Подъяческой улицы, Сонька и Лайка, одевались как сестры и блуждали по Невскому проспекту, прицепив к своим шляпам черные страусовые перья. "Мы пара незнакомок, - улыбались они, - можете получить электрический сон наяву. Жалеть не станете". А в ресторанах чтение стихов Блока продолжалось до самого утра. О "Ревизоре" Гоголя Через 20 лет после смерти Гоголя и 36 лет после первого представления "Ревизора" министр внутренних дел России потребовал прекратить спектакли на том основании, что эта пьеса производит "слишком сильное впечатление на публику и, притом, не то, какое желательно начальству". Запретить пьесу Гоголя при реакционном царском режиме все же не удалось. Леонид Пастернак и Лев Толстой Когда художник Леонид Пастернак делал наброски к портрету Льва Толстого, он попросил, позировавшего ему писателя: "Старайтесь, пожалуйста, Лев Николаевич, о чем-нибудь интенсивно думать". На что Толстой ответил с недоумением: "Да я всю жизнь только этим и занимаюсь".

Петр I и караульные Зимой на Неве ставились рогатки, чтобы после наступления темноты не пропускать никого ни в город, ни из города. Однажды император Петр I решил сам проверить караулы. Подъехал он к одному часовому, прикинулся подгулявшим купцом и попросил пропустить его, предлагая за пропуск деньги. Часовой отказывался пропускать его, хотя Петр дошел уже до 10 рублей, суммы по тем временам очень значительной. Часовой же, видя такое упорство, пригрозил, что будет вынужден застрелить его. Петр уехал и направился к другому часовому. Тот же пропустил Петра за 2 рубля. На следующий день был объявлен приказ по полку: продажного часового повесить, а полученные им рубли просверлить и подвесить ему на шею. Добросовестного же часового произвести в капралы и пожаловать его десятью рублями. Петр Великий и Татищев Денщик Петра Великого Афанасий Татищев как-то очень сильно прогневил императора тем, что не выполнил какой-то его приказ. Петр велел его бить батогами перед окнами дворца. Однако, будучи сильно занят делами, сам за экзекуцией не наблюдал. Татищев этим воспользовался и подставил вместо себя под батоги ни в чем неповинного писаря Замятина. Поняв затем, что он сделал что-то не так, Татищев побежал к императрице Екатерине, рассказал ей о своей проделке и попросил о помощи. Екатерина благоволила к Татищеву. За обедом, воспользовавшись хорошим настроением императора, она выпросила прощение Татищеву, рассказав затем о его проделке. Тут и Татищев явился и, валяясь в ногах у Петра, выпрашивал себе прощение. Петр был очень сердит этим, но раз уж он пообещал простить Татищева, то делать нечего. Послали за Замятиным, который подтвердил всю историю. Петр сказал, что раз уж поколотили, то делать нечего, надо винить Татищева, но обещал в будущем зачесть это битье Замятину. И действительно, через некоторое время Замятин сильно проворовался и должен был быть серьезно наказан. Однако Петр простил его, заявив, что хотя Замятин и заслуживает казни, но он уже однажды понес наказание не имея вины, и Петр теперь нынешнее наказание заменяет на прошлое. Петр Великий и адмиралтейская коллегия Про Петра Великого известно, что он служил и в армии, и на флоте. Везде он начинал с самых низких званий, и на флоте он дослужился до звания контр-адмирала. Как-то раз на флоте освободилось место вице-адмирала. Контр-адмирал Петр Алексеевич подал в адмиралтейскую коллегию прошение с просьбой назначить его на освободившееся место, при этом он описал свою прежнюю службу на флоте. Коллегия внимательно изучила это дело и рассмотрела дела всех претендентов. На свободную должность был рекомендован другой контр-адмирал, у которого был больше стаж морской службы и более морских заслуг. Петр Великий на такое решение адмиралтейской коллегии реагировал следующим образом: "Члены коллегии судили справедливо и поступили, как должно. Если бы они были так подлы, что из искательства предпочли бы меня моему товарищу, то не остались бы без наказания". Петр I в Спитхеде Когда царь Петр был в Спитхеде, гавани Портсмута, он пожелал посмотреть, что такое килевание, которому подвергают провинившихся матросов в английском флоте. Однако в порту не нашлось никого, кто заслуживал бы подобного наказания. Тогда Петр предложил взять кого-нибудь из его людей. Ему возразили: "Государь! Ваши люди находятся в Англии - следовательно, под защитой закона". Петр Великий и Балакирев Однажды Петр Великий спросил у любимого шута Балакирева, что в народе говорят про Петербург. Балакирев вздохнул и ответил: "Батюшка, царь-государь! С одной стороны море, с другой - горе, с третьей - мох, с четвертой - ох!" Петр I и пленные шведы После Полтавской битвы Петр I как-то пригласил пленных шведских офицеров (вероятно, старших офицеров) к своему столу. Среди многочисленных тостов Петр I провозгласил следующий: "Пью за здоровье моих учителей в военном искусстве!" Шведский фельдмаршал Рейншильд спросил, кого император имеет в виду. Петр I отвечал, что он имел в виду шведов, в том числе и присутствующих здесь. Рейншильд на это заметил: "Ваше императорское высочество! Вы очень неблагодарны, раз так дурно поступаете со своими учителями". Петру I так понравился ответ Рейншильда, что он велел тотчас же вернуть ему шпагу.

Джон фон Нейман. Анекдоты и факты из биографии Сегодня я хочу рассказать вам, уважаемые читатели, несколько историй из жизни замечательного ученого, широко известного узкому кругу физиков, математиков и программистов, Джона фон Неймана. Материалы для этого выпуска мне были любезно предоставлены господином Марком Перельманом, профессором Еврейского университета в Иерусалиме, одним из авторов большой статьи о Неймане "Самый быстрый ум эпохи" (вторым автором является господин Мирон Амусья), которая в скором времени должна появиться на сайте berkovich-zametki.com в интернет-журнале "Заметки по истории еврейского народа". Янош фон Нейман родился 3 декабря 1903 года в Будапеште в богатой еврейской семье. Позднее в Германии его звали Иоганном, а в США он стал Джоном, Джоном фон Нейман, и под этим именем и вошел в историю мировой науки. Он прожил довольно короткую, но яркую и насыщенную жизнь, совершил множество открытий в самых различных областях науки и умер от рака в больнице 8 февраля 1957 года. Ему было только 53 года. Нейман обладал почти абсолютной памятью, так что мог через много лет пересказывать страницы некогда прочитанных книг, тут же переводя текст на английский или немецкий языки, а с небольшими задержками и на французский или итальянский. Когда Нейман выступал у доски, то он очень быстро покрывал всю ее поверхность различными формулами, а затем очень быстро все стирал, так что не все успевали понять ход его рассуждений. Однажды один из его коллег, наблюдая за манипуляциями Неймана у доски, пошутил: "Все понятно, это доказательство методом стирания с доски". Еще в 1928 году Нейман написал статью "К теории стратегических игр". В ней он доказал знаменитую теорему о минимаксе, которая послужила одной из основ созданной позднее теории игр. Эта статья получилась в результате исследования игры в покер двух партнеров и обсуждения оптимальной стратегии для каждого из игроков. Однако эта работа мало помогла самому Нейману при игре в покер. Так в 1944 году в Лос-Аламосе он проиграл 10 долларов Н. Метрополису сразу же после того, как разъяснил ему эту теорию. Получив выигрыш, Метрополис купил за 5 долларов книгу Неймана и Моргенштерна "Теория игр и экономическое поведение", наклеил на нее другие 5 долларов и заставил автора расписаться об истории этого проигрыша на книге. В 1936 году С. Улам спросил у Неймана, как он смотрит на положение в Европе и оценивает роль Франции. Нейман пророчески ответил: "Что вы, Франция не будет иметь никакого значения!" Рассказывают, что во время работ над созданием водородной бомбы фон Нейман и С. Улам разработали метод независимых статистических испытаний, известный теперь, как метод Монте-Карло. Одной из главных сложностей при разработке этого метода было отсутствие в то время генераторов случайных чисел. Тогда Нейман предложил использовать для выработки последовательностей случайных чисел одну из рулеток в казино Монте-Карло, где были лучшие рулетки, а следовательно, и вырабатывались лучшие последовательности случайных чисел. Военное ведомство согласилось на аренду одного из таких устройств, Улам и Нейман вдоволь наигрались за государственный счет в рулетку, а свой метод в память об этом они назвали методом Монте-Карло. Когда Нейман предложил Уламу участвовать в атомном проекте, тот несколько засомневался и сказал, что он ничего не понимает в технике, что он даже не знает, как работает бачок унитаза, хотя и не сомневается, что там происходят какие-то гидродинамические процессы. Нейман рассмеялся и сказал, что он тоже этого не знает. Нейман не мог себе представить, что математика кому-то может казаться сложной: "Если люди не полагают, что математика проста, то только потому, что они не понимают, как на самом деле сложна жизнь". Обсуждая сложную проблему выработки случайных чисел, Нейман говорил: "Человек, рассматривающий арифметические методы создания случайных чисел, пребвает, конечно, в греховном состоянии". Про Неймана писали, что он мог лечь спать с нерешенной проблемой, а в три часа ночи проснуться с готовым ответом. После чего он шел к телефону и звонил своим сотрудникам. Поэтому одним из требований Неймана к своим сотрудникам была готовность быть разбуженным среди ночи. Нейман слыл непревзойденным знатоком и рассказчиком анекдотов и часто вставлял их даже в самые серьезные и ответственные выступления. Во время поездки в автомобиле Нейман мог за рулем так увлечься решением какой-нибудь проблемы, что терял ориентацию в пространстве и нуждался в уточнениях. Его жена рассказывала, что он мог позвонить и спросить, например, следующее: "Я доехал до Нью-Брансуика, видимо, еду в Нью-Йорк, но забыл, куда и зачем". В театры Нейман не ходил, а в кино с женой засыпал сразу же после киножурнала, с первыми кадрами фильма. Когда та с упреком будила его перед окончанием фильма, он в свое оправдание придумывал такие сюжеты картин, которые часто были увлекательнее увиденных, но не имели с ними ничего общего. Следует заметить, что Нейман с детства привык к обеспеченной жизни, и поэтому любил повторять слова одного из своих дядюшек: "Недостаточно быть богатым, надо еще иметь деньги в Швейцарии". Известно, что Нейман был трудоголиком, он начинал работать еще до завтрака. Часто во время званых вечеров он мог покинуть гостей на некоторое время, чтобы записать пришедшие в голову мысли. Теллер как-то в шутку сказал о Неймане, что тот является одним из немногих математиков, способных снизойти до уровня физика. Свою энергичность и работоспособность Нейман объяснял так: "Только человек, родившийся в Будапеште, может, войдя во вращающиеся двери после вас, выйти из них первым". Однажды во время работы над атомным проектом в Лос-Аламосе потребовалось произвести какой-то очень сложный расчет. За дело взялись Энрико Ферми, Ричард Фейнман и Джон фон Нейман. Ферми взял свою любимую логарифмическую линейку, карандаш и кучу листов бумаги. Фейнман обложился различными справочниками, включил электрический калькулятор (самый быстрый из существовавших в то время) и углубился в расчеты. Нейман считал в уме. Результаты, которые практически совпали, они получили одновременно. Знаменитый венгерский математик Л. Фейер (1880-1959) назвал Неймана "самым знаменитым Яношем за всю историю страны". Известный математик Станислав Улам писал о Неймане: "У него не было социальных предрассудков, и он никогда не скрывал своего еврейского происхождения (несмотря на то, что в детстве его крестили по христианскому обряду). Он испытывал сильную гордость за рождение государства Израиль в 1948 году, и радовался победам евреев над соседними арабскими странами, демонстрируя национализм, который вряд ли был уместен... Общаясь с кем-то вроде меня, он часто "приправлял" беседу еврейскими словечками или шутками". В последние годы жизни Джон фон Нейман часто повторял, что когда он выйдет на пенсию, то откроет в Принстоне кафе, где не будет никаких музыкальных автоматов, где за чашечкой хорошего кофе можно будет спокойно беседовать и рассказывать анекдоты. Настоящие остроумные анекдоты, а не вычитанные из бульварных газет. Так, говорил он, удастся привить американцам настоящий европейский, точнее, венский, стиль жизни. Этой мечте не суждено было сбыться. В заключение хочу еще сказать, что Янош (или Янкши) фон Нейман учился в лютеранской гимназии Будапешта, из стен которой вышли, помимо него самого, такие выдающиеся ученые, как Дьёрдь Хевеши (1885-1966, Нобелевская премия по химии 1943), создатель голографии Деннис Габор (1900-1979, Нобелевская премия 1971), ближайший друг фон Неймана Юджин Вигнер (1902-1995, Нобелевская премия 1963), Лео Сцилард (1898-1964, премия Эйнштейна 1959), "отец" американской водородной бомбы Эдвард Теллер (1908-2003). Психологи и историки науки до сих пор теряются в догадках о причинах такой вспышки гениальности в одном месте.

Нет, просто это один из самых многочисленных сюжетов у них. По крайней мере ребята в тех регионах достаточно часто поднимают, изредка попадаются в Крыму.

Антропоморфы кобанской культуры, т.ч. 13-4 вв. до н.э. Подлиность по фото сложно определить. Патина в тех местах своеобразная, а еще по рукам могли долго ходить...