Самые странные населённые пункты на планете

[Yorik]

Если бы вам предложили отправиться в любую точку планеты на выбор, какое место вы бы выбрали? Лондон — банально. Париж — уже лучше, но слишком сентиментально и опять-таки банальщина. Нью-Йорк — не забывайте о санкциях: придётся долго доказывать американцам, что вы не верблюд. Пекин — чересчур многолюдно и шумно. Киев — отличный выбор, но не сейчас… Если вы ищете действительно незабываемых впечатлений и при этом избегаете мест, которые путешественники излазили вдоль и поперёк, попутно оставляя повсюду шедевральные надписи вроде «Коля и Света, 2009», обратите внимание на следующие города и поселения.

 

 

«Деревни» — секс, наркотики и пенсионный возраст

Если вам когда-нибудь доведётся прогуляться по необычному поселению под названием The Villages (можно перевести как «Деревни»), вероятнее всего, первым впечатлением будет, что вы попали в огромный дом престарелых. В некотором роде, так оно есть, «Деревни» — самый большой в мире посёлок для пенсионеров, здесь проживают более 100 тыс людей старше 55 лет.

Это место похоже на рай для людей пенсионного возраста — здесь есть практически всё, чтобы достойно провести последние годы жизни: 34 поля для гольфа, девять загородных клубов, два сквера, бесчисленные бары и рестораны, а гольфмобилей (вы наверняка видели такие машинки в голливудских фильмах) в «Деревнях» больше, чем обычных авто, в город даже не пускают детей, чтобы они не нарушили размеренное течение жизни горожан. Как бы то ни было, тишина и спокойствие «пенсионного рая» обманчивы — недавно поселение оказалось в центре крупного скандала, после того как выяснилось, что в нём наблюдается резкий рост числа разносчиков заболеваний, передающихся половым путём. В «Деревнях» на одного мужчину приходится примерно десять женщин, также в поселении процветает «чёрный рынок» препаратов вроде «Виагры», что провоцирует пенсионеров на беспорядочную сексуальную жизнь и даже публичные половые акты. Так, в 2014-м году 68-летняя Пегги Клемм была арестована за непристойное поведение и нарушение общественного порядка — женщина занялась любовью со своим бойфрендом, 49-летним Дэвидом Бобильей, прямо на одной из центральных улиц города.

«У нас тут, конечно, бывают инциденты — смеётся лейтенант местного отделения полиции Лори Дэвис. По его словам, самые частые правонарушения в «The Villages» — вождение гольфмобилей в нетрезвом виде, злоупотребление психотропными препаратами и пьяные драки в барах. «Когда вы видите, как два 70-летних деда колошматят друг друга тростями, сражаясь за женщину, это что-то невероятное» — отмечает офицер.

 

3. Город тысячи свалок

В Каире никогда не существовало эффективной системы утилизации мусора, зато здесь есть так называемый Город Мусорщиков — район под названием Маншият-Насир, населённый преимущественно коптами, занимающимися сбором и переработкой отходов.

В Маншият-Насир живут около 60 тыс человек, большую часть населения составляют так называемые заббалины, или «мусорные люди», которые рыщут по всему Каиру в поисках драгоценного хлама и всё найденное на тележках (кто побогаче — на грузовиках) везут к себе домой, где сортируют мусор и выделяют из него ценные материалы для вторичной переработки. Удивительный факт — 90% найденного заббалинами мусора используется в качестве вторсырья, что примерно в четыре раза выше показателей именитых западных компаний, занимающихся переработкой мусора.

До недавнего времени дело заббалинов цвело и пахло (причём пахло в буквальном смысле — практически каждый сантиметр в Городе Мусорщиков завален отходами, так что аромат там стоит соответствующий), однако в 2003-м году всё изменилось. Власти Каира решили доверить переработку мусора частным компаниям, которые отобрали у «мусорных людей» солидный кусок перспективного рынка. Вдобавок, в 2009-м правительство в качестве профилактики распространения свиного гриппа уничтожило 350 тыс свиней, содержавшихся в личных хозяйствах (зачастую, прямо в домах) заббалинов, что ещё больнее ударило по бизнесу коптов, ведь они использовали свиней в качестве универсальных утилизаторов пищевых отходов. Тем не менее, борьба за мусорные сокровища «города тысячи минаретов» продолжается.

 

Коулун — парк с богатой историей

Город-крепость Коулун, располагавшийся в одноимённом районе Гонконга, был снесён ещё в 1994-м году, но до сих пор это поселение считается самой густонаселённой местностью из когда-либо существовавших на Земле — на 6,5 гектаров площади города-крепости в конце 1980-х и начале 1990-х приходилось от 33 до 50 тыс жителей.

Крепость Коулун появилась ещё в середине XVII-го века — её основали китайцы, которым для обеспечения контроля над местностью нужен был надёжный форпост. В 1898-м так называемые Новые Территории (ныне — одна из частей административного района Гонконг), в числе которых был и Коулун, сдали в аренду британцам, в годы Второй Мировой Гонконг был среди территорий, оккупированных японцами, а после окончания войны Поднебесная заявила о своём желании вернуть Коулун и туда начали активно переселяться китайцы. К 1947-му году их насчитывалось уже около 2 тыс, после нескольких безуспешных попыток справиться с потоком мигрантов Великобритания отказалась от всякого вмешательства в дела Коулуна.

Попустительство со стороны гонконгских и китайских властей привело к тому, что в 1950-х годах Коулун превратился в пристанище для головорезов и наркоторговцев, а позже стал штаб-квартирой китайского преступного синдиката, известного как Триада и оставался ей вплоть до 1980-х годов. В 1987-м чиновники нашли условия жизни в Коулуне просто чудовищными (надо сказать, это было не слишком далеко от истины), после чего правительство Гонконга объявила о сносе района. На эвакуацию жителей пришлось потратить около 2,7 млрд гонконгских долларов (примерно $346 млн), к 1992-му году переселение завершилось, а всего через три года, в 1995-м, на месте города-крепости появился парк.

 

Лили Дейл — город, говорящий с мертвецами

В северной части штата Нью-Йорк расположено крошечное поселение Лили Дейл, которое с давних пор является штаб-квартирой «Ассамблеи спиритуалистов» — крупнейшего в мире спиритического сообщества. Коренное население Лили Дейл насчитывает менее трёх сотен человек, но каждый год сюда приезжают от 22 до 25 тыс приверженцев этого религиозно-мистического движения. Любители пообщаться с духами устраивают в городке различные семинары, открытые уроки по спиритизму, мастер-классы медиумов и конечно, публичные спиритические сеансы.

На первый взгляд Лили Дейл ничем не отличается от тысяч других американских захолустных городков — почтовое отделение, библиотека, детская площадка, кафе, пара ресторанов, магазины с сувенирным барахлом, музей и несколько гостиниц — пожалуй, вот полный список всех местных достопримечательностей. Ах да, ещё здесь есть добровольческая пожарная бригада. Сколь бы провинциальным и скучным ни был город, тех, для кого мир мёртвых важнее мира живых, это не останавливает — «Ассамблея спиритуалистов» проводит встречи в Лили Дейл вот уже более 135-ти лет.

По словам Беверли Бардика-Кэри, одного из 15 медиумов-старожилов поселения, люди приезжают в Лили Дейл в поисках ответов на жизненные вопросы, для приобщения к «Ассамблее» и просто, чтобы насладиться спокойствием и красотой города. Медиум с удовлетворением отмечает, что в последнее время многие путешественники посещают Лили Дейл не только для отдыха и не из праздного любопытства: «Всё больше и больше людей ищут здесь духовного обогащения. Они не спрашивают у медиумов, можно ли выходить замуж за Билла или Джо, или например, автомобиль какого цвета им лучше купить. Они хотят знать, как повысить свою духовность».

 

Миякедзима — жизнь на вулкане

Ни один из почти трёх тысяч обитателей острова Миякедзима, который расположен в 176 км к югу от столицы Японии, не погиб при последнем извержении вулкана Ояма, находящегося в центре острова. Однако, в ходе извержения из кратера вулкана начал выделяться ядовитый газ и этот процесс продолжается по сей день, поэтому все без исключения жители Миякедзимы должны постоянно иметь при себе противогаз, чтобы при неожиданной «газовой атаке» со стороны Оямы быть во всеоружии.

Как вы уже поняли, вулкан нельзя назвать спокойным соседом островного поселения — только в XX-м веке произошло несколько извержений, в результате которых погибли люди. В 1940-м году лавовые потоки унесли жизни 11 жителей острова, извержения 1962-го и 1983-го годов также не обошлись без человеческих жертв. После «феерического пробуждения» в 1983-м Ояма «заснул» на целых 17 лет, но лишь затем, чтобы «проснувшись», ежедневно выбрасывать в воздух от 10 до 20 тыс тонн двуокиси серы. Власти Японии на длительный срок эвакуировали всех островитян, потому что при такой концентрации сернистого газа в атмосфере находиться на Миякедзиме было смертельно опасно. Через пять лет, когда страсти вокруг извержения поутихли, а остров, если можно так выразиться, немного «проветрился», часть жителей вернулась в родные дома, но до сих пор почти треть острова закрыта для посещения. Обитатели Миякедзимы регулярно проходят медицинское обследование и как уже упоминалось, никогда не расстаются с противогазами. Средства защиты необязательно носить, не снимая, но при первых звуках сирены, предупреждающей об очередной каверзе Оямы, противогазы должны быть надеты — иначе тяжелейшее отравление продуктами вулканической активности обеспечено.

У японцев стоит поучиться предприимчивости — жители Миякедзимы даже из ношения противогазов сумели извлечь выгоду. Необходимость постоянно быть начеку и вполне себе неиллюзорный риск задохнуться привлекают на остров множество любителей острых ощущений, посещающих Миякедзиму, чтобы любоваться местными красотами, заниматься дайвингом и конечно, по сигналу надевать противогазы, которые, кстати, продаются на каждом углу.

 

Первобытный туризм Слэб-сити

Если вам до смерти надоели кабельное телевидение с сотнями каналов, быстрый как мысль интернет и до безобразия благоустроенная квартира, отправляйтесь в Лос-Анджелес, пересеките пустыню, расположенную к востоку от города, а затем берите курс прямо на юг, мимо озера Солтон-си. Там вы найдёте Слэб-сити — вероятно, последнее на планете поселение, жители которого по-настоящему свободны от всех благ цивилизации. Здесь нет централизованного водоснабжения, канализации и всех остальных таких привычных для нас вещей, такой заботы для населения этого местечка просто не существует.

В Слэб-сити регулярно собираются тысячи любителей «дикой» жизни, большинство из которых — типичные «перекати-поле», круглый год путешествующие по разным штатам и живущие в собственных домах на колёсах. Наиболее людно здесь в самое жаркое время года, зимой — странники останавливаются в Слэб-сити, чтобы погреться в лучах жаркого калифорнийского солнца перед долгой дорогой в холодные регионы страны.

В городе постоянно живут лишь около 150 человек, что неудивительно, ведь в Слэб-сити нет ни водопровода, ни канализации, ни электричества. Путешественники привозят с собой дизельные генераторы, биотуалеты и питьевую воду, а за продуктами приходится ездить в городок Ниланд, расположенный примерно в 6,5 км от Слэб-сити.

Своё название Слэб-сити получил из-за бетонных плит, которыми буквально усеяны окрестности поселения («slab» в пер. с англ. — «плита»). Плиты — всё, что осталось от ликвидированной в 1960-х годах военной базы. Правительство Соединённых Штатов не считает Слэб-сити постоянным населённым пунктом, что только на руку тем, кто хочет отдохнуть от суеты современного мира.

 

Подземная жизнь мировой столицы опалов

Городок Кубер-Педи, расположенный в штате Южная Австралия, в 846 км к северу от столицы штата Аделаиды, получил своё название в честь выражения «купа пити», что в переводе с наречия южно-австралийских аборигенов означает что-то вроде «белые люди, копающиеся в ямах».

Кубер-Педи известен как «мировая столица опалов» — город был основан в 1915-м году после обнаружения здесь богатейших месторождений опалов. По оценке специалистов, в шахтах Кубер-Педи находится около 30% мировых запасов этого минерала.

Во времена опаловой лихорадки тысячи авантюристов и любителей лёгкой наживы приезжали в Кубер-Педи, рассчитывая вскоре покинуть его миллионерами, но как оказалось, грезить о подземных сокровищах гораздо легче, чем добывать их — в жаркое время года температура в регионе достигает 51 °C° и если в шахтах ещё можно было находиться некоторое время без риска перегреться, то после нескольких часов, проведённых на поверхности, старателям приходили в голову невесёлые мысли о геенне огненной, которой грозит всем грешникам Библия. Способ решения проблемы подсказали шахты — вот уже около ста лет практически все обитатели Кубер-Педи живут в домах-норах, вырытых в склонах окрестных холмов. Здесь есть подземные церкви, магазины, художественные галереи и даже единственный в мире подземный четырёхзвёздочный отель, некоторые жилища-катакомбы представляют собой настоящие дворцы площадью более 450 м². Кубер-Педи привлекает не только искателей опалов, но и кино-режиссёров — неподалёку от города снимались фильмы «Апокалипсис» и «Приключения Присциллы, королевы пустыни».

 

Синие стены Шефшауэна

Шефшауэн — одно из самых красивых мест в Марокко, его просто невозможно описать словами. Виной тому — не потрясающий вид на горный хребет Эр-Риф и даже не безумно низкая стоимость недвижимости, а насыщенный голубой цвет улиц и зданий старой части города.

Столь необычным цветом Шефшауэн обязан еврейским поселенцам, которые жили здесь в 1930-х годах. Город пользуется устойчивой популярностью среди туристов, так как он находится вблизи Танжера, одного из крупнейших портовых городов Марокко, кроме того, из Шефшауэна можно быстро добраться до испанского анклава Сеута, расположенного прямо напротив Гибралтара. Чем ещё привлекает туристов город с синими стенами? Вероятно тем, что он считается центром производства марокканского гашиша.

 

Колма — город, где живые в меньшинстве

В 1900-м году власти Сан-Франциско приняли постановление о запрете размещения новых кладбищ в черте города, а в 1912-м чиновники и вовсе решили, что все существующие захоронения должны быть перенесены за пределы Фриско. В поисках нового «постоянного места жительства» для калифорнийских мертвецов руководители кладбищ наткнулись на городок Колма (тогда он ещё назывался Лондейл) и поняли, что он подходит для «переселения» мёртвых как нельзя лучше.

С 1924-го года Колма фактически является городом-кладбищем — по состоянию на 2010-й год здесь расположено 17 некрополей, в которых захоронено более 1,5 млн останков, при этом население самого города насчитывает около 1,8 тыс человек.

[vlad-kharkov]

Каир поразил в очередной раз!

[Yorik]

История Коулуна, города тьмы

 

 

 

 

Сотни тесно прижавшихся друг к другу многоэтажек, узкие проходы между ними, не знавшие солнечного света, дети, за неимением альтернативы игравшие на крышах зданий, царство тайных триад, опиумные притоны и дома терпимости. В 1987 году здесь на небольшом участке площадью 2,6 гектара жило около 33 тыс. человек. Этот район Гонконга уже стал историей, но при этом остался и образцом того, до какой чудовищной степени может дойти уплотнение. Поразительная судьба города-крепости Коулун в нашем обзоре.

1841 год. Великобритания ведет успешную войну против китайской империи Цин. В основе конфликта — желание британской короны продавать все больше опиума для местного народа с одной стороны и дерзкое решение отдельных китайских чиновников запретить ввоз в Поднебесную бенгальского наркотика — с другой.

Одним из эпизодов той давней истории, завершившейся, естественно, в пользу несшего свое бремя огнем и мечом белого человека, была высадка британского десанта на острове Гонконг и соседнем с ним Коулунском полуострове. На полуострове англичане нашли лишь небольшой одноименный город Коулун (в переводе «Девять драконов») и укрепленный форт, служивший резиденцией местного мандарина. По итогам этой Первой опиумной войны в 1842-м остров Гонконг отошел британцам, а в 1898 году была заключена новая конвенция, расширявшая юрисдикцию империи, над которой никогда не заходит солнце, еще и на полуостров (так называемые «Новые территории»). По условиям договора, который, как показала практика, был неукоснительно соблюден, Гонконг и Коулун арендовались Великобританией на следующие 99 лет при одном маленьком обстоятельстве, имевшим большие последствия.

Это обстоятельство на карте выше помечено как Chinese Town («Китайский город», вверху в правом углу). Согласно конвенции 1898 года, тот самый укрепленный форт, где проживали китайские чиновники, из договора аренды исключался. Он продолжал оставаться территорией империи Цин, образовав в британской колонии своеобразный анклав. В те годы, конечно, никто не мог и представить, что данный факт спустя несколько десятилетий приведет к образованию в Гонконге квартала, не имеющего себе равных на третьей планете от Солнца по плотности населения.

Экстерриториальность города-крепости Коулун была лишь номинальной. Фактически контроль над фортом, обнесенным мощными стенами, осуществляли англичане. Во время Второй мировой войны полуостров оккупировали японцы, разобравшие стены крепости и использовавшие камень от них для расширения военного аэродрома, впоследствии на долгие годы превратившегося в Кай Так, основной аэропорт Гонконга, один из самых опасных в мире.

Все началось после окончания Второй мировой войны. Де-юре город-крепость Коулун, пусть уже и без крепостных стен, продолжал оставаться территорией Китая, окруженной со всех сторон британской колонией. Фактически здесь не действовали законы и администрация Гонконга, его жители не платили никому налогов. Коулун стал настоящей черной дырой, землей обетованной для беженцев с «большой земли», спасавшихся от гражданской войны в Китае, где во второй половине 1940-х годов коммунистическая Народно-Освободительная армия вовсю гнала гоминьдановских марионеток прочь с будущей территории Китайской Народной Республики.

На территорию бывшего форта начали массово стекаться сначала сотни, потом тысячи, в итоге превратившиеся в десятки тысяч сквоттеров, воспользовавшихся статусом Коулуна, чтобы начать новую жизнь формально по-прежнему в Китае, а по сути, в том же Гонконге, пользуясь всеми его благами, но существуя при этом практически абсолютно независимо. Любые попытки британской администрации препятствовать стихийному строительству на небольшом пятнышке длиной 210 и шириной 120 метров наталкивались на сопротивление не только местных обитателей, но и правительства КНР, угрожавшего дипломатическим конфликтом в случае каких-либо действий властей Гонконга на территории, которую они считали своей.

К концу 1960-х годов на площади в 2,6 гектара жило, по некоторым оценкам, до 20 тыс. человек. Точной цифры, разумеется, никто назвать не сможет: какой-либо учет резидентов города-крепости вести было невозможно.

Эти десятки тысяч людей демонстрировали чудеса выживания и адаптации в условиях, по сути, анархического общества. Нет центрального водоснабжения? Не беда. Были вырыты 70 колодцев, вода из которых электрическими насосами доставлялась на крыши зданий, а оттуда по лабиринту бесчисленных труб отправлялась в квартиры потребителей. Отсутствует электричество? Среди жителей квартала было немало сотрудников компании Hong Kong Electric, прекрасно умевших нелегально подключаться к гонконгским электросетям и помогавшим в этом своим соседям.

Строили жители Коулуна также сами. Сначала на территории города-крепости, удачно расчищенной от довоенной застройки бомбардировкой авиацией союзников, появились одно-, двух- и трехэтажные домики. Затем по мере увеличения численности населения района этажность начала стремительно расти. Росла и плотность застройки. Так менялся Коулун в течение десятилетий.

Фактически любой свободный участок в границах, утвержденных конвенцией 1898 года, получил свою многоэтажку. Относительно свободным осталось лишь небольшое пятно в центре квартала, где сохранился ямэнь — резиденция мандарина, один из редких реликтов, до сих пор напоминающих о прежней истории Коулуна.

Вокруг же него к 1980-му было построено около 350 многоэтажных домов, расположенных так плотно, что с панорамных снимков Коулун напоминал, скорее, одно огромное и чудовищно уродливое здание.

Улиц внутри квартала, по сути, не было. Были проходы, образующие настолько запутанную для непосвященных сеть, что чужак, попадавший сюда, стремительно терял ориентацию в пространстве. Застройка была такой плотной, а пространство Клондайка анархизма столь ценным, что многоэтажки зачастую нависали над проходами, не пропуская туда солнечный свет.

С другой стороны, внутри квартала не было и автомобилей, лишь сотни метров, километры лабиринта узких переулков.

Проходы освещались лишь редкими фонарями да горящими неоновыми вывесками бесчисленных лавок, магазинчиков, парикмахерских, врачебных кабинетов, занимавших все первые этажи зданий.

Только одних дантистов тут работало около сотни, и отбоя в клиентах у них не было. Отсутствие необходимости получать врачебную лицензию и платить кому-либо налоги позволяло держать цены на услуги на уровне, недоступном их коллегам из Гонконга, работающим на соседней, но уже «цивилизованной» улице.

Здесь же находились и разнообразные мелкие кустарные производства. В Коулуне была своя промышленность: пищевая, галантерейная, легкая. Фактически это был город в городе, во многом способный существовать автономно.

В квартале было даже несколько своих детсадов и школ, хотя в основном, конечно же, за маленькими детьми смотрели старшие члены семей, а детей постарше каким-то образом получалось устраивать в гонконгские школы. Отсутствовали спортивные площадки, клубы, кинотеатры. Фактически пространством для социализации и рекреации обитателей района стали крыши, где можно было найти хоть какое-то свободное место.

Здесь играли и росли дети, встречались и общались их родители, сидело за партией в маджонг старшее поколение.

А над крышами летали огромные самолеты, до которых было подать рукой. Специфика захода на посадку в аэропорт Кай Так, тот самый, на строительство которого пошли крепостные стены Коулуна, требовала от пилотов совершать сколь опасный, столь и эффектный разворот непосредственно перед приземлением.

Начинался он на высоте 200 метров, а заканчивался уже на 40, и где-то посередине этого сложнейшего для пилотов маневра находился ощетинившийся, словно гнилыми зубами, многоэтажками Коулун. Именно из-за этого соседства высотность зданий квартала была ограничена 14 этажами — чуть ли не единственное требование администрации Гонконга, которое жители города-крепости выполняли. Взамен они получали потрясающее и совершенно бесплатное зрелище прямо над своими головами.

В первые десятилетия трансформации старой китайской крепости в спальный район со своим особенным колоритом единственной реальной силой здесь были триады — тайные преступные организации, распространенные еще в довоенном Китае.

Воспользовавшись отсутствием интереса к кварталу со стороны гонконгской администрации и ее правоохранительных органов, они превратили только начавший расти район в гнездо разнообразных пороков. В Коулуне буквально расцвели игорные заведения, публичные дома, опиумные притоны.

Один из китайских писателей так описывал Коулун тех лет в своей книге «Город тьмы»: «Здесь на одной стороне улицы стоят проститутки, а на другой священник раздает беднякам сухое молоко, пока социальные работники раздают указания, наркоманы сидят с дозой под лестницами в подъездах, а детские игровые площадки ночами превращаются в танцпол для стриптизерш».

Только в середине 1970-х годов власти Гонконга, решившие наконец, что хватит это терпеть, и заручившиеся одобрением правительства КНР, осуществили грандиозную серию полицейских рейдов, закончившихся фактическим изгнанием из Коулуна всех ОПГ.

Несмотря на свой брутальный внешний вид, район с точки зрения криминальной обстановки был довольно спокойным местом.

В эти же годы здесь наконец появились централизованные водо- и электроснабжение и канализация, в Коулун начали доставлять почту.

Но эти важные изменения к лучшему, превращавшие город-крепость в более-менее удобное место для жизни, на внешнем облике Коулуна никак не отражались. Безвластие здесь продолжалось, самострои росли, о каком-либо капитальном ремонте зданий или хотя бы косметической реновации фасадов не могло идти и речи. В историю квартал вошел именно таким.

Большинство жителей ютились в небольших квартирках средней площадью 23 кв. м. Распространение получили разнообразные пристройки к внешним и внутренним фасадам зданий. Те окончательно срастались, в районе образовалась даже вторая, параллельная наземной, система переходов уже на некоторой высоте от земли. Коулун превращался в единый цельный организм, огромную «коммунальную квартиру», здание-город, словно пришедший в настоящее из постапокалиптического будущего.

В 1987 году правительства Великобритании и КНР заключили соглашение, урегулировавшее статус Коулуна в свете предстоявшего через 10 лет возвращения Гонконга под юрисдикцию Китая. Администрация британской колонии получила право наконец снести уродовавший ее лицо квартал.

Снос начался в 1992—1993 годах. Все жители получили или денежную компенсацию за переезд, или квартиры в росших как на дрожжах современных новостройках Гонконга. И все равно процесс уничтожения этого анархического реликта, родившегося почти век назад, сопровождался бурными протестами аборигенов, не желавших лишаться привычной вольницы и уклада жизни.

Тем не менее Коулун был обречен. Снесли его быстро, но опустевший район, и так регулярно попадавший в объектив кинематографистов, успел «засветиться» в фильме Crime Story («Криминальная история») 1993 года, в котором герой Джеки Чана борется с похитителями гонконгского бизнесмена.

Один из ключевых эпизодов картины снимался в Коулуне, а предстоявшая его ликвидация позволила создателям боевика снять несколько эффектных сцен со взрывами жилых домов города-крепости.

После сноса на месте Коулуна появился одноименный живописный парк, повторяющий его очертания. Теперь это любимое место отдыха местных жителей, а о его фантасмагорическом прошлом напоминает лишь мемориал с макетом квартала, ставший очередной достопримечательностью Гонконга.

В 1987 году, когда администрация Гонконга и правительство КНР заключили соглашение, обрекшее район на уничтожение, было проведено исследование, позволившее более-менее точно установить количество его жителей. Оказалось, что на 2,6 гектара здесь жило около 33 тыс. человек. Это был абсолютный рекорд плотности населения на Земле.

Для сравнения: если бы Коулун был площадью в 1 кв. км, здесь должно было жить 1,27 млн человек. А если бы Коулуном стала Москва с ее площадью примерно в 2500 кв. км, то жило бы в российской столице почти 3,2 млрд человек, то есть всё население Китая, Индии США и Индонезии вместе взятых.