Yorik

Чтобы не наломать дров в Украине сегодня, нужно вспомнить революцию и Гражданскую войну. Тогда, кроме УНР, тут возникли сразу несколько конкурирующих республик. В предыдущей статье, опубликованной в газете «Сегодня» в прошлую субботу, я вспомнил слова Карамзина: «История утешает в государственных бедствиях, свидетельствуя, что и прежде бывали подобные». Конечно, история — слабое утешение. Большинство людей не желают попадать ни в какие истории. Им хочется просто жить — работать, растить детей, строить дома, ездить на отдых в полюбившиеся места. То есть пребывать не в историческом линейном времени, сулящем всяческие неприятности, а в уютном циклическом, где зима гарантированно сменяется весной, а первое блюдо — вторым и десертом. Но история не дремлет и то и дело ввергает зазевавшегося обывателя в пучину всяческих бедствий. Поэтому полезнее ее все-таки знать. Иногда она помогает лучше корвалола. Когда ушел Крым, начались выступления на Юго-Востоке с требованиями федерализации и государственного статуса для русского языка, а потом вдруг словно бы из ничего возникла загадочная Донецкая республика, окруженная блокпостами, мальчики и девочки в телевизоре первым делом заголосили о заговоре. А я вспомнил времена далекого 1918 года, когда телевизора еще не было, зато на территории Украины, кроме Центральной Рады, имелись Одесская и Донецко-Криворожская республики, украинское советское правительство в Харькове и Крымское краевое правительство генерала Сулькевича. И еще много чего, вплоть до всем известного батьки Махно, которого вполне можно рассматривать, проводя исторические параллели, как предводителя гуляйпольской самообороны. Харьков, 1918. Там было провозглашено две республики — Украинская Народная Советов рабочих, крестьянских, солдатских и казачьих депутатов и Донецко-Криворожская. Мне вообще иногда кажется, что с 1991 года, когда в Москве пал Горбачев, мы переживаем повторение великого имперского кризиса 1917-го — только замедленное во времени. Пассионариев сегодня куда меньше, чем сто лет назад. Обыватель же, наоборот, пошел в рост. Поэтому события разворачиваются с меньшей интенсивностью. На то, что в начале прошлого века требовались годы, теперь уходят деся­тилетия. ЗАПАЛ ЦЕНТРАЛЬНОЙ РАДЫ. Точно так же, как Майдан на сломе 2013—2014 годов «разбудил», сам того не желая, Юго-Восток (все события там происходящие — всего лишь зеркало тектонического толчка из Западной Украины), киевская Центральная Рада в 1918-м подала пример «творчеству масс» в Крыму, Одессе и Харькове. Правительство Рады никто не выбирал, кроме самой Рады. Власть ее в Киеве опиралась на несколько военных частей, либо перешедших на сторону новых властителей, либо сформированных на скорую руку, как гайдамаки Симона Петлюры. За пределами Киева этот «уряд», возникший, словно бы из ничего, никакого влияния не имел. Там, если честно, вообще не было никакой власти. Царский режим пал. Полицию отменило еще петроградское Временное правительство. Чиновничество было деморализовано, а частично разогнано. Местное самоуправление до смерти напугано. Каждый инициативный гражданин решил, что настало его время, и кинулся тащить «суверенитета», сколько смог. Создателем Донецко-Криворожской Республики считается Федор Сергеев по подпольной кличке «товарищ Артем». ВОЛЬНЫЙ ГОРОД ОДЕССА. 3 января 1918 года неожиданно для всех объявила себя «вольным городом» Одесса. Для кого-то это название звучит смешно. Но «вольный город» — не выдумка веселых одесситов, а европейский юридический термин. «Вольными городами» называли в Европе муниципальные общины, пользовавшиеся статусом государства в государстве. В том же 1918 году, когда Одесса решила добавить себе свободы, в составе Германии имелся вольный город Гамбург, и ни у кого это не вызывало хохот. Гамбург действительно обладал особыми правами, и даже жители его служили в особых частях германской армии, составленных только из гамбуржцев. Причем на бляхах их ремней красовался герб родного Гамбурга. Вряд ли вы знаете, дорогой читатель, что Гамбург и сегодня официально называется «вольным и ганзейским городом Гамбургом» и имеет статус одной из шестнадцати земель Федеративной Республики Германия! То есть все то же государство в государстве. Но вольным городом Одесса стала отнюдь не из желания подражать скучным немцам, трескающим капусту с сосисками на месте впадения бывшей славянской реки Эльбы в холодное Северное море. У нее имелись собственные резоны и предпосылки. Одесса и возникла-то по сути как вольный город. С 1817-го по 1859 год, согласно императорскому указу Александра I, она пользовалась статусом «порто-франко», в переводе с французского — свободного порта. Товары, ввозимые в нее, не облагались налогами. Российские имперские таможни стояли уже за пределами городской черты. Времена порто-франко одесситы вспоминали как золотой век, заложивший основы процветания Южной Пальмиры, как в противовес Пальмире Северной (Петербургу) высокопарно называли тогдашние журналисты «жемчужину у моря». Так что лично для меня ничего странного нет в титуле «вольный город», которым одесситы решили защитить себя от бури революции. Они надеялись на то, что в Одессу войдут союзники — англичане и французы — и не допустят нашествия сердитых дядек на тачанках во главе со всякими Махно и атаманами Григорьевыми, суровая звезда которых только начинала восходить над Таврической степью, отражаясь в стенке бутыли с мутным самогоном. Но кроме киевского правительства Центральной Рады, на территории Украины существовала, говоря одесским языком, еще и его «конкурирующая фирма» — Украинская Народная республика Советов рабочих, крестьянских, солдатских и казачьих депутатов. Это государственное образование возникло в Харькове 25 декабря 1917 года на Первом Всеукраинском Съезде Советов. У него имелся даже свой флаг — красный, но с желто-синим «кантоном» — вставкой национальных цветов в углу полотнища. Политической программой харьковского советского правительства являлась федерация с красной Россией (аналог вступления в Таможенный союз), а вооруженными силами — отряды красногвардейцев. Не поверите, но правительство в Харькове официально называлось почти так же, как и у Центральной Рады – Народный Секретариат. Главой его избрали тридцатидвухлетнего большевика-электрика Ефима Медведева родом из Бахмута, что ныне переименован в Артемовск. Крейсер «Алмаз». Воевал за Одесскую Республику в 1918 г. КОГО СЛУШАТЬСЯ? Какое из двух правительств — киевское или харьковское — окажется сюзереном вольной Одессы, на тот момент было еще неясно. Первой наложить на нее державную длань попыталась Центральная Рада. 22 января 1918 года она заявила права на девять губерний бывшей Российской империи — в том числе и Херсонскую, в которую пышная Одесса на момент отречения Николая II от престола входила на правах скромного «уездного города», что явно не соответствовавшего ее финансовой мощи. Уездный город… Это даже как-то не вяжется с роскошными бульварами и прекрасными зданиями Одессы, выстроенными в итальянском стиле. А ведь так было! В той же Херсонской губернии восемнадцатитысячное Гуляй-Поле, с прямыми улицами, двухэтажными кирпичными домами и годовым торговым оборотом в три миллиона золотых рублей тоже почему-то считалось по документам… простым селом. Хотя давно уже переросло к началу прошлого века эти тесные рамки. Как бы то ни было, ровно через четыре дня в вольном городе Одессе вспыхнуло восстание против Центральной Рады. Как и в Петербурге, большевики захватили почту, телеграф и телефон. Потом, как бы между прочим, еще и вокзал. А на закуску — прихватили штаб Одесского военного округа, перешедший на сторону Рады от павшего в Петрограде Временного правительства. Одна часть гарнизона встала на сторону Киева, другая — решила, что главный тот Секретариат, который в Харькове. Юнкера военных училищ поддержали Центральную Раду. Черноморский флот, наоборот, — Украинскую советскую республику. Но перелом в битве за город принесли именно моряки в клешах, изрядно покрасневшие на тот исторический момент. Старые потрепанные броненосцы ЧФ «Ростислав» и «Синоп» с примкнувшей к ним яхтой «Алмаз» (эта посудина благополучно пережила в свое время даже Цусиму!) ударили главным калибром по позициям киевских гайдамаков и юнкеров в районе станции Одесса-Товарная и закрепили «жемчужину» за большевиками. Вместо «вольного города» была объявлена Одесская Советская Республика – сокращенно ОСР. Главой ее вооруженных сил стал эсер подполковник Муравьев — тот самый, который через несколько дней возглавит наступление на Круты. Артем. Символ Донбасса. ДОНЕЦКИЙ ОТВЕТ. А в это время на Донбассе происходили не мене эпохальные события. Везде, как грибы, стали возникать новые государства и возрождаться старые. Край угля и стали не мог остаться в стороне от такого процесса. Донецкий феномен возник во второй половине XIX столетия, когда британский предприниматель Джон Хьюз (по-русски его чаще всего называют Юзом) приобрел у князя Кочубея в тогдашней Екатеринославской губернии на берегу Кальмиуса добрячий шмат земли и начал строительство металлургического завода. Пришлый бритт одним из первых сообразил, что именно в этой пустынной тогда земле по счастливому стечению обстоятельств находятся руда, коксовый уголь и асбест — три основных ингредиента для выплавки металла. А по соседству еще и Мариупольский порт, через который удобно вывозить сталь и чугун на экспорт. На Донбассе начался промышленный бум. Чтобы наняться на шахты, тысячи бывших крестьян хлынули на земли Дикого Поля, где совсем недавно бродили только редкие кочевники и табуны диких коней. Зарплата была необыкновенно высокой. У шахтеров всегда водились деньги. Опасная работа под землей и стабильная зарплата создали тут особый тип человека — по сути, новый русскоязычный субэтнос. Похороны погибших в Одессе. Между ОСР и Центральной Радой тут шли жестокие бои. КУЛУАРНЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ. Когда летом 1917 года Временное правительство в Петрограде стало договариваться с Центральной Радой о границах будущей автономной Украины (на тот момент Грушевский и его соратники претендовали только на автономию в составе России), встал вопрос о Донбассе. Рада, естественно, желала заполучить и его, отлично осознавая экономическую мощь этого края. Но один из местных олигархов, Николай фон Дитмар, в ответ заявил: «Весь этот район как в промышленном отношении, так и в географическом и бытовом представляется совершенно отличным от киевского. Весь этот район имеет свое совершенно самостоятельное первостепенное значение»… К словам Дитмара — влиятельного бизнесмена и одного из вождей Совета съездов горнопромышленников Юга России (в революционные времена даже буржуазия создала свои советы!) было сложно не прислушаться. В результате переговоров с Центральной Радой правительство Керенского оставило ей под контроль только пять губерний — Волынскую, Киевскую, Подольскую, Черниговскую и Полтавскую. Только когда Временное правительство в Петрограде было свергнуто Лениным и Троцким, аппетиты Рады возросли, и она снова стала претендовать на Донбасс. Но к тому времени там уже усилилось влияние местных большевиков. Во главе их стоял харизматичный лидер Федор Сергеев по партийной кличке Артем — профессиональный революционер и близкий друг еще мало известного на тот момент Сталина. В ответ на притязания Грушевского в Харькове собрался Съезд советов Донецко-Криворожской области. Он был уже четвертым по счету и отнюдь не собирался уступать Киеву. Решительно настроенные донетчане (среди них были представители различных революционных партий, но большинство составляли большевики и эсеры) 12 февраля 1918 года в гостинице «Метрополь», что в переводе означает «столица», провозгласили создание Донецко-Криворожской республики. Глава Крымского краевого правительства генерал Сулькевич разошелся со Скоропадским в вопросе языковой политики. КРЫМСКОЕ КРАЕВОЕ. К тому времени Центральная Рада находилась накануне падения. Не обладая достаточной военной силой и поддержкой масс, ее вожди призвали на Украину германские войска. Отстаивая свой выбор, новой Донецкой республике пришлось воевать уже с ними. Пока развивались эти события на материке, в Крыму возникла Советская Социалистическая Республика Тавриды, провозглашенная 19 марта 1918 года. Как и Донецкую, ее победили наступавшие немцы. И тут же признали Крымское Краевое правительство Матвея Сулькевича — бывшего царского генерала татарского происхождения. В конце апреля в Киеве произошел военный переворот — Центральную Раду сменил гетман Скоропадский. Недолго думая, он заявил права на Крым, обратившись к Сулькевичу с письмом по-украински. «Я ответил, — вспоминал глава независимого Крыма, — что я не «староста», а глава правительства самостоятельного края, и что я прошу установить сношения между нами на общественном языке — на русском. Этот мой поступок объявили в Киеве «разрывом дипломатических отношений». Мы, то есть крымское правительство, послали своего уполномоченного в Киев для установления экономического соглашения, но оно там натолкнулось на абсолютно закрытые двери». Такая обстановка сложилась на Украине в разгар лета 1918 года, когда под германским протекторатом война всех со всеми временно прекратилась. Но происходившее тогда стоит вспомнить и в наши напряженные дни, чтобы осознать, из чего на самом деле складывалась наша страна, и о каких «швах» постоянно забывали в Киеве на протяжении последних двадцати трех лет. Олесь Бузина

26 апреля 1985 года советские военнопленные в пакистанском лагере Бадабер в 35 км от Пешавара подняли восстание. Захватив склад с оружием моджахедов, они более суток держали оборону, уничтожая афганских душманов, пакистанских военнослужащих и их американских инструкторов. Когда кончились патроны, восставшие подорвали себя вместе с огромным количеством боеприпасов, предназначавшихся для войск афганских повстанцев. В восстании участвовали и погибли около 20 советских военнослужащих, однако точное количество участников мятежа до сих пор неизвестно. В Бадабере в 24 км от границы с Демократической Республикой Афганистан под видом лагеря для беженцев в 1983—1985 годах находился «Центр подготовки боевиков Святого Халида ибн Валида», принадлежащий влиятельной партии «Исламское общество Афганистана». Там под руководством военных инструкторов из США, Пакистана и Египта проходили обучение будущие моджахеды, которые затем отбывали в Афганистан воевать с советскими войсками. Каждые полгода база боевиков выпускала 300 моджахедов. Общая площадь базы, на которой кроме палаточного лагеря находились еще несколько складов с оружием и подземные тюрьмы, составляла полтысячи гектаров. Возглавлял центр подготовки майор ВС пакистанской армии Куратулла, имевший шесть американских советников. Помимо американцев, в лагере работали 65 инструкторов. Общее шефство над центром подготовки боевиков осуществлял лидер Исламского Общества Афганистана, будущий президент страны Бархануддин Раббани, руководителем был полевой командир Гульбеддин Хекматияр. О том, что в лагере находятся советские военнопленные, знали только несколько человек, так как содержание военнопленных в объявившем себя нейтральным Пакистане являлось грубейшим нарушением всех норм международного права. Кроме советских солдат в лагере находились афганцы, воевавшие на стороне правительственных войск. Советских и афганских военнопленных держали в разных комнатах, а самое большое помещение тюрьмы было отведено под склад боеприпасов. Режим содержания захваченных в бою «неисправимых шурави», которые отказывались принимать ислам, был строгим. Всем пленникам, независимо от национальности, давали мусульманские прозвища, силой заставляли изучать законы шариата, за малейшую провинность, а зачастую и без таковой, жестоко избивали. Оказывающих сопротивление морили голодом, держали в цепях, подсыпали им в воду дешевые наркотики. За полтора месяца до восстания в лагерь завезли большое количество оружия: 28 грузовиков с ракетами для реактивных минометов, гранатами для гранатометов, а также автоматы Калашникова, пулеметы, пистолеты ТТ, патроны для ДШК и автоматов. У наших солдат созрел план: захватить склад с оружием на территории лагеря и потребовать от руководства моджахедов встречи с представителями советского или афганского посольств в Исламабаде. По другой версии — основной целью восстания был захват радиостанции для сообщения своих координат. Днем для начала восстания выбрали пятницу — святой для мусульман день, когда в крепости, кроме охраны, никого не оставалось: моджахеды уходили на молитву в мечеть. Предполагается, что организатором восстания был уроженец Запорожья Виктор Васильевич Духовченко, 1954 года рождения, сумевший обезоружить охранника, принесшего вечернюю похлебку. Он открыл камеры и выпустил на свободу других пленных, которые заблокировали ворота. Выстрелом сбили замок с дверей арсенала, и стали затаскивать на крышу оружие и ящики с боеприпасами. Моджахеды осознали происходящее только тогда, когда вся оружейно-тюремная зона оказалась в руках восставших. Моджахеды объявили тревогу, заблокировали советских заключенных тройным кольцом окружения из 100 душманов и военнослужащих, бронетехники и артиллерии. Также на помощь были вызваны части пакистанской армии. Бой длился всю ночь. Бурхануддин Раббани лично обратился к восставшим с предложением сдаться и обещанием сохранить всем жизнь. Солдаты ответили категорическим отказом и потребовали вызвать представителей ООН, Красного Креста и советского или афганского посольств из Исламабада, пообещав взорвать склад, если их условия выполнены не будут. Хотя Раббани обещал пленным подумать, было совершенно ясно, что никаких представителей ООН в лагере не будет, ведь официально в нейтральном Пакистане не было ни одного военнопленного. Последовали новые штурмы, во время одного из них чуть не погиб сам Раббани, после чего он приказал вывести тяжелую артиллерию на прямую наводку и штурмовать крепость. Началась артподготовка и штурм, в котором участвовали артиллерия, тяжелая техника и вертолеты пакистанских ВВС. Когда моджахеды ворвались в крепость, раненые военнопленные, поняв всю безнадежность своего положения, взорвали себя. Представитель штаб-квартиры космического командования США в штате Колорадо сообщил, что на аэрофотоснимках, полученных с помощью спутника, был зафиксирован взрыв большой разрушительной силы в северо-западной провинции Пакистана, произошедший 27 апреля 1985 года. Огромную силу взрыва подтверждают и показания свидетелей. В восстании приняли участие и погибли около 20 советских военнослужащих. Душманы сообщили, что потеряли 97 человек. По версии Бурхануддина Раббани погибло всего 20 моджахедов. Однако по данным Генерального штаба ВС СССР, было убито около 200 человек, в том числе около 100 афганских душманов, 9 представителей пакистанских властей, 28 офицеров ВС Пакистана. Были уничтожены 3 реактивные установки залпового огня «Град», около 2 000 тысяч ракет и снарядов различного типа, 40 орудий, минометов и пулеметов. Погибли 6 военных инструкторов из США. Не уцелела и тюремная канцелярия: списки с именами советских военнопленных сгорели. После инцидента моджахеды получили приказ не брать в плен русских. «При захвате уничтожать на месте на всей территории Афганистана». Вся информация о восстании была заблокирована властями Пакистана. Они полностью изъяли выпуск пешаварского журнала «Сафир», который напечатал статью о восстании в крепости. Однако сообщение об этом событии поместила популярная левая пакистанская газета «Муслим». Вслед за ней в мае 1985 года новость облетела все мировые информагентства. Советская, а позже российская сторона неоднократно обращалась к пакистанским властям с просьбой разрешить посещение лагеря, тем не менее, получала отказы. До 1991 года пакистанская сторона, ссылаясь на неосведомленность, настаивала на том, что на их территории не было советских военнопленных. Лишь в декабре 1991 года официальный представитель Исламабада признал факт гибели в Бадабере советских военнослужащих после того, как это подтвердил участник событий Бурхануддин Раббани.

Как пережить приступ стенокардии, если вы находитесь в одиночестве Представьте себе… Вечер, вы едете домой, конечно, один, после необычно тяжелого дня на работе. Вы сильно устали и расстроены… Вы по-настоящему нервничаете и расстроены… Внезапно вы начинаете чувствовать сильную боль в груди, которая начинает распространяться в руку и челюсть. Вы всего в восьми километрах от ближайшей к вашему дому больницы. К сожалению, вы не знаете, сможете ли вы доехать до нее… Что делать? Вы были тренированы в искусственном дыхании и непрямом массаже сердца, но человек, проводивший курс, не сказал вам, как осуществлять это на себе! Как пережить сердечный приступ в одиночку? Многие люди находятся одни, когда они переживают сердечный приступ, без помощи. У человека, чье сердце начинает биться неправильно и который начинает чувствовать головокружение и слабость, есть всего 10 секунд перед тем, как он потеряет сознание. Так что же все-таки делать? Ответ: Не паникуйте, а начните кашлять периодически и сильно. Перед каждым кашлевым толчком нужно глубоко вздохнуть, кашель должен быть глубоким и продолжительным, как если бы вы откашливали мокроту из глубины трахеи. Вдох и кашель должны повторяться примерно каждые две секунды без остановки пока не подоспеет помощь или пока сердце не начнет опять биться нормально. Почему это помогает? Глубокий вдох впускает кислород в легкие, а кашлевые движения, сжимают сердце и заставляют кровь циркулировать. Сжимающее усилие на сердце также помогает ему вернуться в нормальный ритм. Таким образом, жертвы сердечного приступа могут добраться до больницы. Никогда не думайте, что вы не предрасположены к сердечным приступам, если вам меньше 25 или 30 лет. Сегодня из-за изменений в образе жизни сердечные приступы встречаются среди людей всех возрастов. Расскажите своим родителям и знакомым об этом. Это может спасти жизнь! Дополнительные рекомендации: Интенсивная (до боли), но кратковременная акупрессура ногтем большого пальца или любым заостренным предметом биологически активной точки расположенной у основания ногтевого ложа мизинца противоположной руки. Потереть ладони одна о другую. Наложить ладони, подушечками под большими пальцами, на ушные раковины. Выполнять интенсивные растирающие движения вверх и вниз. Тереть до ощущения жара в ушных раковинах, но не менее 20 раз.

Антарктида мало чем отличается от Марса. Разве что кислорода побольше. А холод такой же. Местами температура опускается до минус 90 градусов по Цельсию. Принципиальная разница одна — в Антарктиде бывают люди, а на Марсе пока нет. Но это не значит, что ледовый континент исследован гораздо лучше, чем Красная планета. Загадок хватает и здесь, и там… Мы не знаем, есть ли жизнь на Марсе. Нам неизвестно, что скрыто под многокилометровой толщей антарктического льда. Да и о том, что творится на его поверхности, есть лишь смутное представление. Удивительно, но изображений Марса в высоком разрешении больше, чем Антарктиды. Подробно рассмотреть детали ее рельефа можно лишь на узкой полоске в районе Земли Королевы Мэри, где и нашлись сюрпризы. А не худо было бы взглянуть и на другие места. Особенно на те, про которые давно ходят легенды. ТРИ ЗАГАДКИ Открытие принадлежит Джозефу Скипперу, известному виртуальному археологу из США. Обычно он «копает» на Марсе и на Луне, рассматривая фотографии, переданные оттуда космическими аппаратами и выложенные на официальных сайтах НАСА и других космических агентств. Находит много удивительного — того, что резко выпадает из традиционных представлений. В коллекции исследователя есть объекты, похожие на кости и черепа гуманоидов. И такие, которые (с натяжкой, конечно) можно принять за останки их — гуманоидов — цивилизованной деятельности. На сей раз археолог заинтересовался Землей — конкретно Антарктидой. И нашел там сразу три странности — дырку, «тарелку» и озера. Я прошел по следам Скиппера и нашел все обнаруженные им объекты. Их координаты известны, они хорошо видны на спутниковых снимках ледового континента, выложенных на сайте Google Earth. Координаты: «Ход»: 99o43’11, 28’’E; 66o36’12, 36’’S «Озеро»: 100o47’51,16’’E; 66o18’07,15’’S «Летающая тарелка» 99o58’54,44’’E; 66o30’02,22’’S “Дыра” открытая Джозефом Скиппером По мнению Скиппера, на ледовом континенте существует целый подземный город. И доказательством этого являются озера с жидкой водой среди льдов Антарктиды, а также огромный «Ход» расположенный на ледовом континенте. Но кто же мог построить все это в условиях страшного холода? Ответ на этот вопрос, по убеждению Скиппера, дает третья его находка — огромная «тарелка», которая, возможно, принадлежит инопланетянам. ТАМ СПРЯТАЛСЯ ГИТЛЕР Известно, что Антарктидой очень интересовались нацисты. Снарядили туда ряд экспедиций. И даже застолбили обширную территорию в районе Земли Королевы Мод, назвав ее Новой Швабией. Там в 1939 году на побережье немцы обнаружили поразительный участок площадью около 40 квадратных километров, свободный ото льда. С относительно мягким климатом, с многочисленными незамерзающими озерами. Его назвали оазис Ширмахера — по имени немецкого пилота-первооткрывателя. Впоследствии здесь расположилась советская полярная станция Новолазаревская. По официальной версии, Третий рейх пошел в Антарктиду, чтобы построить там базы для охраны своих китобойных флотилий. Но есть куда более интересные предположения. Хотя их даже научно-фантастическими назвать трудно. Нагромождение какой-то мистики. Если коротко, то история такова. Якобы в ходе экспедиций на Тибет нацисты узнали, что внутри Антарктиды что-то есть. Некие обширные и теплые полости. А в них нечто оставшееся то ли от инопланетян, то ли от когда-то обитавшей там древней высокоразвитой цивилизации. При этом в отдельной байке утверждалось, что Антарктида когда-то была Атлантидой. В итоге уже в конце 30-х годов прошлого века немецкие подводные лодки нашли тайный проход во льдах. И попали внутрь — в эти самые полости. Далее легенды расходятся. По одной версии, нацисты построили подо льдом свои города, по другой — сговорились с местными обитателями и обосновались в свободном жилфонде. Туда — внутрь ледового континента — в 1945 году был доставлен живой Гитлер вместе с живой Евой Браун. Якобы он приплыл на подводной лодке в сопровождении многочисленного эскорта — целой эскадры огромных подводных кораблей (8 штук) под названием «Конвой фюрера». И дожил до 1971 года. А по некоторым данным, аж до 1985-го. Авторы антарктических мифов помещают под лед и «летающие тарелки» Третьего рейха, слухами о которых пропитаны многочисленные книги, фильмы, телепередачи и Интернет. Мол, эти аппараты нацисты тоже спрятали внутри. Потом усовершенствовали и до сих пор эксплуатируют, стартуя из шахт в Антарктиде. А НЛО — это и есть те самые «тарелки». «Тарелка» — то ли инопланетная, то ли немецкая К байкам про полярных инопланетян и немцев трудно относиться хоть сколько-нибудь серьезно. Но… Что делать с дыркой, «тарелкой» и озерами, обнаруженными Джозефом Скиппером? Уж очень хорошо одно ложится на другое. Если, конечно, объекты являются тем, на что они так похожи. Из дырки в горах могут вылетать НЛО. «Тарелка» — настоящая. Может быть, даже инопланетная. Выглядит обледенелой. И будто бы обнажившейся в результате то ли глобального потепления, то ли выветривания. Принадлежит тем ребятам, которые жили или живут во внутренних теплых полостях Антарктиды. Озеро на поверхности Антарктиды Ну а озера — это как раз свидетельство того, что они — полости — есть. И отогревают оазисы. Вроде оазиса Ширмахера, который далеко не единственный. Антарктида вообще странное место… Кстати, и озеро «Восток» не свободно от баек. На его западной стороне обнаружена сильная магнитная аномалия. Это — научный факт. Но природа аномалии пока не определена. Что дает уфологам право, по крайней мере, временно, утверждать, что тут лежит массивный металлический объект. Конкретно — огромный инопланетный корабль. Может быть, разбившийся. Может быть брошенный миллионы лет назад, когда над озером еще не было льда Может быть, действующий и просто припаркованный. Так выглядит лед над озером Восток. С левого края — магнитная аномалия и странные дюны. На правом берегу — станция «Восток» К сожалению, магнитное аномалия расположена далеко от скважины — на противоположном конце озера. И разгадать ее вряд ли скоро удастся. Если вообще когда-нибудь получится. На станции Восток в Антарктиде наши ученые на глубине 3,768 тысячи метров завершили бурение и достигли поверхности подледникового озера Уже известно, что озеро Восток далеко не единственное в Антарктиде. Подобных — более сотни. Восток — просто самое крупное из открытых. Сейчас исследователи предполагают, что все эти озера, спрятанные под толщей льда, сообщаются между собой. О существовании разветвленной сети подледных рек и каналов недавно сообщили британские ученые — Дункан Уингхэм (Duncan Wingham) из университетского колледжа Лондона (University College London) с коллегами, — опубликовав соответствующую статью в авторитетном научном журнале Nature. Их выводы основаны на данных, полученных со спутников. Уингхэм уверяет: подледные каналы столь же полноводны, что и Темза. Загадка озера Ванда. Это соленое озеро, круглый год оно покрыто льдом. Но что поразительно: термометр опущенный в воду на глубину 60 м показывает… 25 градусов тепла! Почему? Ученые этого еще не знают. Наверное Антарктида преподнесет еще немало подобных загадок. Смех-смехом, но открытие британских ученых отнюдь не противоречит самым бредовым версиям о скрытой антарктической жизни. Наоборот, их подкрепляет. Ведь сеть каналов, расположенных на глубине около 4 километров под тощей льда, может связывать одни полости с другими. Служить своеобразными дорогами, которые в каком-то месте могут иметь выход в океан. Или вход. Земля Королевы Мод — обширная область на атлантическом побережье Антарктиды, лежащая между 20° западной и 44°38′ восточной долготы. Площадь — около 2 500 000 квадратных километров. Территория подпадает под действие Договора об Антарктике. Этот договор запрещает использование антарктических территорий в любых целях, кроме научно-исследовательских. На территории Земли Королевы Мод действует несколько научных станций, в том числе российская станция «Новолазаревская» и немецкая станция «Ноймайер» Антарктида была открыта в далеком 1820 году. Однако ее первое системное и углубленное изучение началось лишь век спустя. Причем наиболее заинтересованными исследователями ледового континента оказались представители нацистской Германии. В 1938–1939 годах немцы снарядили на континент две мощные экспедиции. Самолеты люфт­ваффе детально фотографировали огромные территории и сбросили на материк несколько тысяч металлических вымпелов со свастикой. Ответственный за операцию капитан Ритшер доложил лично генерал-фельдмаршалу Герингу, являвшемуся на тот момент главой министерства авиации и первым человеком в ВВС: «Каждые 25 километров наши самолеты сбрасывали вымпелы. Мы покрыли зону приблизительно 8600 тысяч квадратных метров. Из них 350 тысяч квадратных метров было сфотографировано». Обследованную территорию назвали Новой Швабией и объявили частью будущего тысячелетнего рейха. Собственно, название было выбрано не случайно. Швабия — средневековое герцогство, вошедшее позднее в состав единого германского государства. Активность нацистов на этом направлении, естественно, не укрылась от советской разведки, о чем свидетельствует уникальный документ под грифом «Совершенно секретно». 10 января 1939 года он лег на стол первому заместителю наркома НКВД, начальнику Главного управления государственной безопасности Всеволоду Меркулову. В нем неизвестный разведчик докладывал о своей командировке в рейх следующее: «…В настоящее время, со слов Гюнтера, в Тибете работает партия германских исследователей. Результат работы одной из групп… позволил снарядить научную экспедицию немцев в Антарктиду в декабре 1938 года. Целью этой экспедиции является обнаружение немцами так называемого города богов, скрытого подо льдами Антарктиды в районе Земли Королевы Мод…» «Озеро»: 66o18’07,15’’S; 100o47’51,16’’E. 1. Земля Королевы Мод и оазис Ширмахера. 2. Аномалии на Земле Королевы Мэри — здесь обнаружены «ход», «тарелка» и «озеро». Существует много данных о том, что в центральной области ледникового щита Антарктиды имеются места, где у нижней его поверхности, по-видимому, есть вода. Научный сотрудник Института географии РАН Игорь Зотиков рассказывал о том, как он еще в 1961 году проанализировал данные о ледниковом покрове центральной части Антарктиды, полученные в ходе первых четырех советских экспедиций. Результаты этого анализа показали, что центральные области находятся в условиях, когда отвод тепла от нижней поверхности ледника вверх из-за большой его толщины очень мал. В связи с этим весь поток тепла из недр земли не может быть целиком отведен от границ раздела «лед — твердое ложе», часть его должна постоянно затрачиваться на непрерывное таяние у этой границы. Был сделан следующий вывод: талая вода в виде сравнительно тонкой пленки выдавливается в места, где толщина ледника меньше. В отдельных углублениях подледного ложа эта вода может скапливаться в виде озер талой воды. В мае 1962 года газета «Известия» написала: ­»…Можно полагать, что подо льдом Антарктиды, на площади, почти равной площади Европы, разливается море пресной воды. Она должна быть богата кислородом, который доставляют постепенно опускающиеся в глубины верхние слои льда и снега. И очень может быть, что в этом подледниковом море есть своя, исключительно своеобразная жизнь…» - В Антарктиде до сих пор есть неисследованные районы, — говорит Сергей Булат, старший научный сотрудник отделения молекулярной и радиационной биофизики Санкт-Петербургского института ядерной физики. — Подледниковая структура очень разнообразна, это обычный континентальный рельеф, где есть горы, озера и прочее. Между континентом и льдом есть ниши, но не пустые, они все заполнены либо водой, либо льдом. Однако, по моему мнению, существование отдельной цивилизации под ледяной шапкой невозможно. Ведь толщина льда в Центральной Антарктиде свыше трех километров. Выжить там чему-либо легко. Не забывайте, что средняя температура на поверхности континента минус 55 градусов. Хотя подо льдом, конечно, тепло — около 5-6 градусов ниже нуля, тем не менее жизнь там маловероятна. Площадь Антарктиды — около 14 миллионов квадратных километров. Почти весь континент покрыт льдом. Местами его толщина достигает 5 километров. А что находится под ним, известно лишь про ничтожную часть поверхности. Команда ученых из Китая, Японии и Великобритании недавно опубликовала в журнале Nature результаты своих 4-летних исследований. С 2004 по 2008 год они ездили на мощных вездеходах по самому суровому району Антарктиды — над горами Гамбурцева. И просвечивали его радарами. Итогом стала карта рельефа поверхности площадью около 900 квадратных километров. И оказалось, что когда-то континент был свободен ото льда. Еще 34 миллиона лет назад здесь располагались горы и равнины с цветущими лугами. Как сейчас в европейских Альпах. Но что-то случилось. Исследователи нашли место, из которого небольшой ледник, расположенный на самом высоком пике (около 2400 метров), начал разрастаться. Постепенно он накрыл всю Антарктиду. Спрятал под слоем льда несколько озер. Мартин Зайгерт из Университета Эдинбурга, который принимал участие в экспедиции, уверен: в долинах антарктических Альп до сих пор сохранились замороженные растения. Даже небольшие деревья. Только вряд ли до них получится добраться. Но попробовать можно, например посредством бурения. Некоторые факты В Антарктиде по меньшей мере четыре полюса. Помимо географического Южного и магнитного, здесь находятся также полюс холода и полюс ветров. В Антарктиде бывают такие морозы которых нет нигде на земле. 25 августа 1958 г. на станции «Восток» была зарегистрирована температура 87,4 градуса ниже нуля. А полюс ветров? Он находится на антарктической Земле Виктории. Круглый год там свирепствуют жестокие ветры. Нередко скорость воздушных сил потоков превышает 80 метров в секунду что оставляет позади самые сильные тропические циклоны… Вмёрзший в лёд самолёт в Антарктиде около российской станции Новолазаревская А что находится подо льдами этого материка? В результате глубокого бурения на глубине полутора километров ученые обнаружили явные следы вулканических извержений и залежи железных руд. Здесь уже найдены алмазы и уран, золото и горный хрусталь. Каждый год приносит исследователям Антарктического материка новые загадки. «Белых» пятен на белом материке остается все меньше. Однако пока специалисты работали над составлением карты, они увидели много неожиданного. И изрядно поломали головы, чтобы объяснить увиденное. Вулканы во льдах Это место на западе Антарктиды полярникам хорошо известно — здесь неоднократно бывали экспедиции. Но если стоять на поверхности, никаких «кругов во льдах» не видно — обычная заснеженная равнина. Однако снимки со спутника обнаружили вот такую выпуклую аномалию. Оказалось, что это потухший вулкан. Их в Антарктиде множество. А это еще раз доказывает, что шестой континент нашей планеты не всегда был скован льдами. Ной замерз во льдах? А этот снимок понравился любителям всего аномального. Картинка необычайно похожа на остатки Ноева ковчега, который, как уверяют, окаменел на склоне Арарата (см. фото внизу). На самом деле это район Сухих долин — единственное место в Антарктиде, свободное от снега. Как текут ледяные реки Подобные снимки часто можно видеть у археологов. С помощью аэрофотосъемки они определяют контуры древних занесенных песком или землей городов. И нечто похожее обнаружено в Антарктиде. Увы, это не руины, оставленные загадочной цивилизацией. А «река» — ледовый поток, который движется со скоростью несколько сотен метров в год. А если на дне реки есть какие-то препятствия или две реки сталкиваются, то начинаются водовороты, как на этом фото. Сейчас в Антарктиде работают 50 полярных научно-исследовательских станций из 20 стран планеты. Россия содержит 6 постоянных станций и две сезонные.

Космонавт, впервые в истории человечества выбравшийся в открытый космос, не смог влезть обратно. Он вольно парил на конце 5-метровой верёвки над планетой, а вот когда пришла пора возвращаться — выяснилось, что скафандр разбух и никак не пролезает в шлюз. Чтобы забраться туда, ему пришлось стравить давление в скафандре до 0,27 земного — такое бывает где-то в трёх километрах над Эверестом. Чудо, но он не потерял при этом сознание. Но теперь его не пускал второй шлюз. Влезть в него удалось, только грубо нарушив инструкцию — вперёд головой, а не ногами. Рухнул рядом с товарищем. Едва отдышался, пришла новость — автоматическая система возвращения на Землю поломана. Снова впервые в истории человечества, корабль пришлось возвращать на планету вручную. И тут вышла незадача: на новом корабле Восход-2 единственное окно иллюминатора смотрело вбок. В нём были видны только звёзды. Запустишь двигатель не так — вместо возвращения улетишь еще дальше и останешься там навечно. Космонавты отчаянно ползали по кабине, вглядывались с разных углов в злосчастный иллюминатор, прикидывали по памяти, где Большая Медведица, а где Земля, и наконец стартанули двигатель. Уже наверно смешно звучит, но снова впервые в истории человечества они занимали свои места при работающем двигателе ракеты, ускорение которой норовит превратить в лепёшку. Для них оставалось загадкой, куда она их унесёт. Спуск они мало помнят. Очнулись, выбрались. Вокруг сугробы по пояс. Холодно — минус 30. На корабле была масса средств спасения — рыболовные крючки, средство для отпугивания акул, единственный пистолет ТТ, и так далее. А вот от холода не подумали. Космонавты сняли скафандры, вылили из них литров по пять пота каждый, голыми развели костер, тщательно закутались и стали ждать, периодически настукивая морзянку — SOS. Текст разнообразить не стали — а что собственно писать на всю планету? Мы советские космонавты, находимся хрен знает где, нам плохо… Сигнал этот экранировали ёлки. Космонавты догадывались, перемещались по сугробам. В конце концов, SOS поймали в Бонне. Немцы сообщили в Кремль. Наши не поверили. А в это время — единственное, что Центр управления полётами знал о пропавших космонавтах, это то, что они приземлились где-то в России. Сотни вертолётов были подняты в воздух и прочёсывали окрестности. В это время по телику сообщалось, что космонавты благополучно приземлились и отдыхают в санатории. Пауза между этим сообщением и появлением на экране самих космонавтов явно затягивалась. Не выдержав, Брежнев позвонил Королёву и спросил, какого чёрта. Королёв зло ответил: «Моё дело запускать космонавтов, Ваше — извещать. Вы поторопились, не я». Наконец один из вертолётов засёк костёр и двух несчастных космонавтов возле него. Но сесть там было невозможно. Пехом отправилась группа лыжников для расчистки площадки топорами. А с неба посыпались подарки — тёплая одежда и ящики коньяка. Одежда вся висла на деревьях, коньяк разбивался. Космонавты увёртывались и мрачно матерились. Я нарочно изложил всё в жанре завирального авантюрного романа. Чтобы стал понятен контраст. Я просто пересказал документальную запись Алексея Архиповича Леонова. Как бы в опроверждение полному бреду, на его груди горели две звезды Героя Советского Союза. Я бы дал десяток — чтобы больше, чем у Брежнева, и за каждое «впервые в истории человечества» в этом полёте. Все они — настолько русские…

Про кисточки и электричество Устроился работать в контору, работающую в сфере энергоснабжения. Был там один ветеран — Андрюхой зовут. Причёска у него странная была. Вроде как под машинку, но за ушами кисточки торчали, как будто там просто не побрили. Понимание такой причёски пришло, когда мы выехали устранять последствия КЗ на 10-киловольтной линии. Причины были неясны, на линии пусто и сухо, всё вроде на месте, заградитель, никаких видимых проявлений, так сказать… Зашли в будку, дверь ветром благополучно прикрыло, но мы работаем. Всё проверили, ключ на старт — есть напряжение. Направляемся к выходу — и вдруг ор Андрюхи: — Стоять, #& вашу мать! Мы с двумя монтёрами замираем. Андрей на цыпочках подходит к двери и с трёхэтажным матом бросает в неё отвёртку. Искры, мат, вся бригада падает на землю, в будке тишина. Всё опять вылетело. В полном офигении начинаем изучать конструкцию. Оказывается, что вода из водостока дома, к которому относилась будка, по кабелю с крыши спускалась до будки, а там по косяку стальной двери на сам трансформатор. Для прохождения напряжения хватало. Вечером за пивом я разузнал, что Андрей кисточки за ушами не просто так оставляет. В молодости его два раза било током, и дважды он после этого лежал в больнице. После второго раза он вышел из больницы только через четыре недели, обросший и заросший. И как-то заметил, что волосы на голове при приближении к напряжению начинают вставать. С тех пор, поэкспериментировав с причёсками, он стал носить такие вот кисточки. За последние 17 лет, что Андрей является главным в бригаде, — ни одного удара током.

Просто лапша...

Взрыв мозга...

Последнее письмо матери сыну «Это письмо нелегко оборвать, оно — мой последний разговор с тобой, и, переправив письмо, я окончательно ухожу от тебя». В этом году евреи всего мира отмечают 28 апреля День Катастрофы. Екатерина Савельевна Витис, мать писателя Василия Семеновича Гроссмана, в 1941 году написала ему прощальное письмо, которое он целиком включил в роман «Жизнь и судьба» как последнее послание матери Виктора Штрума. Каждый должен прочитать это. Это памятник материнской любви, силе духа и противостоянию ужасам фашизма. Витя, я уверена, мое письмо дойдёт до тебя, хотя я за линией фронта и за колючей проволокой еврейского гетто. Твой ответ я никогда не получу, меня не будет. Я хочу, чтобы ты знал о моих последних днях, с этой мыслью мне легче уйти из жизни. Людей, Витя, трудно понять по-настоящему... Седьмого июля немцы ворвались в город. В городском саду радио передавало последние известия. Я шла из поликлиники после приема больных и остановилась послушать. Дикторша читала по-украински статью о боях. Я услышала отдалённую стрельбу, потом через сад побежали люди. Я пошла к дому и всё удивлялась, как это пропустила сигнал воздушной тревоги. И вдруг я увидела танк, и кто-то крикнул: «Немцы прорвались!» Я сказала: «Не сейте панику». Накануне я заходила к секретарю горсовета, спросила его об отъезде. Он рассердился: «Об этом рано говорить, мы даже списков не составляли»... Словом, это были немцы. Всю ночь соседи ходили друг к другу, спокойней всех были малые дети да я. Решила — что будет со всеми, то будет и со мной. Вначале я ужаснулась, поняла, что никогда тебя не увижу, и мне страстно захотелось ещё раз посмотреть на тебя, поцеловать твой лоб, глаза. А я потом подумала — ведь счастье, что ты в безопасности. Под утро я заснула и, когда проснулась, почувствовала страшную тоску. Я была в своей комнате, в своей постели, но ощутила себя на чужбине, затерянная, одна. Этим же утром мне напомнили забытое за годы советской власти, что я еврейка. Немцы ехали на грузовике и кричали: «Juden kaputt!» А затем мне напомнили об этом некоторые мои соседи. Жена дворника стояла под моим окном и говорила соседке: «Слава Богу, жидам конец». Откуда это? Сын её женат на еврейке, и старуха ездила к сыну в гости, рассказывала мне о внуках. Соседка моя, вдова, у неё девочка 6 лет, Алёнушка, синие, чудные глаза, я тебе писала о ней когда-то, зашла ко мне и сказала: «Анна Семеновна, попрошу вас к вечеру убрать вещи, я переберусь в Вашу комнату». «Хорошо, я тогда перееду в вашу» — сказала я. Она ответила: «Нет, вы переберетесь в каморку за кухней». Я отказалась: там ни окна, ни печки. Я пошла в поликлинику, а когда вернулась, оказалось: дверь в мою комнату взломали, мои вещи свалили в каморке. Соседка мне сказала: «Я оставила у себя диван, он всё равно не влезет в вашу новую комнатку». Удивительно, она кончила техникум, и покойный муж её был славный и тихий человек, бухгалтер в Укопспилке. «Вы вне закона» — сказала она таким тоном, словно ей это очень выгодно. А её дочь Аленушка сидела у меня весь вечер, и я ей рассказывала сказки. Это было моё новоселье, и она не хотела идти спать, мать её унесла на руках. А затем, Витенька, поликлинику нашу вновь открыли, а меня и ещё одного врача-еврея уволили. Я попросила деньги за проработанный месяц, но новый заведующий мне сказал: «Пусть вам Сталин платит за то, что вы заработали при советской власти, напишите ему в Москву». Санитарка Маруся обняла меня и тихонько запричитала: «Господи, Боже мой, что с вами будет, что с вами всеми будет...» И доктор Ткачев пожал мне руку. Я не знаю, что тяжелей: злорадство или жалостливые взгляды, которыми глядят на подыхающую, шелудивую кошку. Не думала я, что придётся мне всё это пережить. Многие люди поразили меня. И не только тёмные, озлобленные, безграмотные. Вот старик-педагог, пенсионер, ему 75 лет, он всегда спрашивал о тебе, просил передать привет, говорил о тебе: «Он наша гордость». А в эти дни проклятые, встретив меня, не поздоровался, отвернулся. А потом мне рассказывали, что он на собрании в комендатуре говорил: «Воздух очистился, не пахнет чесноком». Зачем ему это — ведь эти слова его пачкают. И на том же собрании, сколько клеветы на евреев было... Но, Витенька, конечно, не все пошли на это собрание. Многие отказались. И, знаешь, в моём сознании с царских времен антисемитизм связан с квасным патриотизмом людей из «Союза Михаила Архангела». А здесь я увидела, — те, что кричат об избавлении России от евреев, унижаются перед немцами, по-лакейски жалки, готовы продать Россию за тридцать немецких сребреников. А тёмные люди из пригорода ходят грабить, захватывают квартиры, одеяла, платья; такие, вероятно, убивали врачей во время холерных бунтов. А есть душевно вялые люди, они поддакивают всему дурному, лишь бы их не заподозрили в несогласии с властями. Ко мне беспрерывно прибегают знакомые с новостями, глаза у всех безумные, люди, как в бреду. Появилось странное выражение — «перепрятывать вещи». Кажется, что у соседа надежней. Перепрятывание вещей напоминает мне игру. Вскоре объявили о переселении евреев, разрешили взять с собой 15 килограммов вещей. На стенах домов висели жёлтенькие объявленьица — «Всем жидам предлагается переселиться в район Старого города не позднее шести часов вечера 15 июля 1941 года. Не переселившимся — расстрел». Ну вот, Витенька, собралась и я. Взяла я с собой подушку, немного белья, чашечку, которую ты мне когда-то подарил, ложку, нож, две тарелки. Много ли человеку нужно? Взяла несколько инструментов медицинских. Взяла твои письма, фотографии покойной мамы и дяди Давида, и ту, где ты с папой снят, томик Пушкина, «Lettres de Mon moulin», томик Мопассана, где «One vie», словарик, взяла Чехова, где «Скучная история» и «Архиерей». Вот и, оказалось, что я заполнила всю свою корзинку. Сколько я под этой крышей тебе писем написала, сколько часов ночью проплакала, теперь уж скажу тебе, о своем одиночестве. Простилась с домом, с садиком, посидела несколько минут под деревом, простилась с соседями. Странно устроены некоторые люди. Две соседки при мне стали спорить о том, кто возьмёт себе стулья, кто письменный столик, а стала с ними прощаться, обе заплакали. Попросила соседей Басанько, если после войны ты приедешь узнать обо мне, пусть расскажут поподробней и мне обещали. Тронула меня собачонка, дворняжка Тобик, последний вечер как-то особенно ласкалась ко мне. Если приедешь, ты её покорми за хорошее отношение к старой жидовке. Когда я собралась в путь и думала, как мне дотащить корзину до Старого города, неожиданно пришел мой пациент Щукин, угрюмый и, как мне казалось, чёрствый человек. Он взялся понести мои вещи, дал мне триста рублей и сказал, что будет раз в неделю приносить мне хлеб к ограде. Он работает в типографии, на фронт его не взяли по болезни глаз. До войны он лечился у меня, и если бы мне предложили перечислить людей с отзывчивой, чистой душой, — я назвала бы десятки имен, но не его. Знаешь, Витенька, после его прихода я снова почувствовала себя человеком, значит, ко мне не только дворовая собака может относиться по-человечески. Он рассказал мне, что в городской типографии печатается приказ, что евреям запрещено ходить по тротуарам. Они должны носить на груди жёлтую лату в виде шестиконечной звезды. Они не имеют права пользоваться транспортом, банями, посещать амбулатории, ходить в кино, запрещается покупать масло, яйца, молоко, ягоды, белый хлеб, мясо, все овощи, исключая картошку. Покупки на базаре разрешается делать только после шести часов вечера (когда крестьяне уезжают с базара). Старый город будет обнесён колючей проволокой, и выход за проволоку запрещён, можно только под конвоем на принудительные работы. При обнаружении еврея в русском доме хозяину — расстрел, как за укрытие партизана. Тесть Щукина, старик-крестьянин, приехал из соседнего местечка Чуднова и видел своими глазами, что всех местных евреев с узлами и чемоданами погнали в лес, и оттуда в течение всего дня доносились выстрелы и дикие крики, ни один человек не вернулся. А немцы, стоявшие на квартире у тестя, пришли поздно вечером — пьяные, и ещё пили до утра, пели и при старике делили между собой брошки, кольца, браслеты. Не знаю, случайный ли это произвол или предвестие ждущей и нас судьбы? Как печален был мой путь, сыночек, в средневековое гетто. Я шла по городу, в котором проработала 20 лет. Сперва мы шли по пустынной Свечной улице. Но когда мы вышли на Никольскую, я увидела сотни людей, шедших в это проклятое гетто. Улица стала белой от узлов, от подушек. Больных вели под руки. Парализованного отца доктора Маргулиса несли на одеяле. Один молодой человек нёс на руках старуху, а за ним шли жена и дети, нагруженные узлами. Заведующий магазином бакалеи Гордон, толстый, с одышкой, шёл в пальто с меховым воротником, а по лицу его тёк пот. Поразил меня один молодой человек, он шёл без вещей, подняв голову, держа перед собой раскрытую книгу, с надменным и спокойным лицом. Но сколько рядом было безумных, полных ужаса. Шли мы по мостовой, а на тротуарах стояли люди и смотрели. Одно время я шла с Маргулисами и слышала сочувственные вздохи женщин. А над Гордоном в зимнем пальто смеялись, хотя, поверь, он был ужасен, не смешон. Видела много знакомых лиц. Одни слегка кивали мне, прощаясь, другие отворачивались. Мне кажется, в этой толпе равнодушных глаз не было; были любопытные, были безжалостные, но несколько раз я видела заплаканные глаза. Я посмотрела — две толпы, евреи в пальто, шапках, женщины в тёплых платках, а вторая толпа на тротуаре одета по-летнему. Светлые кофточки, мужчины без пиджаков, некоторые в вышитых украинских рубахах. Мне показалось, что для евреев, идущих по улице, уже и солнце отказалось светить, они идут среди декабрьской ночной стужи. У входа в гетто я простилась с моим спутником, он мне показал место у проволочного заграждения, где мы будем встречаться. Знаешь, Витенька, что я испытала, попав за проволоку? Я думала, что почувствую ужас. Но, представь, в этом загоне для скота мне стало легче на душе. Не думай, не потому, что у меня рабская душа. Нет. Нет. Вокруг меня были люди одной судьбы, и в гетто я не должна, как лошадь, ходить по мостовой, и нет взоров злобы, и знакомые люди смотрят мне в глаза и не избегают со мной встречи. В этом загоне все носят печать, поставленную на нас фашистами, и поэтому здесь не так жжёт мою душу эта печать. Здесь я себя почувствовала не бесправным скотом, а несчастным человеком. От этого мне стало легче. Я поселилась вместе со своим коллегой, доктором-терапевтом Шперлингом, в мазаном домике из двух комнатушек. У Шперлингов две взрослые дочери и сын, мальчик лет двенадцати. Я подолгу смотрю на его худенькое личико и печальные большие глаза. Его зовут Юра, а я раза два называла его Витей, и он меня поправлял: «Я Юра, а не Витя». Как различны характеры людей! Шперлинг в свои пятьдесят восемь лет полон энергии. Он раздобыл матрацы, керосин, подводу дров. Ночью внесли в домик мешок муки и полмешка фасоли. Он радуется всякому своему успеху, как молодожён. Вчера он развешивал коврики. Ничего, ничего, все переживём, — повторяет он — главное, запастись продуктами и дровами. Он сказал мне, что в гетто следует устроить школу. Он даже предложил мне давать Юре уроки французского языка и платить за урок тарелкой супа. Я согласилась. Жена Шперлинга, толстая Фанни Борисовна, вздыхает: «Всё погибло, мы погибли». Но при этом, следит, чтобы её старшая дочь Люба, доброе и милое существо, не дала кому-нибудь горсть фасоли или ломтик хлеба. А младшая, любимица матери, Аля — истинное исчадие ада: властная, подозрительная, скупая. Она кричит на отца, на сестру. Перед войной она приехала погостить из Москвы и застряла. Боже мой, какая нужда вокруг! Если бы те, кто говорят о богатстве евреев и о том, что у них всегда накоплено на чёрный день, посмотрели на наш Старый город. Вот он и пришёл, чёрный день, чернее не бывает. Ведь в Старом городе не только переселённые с 15 килограммами багажа, здесь всегда жили ремесленники, старики, рабочие, санитарки. В какой ужасной тесноте жили они и живут. Как едят! Посмотрел бы ты на эти полуразваленные, вросшие в землю хибарки. Витенька, здесь я вижу много плохих людей — жадных, трусливых, хитрых, даже готовых на предательство. Есть тут один страшный человек, Эпштейн, попавший к нам из какого-то польского городка. Он носит повязку на рукаве и ходит с немцами на обыски, участвует в допросах, пьянствует с украинскими полицаями, и они посылают его по домам вымогать водку, деньги, продукты. Я раза два видела его — рослый, красивый, в франтовском кремовом костюме, и даже жёлтая звезда, пришитая к его пиджаку, выглядит, как жёлтая хризантема. Но я хочу тебе сказать и о другом. Я никогда не чувствовала себя еврейкой. С детских лет я росла в среде русских подруг, я любила больше всех поэтов Пушкина, Некрасова, и пьеса, на которой я плакала вместе со всем зрительным залом, съездом русских земских врачей, была «Дядя Ваня» со Станиславским. А когда-то, Витенька, когда я была четырнадцатилетней девочкой, наша семья собралась эмигрировать в Южную Америку. И я сказала папе: «Не поеду никуда из России, лучше утоплюсь». И не уехала. А вот в эти ужасные дни мое сердце наполнилось материнской нежностью к еврейскому народу. Раньше я не знала этой любви. Она напоминает мне мою любовь к тебе, дорогой сынок. Я хожу к больным на дом. В крошечные комнатки втиснуты десятки людей: полуслепые старики, грудные дети, беременные. Я привыкла в человеческих глазах искать симптомы болезней — глаукомы, катаракты. Я теперь не могу так смотреть в глаза людям, — в глазах я вижу лишь отражение души. Хорошей души, Витенька! Печальной и доброй, усмехающейся и обречённой, побеждённой насилием и в то же время торжествующей над насилием. Сильной, Витя, души! Если бы ты слышал, с каким вниманием старики и старухи расспрашивают меня о тебе. Как сердечно утешают меня люди, которым я ни на что не жалуюсь, люди, чьё положение ужасней моего. Мне иногда кажется, что не я хожу к больным, а, наоборот, народный добрый врач лечит мою душу. А как трогательно вручают мне за лечение кусок хлеба, луковку, горсть фасоли. Поверь, Витенька, это не плата за визиты! Когда пожилой рабочий пожимает мне руку и вкладывает в сумочку две-три картофелины и говорит: «Ну, ну, доктор, я вас прошу», у меня слёзы выступают на глазах. Что-то в этом такое есть чистое, отеческое, доброе, не могу словами передать тебе это. Я не хочу утешать тебя тем, что легко жила это время. Ты удивляйся, как моё сердце не разорвалось от боли. Но не мучься мыслью, что я голодала, я за все это время ни разу не была голодна. И ещё — я не чувствовала себя одинокой. Что сказать тебе о людях, Витя? Люди поражают меня хорошим и плохим. Они необычайно разные, хотя все переживают одну судьбу. Но, представь себе, если во время грозы большинство старается спрятаться от ливня, это ещё не значит, что все люди одинаковы. Да и прячется от дождя каждый по-своему... Доктор Шперлинг уверен, что преследования евреев временные, пока война. Таких, как он, немало, и я вижу, чем больше в людях оптимизма, тем они мелочней, тем эгоистичней. Если во время обеда приходит кто-нибудь, Аля и Фанни Борисовна немедленно прячут еду. Ко мне Шперлинги относятся хорошо, тем более что я ем мало и приношу продуктов больше, чем потребляю. Но я решила уйти от них, они мне неприятны. Подыскиваю себе уголок. Чем больше печали в человеке, чем меньше он надеется выжить, тем он шире, добрее, лучше. Беднота, жестянщики, портняги, обречённые на гибель, куда благородней, шире и умней, чем те, кто ухитрились запасти кое-какие продукты. Молоденькие учительницы, чудик-старый учитель и шахматист Шпильберг, тихие библиотекарши, инженер Рейвич, который беспомощней ребенка, но мечтает вооружить гетто самодельными гранатами — что за чудные, непрактичные, милые, грустные и добрые люди. Здесь я вижу, что надежда почти никогда не связана с разумом, она — бессмысленна, я думаю, её родил инстинкт. Люди, Витя, живут так, как будто впереди долгие годы. Нельзя понять, глупо это или умно, просто так оно есть. И я подчинилась этому закону. Здесь пришли две женщины из местечка и рассказывают то же, что рассказывал мне мой друг. Немцы в округе уничтожают всех евреев, не щадя детей, стариков. Приезжают на машинах немцы и полицаи и берут несколько десятков мужчин на полевые работы, они копают рвы, а затем через два-три дня немцы гонят еврейское население к этим рвам и расстреливают всех поголовно. Всюду в местечках вокруг нашего города вырастают эти еврейские курганы. В соседнем доме живёт девушка из Польши. Она рассказывает, что там убийства идут постоянно, евреев вырезают всех до единого, и евреи сохранились лишь в нескольких гетто — в Варшаве, в Лодзи, Радоме. И когда я всё это обдумала, для меня стало совершенно ясно, что нас здесь собрали не для того, чтобы сохранить, как зубров в Беловежской пуще, а для убоя. По плану дойдёт и до нас очередь через неделю, две. Но, представь, понимая это, я продолжаю лечить больных и говорю: «Если будете систематически промывать лекарством глаза, то через две-три недели выздоровеете». Я наблюдаю старика, которому можно будет через полгода-год снять катаракту. Я задаю Юре уроки французского языка, огорчаюсь его неправильному произношению. А тут же немцы, врываясь в гетто, грабят, часовые, развлекаясь, стреляют из-за проволоки в детей, и всё новые, новые люди подтверждают, что наша судьба может решиться в любой день. Вот так оно происходит — люди продолжают жить. У нас тут даже недавно была свадьба. Слухи рождаются десятками. То, задыхаясь от радости, сосед сообщает, что наши войска перешли в наступление и немцы бегут. То вдруг рождается слух, что советское правительство и Черчилль предъявили немцам ультиматум, и Гитлер приказал не убивать евреев. То сообщают, что евреев будут обменивать на немецких военнопленных. Оказывается, нигде нет столько надежд, как в гетто. Мир полон событий, и все события, смысл их, причина, всегда одни — спасение евреев. Какое богатство надежды! А источник этих надежд один — жизненный инстинкт, без всякой логики сопротивляющийся страшной необходимости погибнуть нам всем без следа. И вот смотрю и не верю: неужели все мы — приговорённые, ждущие казни? Парикмахеры, сапожники, портные, врачи, печники — все работают. Открылся даже маленький родильный дом, вернее, подобие такого дома. Сохнет белье, идёт стирка, готовится обед, дети ходят с 1 сентября в школу, и матери расспрашивают учителей об отметках ребят. Старик Шпильберг отдал в переплёт несколько книг. Аля Шперлинг занимается по утрам физкультурой, а перед сном наворачивает волосы на папильотки, ссорится с отцом, требует себе какие-то два летних отреза. И я с утра до ночи занята — хожу к больным, даю уроки, штопаю, стираю, готовлюсь к зиме, подшиваю вату под осеннее пальто. Я слушаю рассказы о карах, обрушившихся на евреев. Знакомую, жену юрисконсульта, избили до потери сознания за покупку утиного яйца для ребенка. Мальчику, сыну провизора Сироты, прострелили плечо, когда он пробовал пролезть под проволокой и достать закатившийся мяч. А потом снова слухи, слухи, слухи. Вот и не слухи. Сегодня немцы угнали восемьдесят молодых мужчин на работы, якобы копать картошку, и некоторые люди радовались — сумеют принести немного картошки для родных. Но я поняла, о какой картошке идет речь. Ночь в гетто — особое время, Витя. Знаешь, друг мой, я всегда приучала тебя говорить мне правду, сын должен всегда говорить матери правду. Но и мать должна говорить сыну правду. Не думай, Витенька, что твоя мама — сильный человек. Я — слабая. Я боюсь боли и трушу, садясь в зубоврачебное кресло. В детстве я боялась грома, боялась темноты. Старухой я боялась болезней, одиночества, боялась, что, заболев, не смогу работать, сделаюсь обузой для тебя и ты мне дашь это почувствовать. Я боялась войны. Теперь по ночам, Витя, меня охватывает ужас, от которого леденеет сердце. Меня ждёт гибель. Мне хочется звать тебя на помощь. Когда-то ты ребенком прибегал ко мне, ища защиты. И теперь в минуты слабости мне хочется спрятать свою голову на твоих коленях, чтобы ты, умный, сильный, прикрыл её, защитил. Я не только сильна духом, Витя, я и слаба. Часто думаю о самоубийстве, но я не знаю, слабость, или сила, или бессмысленная надежда удерживают меня. Но хватит. Я засыпаю и вижу сны. Часто вижу покойную маму, разговариваю с ней. Сегодня ночью видела во сне Сашеньку Шапошникову, когда вместе жили в Париже. Но тебя, ни разу не видела во сне, хотя всегда думаю о тебе, даже в минуты ужасного волнения. Просыпаюсь, и вдруг этот потолок, и я вспоминаю, что на нашей земле немцы, я прокажённая, и мне кажется, что я не проснулась, а, наоборот, заснула и вижу сон. Но проходит несколько минут, я слышу, как Аля спорит с Любой, чья очередь отправиться к колодцу, слышу разговоры о том, что ночью на соседней улице немцы проломили голову старику. Ко мне пришла знакомая, студентка педтехникума, и позвала к больному. Оказалось, она скрывает лейтенанта, раненного в плечо, с обожжённым глазом. Милый, измученный юноша с волжской, окающей речью. Он ночью пробрался за проволоку и нашел приют в гетто. Глаз у него оказался повреждён несильно, я сумела приостановить нагноение. Он много рассказывал о боях, о бегстве наших войск, навёл на меня тоску. Хочет отдохнуть и пойти через линию фронта. С ним пойдут несколько юношей, один из них был моим учеником. Ох, Витенька, если б я могла пойти с ними! Я так радовалась, оказывая помощь этому парню, мне казалось, вот и я участвую в войне с фашизмом. Ему принесли картошки, хлеба, фасоли, а какая-то бабушка связала ему шерстяные носки. Сегодня день наполнен драматизмом. Накануне Аля через свою русскую знакомую достала паспорт умершей в больнице молодой русской девушки. Ночью Аля уйдёт. И сегодня мы узнали от знакомого крестьянина, проезжавшего мимо ограды гетто, что евреи, посланные копать картошку, роют глубокие рвы в четырех верстах от города, возле аэродрома, по дороге на Романовку. Запомни, Витя, это название, там ты найдёшь братскую могилу, где будет лежать твоя мать. Даже Шперлинг понял всё, весь день бледен, губы дрожат, растерянно спрашивает меня: «Есть ли надежда, что специалистов оставят в живых?» Действительно, рассказывают, в некоторых местечках лучших портных, сапожников и врачей не подвергли казни. И всё же вечером Шперлинг позвал старика-печника, и тот сделал тайник в стене для муки и соли. И я вечером с Юрой читала «Lettres de mon moulin». Помнишь, мы читали вслух мой любимый рассказ «Les vieux» и переглянулись с тобой, рассмеялись, и у обоих слёзы были на глазах. Потом я задала Юре уроки на послезавтра. Так нужно. Но какое щемящее чувство у меня было, когда я смотрела на печальное личико моего ученика, на его пальцы, записывающие в тетрадку номера заданных ему параграфов грамматики. И сколько этих детей: чудные глаза, тёмные кудрявые волосы, среди них есть, наверное, будущие учёные, физики, медицинские профессора, музыканты, может быть, поэты. Я смотрю, как они бегут по утрам в школу, не по-детски серьезные, с расширенными трагическими глазами. А иногда они начинают возиться, дерутся, хохочут, и от этого на душе не веселей, а ужас охватывает. Говорят, что дети наше будущее, но что скажешь об этих детях? Им не стать музыкантами, сапожниками, закройщиками. И я ясно сегодня ночью представила себе, как весь этот шумный мир бородатых озабоченных папаш, ворчливых бабушек, создательниц медовых пряников, гусиных шеек, мир свадебных обычаев, поговорок, субботних праздников уйдет навек в землю. И после войны жизнь снова зашумит, а нас не будет. Мы исчезнем, как исчезли ацтеки. Крестьянин, который привёз весть о подготовке могил, рассказывает, что его жена ночью плакала, причитала: «Они и шьют, и сапожники, и кожу выделывают, и часы чинят, и лекарства в аптеке продают... Что ж это будет, когда их всех поубивают?» И так ясно я увидела, как, проходя мимо развалин, кто-нибудь скажет: «Помнишь, тут жили когда-то евреи, печник Борух. В субботний вечер его старуха сидела на скамейке, а возле неё играли дети». А второй собеседник скажет: «А вон под той старой грушей-кислицей обычно сидела докторша, забыл её фамилию. Я у неё когда-то лечил глаза, после работы она всегда выносила плетеный стул и сидела с книжкой». Так оно будет, Витя. Как будто страшное дуновение прошло по лицам, все почувствовали, что приближается срок. Витенька, я хочу сказать тебе... нет, не то, не то. Витенька, я заканчиваю свое письмо и отнесу его к ограде гетто и передам своему другу. Это письмо нелегко оборвать, оно — мой последний разговор с тобой, и, переправив письмо, я окончательно ухожу от тебя, ты уж никогда не узнаешь о последних моих часах. Это наше самое последнее расставание. Что скажу я тебе, прощаясь, перед вечной разлукой? В эти дни, как и всю жизнь, ты был моей радостью. По ночам я вспоминала тебя, твою детскую одежду, твои первые книжки, вспоминала твоё первое письмо, первый школьный день. Всё, всё вспоминала от первых дней твоей жизни до последней весточки от тебя, телеграммы, полученной 30 июня. Я закрывала глаза, и мне казалось — ты заслонил меня от надвигающегося ужаса, мой друг. А когда я вспоминала, что происходит вокруг, я радовалась, что ты не возле меня — пусть ужасная судьба минет тебя. Витя, я всегда была одинока. В бессонные ночи я плакала от тоски. Ведь никто не знал этого. Моим утешением была мысль о том, что я расскажу тебе о своей жизни. Расскажу, почему мы разошлись с твоим папой, почему такие долгие годы я жила одна. И я часто думала, — как Витя удивится, узнав, что мама его делала ошибки, безумствовала, ревновала, что её ревновали, была такой, как все молодые. Но моя судьба — закончить жизнь одиноко, не поделившись с тобой. Иногда мне казалось, что я не должна жить вдали от тебя, слишком я тебя любила. Думала, что любовь даёт мне право быть с тобой на старости. Иногда мне казалось, что я не должна жить вместе с тобой, слишком я тебя любила. Ну, enfin... Будь всегда счастлив с теми, кого ты любишь, кто окружает тебя, кто стал для тебя ближе матери. Прости меня. С улицы слышен плач женщин, ругань полицейских, а я смотрю на эти страницы, и мне кажется, что я защищена от страшного мира, полного страдания. Как закончить мне письмо? Где взять силы, сынок? Есть ли человеческие слова, способные выразить мою любовь к тебе? Целую тебя, твои глаза, твой лоб, волосы. Помни, что всегда в дни счастья и в день горя материнская любовь с тобой, её никто не в силах убить. Витенька... Вот и последняя строка последнего маминого письма к тебе. Живи, живи, живи вечно... Мама. Екатерина Савельевна Витис была расстреляна вместе с другими евреями в Романовке 15 сентября 1941 года, в ходе одной из фашистских операций по уничтожению еврейского населения. Тяжелобольная костным туберкулезом, она шла к могильному братскому рву на костылях. До конца жизни писатель Василий Гроссман писал письма своей погибшей матери. Роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» оценивается многими как «„Война и мир“ двадцатого века», как из-за прямого влияния романа Толстого на Гроссмана, так и по своему значению. Центральная идея произведения заключается в том, что проявления человечности, происходящие в тоталитарном обществе, вопреки давлению такого общества, являются высшей ценностью.

Особо понравилась фраза ТС Как в воду глядел :)

Выпустить бы на Майдан Спартака с одной центурией и посмотреть как он "своих" братьев героев отпинал бы :)

Вызвавший возмутительную реакцию всех развитых стран мира закон о пропаганде однополых сексуальных отношений снят с рассмотрения в Раде В Верховной Раде Украины снят с рассмотрения проект закона о запрете направленной на детей пропаганды однополых сексуальных отношений, который подготовил экс-нардеп Вадим Колесниченко, сообщают украинские СМИ. Именно этот украинский закон вызвал возмутительную реакцию практически всех развитых стран мира и международных организаций. В частности, снять с рассмотрения гомофобный закон и прекратить дискриминацию ЛГБТ-сообщества официально требовали в ООН. В свою очередь в Европарламента и ряде стран Европейского Союза призвали Украину не принимать данный закон. В Нидерландах даже пригрозили в случае согласования таких норм наложить вето на либерализацию визового режима между ЕС и Украиной. Интересно, что и в Интернете появилось видео под названием "Украина! Останови 8711", в котором 25 человек из разных стран Европы требуют прекратить в Украине дискриминационные действия против ЛГБТ-сообщества. Напомним, 15 апреля Рада приняла за основу закон о противодействии дискриминации. Законопроект входит в пакет документов, которые позволят либерализовать визовый режим с Евросоюзом. От редакции: Поздравляю! Теперь вместо парада на День Победы, на Украине можно будет проводить гей-парады. Куда смотрят националисты? ЛС

«…Люди являются плодоносной ветвью украинского национального древа…» «…Арии (ории) – древнейшее название украинцев. Первые пахари мира. Приручили коня, изобрели колесо и плуг…» «…В основе санскрита лежит какой-то загадочный язык «сансар», занесенный на нашу планету с Венеры. Не об украинском ли языке речь?..» «…Украинский язык – допотопный, язык Ноя, самый древний язык в мире, от которого произошли кавказско-яфетические, прахамитские и прасемитские группы языков…» «Украина с древнейших времен возглавляла цивилизационное развитие людей белой расы, всячески обеспечивала это развитие, благоприятствовала ему, даже пребывая в неволе. Сможет ли кто-нибудь иной найти в себе ту моральную и Божественную могущественную силу и пречистую историческую правду и умение и далее быть дирижером последней цивилизации человечества…» «…У нас есть основания считать, что Овидий писал стихи на древнем украинском языке…» «…Славный полководец Спартак может быть причислен к ярчайшим представителям скифско-арийского этноса, который дал миру и современных украинцев…» «…Украинцы – великий народ, заселявший когда-то почти всю Европу. Галлы - жители Галиции (галичане – западные украинцы), Галисии (в Испании), Галлии – во Франции и Северной Италии и гелы – шотландцы, а также ирландцы – это один и тот же народ. Часть галичан населяла и Фракию. Так что Спартак и Бандера – национальные герои нашей родины...»

Вы можете мне не поверить на слово, но в Финляндии в последнее время распространяется новое модное течение, получившее название «славянских корточек». Что самое забавное, такой сталь там стал очень популярен, он распространяется там с невероятной скоростью )) Модному увлечению приседать на корточки поддались уже как минимум 14 тысяч жителей страны. У последователей гоп-культуры в Европе даже появился свой сайт, на котором любой желающий может разместить собственную фотографию оригинальных корточек. Также поклонники нового увлечения делятся своими достижениями в набирающей популярность группе в Facebook. Особенно престижно приседать на кортаны в Европе в спортивном костюме с тремя полосками – это считается верхом стиля. Официальный сайт европейский «кортачников» сообщает, что кортаны – это тысячелетняя традиция славян, встроившаяся в генетический код. Авторы полагают, что правильно выполненное сидение на корточках «улучшает общее самочувствие, очищает душу и культивирует здоровый образ жизни». Наконец, именно это непростое с непривычки занятие является основным трендом 2014 года. Впрочем, стоит отметить, несмотря на многочисленные гайды и инструкции «Как правильно сидеть на корточках», европейцы немного не дотягивают до отечественных «мастеров».

Так и говорится, что это спецоборудование. Каждый раз его не таскают. Кстати, насчет режущих ударов не согласен. Тут главное заточка, а она есть и лезвий на одно больше ;)

Арбалет тоже не лучшее оружие сегодняшнего дня, но применяется в спец войсках. Все зависит от поставленной задачи и условий. Поэтому есть у спецов много одноразовых предметов, но они есть и работают. Посмотрите, например, стреляющие предметы скрытого ношения. Ведь есть же более надежные системы, но это не исключает и миниатюрные пистолеты в перстнях и т.п.

Обращаю внимание еще раз. Этот нож, для спец операций. Он не рассчитан, как нож выживания. Его задача нанести колющий удар, который будет смертелен. Обратите еще раз внимание на отверстия в клинке. Автор, делает вывод, что это для дополнительных разрывов мягких тканей, но при такой форме клинка в этом нет необходимости. в месте удара будет просто выпавший кусок мяса, как из шинковки. При этом стоит вспомнить средневековые ножи (шпаги, мечи) с подобными отверстиями. Их назначение известно - яд. Т.е. даже при повреждении тканей без смерти, такое "дополнение" завершит дело. За эту же версию говорят и ножны. Обратите внимание, нож в них закручивается, как нож-подводника. Т.е. быстро достать его невозможно. А вот подготовится и нанести один точный удар, это для него. Для этого и вес, чтобы даже в случае защиты в виде кожаной куртки, дубленки и т.д. задача была выполнена.

Письмо французского солдата. Крымская война Стойкость севастопольцев поражала солдат неприятельской армии. Невозможно не привести удивительное письмо одного из французских солдат. От его строк “мороз продирает по коже”. ”Наш майор говорит, что по всем правилам военной науки давно пора капитулировать. На каждую их пушку – у нас пять пушек, на каждого солдата – десять. А ты бы видел их ружья! Наверное, у наших дедов, штурмовавших Бастилию, и то были лучшее оружие. У них нет снарядов. Каждое утро их женщины и дети выходят на открытое поле между укреплениями и собирают в мешки ядра. Мы начинаем стрелять. Да! Мы стреляем в женщин и детей. Не удивляйся. Но ведь ядра, которые они собирают, предназначены для нас! А они не уходят. Женщины плюют в нашу сторону, а мальчишки показывают языки. Им нечего есть. Мы видим, как они маленькие кусочки хлеба делят на пятерых. И откуда только они берут силы сражаться?! На каждую нашу атаку они отвечают контратакой и вынуждают нас отступать за укрепления. Не смейся над нашими солдатами. Мы не из трусливых, но когда у русского в руке штык – дереву и тому я советовал бы уйти с дороги. Я иногда перестаю верить майору. Мне начинает казаться, что война никогда не кончиться. Вчера перед вечером мы четвертый раз отступали. Русские матросы (я ведь писал тебе, что они сошли с кораблей и теперь защищают бастионы) погнались за нами. Впереди бежал коренастый малый с усиками и серьгой в одном ухе. Он сшиб двух наших – одного штыком, другого прикладом – и уже нацелился на третьего, когда хорошенькая порция шрапнели угодили прямо ему в лицо. Рука у матроса так и отлетела, кровь брызнула фонтаном. Сгоряча он пробежал еще несколько шагов и свалился на землю у самого нашего вала. Мы перетащили его к себе, перевязали кое-как раны и положили его в землянке. Он еще дышал. “Если до утра не умрет, отправим в лазарет, - сказал капрал. – А сейчас поздно. Чего с ним возиться!” Ночью я внезапно проснулся, будто кто-то толкнул меня в бок. В землянке было совсем темно, хоть глаз выколи. Я долго лежал не ворочаясь и никак не мог уснуть. Вдруг в углу послышался шорох. Я зажег спичку. И что бы ты думал? Раненый русский матрос подполз к бочонку с порохом. В единственной своей руке он держал трут и огниво. Белый как полотно, со стиснутыми зубами, он напрягал остаток своих сил, пытаясь одной рукой высечь искру. Еще немного, и все мы, вместе с ним, со всей землянкой взлетели бы на воздух. Я спрыгнул на пол, вырвал у него из руки огниво и закричал не своим голосом. Почему я закричал? Опасность уже миновала. Поверь, впервые за время войны мне стало страшно. Если раненый, истекающий кровью матрос, которому оторвало руку, не сдается, а пытается взорвать на воздух себя и противника – тогда надо прекращать войну. С такими людьми воевать безнадежно”.

Эта тема в Германии времён Второй мировой всегда была табу, только в 90-х годах немецкие издания начали освещать этот пласт истории. В это с трудом верится, ибо едва придя к власти, национал-социалисты начали с дополнения Уголовного кодекса параграфом, согласно которому за беспокойство гражданина развратным предложением можно было угодить за решетку. Только в Гамбурге за полгода задержали порядка полутора тысяч женщин, обвиненных в проституции. Их отлавливали на улицах, отправляли в лагеря и подвергали принудительной стерилизации. Несколько больше повезло тем женщинам, которые продавали свое тело, совмещая проституцию с государственными заданиями. Речь здесь идет прежде всего о пресловутом «Салоне Китти», воспетом в одноименной картине Тинто Брасса. 1. В 19 веке в Германии приветствовалось создание публичных домов, чтобы избежать многочисленных болезней. Мужчины, привыкшие к доступности женского тела, не отказывали себе в привычках и не считали аморальным снять проститутку. Традиция сохранялась и при нацизме, поэтому в связи с многочисленными случаями изнасилований, гомосексуализма и заболеваний солдат, 9 сентября 1939 года министр внутренних дел Вильгельм Фрик издал указ о создании публичных домов на оккупированных территориях. Для учета фронтовых публичных домов и проституток военное ведомство создало специальное министерство. Веселые фрау числились госслужащими, имели приличную зарплату, страховку, пользовались льготами. Нельзя сбрасывать со счетов и плоды пропагандистской работы ведомства Геббельса: германский обыватель, имевший на войне сына или брата, трепетно относился к вермахту, и даже среди проституток, наряду с профессионалками, было, как утверждают, немало таких, кто отправлялся обслуживать фронтовых солдат из патриотических побуждений. 2. Наиболее качественное обслуживание предполагалось в госпиталях люфтваффе, любимого детища Геринга, где предусматривалось наличие одной штатной фрау на 20 летчиков или 50 техников из наземного обслуживающего персонала.Согласно неукоснительно выполняемым правилам поведения, проститутка встречала летчика в одежде, с аккуратным макияжем; безукоризненно чистое нижнее белье, как и постельное, должно было меняться для каждого «железного сокола». 3. В сухопутных войсках, где обслуживание ставилось на поток, всякий раз одеваться было недосуг, и девушка ждала нового гостя в постели. К слову, простыни и наволочки в солдатских борделях полагалось менять после каждого десятого клиента. 4. Любопытно, что для солдат сателлитных армий доступ в немецкие секс-заведения был закрыт. Рейх их кормил, вооружал, обмундировывал, но делить с итальянцами, венграми, словаками, испанцами, болгарами и т. д. своих фрау считалось уж слишком. Только венгры смогли организовать для себя подобие полевых борделей, остальные выкручивались как могли. Немецкий солдат имел законную норму посещений публичного дома – пять-шесть раз в месяц. Помимо этого командир мог от себя выдать талончик отличившемуся в качестве поощрения или, напротив, наказать лишением за провинность. 5. Солдатские и сержантские бордели двигались непосредственно за войсками и размещались в населенном пункте недалеко от расположения части. К увольнительной записке прилагался талончик-пропуск: солдатам – голубого цвета, сержантам – розового. 6. На посещение отводился час, в течение которого клиент должен был зарегистрировать талон, куда вписывались имя, фамилия и учетный номер девушки (солдату предписывалось хранить талон 2 месяца – на всякий пожарный), получить средства гигиены (кусочек мыла, полотенце и три презерватива), помыться (мылиться, по регламенту, следовало дважды), и только после этого допускался к телу. В подразделениях процветал бартер: ловеласы выменивали талончики у тех, кто больше секса любил поесть, на мармелад, шнапс, сигареты. Отдельные сорвиголовы пускались на ухищрения и по чужим талонам пробирались в сержантские бордели, где девочки были получше, а кто-то даже проникал в офицерские, рискуя в случае поимки получить десять суток. 7. Так выглядела комната для интима. 8. Капитулировав 22 июня 1940 года, Франция предоставила свои многочисленные бордели немецким оккупантам.А во второй половине июля уже подоспели два приказа о пресечении уличной проституции и создании борделей для вермахта. Нацисты конфисковали приглянувшиеся дома терпимости, набрали руководство и персонал, придерживаясь критериев арийской расовой чистоты. Офицерам эти заведения посещать запрещалось, для них были созданы специальные гостиницы. Таким образом командование Вермахта хотело пресечь мужеложство и распространение венерических заболеваний в армии; повысить стимул и стойкость солдата; пресечь интимные связи на стороне, из-за боязни шпионажа и рождения неполноценных; и насытить сексом, чтобы пресечь преступления на сексуальной почве, расшатывающие ряды армии. 9. В этих домах терпимости работали исключительно иностранки – в большинстве своём полячки и француженки. В конце 1944 года численность вольнонаёмников превысила 7,5 миллионов. Среди них были также и наши соотечественники. За копейки поднимая экономику воюющей Германии, живя в закрытых поселениях они имели возможность отовариться по талончику в публичном доме, что поощрялось работодателем. 10. Талончик ценностью 1 рейхсмарка. 11. Для посещения борделя арестант должен был сделать заявку и купить так называемую Sprungkarte стоимостью 2 рейхсмарки. Для сравнения пачка 20ти сигарет в столовой стоила 3 рейхсмарки. Евреям посещение борделя было запрещено. Ослабшие после трудового дня узники не охотно шли в предоставленные им Гиммлером дома терпимости. Одни по моральным соображениям, другие по материальным бордельный талон можно было выгодно обменять на пропитание. 12. Во французском городе Брест бордель разместился прямо в синагоге. 13. Понятно, что от такой трудовой занятости появлялись плоды. Многие женщины неохотно шли на аборт и предпочитали родить ребёнка анонимно в так называемой нацистской детодельне – «Lebensborn». Сами нацисты приветствовали связи солдат с женщинами братских арийских народов. Норвегия, Дания, Бельгия и Голландия были странами-селекционерами «детей хороших кровей». Только зарегистрированных детей родилось около 100 тысяч, и этих детей можно было усыновлять, отнимать у матери и увозить в Германию. Франция не являлась образчиком кровей, но по статистике национал-социалистов за 4 года оккупации родилось около 80 тысяч немчат. 14. В Марте 1942 года главнокомандующий Херес отдал приказ создавать публичные дома на захваченных территориях СССР. Нацисты боялись партизанов и венерических заболеваний. Девушки проходили строгий отбор. Особо приветствовались латышки, литовки и укоренившиеся немки. Подобный мотель «Великобритания» существует и по сей день. 15. Вольнонаёмник расплачивается за проститутку. На стене табличка «Только для иностранцев!» 16. Хорошая кровь – вечный источник! Идеал, по нацистским параметрам, для работы в борделях. 17. Не все девушки шли подневольно, были и такие, кто видел спасение в работе концлагерной проститутки. 18. Заключенные в Освенциме. Девушкам, отобранным для борделей, делали инъекции кальция, заставляли мыться в дезинфекционных ваннах, облучали ультрафиолетовыми лампами и кормили лучше, чем других заключённых. 19. Ворота концлагеря Дахау. «Работа освобождает».

А тогда уже по русски вели службу? Вроде еще на латыни.

Православный календарь, посвящённый однополым бракам Это же адовый ад какой-то, господа! Эти светло-синие теперь себе ещё и календари печатают. Да ещё и со святошами на бэкграунде! А всему виной толерасты и неизвестные энтузиасты, которые выпустили очередной румынский православный календарь (Romanian Orthodox calendar) с изображением парней и представителей румынской Православной Церкви. Первое издание православного календаря, созданное в сентябре 2012 года, распродалось быстро и получило положительные отклики по всему миру. Фотографии из прошлогоднего выпуска так называемого “Православного календаря” (Orthodox Calendar) облетели все гей-блоги мира. Еще бы, на них румынские “священники” были запечатлены в весьма нехарактерных для представителей духовенства позах. Несмотря на требования нескольких недоброжелателей запретить продажу календаря и изъять провокационные видео из интернета, их популярность с каждым месяцем только росла. В этом году его создатели прямо заявляют, что мускулистые мужчины имеют отношение к православной церкви, но не уточняют, какое именно. Темой календаря на 2014 год стали однополые браки. Издание 2014 года рассказывает историю молодой гей-пары из Восточной Европы, которая мечтает, чтобы в один прекрасный день их обвенчали в православной церкви… Основной целью является демонстрация того, что не все православные верующие застенчивы и консервативны в своих взглядах. Что они такие же люди, проживающие страстную и интересную жизнь. В то же время календарь с иронией подходит к самой идее Православной Церкви, которая в последние годы была втянута в коррупционные скандалы и не раз проявляла гомофобию. Один из создателей календаря, который просил не называть его имени, рассказал что, хотя на фотографии нет настоящих священников, все персонажи являются представителями “Православной Церкви”, которые согласились раздеться для сексуальной фотосессии, потому что считают, что мы должны жить в мире со свободой слова, терпимостью, равноправием и соблюдать права человека. Январь: после чтения Библии отец Александр посвящает себя интенсивной молитве. Он молится за любовь, здоровье, счастье и мудрость. Он может молиться о многих вещах… и, иногда, молитвы сбываются! Апрель: Отец Иван не терпит неуважения. Вы бы лучше не заигрывали, потому что в конечном итоге будете отмывать Церковь снизу доверху. Май: Отец Гавриил знает, что пары могут слиться в самых неожиданных местах; в тот день, он сделал то, что никто не ожидал – и он сделал это дважды. Июнь: Вам нужно время, чтобы построить отношения с Богом, и отец Павел знает, что он здесь, чтобы направить вас на путь истинный. Июль: Отец Рюрик проводит долгое утреннее отмывание грехов своих прихожан. Август: рубашки и костюмы свидетельствовали об особом случае. Галстуки изготовлены из шелка ручной работы, а обувь разработана дизайнерами из Милана. И в этот особенный день, Отец Новак не смог устоять перед искушением раз или два, когда он думал, что никто не подсматривал. Сентябрь: Отец Виталий всегда стремился отпраздновать любовный союз, по православным канонам или нет. Но его любимой частью торжества всегда был торт. Кто может винить его за то, что он попробовал немного сливочной глазури? Октябрь: Молодожены и их новый дом. Отец Вадим придет в любое время дня и ночи, чтобы благословить дом … даже если счастливая пара занята чем-то посторонним. Ноябрь: Отец Драган надеется, что в один прекрасный день их мечты сбудутся … у них будет семья. Нормальные же с виду мужики. Им бы в армии служить или в крайнем случае какими-нибудь строителями, а они в геи подались.

На сегодняшнем этапе выживать спецвойскам не приходится. Да и применяться он может не в постоянном ношении, а на спецоперациях, например, по типу ликвидации Бен Ладана - прилетели, сделали, улетели.

«The Jagdkommando» (в переводе — Hunting Command, (Приказ-Начать-Охоту) — это знаменитый отряд Австрийских вооруженных сил специального назначения (спецназа), а также не менее знаменитый нож-одного-удара. Но…обо всем по порядку и начнем с отряда. Функции у этого элитного подразделения непростые — борьба с террористами и повстанцами, уничтожение особо опасных преступников, да защита безопасности нации. В отряд Jagdkommando берут только высококвалифицированных специалистов, которые прошли строгое и тщательное обучение — так называемый Grundkurs («базовый курс»). Grundkurs представляет собой тренировочную программу, рассчитанную на 27 недель пота, страданий и дикой усталости. Основы этого курса включают в себя: Альпийскую (горную) подготовку Обучение плаванию Парашютную подготовку Медицинскую подготовку Обучение использованию взрывчатых веществ и минному делу Боевую подготовку Обучение ближнему бою (в т.ч. контактный бой, военный рукопашный бой) Только самые выносливые и подготовленные солдаты проходят этот курс и удостаиваются престижных знаков отличия, становясь членами Jagdkommando. В обязанности Jagdkommando входит: Высококачественная военная разведка Операции по спасению заложников Операции по аресту военных преступников Борьба с террористами Эвакуация людей из зоны конфликта Такие важные задачи невозможно совершить без хорошей экипировки — именно это и послужило причиной создания Jagdkommando — ножа одного удара, идентичного по названию с отрядом. Нож имеет множество звучных названий: например «Команда-на-уничтожение», «Приказ-Покалечить» и подобные прочие. Его форма говорит сама за себя: Jagdkommando — это нож для убийства людей, а вовсе не резки колбас или хлеба. Нож был создан компанией MICROTECH KNIVES (США), знаменитой фирмой, производящей ножи вот уже с 1994 года. Дизайн Jagdkommando создал Anthony (Tony) Marfione (Тони Марфион) — знаменитый оружейный мастер, создатель многих всемирно известных клинков и владелец Microtech Knives. Создавая дизайн ножа Jagdkommando Тони старался не зря — результат оказался выше всяких похвал. Дизайн получился необычным, притягивающим взгляд — ведь он ох как непрост. По другому Jagdkommando называют Tri-Dagger Knife, нож-с-тремя-лезвиями, или же «трехклинковый нож». Лезвие Jagdkommando имеет три бритвенно острых режущих кромки, закрученных в точку-острие. Такая форма предназначается для легкого проникновения в тело и нанесения наибольшего вреда жертве. В этом плане Jagdkommando напоминае трехгранный штык: раны, нанесенные им, затягиваются куда тяжелее, нежели от простого ножа. Достаточно лишь слегка провернуть нож в ране — и она превратится в рваное кровавое месиво. Происходит это потому, что трехгранное лезвие разрезает ткань в три разные стороны, смещяя при этом волокна относительно их прежних мест. Как результат — края раны практически не стягиваются и человек быстро умирает от потери крови; более того (если раненному посчастливилось выжить) — такая рана очень долго заживает и даже после полного заживления в плоти остается ощутимый дефект. Также подобные повреждения сильнее подвержены инфекциям и гангренам, что делает их еще более смертоносными. Также не может не привлекать внимание перфорация в лезвии — при проникновении в тело она играет роль терки, рассекая волокна и делая рану «рваной». Скажется это и на увеличении кровотечения — ведь большинство кровеносных сосудов будет повреждено. Характеристики: По сути, Jagdkommando — это даже не нож, а клинок — полноценный бесшовный фуллтанг (full tang, нож, выполненный из цельного куска железа). Вес клинка — 481 грамм. Общий вес (с ножнами) — 680 грамм. Общая длина составляет 12 и 5/8 дюйма (32,06 см); длина лезвия — 7 дюймов (17,78 сантиметров). Изготовлен Jagdkommando из нержавеющей стали 440A. Края ножа обработаны по технологии bead blast finish — специальному технологическому процессу, во время которого в нож «стреляют» струей воздуха, смешанной с абразивом (например песком или стеклянными бусинами), что придает поверхности равномерное матовое покрытие. Достигается это за счет микро-пор, остающихся после «ударов» абразива и не отражающих свет. Если же абразив будет острым (например, колотая стеклянная крошка, а не гладкие стеклянные бусины) — то вместо матового покрытия получится глянцевый яркий блеск. Рифленая рукоять изготовлена из промышленного аллюминия марки 6061-T6 — специального высокопрочного сплава, содержащего магний и силикон. Внутри рукоять полая, с закручивающейся резьбовой крышкой-заглушкой. В этой полости можно хранить выживальщическую мелочевку — например моток шнура, спички, таблетки и т.д. В крышке рукояти имеется отверстие под шнур или темляк; сам же выступ на крышке может служить в качестве стеклобоя, молотка или инструмента давления. Ножны у Jagdkommando под стать рукояти — изготовлены все из того же сплава 6061-T6 и имеют черное покрытие, что придает им полноценный дизайн «оболочки» для ножа. На каждых ножнах — именная ременная петля, содержащая дату производства и серийный номер, служащий гарантией качества. Одним словом, если вы ищете нож в духе «один удар-один труп», или же собираетесь снимать часовых с одного удара — Jagdkommando вам полностью подходит. Как ни крути (хотя Jagdkommando и так закрученный) — это полноценный нож «одного удара». Видеообзор ножа Jagdkommando : https://www.youtube.com/watch?v=Ed-CMjYFjAc В Россию данный нож не поставляется и не импортируется. Однако, если вы имеете разрешение РОХа (разрешение на хранение и ношение оружия) — то можете купить Jagdkommando под заказ через любой оружейный магазин, который занимается продажей холодного оружия.

А не пряслице ли это?

https://www.youtube.com/watch?v=zC9vc625mhE