Yorik

Как известно, деньги решают все. И плохо то государство, в котором существуют проблемы с финансами. Вот почему, едва только Иэясу Токугава стал сёгуном и заполучил в свои руки всю полноту власти в Японии, как он тут же начал решать «денежные вопросы». Это было тем более важно, так как денежная система тогдашней Японии носила настолько своеобразный характер, что про нее следует обязательно рассказать. «Не нужно золота ему, коль он простой продукт имеет». Все это, конечно, так, но как прожить без торговли? Японская лавка эпохи Токугава. Как и многие другие правители, клан Токугава утвердил свое исключительное право на выпуск всевозможных монет, а также на полный контроль над оборотом денег в собственном государстве. Тогда новоиспеченная денежная система Японии (как и других государств) специализировалась на трех самых ходовых металлах, использовавшихся в производстве монет – золоте, серебре и меди. Но с другой стороны, в Японии остались в ходу и так называемые «частные деньги», представлявшие из себя весьма разношерстную массу денежных знаков, выпускавшихся провинциальными князьями – даймё, которых насчитывалось около трехсот. Частные деньги впоследствии из металлических превратились в бумажные... Уже в 1601 году были выпущены монеты пяти видов, которые стали называться кэйтё и которые были в обращении до середины XIX века. Основой монетарной системы Токугава стала такая весовая единица, как рё (15 г = 1 рё). Золотые монеты обращались в стране строго по номиналу, а вот серебряные деньги, в которых серебра было около 80 %, имели хождение по весу. Монеты из серебра выпускались двух видов – это были монеты либо в форме вытянутого овала, либо имели форму эдакого плоского боба. За единицу веса был принят 1 моммэ (1 моммэ = 3,75 г). Медные монеты своего часа дождались только в 1636 году. Выпускались они достоинством 1, 4 и 100 мон. Размер их был от 24 до 49 мм, масса от 3,75 до 20,6 г. Кобан 1714 г. слева и 1716 г. справа. Позже все виды монет, которые чеканились кланом Токугава, были всего лишь разновидностью самых первых. Разница между ними была лишь в размере да чистоте металла. Деньги носили название той эпохи, во времена которой были изготовлены. Клан Токугава поставил все имеющиеся в государстве рудники, а также запасы металлов под контроль особых организаций, именуемых киндза (означавшее «золотой цех») и гиндза («серебряный цех»). Одновременно повсеместно создавались монетные дворы. А вот медь по договорам с властями в Японии могли чеканить… сами купцы! C 1608 года начинается следующий этап в развитии денежной системы Японии: вводится новый официальный обменный курс, приведенный в соответствие с новыми стандартами, по которым 1 рё золота соответствовал 50 моммэ серебра, а 1 моммэ серебра – 4 каммонам (1 каммон = 3,75 кг) медных монет или монет, сделанных из других металлов. Очевидно, что сёгунам было очень трудно привести денежную систему страны в порядок. Одной из причин этого было весьма долгое хождение монет местных князей, имевшее место вплоть до конца XVII в. А их действительный обменный курс довольно долго устанавливался рынком по содержанию в них драгоценного металла. Например, обан достоинством в 10 рё по цене рынка составлял 7,5 рё золота. Несколько позже монета из меди достоинством в 100 мон на рынке была эквивалентна пяти монетам номиналом в 1 мон. Значительная доля вины в этой ситуации лежала на фальшивомонетчиках, заполонивших страну бесчисленным количеством медных монет самого крупного достоинства. Золотые и серебряные монеты имели разную востребованность. К примеру, в прежней столице Японии Эдо (сейчас Токио) граждане отдавали предпочтение золотым монетам. Принимали их по номиналу, в то время как в более развитой западной части государства (это и Осака, и другие города) – востребовано было серебро, оценивавшееся исключительно на вес. И лишь в конце XVII в. и золотые, и серебряные, и медные монеты получили равное хождение в стране. Совсем крупные денежные суммы именовались цуцумикингин и представляли собой небольшие свертки с золотыми или серебряными монетами внутри на определенную сумму. Монеты тщательно упаковывались в особую бумагу васи ручной работы и скреплялись личным клеймом человека, собравшего сверток. К примеру, «габариты» свертка с суммой денег в 50 рё были 6×3,2×3,3 см. Пробные свертки выпустили «в свет» в XVII в. исключительно для наград либо для использования в качестве подарков. Ноу-хау вскоре заметили, оценили и нашли применение в коммерческой среде. Как золотые, так и серебряные свертки выпускали несколько кланов, особо приближенных к властной верхушке. Авторитет их был так высок, что цуцуми с именной печатью, использовавшиеся во время сделок, никогда не вскрывались и монеты в них никто не пересчитывал. Никто и помыслить не мог, что монеты в них могут быть фальшивыми, либо разнородными, или же будет недостача денег. Потом появились матицуцуми (или городские свертки) небольшого достоинства. А хождение цуцумикингин в Японии закончилось лишь 1874 году, когда государство окончательно перешло к денежному обращению современного типа. В том же 1600 году Япония начинает выпуск бумажных денег, которые назывались ямадахагаки. Выпуском денежных купюр занимались служители древнего синтоистского храма в Исэ в провинции Ямада (префектура Миэ), поэтому их называли еще «божьими деньгами». Купюры печатались, во-первых, с целью защитить финансы от падения стоимости металлических монет по причине их снашивания, а во-вторых, банально избавить от неудобств, которые неизменно возникают, когда монет в кармане слишком много и нести их тяжело. Ямадахагаки легко обменивались на серебряные монеты. Известны бумажные деньги номиналом в 1 моммэ, 5, 3 и 2 фун. Впоследствии, когда власти Японии запретили хождение любых других денег, кроме тех, которые само и выпускало, лишь ямадахагаки получили добро Эдо на хождение в провинции Исэ-Ямада. Ямадахагаки были очень востребованы японцами, потому как имели высокую надежность и имели аналогичный монетный резерв. Начиная с XVIII века, каждые семь лет стали производить обмен старых дензнаков на новые. Такие меры защищали купюры от фальшивок и, кроме этого, сдерживало выброс в обращение излишнего количества денег. Ямадахагаки прекратили свое хождение в 1871 году. Разновидностью купюр, пользовавшихся в Японии не меньшим спросом, были хансацу (от слова хан – клан). Они выпускались местными феодалами даймё и имели хождение лишь на территории, подконтрольной их эмитенту. Хансацу 1600,1666 и 1868 гг. Печать хансацу шла под контролем власти Эдо. Правительство гарантировало эмиссию хансацу и определяло границы объема эмиссии денежных знаков. Печатанием занимались купеческие гильдии, получившие особое разрешение и действовавшие под жестким контролем властей. Некоторые князья были в принципе против обращения монет в своих землях. Это позволяло им обменивать хансацу на монеты по своему усмотрению и с выгодой для себя, и печатать лишние купюры, не обеспеченные металлическими монетами. Выпуск своих бумажных денег очень помогал даймё устранять последствия разбушевавшейся стихии, и в частности, покрывать убытки от загубленного урожая риса. Смекнув, какая с этого будет выгода, некоторые даймё стали контролировать все виды торговых сделок своих вотчин с соседскими. Ну, а бумажные дензнаки были в ходу по простой причине: гарантия конвертации звонкой монетой, получаемой за торговлю на иных территориях страны. Отдельные князья обменивали свои хансацу и на монеты, и на «ширпотреб». К примеру, в провинции Мино, выпускавшей исключительно зонтики, в ходу были так называемые каса-сацу или зонтичные купюры. Тайники для золотых денег в эпоху Токугава: верху вниз – тайник в ножнах вакидзаси; тайник для золотых кобанов в ножнах танто; тайник в брелоке с дешевой монеткой для отвода глаз; тайник внутри гарды-цубы, сделанной ради этого из двух половинок. В 1707 году правительство Токугавы наложило вето на выпуск хансацу. Таким образом правящая верхушка пыталась активизировать обращение монет, выпущенных накануне запрета. 23 года держался запрет клана Токугава, затем его отменили. Причиной был очередной избыток монет, а также отмена натурального рисового налога. Тогда же, в целях упорядочения цен на рис власти в Осаке основали биржу по продаже зерна. Позже территория хождения хансацу неизменно увеличивалась. Однако в XIX веке, с падением сёгуната, хансацу ушли в небытие. Бумажные деньги, которые, как известно, имели определенные ограничения в хождении, выпускали все, кому не лень: и императорская аристократия, и священнослужители, и купцы, и рудники, и даже гостиничные городки на торговых дорогах. Они выпускались по мере необходимости и компенсировали дефицит более надежных денег, печатавшихся сёгуном и даймё. Например, храмы печатали дзисясацу для «спонсирования» строительных работ. Значимость дензнаков обусловливалась статусом храма среди местного населения. Знать императорского двора выпускала в Киото кугэсацу, на которые можно было приобрести товар исключительно на своей территории. Основные торговые пути не остались в стороне и также стали выпускать собственные деньги, именуемые сюкубасацу. Расплачивались ими исключительно за оказание дорожных услуг. «Валюта» отдельных поселений носила название тёсонсацу, а асёнинсацу печатались и использовались негоциантами исключительно для личных нужд. На этой кирасе эпохи Токугава есть необычная дверца, за которой, скорее всего, была емкость для денег. К XIX веку в стране было в ходу 1694 вида денег, а с XVI века к ним присовокупились еще и всевозможные векселя. Увы, Японию не минула чаша тех пороков, в которые неизбежно попадало каждое государство: финансовые растраты, валютные спекуляции и тому подобное. Помимо этого, страна крайне нуждалась в металле для чеканки монет, которого катастрофически не хватало. Все вместе это и стало следствием очень медленного и поэтапного вхождения Японии в мировую денежную систему. Но это уже совсем другая история… Автор: Светлана Денисова, Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/101356-dzizyasacu-syukubasacu-i-bozhi-dengi.html

Самураи - объединители страны Моя жизнь пришла как роса и как роса исчезнет. А вся Нанива - это лишь сон после сна. Предсмертное стихотворение Тоётоми Хидэёси (1536-1598). Перевод автора. На протяжении вот уже нескольких десятков статей, хотя и может быть несколько в мозаичной форме, мы все глубже и глубже погружаемся в японскую историю и оказывается, что в принципе она не так уж и сильно отличается от истории всех прочих стран. Люди – такие же мошенники, воры и убийцы, маскирующие свои гнусности легендами о великих деяниях прошлого, предательство в Японии также имело место и даже было распространено очень широко. Были правители – более или менее жестокие. Была раздробленность страны, более или менее длительная. И было так, и будет, наверное, что в переломные моменты истории среди множества обыкновенных людей и там встречались такие, что благодаря личным качествам, случаю или простой удаче, оказывались на самом верху пирамиды власти, и не только оказывались, но ещё и соответствовали этому высокому положению. В Японии за её многовековую историю такое случалось не раз, однако судьбе было угодно сделать так, что когда в конце ХVI века её положение стало особенно тяжелым, там нашлись сразу три человека, которые своими действиями преобразовали страну, да так, что она из раздробленного, раздираемого войнами и разбоем государства превратилась в «современное» по тому времени централизованное феодальное государство, в котором наконец-то наступил мир, причем не на годы – а на целые века! И вот об этих-то людях сегодня и пойдет наш рассказ. Токугава Иэясу осматривает принесенную ему голову Кимуры Сигенари в битве при Осаке. Ксилография Цукиока Ёситоси (1839-1892). Первым среди них был Ода Нобунага (1534 – 1582) – наследник сравнительно маленького княжества, которое лежало на пересечении дорог между Западной и Восточной Японией, неподалеку от современного города Нагоя. Ему нельзя было отказать в тщеславии, способностях и деловых качествах. Начало его взлету положила неожиданная для его современников победа над неким князем, который выступил против Нобунаги, решив воспользоваться его малолетством. Лучше бы этот князь этого не делал, поскольку эту битву он проиграл. С этого времени Ода последовательно и систематически расширял сферу своего влияния, пока, наконец, в 1567 году его войска не вошли в Киото. Он поставил под свой контроль сёгунат Асикага, а позднее и вовсе изгнал несчастного сёгуна из его бывшей столицы. Портрет Оды Нобунаги из коллекции храма Тёкодзи в городе Тоёта. В течение 20 лет Нобунага уверенно держал бразды правления подчинившимися ему землями в своих цепких руках. В этом ему помогали стратегические способности и огнестрельное оружие. Но был он вспыльчив. Публично ударил одного своего очень гордого генерала и тот ему этого не простил, устроил ему засаду, и Оде не оставалось ничего иного, как покончить жизнь самоубийством. К этому времени под его контролем находилась почти третья часть Японии – процесс ее объединения начался. Ода Набунага. Цветная ксилография Утагава Куниёси (1798 – 1861). Вторым объединителем Японии, которому удалось много больше, чем первому, стал… то ли сын крестьянина, то ли дровосека Хасиба Хидэёси (1537 – 1598). В молодые годы, пожелав стать самураем, он украл деньги, выданные ему его господином на покупку доспехов, купил на них доспехи себе, и стал наниматься на службу к разным военачальникам, пока, наконец, не попал к Оде Нобунаге в качестве… носителя его сандалий (1554). Прежде чем подать их своему господину, он согревал их у себя на груди, и преданность его не осталась незамеченной: начав с этой скромной должности, он сумел возвыситься до ранга генерала, поскольку Набунага оценил и его преданность, и ум, и блестящие военные способности. В 1583 году, после смерти своего хозяина, Хидэёси фактически узурпировал принадлежавшую тому власть, а затем ещё и получил от императора подряд две должности, одну значимее другой: регента-кампаку (1585) и «великого министра» (дайдзё-дайдзин, 1586), а также аристократическую фамилию Тоётоми. К 1591 году «железом и кровью» он объединил под своей властью все территории Японии, то есть сделал то, что не удавалось до него никому из его предшественников! На этой ксилографии Цукиока Ёситоси из серии «Сто видов луны» показан интересный эпизод войны Сэнгоку Дзидай, когда Ода Нобунага и его воины в 1564 году осаждали замок Сайто на горе Инабо. Тогда молодой Тоётоми Хидэёси нашел горную неохраняемую тропу и, взяв с собой шесть человек, взобрался по ней на почти неприступную скалу, после чего замок был взят. Хидэёси приказал составить земельный кадастр всех земельных владений, который помог осуществлять налогообложение населения в течение последующих трёх столетий, приказал изъять у крестьян и мещан все оружие, и самое главное –разделил все японское общество на четыре сословия и установил их иерархию. Его правление ознаменовалось попыткой ввести запрет христианской религии в Японии (1587) и военной экспедицией против Кореи и Китая (1592 – 1598), которая закончилась неудачей, хотя, может быть, он именно на неё и рассчитывал. Однако торжество его было неполным, так как он умер в 1598 году, оставив своим наследником малолетнего сына Хидэёри, хотя и успел до этого назначить до времени его совершеннолетия опекунский совет из пяти человек. На многие ответственные должности он назначил лично преданных ему людей, невзирая на их происхождение. И все это ради будущего своего сына, которое они должны были обеспечить любой ценой. Разумеется, те, кто считал себя потомками знатных родов, были просто возмущены тем, что ими правит какой-то выскочка без рода, без племени, и что он еще вместе с собой таких же людей и протащил «наверх». Так и возникла вражда между двумя этими группировками, и каждая из них считала, что радеет о Японии больше другой. В любом случае вражда не затихала между ними ни на один миг. Тоётоми Хидэёси в доспехах до-мару красного шитья с гербовым изображением павлонии на о-соде – наплечных щитках. И вот как раз среди этих пяти человек и оказался человек, которому самой судьбой было суждено закрепить единство страны и завершить объединение страны в одно государство – князь Токугава Иэясу (1543 – 1616) из рода Минамото, носивший сначала детское имя Мацудайра Такетиё; затем ставший Мацудайра Мотонобу (имя, которое он получил после церемонии совершеннолетия в 1556 году) и Мацудайра Мотоясу (имя, которое дал ему его сюзерен, Имагава Ёсимото), выбравший имя Мацудайра Иэясу в знак своей независимости от рода Имагава в 1562 году; и, наконец, ставший Токугава Иэясу в 1567 году. Тосё-Дайгонгэн это тоже его имя, но только уже посмертное, полученное им после смерти божественное имя «Великий бог-спаситель, что озарил Восток», ставшее ему наградой за все, что он сделал для Японии. Тоётоми Хидэёси завоёвывает Сикоку (укиё-э Тоёхара Тиканобу (1838 – 1912), 1883 год). К вершинам власти он шел долго и трудно. Сначала много лет он провел заложником у более сильных даймё, рано потерял отца, при этом очень часто жизнь его висела на волоске. Однако он не терял присутствия духа, постоянно помнил, что он из рода Минамото, тогда как Хидэёси всего лишь сумевший преуспеть крестьянин, которому его свадебный наряд даже шили из знамен его господина, и что терпение и труд все перетрут! Разный характер всех «трех объединителей империи» как нельзя лучше показывает следующая легендарная история: все они вроде бы стояли под деревом, а на нем сидел соловей, и захотелось им услышать его пение. Но соловей не пел. «Он не поет, так я убью его», – злобно решил Нобунага. «Он не поет, так я заставлю его петь», – сказал нетерпеливый Хидеёси. «Он не поет, так я подожду, когда он запоет» – решил Иэясу, и вот это его качество – «ждать и надеяться», оказалось для него наилучшей стратегией во всех отношениях. Токугава Иэясу, Тоётоми Хидэёси, Ода Нобунага. Часть триптиха Тиканобу Тоёхара (1838 – 1912), 1897 г. Интересно, что в отличие от Оды Нобунаги, который поддерживал связи с Португалией и Испанией, и не мешал распространять иезуитам католичество в Японии, Токугава считал, что лучше иметь дело с протестантами из Нидерландов. С 1605 года главным консультантом Иэясу по вопросам европейской политики сделался английский моряк, кормчий Уильям Адамс – тот самый, что в романе Джеймса Клейвелла «Сёгун» был выведен под именем Джона Блэксорна. Благодаря советам последнего, монополию на торговлю с японцами получили одни лишь голландцы. В 1614 году Иэясу издал указ, которым и вовсе запретил пребывание «южных варваров» и христиан в его стране. По всей Японии начались массовые репрессии и показательные распятие верующих на крестах. Небольшой группе японцев-христиан удалась бежать на испанские Филиппины, ну а большая часть под страхом смерти была насильно обращена опять в буддизм. Формально он передал свой титул сёгуна сыну, но власть в своих руках сохранил, а на досуге занялся составлением «Уложения о самурайских родах» («Букэ сё хатто»), определившего как нормы поведения самурая на службе, так и в его личной жизни, и где в сжатой форме, но исчерпывающим образом были сформулированы и зафиксированы традиции самураев Японии (Кодекс бусидо), которые до этого передавались изустно. Портрет Иэясу Токугава. При нем столицей страны стал Эдо, впоследствии превратившийся в Токио. Умер он в возрасте семидесяти четырех лет, приняв участие в бесчисленном количестве сражений и схваток, после заговоров и борьбы длиной в целую жизнь, став полноправным правителем Японии. Власть он передал своему старшему сыну Хидэтада, а всего клан Токугава после этого правил Японией целых 265 лет вплоть до самого 1868 года! Мавзолей Иэясу Токугава в Тосёгу. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/101353-samurai-obediniteli-strany.html

А Вы говорите Великие Укры, тут еще надо разобратся, кто Велик... Из истории чеченской государственности. Г. Муртазалиев. Несмотря на все трудности, чеченским ученым практически самостоятельно удалось доказать чеченскую теорию возникновения древнейших и древних государств Шимер, Хуррит, Урарту, Агвания, так называемых «армянских» княжеств Ван, Нахчиван, Сюник, Арсах, Сод, античных Трой, Халдей, Киммерика, Спарты, Халиба и других более или менее значимых царств и княжеств, и, конечно же, Рима. О Сакии, Скифии, Аорсии, Сарматии, Алании и говорить не надо. Если в северокавказских и предкавказских государствах чеченцы были основным этносом, то в древнейших ближневосточных государствах этноним «нохчи» не был основным этнонимом, а был политонимом, т.е. название государства и народа образовалось от названия правящего этнического слоя (Шимар, Хуррие, Урарт, Арарту, Нахчи и др.) Примерно как в случае с древнерусским государством, когда славянский народ и его государственное образование получило название — Русь, от имени народа-господина. В истории так часто бывает. Впрочем, именно этноним русь, я и постараюсь разобрать вместе с читателем. Итак, согласно русской летописи новгородцы «призвали» к себе на княжение князей из варяжского племени — русь, далее повествуется, что русами или варягами их называют только славяне, их также называют норманнами (северяне), готами, англами (саксы). Следовательно, норманны, готы, англы (саксы) и русь это, несмотря на разное геоположение, один народ, с разными названиями. Также выясняется, что это непростое, а варяжское племя, что на простом языке означает чистокровный, племенной народ, чья кровь считалась выше, чем у всех остальных, т.е. народ, который производит только лидеров по крови, от сельского до континентального и мирового уровня. Далее открываем учебник по Истории государства и права России, издательства «Юрист» 2005 года, составленный замечательным юристом Исаевым И. А., именно по этому учебнику сегодня обучают всех студентов России данной дисциплине. В книге написано, что племени русь прямо соответствовали: россы, русены, расы, борусы, аланы и др. Получается, согласно этому учебнику следующее, если чеченцы прямо отождествляют себя с аланами и утверждают, что Алания была не каким-нибудь другим, а именно чеченским государством, то и русы были не кем-нибудь, а чеченцами. Выходит, что Рюрик и его дружина, если они действительно варяжского племени русь, то они чистокровные чеченцы, причем из царского рода и говорившие на родном чеченском языке. Кроме того, согласно русской летописи, получается, что и норманны, и викинги, и готы, и саксы являются чеченцами по крови, но подвергшиеся германской языковой ассимиляции. Более того арабские источники из Испании и Португалии сообщали, что на них нападали норманны (северяне) имя которых ар-рус (ар — араб. артикль). Также, те же арабские источники в Х веке сообщают, что государство Русь делилось на три области: Куявию (Киев), Славию (Приильменье) и Арсу (Арса), локализуя ее на Северном Кавказе и Предкавказье, и называя ее самой могущественной из всех областей царства Русь. Будет хорошо, если читатель логически без предвзятости и предубеждения сделает выводы на основании этих и множества других письменных источников, что кажущиеся невероятными являются исторически очевидными фактами на основании этих и множества других письменных источников. Далее. Согласно родовым преданиям известно, что чеченцы обычно не называли себя постоянно именно аланами, а чаще называли себя — алий. Термин — аланы (аланой) не указывал на национальность, он указывал на гражданство. Аланией чеченцы называли свое государство, в котором цари также были чеченцы, оно имело форму написания Алан (с ударением в первом слоге), именно такую форму названия этого чеченского государства подтверждают и европейские источники средних веков, согласно надписям на геральдических, и намогильных барельефах. Слова Алан, Элин, Олан на устаревшем чеченском языке означают — царство, княжество, владычество, пророчество, то же самое значение без последнего, в большей или меньшей степени имеют и слова: Аланд, Оланд, Алард, Алаг, Элиг, Алд. Также в устаревшем варианте словами — али, алий али, ал, алу, алун, алд (во всех вариантах ударение в первом слоге)- обозначаются понятия царь, князь, княжение т.д. Кроме названия Алан, чеченское государство имело параллельные названия: Нохч-хаз, Нохч-хазар (гласн.букв.крат.)- что, также на устаревшем чеченском языке означало- Чеченский Союз (федерация, хазары-федераты) и аббревиатуры АС(Ос) и САК. От последнего образовались названия: Сек, Секк, Сик, Сикким, Секам, Саксин, Секким, Секешт и др., а также этнонимы: секи, секки(общенациональные, принадлежность к гражданству), сикх, сик-хой и др. Если вспомнить, то в греческом первоисточнике, скифы также назывались скихой(от сикхой), а только потом они стали называть их скифами, а страну Скифией. Также государство имело названия Хурд, Хуррит, а народ хуррий, также указывавший на гражданство (россияне, американцы, советские и т.д.) Что касается чеченского государства-Симсим, то такого названия никогда не было, и это является либо попыткой историков Тамерлана изменить чеченскую историю, в надежде, что чеченцы после войны уйдут в небытие, либо ошибочное прочтение написанных по-гречески слов Секам, Сикким созвучных со словом сезам, означающего, то же, что и симсим — кунжутное масло. Кстати сказать, походы Тамерлана против государства Алания, были по преданиям вызваны желанием, истребить чеченцев, как нацию. В конце этой войны численность всего чеченского народа составляла не больше сорока тысяч человек. Небольшие отряды Тамерлана проникали в Скалистые горы, но основные войска застряли в Хачаройском ущелье по Аргуну, Химойском ущелье по Шаро-Аргуну и в современном Цоринском ущелье под Мелхистинским перевалом. После последнего сражения в Химойском ущелье Тамерлан, пораженный и ошеломленный сопротивлением чеченцев, решил примириться с чеченцами, сделать подарки и навсегда уйти из Чечни, в первый раз, также как и Субудай, признав свое поражение. Теперь что касается этнонима — сармат. Это слово в чеченском языке ничего, кроме «кочевья», не обозначало. Буквально — скотобаза. А сарматы (греч. сарматой)- означает кочевники-скотоводы, по-английски это будет — ковбои, ковбойцы. Кстати, гунны также имеют происхождение от сарматов, населявших в начале нашей эры территорию современной Челябинской области. Итак, все эти так называемые народы были одним народом — нохчи, которые получали свои названия или от рода деятельности, или от названий областей и государств-доминионов, образованных чеченцами, или от расположения (лес, река, пустыня, степь, гора и т.д.), или от политической ориентации — примерно, как в наше время (позиция, оппозиция, дудаевцы, кадыровцы, ваххабисты, вирды, горные, равнинные, затеречные, притеречные, бурунные, беженцы, московские, казахстанские, иорданские и т.д.) и все это о чеченцах. Помимо этого мы разобрали и уяснили, что у чеченцев, как у варяжского народа были государства-доминионы не только на Кавказе, но и далеко от современной Чечни. Сегодня многие в Чечне, непонятно в угоду кому и чему говорят, что у чеченцев не было государства, права, царей, князей, классового деления, земель, территорий, что чеченцы, это сброд непонятно кого и чего. Все это наглая ложь космополитов, безродных, или просто глупцов. Несомненно, изучение истории государства и права, тем более чеченского, действительно очень трудоемкая, сложная, а порой и противоречивая наука, и видимо только поэтому главный чеченский ВУЗ не спешит обучать этой дисциплине студентов на кафедральном уровне, несмотря на то, что правовую науку ВУЗа, возглавляет человек, умудренный профессиональным и конструктивным политическим опытом, на десятилетия вперед. Но все-таки хотелось бы, чтобы чеченские ученые не останавливались на достигнутом, а развивались в этом направлении, учитывая, что «погреть руки» на чеченской истории против логики хотят многие, игнорируя все моральные преграды. Все это отбрасывает наш народ год за годом, на десятилетия, а может и на сотни лет назад. Газета Чеченское общество (Чечня)