Yorik

Советы Конфуция Конфуций советовал: "В царство, где неспокойно, не входите. В царстве, охваченном смутой, не живите. Когда в Поднебесной порядок, будьте на виду. Если нет порядка, скройтесь". В качестве примера Конфуций приводил мудреца по имени Цюй Бою, жившего в период “Вёсны и Осени” (примерно 722-479 гг. до Р.Х.) в царстве Вэй. О нём Конфуций сказал: "Когда в царстве был порядок, находился на службе, когда в царстве не стало порядка, скрылся и хранил в себе возвышенные помыслы". На горах и в водах Во времена императора Шунь-ди (115-144, на престоле с 125) правителем Инчуани был некий Чжу Лун. Во время одного из пиров этот правитель спросил у начальника хозяйственного ведомства: "Я слышал, что в вашей драгоценной области горы и воды рождают много выдающихся ши. Нельзя ли услышать о достойных и мудрых былых времен?" Его собеседник ответил: "Наша захудалая область проникнута высшей духовностью. Чжуншань [территория бывшего царства] вбирает в себя тончайший субстрат Срединного пика [гора Чжунъюэ], поэтому совершенномудрые в ней скапливаются, как драконы, великие герои собираются, как фениксы". Отшельник Сюй Ю Легендарный император Яо (2353-2234 гг. до Р.Х.) долго искал достойного человека, чтобы передать ему правление страной. Наконец он услышал про достойнейшего человека по имени Сюй Ю и проделал долгий путь для встречи с ним. После долгих бесед император Яо убедился в высоких нравственных качествах мудреца и почтительно попросил его принять верховную власть. Сюй Ю вежливо, но твёрдо отказался от этой чести, хотя император делал такие попытки несколько раз. В конце концов, Сюй Ю исчез и стал жить отшельником в местности, где его никто не мог отыскать. Объявился Сюй Ю уже в весьма преклонном возрасте, когда страной правил император Шунь, получивший трон из рук престарелого императора Яо. Шунь случайно встретил старика в поле, где тот споткнулся о камень, помог ему и вскоре узнал его имя. После этого император Шунь почтительно попросил мудреца стать его учителем, и Сюй Ю дал на это своё согласие. Мудрец Ду Ань С другой стороны идеалом мудреца служил Ду Ань (II век н.э.), о котором писали: "Прославился познаниями в канонах, блестяще служил при дворе, в его неутомимой деятельности выразилась его внутренняя чистота. Он умалял себя, поддерживал общее, смотрел на славу как на пыль, на богатство и знатность – как тяжкую обузу, жил в соломенной хижине за плетёными воротами". Братья-отшельники Шу-ци и Бо-и Конфуций неоднократно с одобрением говорил о братьях-отшельниках Шу-ци и Бо-и: "Бо-и [и] Шу-ци не помнили зла и роптали редко. Они стремились к человеколюбию и обрели его – чего им было роптать?" Бо-и и Шу-ци были сыновьями правителя княжества Чжоу (или Гучжу?), а после смерти отца добровольно отказались от верховной власти. Когда же князем стал их воинственный брат У-ван, они не одобрили его жестокие методы правления и в знак протеста удалились на гору Шоуян, где и умерли с голоду. Китайский историк Сыма Цянь (145-86 гг. до Р.Х.) придерживался несколько иного взгляда на историю братьев-отшельников: "Бо-и [и] Шу-ци устыдились совершённого [чжоусцами] и из чувства долга и справедливости не стали есть чжоуский хлеб. Укрывшись на горе Шоуян, они собирали дикие травы и тем питались. Уже едва живые от голода, они сложили такую песню:"Мы укрылись в Западных горах И кормимся дикими травами. Одно насилие сменилось другим, Но не понимают [люди], что это неверный путь. Шэнь-нун, Юй и [правители] Ся Давно исчезли без следа. Кому же нам теперь следовать?" Так они умерли от голода на горе Шоуян. Какой же из этого сделать вывод – роптали они или нет?" Шень-нун (он же Яньди и Яован) – мифический герой, один из Трёх великих императоров. Юй – имеется в виду Юй Великий, один из мифических государей древности; считается основателем династии Ся (2205-1766 гг. до Р.Х.) Пришлось заболеть Во времена правления уже упоминавшегося императора Шунь-ди учёный Фань Ин два раза оставлял без внимания просьбы повелителя явиться к нему во дворец. Тогда император издал указ, в котором обвинял местные власти в неучтивом обращении с Фань Ином. Только после этого учёный почувствовал опасность и отправился в путь, но прикинулся больным, так что к трону императора его пришлось подносить на носилках. Любовь к отшельникам Китайский историк Фань Е (398—445) идеализировал первого правителя династии Поздняя Хань – Гуана У-ди (5 г. до Р.Х. – 57, правил с 25), - и обосновывал своё мнение, описывая отношение императора к отшельникам и другим достойным людям. В свой “Истории Поздней Хань” Фань Е писал, что Гуан У-ди "оставлял подле себя свободное место для отшельников, показывая, что ищет их и не может настичь; посылал лучшие ткани и почётные экипажи для привлечения [отшельников] на службу, приказывал разыскивать их среди горных круч". Именно поэтому, продолжает Фань Е, тогда "во всех пределах царил порядок; человечность лелеяли и целеустремлённые мужи, и Гуан У-ди". После смерти этого добродетельного императора, по словам Фань Е, "императорская добродетель иссякла, негодяи и мошенники встали у власти, и мужи в глуши, соблюдая праведный путь, стыдились занимать должности гунов и цинов". Уединённый Чжоу Се Знаменитый учёный Чжоу Се не пошёл на государственную службу даже после персонального приглашения от шестого императора династии Восточная Хань Ань-ди (Сяоань-ди, личное имя Лу Ху, 94-125, правил со 106). Чжоу Се жил очень скромно и уединённо, сам вспахивал своё поле и питался только плодами своих трудов. Учёный держал родственников и соседей на почтительном расстоянии, так что тем "редко удавалось видеть его".

Анекдоты о русском театре. Комик В.И. Живокини Василий Игнатьевич Живокини (1805-1874) уже появлялся на страницах “Анекдотов” не далее как в предыдущем выпуске. Однако этому талантливому и популярному комику XIX века я решил посвятить отдельный выпуск. Вид комика О том, какое впечатление производил Живокини на публику, хорошо говорят воспоминания одного из современников об игре нашего героя в роли Льва Гурыча Синичкина в одноимённом водевиле: «Идёт репетиция. На сцене никого нет. Из правой кулисы в туфлях и халате появляется Лев Гурыч — Живокини. Он не успел ещё ничего сказать, как взрыв смеха, смеха неудержимого, до колик в животе! Весь театр, буквально весь, точно с ума сошел — битых пять минут хохочет, хохочет, да и всё тут. На что? Да вы взгляните только на эту удивительную, невероятную фигуру Льва Гурыча — и вы поймёте этот смех. Не смеяться? Да разве это возможно, мыслимо?» В том же “Синичкине” Живокини произносил фразу: «Я сам тридцать лет королей играл». При этом он принимал очень комическую позу, пародируя плохих актёров, которые исполняли роли королей в различных трагедиях. Одна эта поза заставляла весь театр хохотать до упаду. Живая афиша Однажды Живокини возвращался из Самары в Москву и остановился в Казани, где антрепренёр местного театра уговорил его сыграть в нескольких спектаклях. Об условиях выступления Живокини они быстро договорились: было решено начать гастроли с завтрашнего дня, но напечатать афиши не успевали, и антрепренёр ужасно нервничал из-за отсутствия рекламы. Следует сказать, что переговоры велись за кулисами Казанского театра, где Живокини стоял в енотовой шубе и в зимней обуви. Актёр только крякнул на трудности антрепренёра и со словами: «Афиша! Эх, головастик!» - прямо в таком виде и вышел на сцену во время представления какого-то водевиля. Декорации изображали высокие горы, по которым гуляли нарядные крестьяне. Проходя через всю сцену, Живокини громогласно вещал: «Кажется, я не туда попал. Извините, ради Бога! Из-ви-ни-те! И куда только меня занесло?!» Зрительный зал расхохотался, раздались аплодисменты, а Василий Игнатьевич за кулисами сказал антрепренёру: «Вот тебе и афиша!» Не уходите! На сцене Живокини отличался от других актёров свободой поведения. Он мог запросто во время спектакля импровизированно обратиться ко всему залу или к отдельному человеку. В водевиле Фёдорова “Аз и Ферт” Живокини играл роль Мордашева, который стремился выдать свою дочь замуж за человека, чьё имя и фамилия должны были соответствовать определённым инициалам. Когда Мордашев-Живокини начал свой пространный монолог, один из зрителей, офицер, встал и направился к выходу. Живокини прервал свой монолог и обратился к офицеру: «Не уходите! Пожалуйста, не уходите! Останьтесь досмотреть! Вы ведь не знаете, в чём дело, почему всё это так случилось, а я вам расскажу...» Зал расхохотался, а смущённый офицер вернулся на своё место. Павел Степанович Фёдоров (1803-1879) – русский драматург, в основном, переводил и переделывал для русской сцены французские водевили. На свадьбу Переводной водевиль “Подставной жених” игрался непосредственно перед “Свадьбой Кречинского”, которая давала Малому театру полные сборы. В конце спектакля отец-Живокини по замыслу автора предлагает дочери пригласить всю публику на свою свадьбу: «Иди, иди! Проси к себе на бракосочетание». Дочь смущается и скромно лепечет: «Ах, папинька!..» Тогда отец берёт дело в свои руки: «Ну, тогда я за тебя попрошу». После этих слов Живокини выходит к рампе и обращается к залу: «Моя дочь выходит замуж! Через неделю состоится свадьба! Удостойте чести молодых — пожалуйте на её свадьбу... Что-с? Вы не можете? Вам не угодно?» Смущённая невеста пытается что-то промямлить, но Живокини уже не удержать: «На твоей свадьбе побывать не хотят, а вот на “Свадьбу Кречинского”, посмотри-ка, так и лезут, мест не хватает!» Находчивость В комедии Мольера “Школа жён” Живокини играл роль слуги Алена. На одном представлении Арнольф так неудачно сбил с головы Алена шляпу, что наземь полетел и его парик. Живокини поднял шляпу вместе с париком, произнеся лишь: «Виноват, опростоволосился!» Вот это пауза В водевиле П.И. Григорьева “Комедия с дядюшкой” Живокини играл этого самого дядюшку. Однажды после своего монолога он ожидал выхода актрисы Е.В. Бороздиной, которая играла жену его племянника. Но Бороздина ещё не успела переодеться к выходу, и режиссёр спектакля из-за кулис прошептал: «Продлите сцену. Бороздина ещё не готова». Живокини уселся на диван и начал рассказывать о своих дорожных впечатлениях. Публика долго хохотала над его рассказами, но спектакль надо было продолжать, и Живокини с тоской произнёс: «Фу, какая скука! Хоть бы кто-нибудь пришёл». Тут, наконец, из-за кулис появилась Бороздина, и спектакль потёк дальше. Пётр Иванович Григорьев (1806-1871) – русский актёр и автор водевилей. Евгения Васильевна Бороздина (1830-1869) – русская драматическая и оперная актриса. Играй, пастух! Но не всегда Живокини шутил так беззлобно, иногда он выступал и против господ. В пьесе “Дезертир”, поставленной по сюжету одноимённой французской комической оперы (автор либретто Мишель-Жан Седен, 1719-1797), Живокини выходил на сцену со свирелью в руках и одетый пастухом. Дезертир просит его сыграть песню из своих родных краёв, и пастух, указывая на скалы, изображённые на заднике, говорит: «С радостью!» Но однажды пастух-Живокини указал рукой на богато наряженную публику в первых рядах и сказал: «Уж, если я для скотов играю, так как же не сыграть для брата и друга». Свиньи В другой раз Живокини пригласили выступить на званом благотворительном вечере. Публика собралась самая изысканная, а Живокини внимательно посмотрел на богатые наряды и украшения и громко произнёс: «Свиньи!» Наступила гробовая тишина, и назревал нешуточный скандал. Живокини же, выдержав приличную паузу, добавил: «Рассказ Слепцова». После этого артист начал своё выступление с чтением рассказа. Василий Алексеевич Слепцов (1836-1878) – русский писатель и критик. Главные достоинства Настоящий скандал произошёл, когда в водевиле Скриба “Страсть к должностям” (перевод В.В. Горского) Живокини играл роль сумасшедшего, помешанного на раздаче важных должностей. В сцене с трактирным слугой звучал следующий диалог, в который Живокини вставил свой бриллиант. Сумасшедший: «Ты мне нравишься, я хочу сделать из тебя человека!» Слуга: «Покорно благодарю». Сумасшедший: «Только куда бы тебя определить? Хм... Ты умен?» Слуга: «Никак нет!» Сумасшедший: «Значит глуп! Хм! Но учился чему-нибудь?» Слуга: «Никак нет!» Сумасшедший: «Ничему не учился! Да знаешь ли хоть что-нибудь?» Слуга: «Ничего не знаю!» Сумасшедший: «Хм, хм! Глуп... Ничего не знает, ничему не учился. [Здесь Живокини кладёт руку на голову слуге.] Так я тебя, братец, помещу в Государственный совет». По тексту пьесы Сумасшедший должен был сказать – в совет Антуанского предместья, но Живокини выдал экспромт. Тут же за кулисы ворвался директор театра и, не дожидаясь окончания сцены, заорал на весь зал: «Дайте мне этого преступника, каторжника. Стащите его со сцены. Он не должен служить в Императорском театре. Что ты сказал? Что ты сказал, разбойник?! Через неделю повезут тебя в Петропавловскую крепость». Как-то обошлось, замяли. Огюстен Эжен Скриб (1791-1861) – французский драматург. Барыш от бенефисов Любил Живокини гастролировать в Нижнем Новгороде, так как там его обожала местная публика, а особенно – купечество. С помощью нехитрого трюка Живокини зарабатывал на каждом своём бенефисе по несколько тысяч рублей. Вот как он это делал. За несколько дней до очередного бенефиса Живокини устраивал в ресторане обед, на который приглашал всех именитых купцов города. Он поил их дорогими винами и шампанским, а когда те приходили в благодушное настроение, Живокини начинал продавать им билеты на свой бенефис. Разумеется, никто не отказывался от билетов, и все гости щеголяли друг перед другом своей щедростью. Вот так собирал Живокини по несколько тысяч рублей, а обед обходился ему в пару сотен рублей.

Три битвы Эрнана Кортеса Предыстория Эрнан Кортес – историческая фигура весьма сложной судьбы. С одной стороны, он герой так называемой «чёрной легенды», согласно которой Америку залили кровью индейцев. (За это спасибо автору «Истории Индий» Бартоломе де лас Касасу. Задача его была чисто политической, но об этом далее). С другой – Кортес воспринимается первопроходцем, «первым конкистадором». Оба утверждения не вполне верны. Впрочем, в этом цикле статей мы не станем целенаправленно их опровергать. В какой-то мере, изложенные факты и так станут опровержением, а тема для разговора будет иной. Битвы. Разумеется, Эрнан Кортес участвовал в множестве битв, и, кстати говоря, не только в Новом Свете. Но три из них выделяются особо. Все они, фактически, являются единой цепью событий – и, притом, абсолютно друг на друга не похожи. Но без них Мексика не была бы завоевана. Изгнанный и вернувшийся Первый акт – отступление испанцев и их союзников из Теночтитлана — города-государства ацтеков. Как следует из донесения самого Эрнана Кортеса, в ночь с 30 июня на 1 июля 1520 года погибло 150 испанцев и 2 тысячи союзных им индейцев. Говорят, что из выживших никто не остался без ранений. Эти события называют La Noche Triste, то есть «Ночь Печали», «Печальная Ночь» или «Скорбная Ночь». Для приятного литературного звучания будем использовать последний вариант перевода, хотя обычно применяется первый. Акт второй – битва при Отумбе, состоявшаяся ровно через неделю. И, наконец, финальный акт — осада Теночтитлана, что длилась с 26 мая по 13 августа 1521 года. Она окончилась победой испанцев и разрушением города. На его руинах в наши дни стоит город Мехико. За именами битв скрыты бегство из города, блестящая победа в поле и снова тяжёлая осада того же ацтекской твердыни. Эрнан Кортес вкусил горькое поражение, затем — уверенную победу, и наконец — тяжёлую, но полную, победу. Совершенно разные обстоятельства, разный состав участников и командующих, но разделить эти три события никак невозможно. Далеко не первый Прежде, чем говорить о самих битвах, мы должны ввести вас в курс дела. Иначе наш рассказ станет похож на просмотр исторического телесериала с середины сезона. Поэтому сначала расскажем о том, как Эрнан Кортес вообще оказался в ацтекской столице. История завязалась в 1518 году, когда нашему герою было уже прилично за 30 (точная дата рождения неизвестна), и он уже достаточно долгое время пребывал в Новом Свете. Да, разумеется, Кортес отнюдь не был первым завоевателем Америки. Он некоторое время спокойно проживал на Кубе, уже покоренной и управлявшейся Диего Веласкесом — бывшим соратником Колумба и Кортеса. Первый испанский город на самом континенте — Санта-Мария-ла-Антигуа дель Дарьен, был основан ещё в 1510 году. Более того: основатель этого города, Васко Нуньес де Бальбоа, через пару лет добрался сушей до американского побережья Тихого океана – первым из европейцев. И только через 8 лет после этих событий Эрнан Кортес начал свое завоевание Мексики. Интересно, что за всю свою жизнь Кортес ни разу не командовал отрядом более чем из тысячи испанцев, а его первоначальное «войско» так и вовсе составляло 350 человек. Этого хватало: конкистадоры совершенно не стремились воевать со всеми вокруг, что было вполне разумно. Не только огнем. Не только мечом Кортес и его переводчица / наложница донья Марина встречают Монтесуму с дарами. Изображение из «Истории Тлашкалы» — колониального кодекса второй половины XVI века. Был произведен в 3 экземплярах, один из которых предназначался специально для испанского короля. Однако все они были со временем утеряны, а до наших дней дошла копия, сделанная в 1773 году, по одному из оригиналов. К 1518 году испанцы уже обладали приличным опытом взаимодействия с индейцами. И опыт этот был совсем разным. Так вот, про опыт международных отношений испанцев с индейцами. Где-то сразу завязывались союзнические отношения, где-то испанцы «принуждали к миру», а с некоторыми из индейцев, увы, говорить оказывалось не о чем. Подробное описание опустим, поскольку события 1519 года достойны отдельной серии статей: поворотов сюжета было очень много. Отметим только некоторые важные факты. Во-первых, что бы ни говорила нам «чёрная легенда», сам Кортес относился к вопросу завоевания не то, чтобы гуманно, но, как минимум – разумно. Со многими встреченными индейцами он нашёл общий язык. Например, одной из «военно-полевых жен» Эрнана Кортеса была «донья Марина» – индианка Малинели Тенепатль. А один из самых быстрых союзов Кортес заключил с государством Тлашкала, враждебном империи ацтеков. Во-вторых же, большая часть испанцев, закрепившись на берегу, не особенно желала двигаться вперёд. Основанный ими порт Веракрус в качестве опорного пункта их вполне устраивал, что резко противоречило амбициям Кортеса. Как Эрнан Кортес начал завоевание Мексики К тому же, наш герой имел очень напряжённые отношения с Диего Веласкесом (не тем, который великий художник, а тем, который был губернатором Кубы). На то время он – влиятельнейший человек Нового Света. Очень многие в экспедиции были верны именно Веласкесу, скептически относящемуся к планам Кортеса. Но его это не смущало. Он отправил в Испанию круглую сумму в качестве обязательного налога — «королевской пятины» и занялся своими делами. Причем, свою линию он начал гнуть весьма жёстко. Сперва он подверг различным наказаниям сторонников Веласкеса, затеявших мятеж: история тёмная, но двое точно были казнены. Затем решительно затопил в гавани корабли, отрезав путь к отступлению. И только тогда, оставив небольшой гарнизон в Веракрусе, выдвинулся вглубь империи ацтеков — по-настоящему покорять Мексику. Упомянутый выше союз с тлашкаланцами был заключён именно во время этого похода. Как часто водится, сначала горячие головы решили подраться, а потом быстро помирились. Сведения о таком альянсе очень быстро достигли Теночтитлана, ацтекской столицы, и обеспокоили императора Монтесуму II. Последние полгода ацтеков Однако тот же самый Монтесума лично пригласил испанцев и открыл им ворота Теночтитлана. Это случилось 8 ноября 1519 года. До пресловутой Скорбной Ночи, момента начала настоящей войны, остаётся ещё более полугода. Несмотря на личное приглашение императора ацтеков, ситуация складывалась нервно. Вскоре появились данные о нападениях ацтеков на испанцев. Тем временем, Монтесума воспрепятствовал освящению ацтекского храма, но взамен позволил возвести в Теночтитлане католическую церковь. И пока она строилась, Кортес даже не скрывал от соратников планов захвата власти в городе. А раз знали свои — скоро узнали и чужие. В итоге все стороны не доверяли друг другу. Тем не менее, ацтеки, тлашкаланцы и испанцы стали искать некие пути к сосуществованию. Не забывая и строить планы о том, как друг друга погубить. И после полугода напряжённого, но относительно мирно сосуществования, суждено было грянуть Скорбной Ночи… Фото Carolina B. Eduardo Estéllez Социальная сеть «ВКонтакте» http://www.smithsoni...aztecs-1529607/ http://ludota.ru

Возможно изображение горита. Пронизка могла быть со сбруи или с бус.

Согласен, это поздняя бронза, по региону срубники ;)

Александр Иванович Герцен в последний год своей жизни В этом очерке я не собираюсь смаковать скандальные подробности в жизни Герцена, Огарёва и окружавших их женщин. Об этом и так написано довольно много. Давайте лучше взглянем на Александра Ивановича глазами Петра Дмитриевича Боборыкина, которого никак нельзя отнести ни к революционерам, на даже к революционным демократам. Итак... П.Д. Боборыкин познакомился с Герценом (1812-1870) мельком в 1865 году в Женеве, но сблизился он с Александром Ивановичем только осенью 1869 года в Париже. Герцен уже не помнил об их женевской встрече, так что Боборыкина представил Герцену русский учёный Григорий Николаевич Вырубов (1843-1913) на одном из своих четвергов. От Вырубова Боборыкин узнал, что Герцен хочет с ним познакомиться, так как уже слышал о его фельетонах и письмах, печатавшихся в русской прессе, которые Вырубов очень хвалил. Знакомство с Герценом И вот в очередной вырубовский четверг их знакомство состоялось, но не сразу: "Когда я вошёл в гостиную, Герцен вёл оживлённый разговор с Литтре. Кроме меня, из русских был еще Е.И. Рагозин (впоследствии обычный посетитель герценовских сред) и ещё кто-то из сотрудников “Philosophic positive” — быть может, некий доктор Unimus, практикующий теперь в Монте-Карло". Эмиль Максимильен Поль Литтре (1801-1881) – французский учёный-энциклопедист, издававший журнал “Philosophic positive” совместно с Вырубовым. Евгений Иванович Рагозин (1843-1906) – русский экономист и публицист. Повторюсь: воспоминания Боборыкина о Герцене представляют определённый интерес, так у него не было особых идеологических причин восторгаться личностью давнего эмигранта. Поэтому я позволю себе привести несколько отрывков из воспоминаний Петра Дмитриевича, лишь изредка разбавляя их своими комментариями. Портрет Герцена В своих мемуарах Боборыкин очень скупо описал внешность Герцена: "Внешность Герцена, в особенности его взгляд и общий абрис головы, очень верно передавал известный портрет работы Ге, который я уже видал раньше. Для тогдашнего своего возраста (ему шёл 58-й год) он смотрел ещё моложаво, хотя лицо, по своему окрашиванью и морщинам, не могло уже назваться молодым. Рост пониже среднего, некоторая полнота, без тучности, широкий склад, голова немного откинутая назад, седеющие недлинные волосы (раньше он отпускал их длиннее), бородка. Одет был в чёрное, без всякой особой элегантности, но как русский барин-интеллигент". Николай Николаевич Ге (1831-1894) – русский художник. В другой заметке о Герцене Боборыкин дополнил описание внешности А.И.: "Красивым его лицо нельзя было назвать, но я редко видал более характерную голову с такой своеобразной, живой физиономией, с острыми и блестящими глазами, с очертаниями насмешливого рта, с этим лбом и седеющей шевелюрой. Скульптор Забелло сумел схватить посадку головы и всю фигуру со сложенными на груди руками в статуе, находящейся на кладбище в Ницце, только, как это вышло и на памятнике Пушкина в Москве, Герцен кажется выше ростом. Он был немного ниже среднего роста, не тучной, но плотной фигуры". Пармен Петрович Забелло (1830-1917) – русский скульптор. Московский барин Боборыкин даже любовался старым московским барством Герцена: "Это барство, в лучшем культурном смысле, сейчас же чувствовалось — барство натуры, образования и всей духовной повадки. Тургенев смотрел более барином и был тоже интеллигент высшей марки, но он, для людей нашей генерации и нашей складки, казался более “отцом”, чем Герцен. В А[лександре] И[вановиче] чуялось что-то гораздо ближе к нам, что-то более демократическое и знакомое нам, несмотря на то, что он был на целых 6 лет старше Тургенева и мог быть, например, свободно моим отцом, так как родился в 1812, а я в 1836. Но что особенно, с первой же встречи, было в нем знакомое и родное нам — это то, что в нём так сохранилось дитя Москвы, во всём: в тембре голоса, в интонациях, самом языке, в живости речи, в движениях, в мимической игре". Иван Сергеевич Тургенев (1818-1883) – русский писатель. Герцен и К.Д. Кавелин Вспомнил Боборыкин и о старинном знакомстве Герцена с Кавелиным, находя между ними много общего: "Так, я уже высказывался в том смысле, что для меня большое сходство (хотя и не черт лица, в деталях) между ним и К.Д. Кавелиным, которого я лично зазнал раньше. Оба были типичные москвичи одной и той же эпохи. В особенности в языке, тоне речи и её живости. Они недаром были так долго друзьями и во многом единомышленниками и только под конец разошлись, причем размолвка эта была для Кавелина очень тяжкой, что так симпатично для него проявляется в его письмах, гораздо более тёплых и прямодушных, чем письма к Герцену на такую же тему Тургенева". Константин Дмитриевич Кавелин (1818-1885) – русский учёный. Разговор Герцена с Литтре В центре этого четверга стал научный спор между Герценом и Литтре, и Боборыкин не мог обойти его своим вниманием: "Разговор Герцена с Литтре продлился, кажется, весь вечер, и для меня он точно нарочно был приготовлен, чтобы сейчас же показать, с каким философским миропониманием кончал Герцен свою жизнь: через три месяца его уже не было в живых. Не помню, кто начал это прение (это был не просто разговор, а диалектический турнир), но Герцен гораздо больше нападал, чем защищался". Этот научный диспут произвёл на слушателей тягостное впечатление, так что, опуская подробности, привожу выдержки из Боборыкина: "Мне лично было неприятно, главным образом, то, что А.И. слишком субъективно и, так сказать, “литературно” нанизывал свои возражения, и Литтре, вообще очень неречистый, побивал его без всяких усилий диалектики... мне было неприятно видеть, что А.И., при всей живости его доводов и обобщений, всё-таки уже отзывался в своем философском credo Москвой 40-х годов. То же впечатление этот спор произвел и на Е.И. Рагозина... Кроме того, выходило так, что Литтре не сразу схватывал фразеологию своего собеседника. Герцен бойко вел французский разговор, но думал он при этом не по-французски, а по-русски и целиком переводил фразы своего полугегельянского жаргона, чем и приводил не раз Литтре в недоумение. Но всё-таки от человека получилось сразу нечто очень живое, искреннее и смелое, хотя он как мыслитель, на нашу тогдашнюю оценку, и не стоял уже на высоте строго научного мироразумения и теории познания". Отъезд Герцена во Флоренцию Вскоре после этого четверга Боборыкин вместе с Вырубовым посетили Герцена, с которым тогда жили Наталья Алексеевна Огарёва-Тучкова (1829-1913) и их дочь Лиза [Елизавета (1858-1875)], известная тогда как девица Огарёва. Герцен просил Боборыкина навещать его, но вскоре уехал во Флоренцию, где заболела его дочь Наталья Александровна (Тата, 1844-1936), жившая у брата Александра (1839-1906). Перед отъездом Герцен просил Боборыкина бывать у его “дамы”, причём он не говорил о Наталье Алексеевне, как о своей гражданской жене, а, приглашая, сказал: "Вы спросите госпожу Огарёву". Это было довольно странно, так как “госпожа Огарёва” в 1869 году стала официально носить фамилию Герцен, с которой она жила до своего возвращения в Россию в 1876 году. Их дочка Лиза, кстати, никогда не называла Герцена “papa” или “отец”, и говорила ему “Александр Иванович”; даже в его присутствии она говорила о нём в третьем лице. Боборыкин не воспользовался подобным приглашением и не встречался с Натальей Алексеевной до возвращения Герцена из Флоренции. Продолжение знакомства с Боборыкиным Герцен отсутствовал больше месяца, а когда вернулся, то в тот же день вечером навестил Боборыкина и просидел у него около получаса. Оказалось, что Герцен привёз из Флоренции свою дочь Тату, которая ещё не совсем оправилась от нервного заболевания, и в Париже её должен был лечить сам Шарко, которого Боборыкин впервые и увидел в квартире Герцена. Жан Мартен Шарко (1825-1893) — французский психиатр. Оценка личности Герцена Визит Герцена произвёл на Боборыкина самое благоприятное впечатление: "Я был очень тронут этим неожиданным посещением и тут сразу почувствовал, что я, несмотря на разницу лет и положения, могу быть с А[лександром] И[вановичем] как с человеком совсем близким. И тон его, простой, почти как бы товарищеский, никогда не менялся. Не знаю, чем он не угодил женевским эмигрантам, но ни малейшего генеральства у него не было". Подобный отзыв о Герцене позволил Боборыкину сравнить Александра Ивановича с Тургеневым, причём, сравнение это было не в пользу последнего: "В Иване Сергеевиче, даже когда он ласково принимал вас, вы всегда находили что-то обособленное, не допускающее до настоящего сближения. Это чувствовалось даже тогда, когда я был уже, к 80-м годам, сорокалетним писателем. А в Герцене я видел вовсе не представителя поколения “отцов”, а старшего собрата, с такой живостью и прямотой всех проявлений его ума, души, юмора, какая является только в беседе с близким единомышленником, хотя у меня с ним до того и не было никакой особенной связи". Диабет у Герцена В те же дни Боборыкин узнал и о болезни самого Герцена, но сначала разговор у них шёл о старшей дочери Герцена и её болезни: "Знаете, когда Александр прислал мне депешу сюда, я сейчас же сам собрался в путь. Он у меня человек серьезный, уравновешенный. Зря меня тревожить не стал бы. И это была для меня порядочная встряска". Герцен имел в виду своего сына Александра Александровича. Неожиданно Герцен сменил тему разговора, вытянул руку из-под манжеты и указал на неё Боборыкину: "Видите? Желвак! То, что французы называют un clou [гвоздь]. У меня диабет, и как только какое-нибудь волнение — сейчас и выскочит вот такая история!" Боборыкин считал, что именно осложнение после воспаления, вызванное диабетом, и унесло Герцена так рано. В эти дни в Париже собралось почти всё семейство Герцена, кроме сына Александра, приехала даже дочь Ольга Александровна (1850-1953), которая в 1873 году выйдет замуж за французского историка габриеля Моно (1844-1912).

Физики и атеисты Людвиг Бюхнер в своей книге “Сила и материя”, которая неоднократно переиздавалась и была переведена на многие языки, привёл латинскую пословицу, которая утверждает, что среди трёх естествоиспытателей и врачей двое всегда атеисты (“Tres physici – duo athei”). В том же духе Эрнст Мах писал в 1883 году в своей “Механике”: «Если, войдя, мы слышим, как общество толкует о каком-то истинно набожном человеке, имя которого мы не расслышали, то мы будем думать о тайном советнике X или о господине фон Y, но едва ли когда-либо укажем на способного естествоиспытателя». Фридрих Карл Христиан Людвиг Бюхнер (1824-1899) – немецкий врач и философ. Эрнст Мах (1838-1916) – австрийский физик и философ. Культ Эйнштейна Австрийский физик Филипп Франк вспоминал о периоде между мировыми войнами: «Когда в те времена иностранцы прибывали в Берлин и хотели осмотреть все достопримечательности: Бранденбургские ворота с богиней Победы, Аллею победы со статуями прусских князей, знаменитые театральные постановки Рейнхардта, универмаг Вертгейм, парковые ресторанчики на берегах живописных озёр пригорода, то часто в этот список они включали и живую достопримечательность Берлина, о которой они так много читали в своих газетах, - знаменитого Эйнштейна. Причём зачастую многие даже не знали определенно, физик ли он, математик, философ, мечтатель или кто-то ещё. Знали только, что он говорит о вселенной такие вещи, каких не говорил никто другой до него. На его лекциях можно было увидеть богатых американских и английских дам в дорогих мехах, которые внимательно рассматривали его в театральные бинокли и нередко заполняли большую часть зала. Обычно Эйнштейн говорил:«Теперь я хочу сделать небольшой перерыв, чтобы все, кого не интересует дальнейшее, могли удалиться». После этого часто оставались лишь восемь-десять студентов. Эйнштейн был только рад, что он может спокойно развивать свои мысли, не наталкиваясь взглядом на непонимающие физиономии». Участники этих лекций вспоминали, что после их окончания иностранные гости нередко бросались к доске и спорили из-за куска мела, которым писал свои формулы прославленный учёный: они хотели увезти на родину этот сувенир. Филипп Франк (1884-1966) – австрийский физик и философ. Бор и Гейзенберг о квантах Второй раз Гейзенберг работал в Копенгагене в 1926-1927 гг. В это время молодой немецкий физик часто спорил с Нильсом Бором о толковании квантовых явлений. Позднее Гейзенберг писал: «Я вспоминаю о многочисленных дискуссиях с Бором, которые длились до поздней ночи и которые мы заканчивали почти в полном отчаянии. И если я после таких дискуссий один отправлялся на короткую прогулку в соседний парк, то повторял снова и снова вопрос о том, может ли природа действительно быть такой абсурдной, какой она кажется нам в этих атомных экспериментах». Результаты этой работы мысли были сформулированы в 1927 году как “соотношение неопределенностей” Гейзенберга и “принцип дополнительности” Бора. Вернер Карл Гейзенберг (1901-1976, NP по физике 1932) – немецкий физик. Нильс Хенрик Давид Бор (1885-1962, NP по физике 1922) – датский физик. Планк о де Бройле В 1938 году Макс Планк выступил на чествовании Луи де Бройля и сказал: «Ещё в 1924 году господин Луи де Бройль изложил свои новые идеи об аналогии между движущейся материальной частицей определенной энергии и волной определённой частоты. Тогда эти идеи были настолько новы, что никто не хотел верить в их правильность, и я сам познакомился с ними только три года спустя, прослушав доклад, прочитанный профессором Крамерсом в Лейдене перед аудиторией физиков, среди которых был и наш выдающийся ученый Лоренц... Смелость этой идеи была так велика, что я сам, сказать по справедливости, только покачал головой, и я очень хорошо помню, как господин Лоренц доверительно сказал мне тогда:«Эти молодые люди считают, что отбрасывать в сторону старые понятия в физике чрезвычайно легко!» Речь шла при этом о волнах де Бройля, о соотношении неопределенностей Гейзенберга – всё это для нас, стариков, было чем-то очень трудным для понимания. И вот развитие неизбежно оставило позади эти сомнения. Осенью того же 1927 года я лично познакомился с господином де Бройлем на пятом Сольвеевском конгрессе в Брюсселе и был восхищен его скромностью и образованностью». Макс Карл Эрнст Людвиг Планк (1858-1947, NP по физике 1918) – немецкий физик. Луи де Бройль (1892-1987, NP по физике 1929) – французский физик. [Луи Виктор Пьер Раймон, 7-й герцог де Бройль.] Хендрик Антони Крамерс (1894-1952) – голландский физик. Хендрик Антон Лоренц (1853-1928, NP по физике 1902) – голландский физик. Скачкѝ квантов Во время одной из своих бесед с Бором Шрёдингер воскликнул в отчаянии: «Если мы собираемся сохранить эти проклятые квантовые скачкѝ, то я вообще сожалею, что имел дело с атомной физикой!» Бор ответил ему: «Зато остальные весьма признательны Вам за это, ведь благодаря Вам был сделан решающий шаг вперёд в развитии атомной теории». Четверть века спустя Шрёдингер в одном из своих сочинений заявит, что скачкѝ квантов казались ему «год от года всё более неприемлемыми». Эрвин Рудольф Йозеф Александр Шрёдингер (1887-1961, NP по физике 1933) – австрийский физик. Место Бога по Шрёдингеру Шрёдингер писал об атеизме в естествознании: «Богу как личности нет места в картине мира, которая стала доступной нашему пониманию ценой удаления из неё всего личностного. Мы знаем, что если мы ощущаем Бога, то он есть точно такое же реальное ощущение, как и непосредственное чувственное ощущение, как собственная личность. Как таковая, он должен отсутствовать в пространственно-временной картине.«Я не нахожу Бога в пространстве и времена», – так говорит честный естествоиспытатель-мыслитель, и за это подвергается гонениям со стороны тех, в катехизисе которых, однако, говорится: “Бог есть дух”». Сам виноват! Ганс Тирринг писал о своём коллеге: «По иронии судьбы, Шрёдингеру приходилось неоднократно возмущаться неудобствами, которые создавали в местах отдыха громко ревущие радиоустановки, хотя развитие транзисторных приемников стимулировалось именно теорией полупроводников, которая в конечном счете была основана на его волновой механике». Ганс Тирринг (1888-1976) – австрийский физик. Борн о Шрёдингере В некрологе на смерть Шрёдингера в 1951 году Борн писал: «Когда Гитлер пришел к власти, Шрёдингер, человек “арийской крови” и преемник Макса Планка, вовсе не должен был отказаться от должности и покинуть Германию. Он сделал и то, и другое, и мы восхищались им. Ибо вовсе нелегко человеку среднего возраста эмигрировать. Но он не хотел и слышать о том, чтобы остаться. Он уехал, потому что его не оставляли в покое и от него требовали, чтобы он занимался политикой. Он в очень редких случаях и неохотно делал это и позже, когда его собственная наука трагическим образом оказалась втянутой в большую политику».

Анекдоты о русском театре Два одноклассника А.Л. Вишневецкий родился в Таганроге и учился в местной мужской гимназии вместе с А.П. Чеховым. Мальчики были довольно дружны, но рано увлёкся театром и начал заниматься в Таганрогском музыкально-драматическом кружке. Один из руководителей этого кружка любил играть роль старика Аристарха Владимирыча Вышневского в спектакле А.Н. Островского “Доходное место”. Он и рекомендовал Саше на память о кружке взять себе псевдоним, объединявший фамилии литературного героя и молодого актёра. Так появился на свет А.Л. Вишневский. Таганрогский писатель и журналист П.А. Сергеенко, тоже учился в Таганрогской гимназии в одно время с Чеховым, но в параллельном классе, и близких отношений между ними тогда не сложилось. Подружились они позднее в 1884 году в Москве. В своих воспоминаниях о Чехове Сергеенко написал: "Думал ли двоешник и безобедник Чехов, что будет писать такие хорошие пьесы, а двоешник и безобедник Вишневский так хорошо играть в них". Александр Леонидович Вишневский (Вишневецкий, 1861-1943) – знаменитый русский актёр. Пётр Алексеевич Сергеенко (1854-1930) – русский журналист и писатель. Александр Николаевич Островский (1823-1886) – русский драматург. Сокольский и Смирнов С.А. Сокольский в начале XX века однажды сыграл роль Алёшки в пьесе Горького “На дне”, что повлияло на его дальнейшую сценическую судьбу. Вскоре он начал выступать на сцене в так называемом “босяцком” или “рваном” жанре. Костюм для сцены выбирался соответствующий. Сокольский выступал с куплетами и монологами, которые чаще всего были злободневными, но свой репертуар он разнообразил песнями и балладами, многие из которых он написал сам. Выступления Сокольского пользовались огромным успехом буквально по всей стране: В Москве, Петербурге и Киеве, а пластинки с его песнями раскупались влёт. С началом Великой войны Сергей Сокольский начал выступать во фраке, но его представления оставались очень актуальными и злободневными. Молодой московский журналист Н.П. Смирнов мечтал о театральной карьере, а его кумиром был Сергей Сокольский. Чтобы добиться успеха на сцене, Смирнов добавил к своей фамилии фамилию своего кумира, и незадолго до революции на сцену вышел Смирнов-Сокольский, который выступал в сходном жанре со своим кумиром. Успеху молодого таланта способствовало и то обстоятельство, что Сокольский погиб в Киеве в 1919 году, но память о нём жила, так что фамилия Смирнов-Сокольский продолжала привлекать публику в зрительные залы. Сергей Алексеевич Сокольский (Ершов, 1881-1919) – русский исполнитель куплетов и монологов. Николай Павлович Смрнов-Сокольский (1898-1962) – советский эстрадный артист и известный библиофил. Что – Давыдов? В 1924 году известный актёр В.Н. Давыдов целый месяц гастролировал в Нижнем Новгороде и демонстрировал публике свои лучшие роли. В пьесе Т.Л. Щепкиной-Куперник “Барышня с фиалками” он играл роль добродушного антрепренёра Пороховщикова, который по ходу действия спектакля мирно беседует с молодым премьером и рассказывает тому о старых знаменитых артистах. Пороховщиков называет фамилии Сазонова, Варламова, Медведева, как вдруг молодой актёр, игравший премьера, выдаёт реплику, которой нет у автора: "А Давыдов?" Публика устроила овацию заслуженному артисту, который при наступлении тишины ответил: "Давыдов? А что – Давыдов? Тех же щей, да пожиже влей!" Владимир Николаевич Давыдов (Иван Николаевич Горелов, 1849-1925) – русский актёр и режиссёр. Татьяна Львовна Щепкина-Куперник (1874-1952) – русская писательница, переводчик и драматург. Николай Фёдорович Сазонов (1843-1902). Константин Александрович Варламов (1848-1915). Медведев Пётр Михайлович (1837-1906). Какая мерзость! На бенефис известного комика Живокини была назначена какая-то очень скучная и дурацкая французская пьеса “За-Зе-Зи-Зо-Зу” (“Za-Ze-Zi-Zo-Zu”). Действие пьесы происходит в некоей стране, где Живокини в роли принца берёт в руки волшебный лорнет и должен в него увидеть далёкий Алжир. После этого актёр должен был рассказать, что он видит в Алжире. Однако Живокини вместо слов: "Я вижу Алжир" - произнёс совсем другую реплику: "Я вижу Москву, театр, бенефис Живокини. Играют “За-Зе-Зи-Зо-Зу” - какая же это мерзость!" Публика была в полном восторге, а пьесу пришлось снять с репертуара. Василий Игнатьевич Живокини (1805-1874) – известный российский комик, играл в Москве. Подробнее о содержании пьесы “Za-Ze-Zi-Zo-Zu” вы можете прочитать в смирдинской “Библиотеке для чтения”, том 14-й за 1836 год, раздел “Смесь”. Случайный дебют А.М. Гедеонов был очень любвеобильным человеком, а также решительным в принятии решений. Однажды он дал разрешение на дебют одной молодой актрисе, которая ему приглянулась. Вскоре он забыл о своём разрешении, но случайно оказавшись в Александринском театре Гедеонов попал на дебютный спектакль своей уже забытой возлюбленной. Дебютантка ему так не понравилась, что он после её первого же выхода набросился на режиссёра: "Что это за безобразие? Кто допустил на сцену такую скандальную актрису?" Режиссёр спокойно ответил: "Вы сами, ваше превосходительство. С вашего разрешения она сегодня играет". Гедеонов продолжал кипятиться: "Вздор! Не может такого быть! Я не мог сделать такой глупости. Убрать её сию же минуту". Режиссёр удивился: "Как убрать? Но ведь пьеса уже началась, нельзя же опустить занавесу теперь..." Гедеонов продолжал бушевать: "Чтобы я её больше не видел на сцене. Не сметь её выпускать больше! Это безобразие!.. А кто её роль играл раньше?" Режиссёр ответил: "Самойлова. Она здесь и играет в другой пьесе". Гедеонов решился: "Сейчас же попросите её от моего имени, в чём она есть, поиграть за эту госпожу. А госпоже прикажите убираться подобру-поздорову, и никогда не заикаться о театре". Самойлова вышла из своей уборной и доиграла за неудачливую дебютантку. Александр Михайлович Гедеонов (1791-1867) - русский театральный деятель, с 1833 по 1858 годы, возглавлял Императорские театры обеих столиц. Надежда Васильевна Самойлова (1818-1899) — известная русская драматическая и оперная актриса. Роли Сосницкого Знаменитый актёр И.И. Сосницкий так великолепно играл роль Хлестакова, что Н.В. Гоголь письменно обратился к актёру с просьбой сыграть эту роль на сцене Театрального училища, чтобы актёры поняли, каким должен быть этот герой комедии "Ревизор". Сосницкий из скромности отказался исполнить просьбу автора знаменитой комедии. Сосницкий бережно хранил это письмо Гоголя, изредка показывал его своим друзьям и каждый раз на его глаза навёртывались слёзы. В грибоедовском "Горе от ума" Сосницкий великолепно играл Репетилова, прототипом которого послужил Н.А. Шатилов, с которым Грибоедов вместе служил в гусарском полку. Сосницкий тоже был лично знаком с Шатиловым, так что ему было несложно изобразить на сцене этот тип. Интересно, что когда Грибоедов прочёл Шатилову роль Репетилова, тот расхохотался и сказал: "Я знаю, на кого ты тут метишь! На Чаадаева..." Иван Иванович Сосницкий (1794-1871) — известный русский актёр. Николай Александрович Шатилов (1788-1841) — литератор. Прибавку Сосницкому! Когда директором Императорских театров был А.М. Гедеонов, уже известный к тому времени Сосницкий попросил у него прибавки к своему содержанию. Сосницкий мотивировал свою просьбу тем, что многие его товарищи, более молодые и менее заслуженные, получают значительно больше его, но Гедеонов был не в духе и отказал Сосницкому. Актёр обиделся и подал прошение об отставке, которое и было немедленно удовлетворено. Через несколько дней в театр на представление "Ревизора" приехал император Николай Павлович, который очень удивился, увидев в роли Городничего на Сосницкого, а Григорьева 1-го. Император призвал к себе Гедеонова и спросил: "Почему Городничего играет не Сосницкий?" Гедеонов бодро ответил: "Сосницкий больше не служит у нас, Ваше Величество!" Император удивился: "Как не служит!? Это для меня новость! Почему?" Гедеонов объяснил: "Требовал слишком крупную прибавку, хотел непременно получать тридцать пять рублей разовых. Дирекция на это не согласилась, он закапризничал и отказался от службы". Николай Павлович возразил: "По-моему, он прав. Он знает себе цену и совершенно резонно требует прибавки. На его месте я сделал бы то же самое. Нельзя ли это дело как можно скорее поправить? Передай ему моё желание, чтобы он возвратился в театр, и дай ему то, что он просит". На следующее же утро Гедеонов отправил к Сосницкому специального чиновника с известием, что Государь повелел удовлетворить просьбы Сосницкого и просит его вернуться на сцену. Сосницкий был так тронут вниманием Его Величества, что согласился играть без всяких прибавок, но Высочайшее повеление было исполнено, и Сосницкий получил требуемое. Кто барин? Актёр В.В. Самойлов почему-то считал графа В.А. Сологуба, весьма известного писателя, своим приятелем и держал себя с ним запросто, а Сологуб не возражал. Однажды на званом вечере Самойлов спрашивает Сологуба: "Скажи, пожалуйста, видел ты меня в “Старом барине”? Ты всё ведь сбирался посмотреть?" Сологуб добродушно ответил: "Как же, видел, видел, любезный друг!" Самойлов самодовольно напрашивался на комплимент: "Ну, и что же ты скажешь?! Как ты меня нашел в этой роли?" Сологуб постарался дать сдержанный ответ: "Бесподобен, говорить нечего, что бесподобен. Одно только, почтеннейший, надо тебе заметить..." А Самойлов к тому времени уже не терпел никакой критики в свой адрес и очень удивился: "Что такое?" Сологуб пояснил: "Как же это ты, играя старого барина, не снял с пальца своего брильянтового перстня? Это тебе непростительно..." Самойлов возмутился: "Что за вздор! Зачем же мне было снимать перстень?" Сологуб разъяснил ошибку Самойлова: "А затем, мой друг, что старый барин никогда не носил, да и не стал бы носить на пальце таких крупных брильянтов. Это вульгарно". Самойлов разгорячился: "Ты вздор городишь! Кому же и носить брильянты, как не барам? Я, слава Богу, на своем-то веку видывал бар и отлично знаю, что такое барин". И тут Сологуб хладнокровно вылил на Самойлова ушат холодной воды: "Да, ты видывал, я об этом спорить не стану. А мне, всё-таки, лучше знать. Я - сам барин". Василий Васильевич Самойлов (1813-1887) – русский актёр. Граф Владимир Александрович Сологуб (1813-1882) – русский писатель и драматург. “Старый барин” – популярная пьеса русского писателя и драматурга Александра Ивановича Пальма (1822-1885).

Киммеры

Затертая бляшка в зверином стиле и пронизка. Зеркало тоже скифское, ручка отгнила.

Скифский привязной топорик Материал: бронза

Посмотрите у Клочко, прохоровскую культуру

За, срубную согласен, зарапортовался. Но я вижу кинжал с плоским упором, а не с кольцевым. Кольцевые, да, идут по поздней бронзе, плоские - более ранние. Можно фото в профиль предмета?

Вроде как средняя :wub:

Он самый ;)

Вот один из наших соратников по форуму попал в телевизор :)

Ещё раз о том, что такое математика? Знаменитый американский математик Марстон Морс (1892-1977) утверждал: «Математика является результатом действия таинственных сил, которых никто не понимает и в которых важную роль играет бессознательное постижение красоты. Из бесконечности решений математик выбирает одно за его красоту, а затем низводит его на землю». Гильберт заснул Когда однажды в доме Гильбертов собрались гости, фрау Гильберт (Кёте Ерош, 1864-1945) заметила, что Давид надел несвежую рубашку. Она немедленно велела мужу: «Давид, ступай вниз и надень другую рубашку». Давид послушно ушёл в свою спальню. Когда его не было уже минут десять, жена забеспокоилась и пошла к нему в спальню, где нашла своего мужа безмятежно спящим. Рассеяный учёный методично снял пиджак, развязал галстук, снял рубашку, а дальше уже автоматически разделся до конца и лёг спать. Давид Гильберт (1862-1943) – немецкий математик. Засиделся дома Вот ещё анекдот о рассеянности Гильберта. Один из новых сотрудников кафедры, которой руководил Гильберт, нанёс уважаемому профессору визит. Он вошёл в приёмну и сел, поставив свой цилиндр на пол. Визитёр оказался очень разговорчивым и довольно быстро утомил Гильберта, который долго хмурился, а потом встал, надел цилиндр, тронул жену за руку и сказал: «Дорогая, мне кажется, что мы задерживаем уважаемого коллегу». С этими словами Гильберт вышел из собственного дома. Что там с гипотезой Римана? Однажды назойливый журналист спросил Гильберта: «Что вы сделаете, если оживёте через пятьсот лет?» Гильберт не, задумываясь, ответил: «Я спрошу, не доказал ли кто-нибудь гипотезу Римана?» Георг Фридрих Бернхардт Риман (1826-1866) – немецкий математик и физик. Гипотеза Римана относится к оласти математики, касающейся распределения простых чисел. Неважно, на каком языке! После Второй мировой войны фон Карман читал лекции в Пасадене (Калифорния) и в Ахене. Этот крупный учёный консультировал несколько авиационных компаний и мог бесплатно летать через океан на лайнерах одной из таких кампаний. Для уже пожилого учёного такие поездки иногда оказывались утомительными, но спасало положение то, что и в Ахене и в Пасадене фон Карман читал очень похожие курсы лекций. И вот однажды, прилетев в Пасадену, фон Карман взял ахенский конспект и начал свою лекцию. Через некоторое время по лицам студентов он понял, что материал до них не доходит, и только тут сообразил, что он читает лекцию по-немецки. Фон Карман обратился к аудитории: «Почему же вы молчите?» После недолгой паузы один из студентов признался: «Профессор, не расстраивайтесь! Говорите ли вы по-немецки или по-английски – это неважно, мы всё равно понимаем не больше». Теодор фон Карман (1881-1963) – венгерский физик, один из основателей аэродинамики. Как меня зовут? Отец кибернетики Норберт Винер (1894-1964) иногда демонстрировал незаурядную рассеянность. Один из его студентов в Массачусетском технологическом институте очень хотел побеседовать со своим знаменитым профессором, но не решался с ним заговорить. Однажды студент увидел Винера в почтовом отделении, где профессор, держа в руке ручку, сосредоточенно глядел на пустой лист бумаги. Студент не хотел прерывать процесс мышления выдающегося учёного, но тут Винер отбросил лист бумаги, рванул к выходу и чуть не налетел на студента, которому удалось промолвить: «Здраствуйте, профессор Винер!» Учёный остановился и хлопнул себя по лбу: «Винер – вот это слово!» Идеальная жена Когда Липот Фейер (Вайс, 1880-1959) преподавал в Будапештском университете, молодой учёный Дьёрдь Пойа стал там приват-доцентом. Его жена в это же время подрабатывала фотографом. Однажды она остановила Фейера с группой прфессовров, чтобы сделать снимок на фоне здания Университета. Профессора стояли на проезжей части дороги, а госпожа Пойа, сделав один снимок, стала искать удачный ракурс для второго. Фейер невозмутимо заметил: «Вот это настоящая жена! Она ставит профессоров на презжую часть улицы, чтобы машина их задавила, и освободилось место для её мужа». Дьёрдь Пойа (1887-1985) – венгерский математик, работал в Цюрихе и в США. Кто пишет диссертации? Профессор Цюрихского университета Адольф Гурвиц (1859-1919) много времени и труда уделял своим диссертантам. Однако среди них попадались такие, которым требовалась весьма существенная помощь, так что утомлённый Гурвиц однажды с отчаянием сказал: «Диссертация – это труд, написанный профессором в неблагоприятной обстановке».

Анекдоты о русском театре Ошибочная импровизация Театр Корша в Москве был основан в 1882 году, но первый спектакль в новом здании (в Богословском переулке) состоялся только в 1885 году. Актёр И.П. Киселевский работал в театре Корша в 1884-1888 и 1890-1893 гг. Он считал себя большой величиной в театральном мире и очень не любил выучивать свои роли, больше полагаясь на суфлёра. Однако к пятидесяти годам актёр настолько заматерел, что в текст пьесы он стал вставлять свои импровизации, что иногда приводило публику в недоумение. В одной из пьес Киселевский был занят только в первом и четвёртом действиях, а два акта он провёл в буфете. Появившись на сцене в четвёртом действии, актёр был предельно раскован, смутно представлял, о чём идет речь, и, ведя диалог, занялся чистой импровизацией: "Вы знаете эту изумительную женщину? Она лучшее украшение нашего общества!" Обернувшись к лакею, Киселевский спросил: "Скоро ли приедет графиня Смольская?" Актёр, игравший лакея, был ошарашен и честно ответил: "Их сиятельство изволили скончаться во втором действии..." Иван Платонович Киселевский (1839-1898) – русский артист. Фёдор Адамович Корш (1852-1923) – русский антрепренёр и драматург. Партнёр в зеркале Тот же Киселевский часто во время спектаклей забывал, с какой стороны должен появиться на сцене его партнёр, но обычно он искусно выворачивался. Однажды Киселевский повернулся к правой кулисе и произнёс: "А, вот и вы, Зиновий Васильевич!" В этот момент актёр, к которому обращался Киселевский, вышел с левой стороны. Публика расхохоталась, но Киселевский повернулся и с распростёртыми объятиями пошёл навстречу партнёру: "Я увидел вас в зеркале!" Иностранные фамилии Если подобные казусы происходили на столичных сценах, то можете себе представить, что творилось в провинции. Особенные сложности возникали у плохо образованных актёров с произнесением иностранных имён и фамилий. Они могли их исковеркать до неузнаваемости. Да и чему было удивляться, если известный актёр А.А. Нильский писал в своих мемуарах о театральных училищах: "На учебные занятия смотрели, как на что-то совершенно лишнее. Из училища выходили артисты совершенно безграмотные, едва умевшие подписать свою фамилию". Один провинциальный актёр по фамилии Выходцев был из их числа. Однажды ему надо было походу пьесы произнести фразу: "А вот и сам Торквато Тассо!" Суфлёр из своей будки внятно произнёс требуемую реплику, но Выходцев не понял и промолчал. Суфлёр повторил, Выходцев опять не понял, но молчать дольше было нельзя, и он решил рискнуть: "А вот и сам квартальный Тарасов с квасом!" Вот такой радикал! Очень часто подобные сбои происходили с молодыми актёрами, которые находились под давлением своей ответственности. Вот какой случай произошёл с известным русским актёром Н.К. Милославским в спектакле, где он играл одну из своих любимых ролей – кардинала Ришелье. Там есть сцена, в которой король и весь двор ожидают прибытия Ришелье, наконец, слуга провозглашает: "Кардинал Ришелье!" - и после продолжительной паузы появляется Милославский-Ришелье. Очень эффектная сцена. Однако актёр, произносивший приведённую фразу, обычно в спектакле больше не появлялся, да и текучка в труппах была большая. И вот однажды на роль этого слуги был назначен молоденький актёр, для которого это был первый выход на сцену театра вообще. Милославский не хотел портить свой эффектный выход и несколько дней нещадно гонял молодого актёра, заставляя десятки раз повторять эту фразу. В день спектакля молодой актёр уже находился в состоянии прострации, так что когда он вышел на сцену, то после секундного замешательства чётко произнёс: "Радикал Кишелье!" Николай Карлович Милославский (Фридебург, 1811-1882) — известный русский актёр. Александр Александрович Нильский (Нилус, 1840-1899) – русский актёр. Дуэль на сцене Иногда актёры устраивали на сцене своеобразные дуэли. Актёр, исполнявший роль статуи командора, во время одного из спектаклей был очень недоволен игрой своего партнёра в роли Дон-Жуана. Когда Дон-Жуан в конце спектакля провалился в преисподнюю, статуя командора произнесла непредусмотренную фразу: "Как низко может пасть человек!" “Дон-Жуан” обиделся и во время следующего спектакля он решил проучить своего партнёра. “Дон-Жуан” на следующий день играл генерала, доставившего Наполеону (“статуе командора”) срочное донесение, но вместо письма с написанным текстом сообщения, он подал ему чистый лист бумаги. Наполеон понял, в чём дело, и величественно вернул генералу донесение: "Прочтите, генерал, донесение вслух!" Цыганка Церетели Путь Тамары Церетели к вершинам советской эстрады мог бы оказаться более длинным и тернистым, если бы в 1923 году в Тифлис не приехали известные актёры Е.Т. Жихарева и Н.Н. Ходотов. Они выступили в пьесе “Нищие духом”, в которой цыганка должна была исполнить известный романс “Гори, Гори, моя звезда!” Режиссёром этого спектакля был И.Н. Перестиани, который поручил роль цыганки одной из студенток Тифлисской консерватории, Тамаре Церетели. Перестиани строго предупредил молодую певицу, чтобы она только спела романс и ни в коем случае не выходила раскланиваться. Когда Тамара Церетели исполнила романс, в зале раздались громовые аплодисменты, певицу много раз вызывали, но она помнила строгий запрет Перестиани и не выходила. Тогда Жихарева нашла выход из положения, бросив реплику: "Нельзя ли вернуть цыганку? Может быть, она ещё раз споёт эту песню?" Тамара Семёновна с успехом ещё раз исполнила понравившийся публике романс, а в ноябре 1923 года Церетели уже с успехом начала выступать в Москве. Тамара Семёновна Церетели (1900-1968) – известная певица. Елизавета Тимофеевна Жихарева (1875-1967) – русская актриса. Николай Николаевич Ходотов (1878-1932) – русский актёр. Иван Николаевич Перестиани (1870-1859) – известный русский и грузинский актёр и режиссёр. Псевдоним из некролога В 1896 году в театр Петербургского литературно-артистического общества пришёл наниматься актёром В.И. Шверубович. Фактическим владельцем театра был А.С. Суворин, издававший газету “Новое время”. Суворину понравился молодой человек, вот только фамилия его немного смущала, и он порекомендовал ему взять псевдоним. Шверубович вышел в приёмную, и от нечего делать взял свежий номер “Нового времени”, лежавший на столике. В ней он увидел краткий некролог о смерти некоего доктора Василия Ивановича Качалова. Шверубович поразился совпадению имени и отчества покойника со своими собственными, и он твёрдо сказал Суворину, что берёт псевдоним Качалов. Василий Иванович Качалов (Шверубович, 1875-1948) – выдающийся актёр. Алексей Сергеевич Суворин (1834-1912) – русский журналист, писатель, издатель и т.п. Пожарова остудили В 1896 году А.И. Южин заметил в Воронеже талантливого актёра Пожарова и пригласил его в Москву, где тот поступил на Драматические курсы Московского театрального училища. Вскоре Пожаров стал появляться и на сцене в полулюбительских постановках. Во время одного из таких спектаклей Пожаров имел большой успех, и публика начала кричать “Браво!” и “Пожаров!” Кто-то из публики решил, что возник пожар, началась паника, которую еле удалось успокоить. После спектакля Южин сказал Пожарову о необходимости взять сценический псевдоним и предложил ему взять фамилию “Остужев”. По другой версии, этот псевдоним предложил Пожарову режиссёр и педагог А.П. Ленский. Александр Иванович Сумбатов (псевд. Южин, 1857-1927) – русский драматург и актёр. Александр Алексеевич Остужев (Пожаров, 1874-1953) – русский актёр. Александр Павлович Ленский (Вервициотти, 1847-1908) – русский актёр и режиссёр.