adc

Ничего не изменилось за 60 лет. Война в Корее, 4 серии, док. фильм. 2014 год. http://calypso-tv.com/2014/06/11/vojna-v-koree-2014-dokumentalnyj-serial-smotret-onlajn/

В США не все еще потеряно. Вице-президент Америки: Права геев важнее национальной культуры США! 2014.06.25 Средаверсия для печати Как сообщил "Голос Америки", вице-президент США Джо Байден сделал сенсационное заявление, сообщив, что права сексменьшинств важнее "национальных культур и социальных традиций". "Меня не интересует, какая у вас культура. Бесчеловечность остается бесчеловечностью, а предрассудки - предрассудками", - увещевал Байден группу защитников прав сексуальных меньшинств из разных стран мира.Расхорохорившись, второе лицо Америки сообщило, что правительство США получило приказ следить за продвижению прав геев и лесбиянок в других странах мира - чтобы, если в какой-то стране даже не нарушают, а просто "не укрепляют права ЛГБТ" - эта страна должна будет "заплатить цену за бесчеловечность". Стоп! А как быть с решением нижней палаты парламента штата Канзас от 11 февраля 2014 года, когда жители штата дали право всем работающим в их округе... не обслуживать гей- и лесбийские супружеские пары? Да и в феврале 2014 года СМИ сообщили - власти восьми штатах США (Алабамы, Аризоны, Луизианы, Миссисипи, Оклахомы, Южной Каролины, Техаса и Юты) наложили запретна "пропаганду гомосексуализма". Например, в Юте нельзя "пропагандировать гомосексуализм" вообще, а в Аризоне - представлять его позитивной альтернативой. В Техасе и Алабаме он (гомосексуализм) объявлен "неприемлимым для широкой общественности" и даже потребовали "рассказывать детям на уроках полового просвещения, что "гомосексуальное поведение является уголовным преступлением" (хотя уголовное наказание за гейство отменено в США в 2003 году). Выходит, что несмотря на вышеупомянутую "декриминализацию" ЛГБТ-отношений в "самой главной демократии мира" они объявлены нелегальными в 10 штатах? Но тогда получается, что Байден не просто грозит лютой ценой за нарушение прав ЛГБТ другим странах, но и предает свою - американскую - национальную культуру?

Хороший выезд. Не спец в зверюшках, но похож на волка.

В череде событий Холодной войны на просторах Мирового океана Карибский кризис стал для советского флота первым и самым опасным опытом прямого противостояния военно-морским силам США. Никогда более боевые корабли обеих стран не оказывались в столь опасной ситуации, никогда более командиры кораблей не были столь близки к принятию решения о применении оружия. В какой-то момент ход всего Карибского кризиса мог быть изменен решением командира одного советского или американского корабля. Не будет особым преувеличением сказать, перефразируя известное высказывание У. Черчилля, что «никогда еще столь многое не зависело от решения столь немногих». Участие советского военно-морского флота в операции по доставке на Кубу советских ракет с ядерными боеголовками, получившей название «Анадырь», было предусмотрено общим планом. Как вспоминал позднее один из составителей плана операции генерал А.И. Грибков, работа по его подготовке была проведена в мае 1962 г. при участии всего трех человек и всего за два дня. Замысел операции предполагал создание на Кубе Группы советских войск (ГСВК), с целью «не допустить высадки противника на территорию острова ни с моря, ни с воздуха…» [1] В целом советский Генштаб планировал создать на Кубе разнородную группировку войск численностью в 44 тыс., имевшую все необходимое — от ядерных ракет до полевого хлебозавода — и способную защитить «Остров Свободы» от вторжения любого противника. На основании этого плана были подготовлены директивы министра обороны, и 13 июля 1962 г. направлены командующим соответствующих видов вооруженных сил для выделения необходимых сил и их отправки на Кубу [2]. Главную ударную силу ГСВК должна была составить ракетная дивизия в составе пяти полков ракет средней дальности Р-12 и Р-14, радиус действия которых (2 500—4 500 км) позволял поражать все важнейшие цели на территории США. Четыре отдельных мотострелковых полка должны были прикрывать ракетную дивизию и бороться с воздушными и морскими десантами. С воздуха их защищали две дивизии ПВО и истребительная авиация. Задачи входивших в состав ГСВК сил флота сводились к «уничтожению боевых кораблей и десантно-высадочных средств противника, недопущению высадки морских десантов. Кроме того, флот был обязан охранять наши транспортные суда на близлежащих к острову коммуникациях, блокировать минами военно-морскую базу Гуантанамо, а также вести разведку в западных и восточных районах Кубы с целью выявления боевых кораблей и десантно-высадочных средств противника». [3] Эти задачи возлагались на оперативное соединение, в составе эскадры подводных лодок (7 дизельных ракетных и 4 дизельных торпедных), эскадры надводных кораблей — 2 крейсера, 2 ракетных эсминца и 2 артиллерийских эсминца, бригады ракетных катеров (12 единиц), — берегового ракетного полка (8 пусковых установок крылатых ядерных ракет) и минно-торпедного авиаполка (33 самолета Ил-28) [4]. В историографии и опубликованных материалах нет данных, на основании которых был сделан расчет сил и определен состав корабельной группировки. Если же исходить из задач, поставленных перед советской военно-морской группировкой планом Генштаба, то ее состав представляется далеко недостаточным. В случае начала боевых действий советские надводные корабли не могли, ни при каких условиях, отразить массированный налет штурмовой авиации американских авианосцев. Рассчитывать на прикрытие с воздуха силами ПВО, дислоцированными на острове, также не приходилось, поскольку их главной задачей оставалась защита пусковых установок стратегических ракет, а количество истребителей Миг-21 — 40 самолетов — было слишком незначительно. Всего этого не могли не понимать в Главном штабе ВМФ при составлении плана действия флота, получившего собственное название — «Кама». Остается предположить, что советская эскадра должна была выполнять исключительно функции демонстрации силы. На эту мысль наводят слова первого заместителя главкома ВМФ адмирала В.А. Фокина, обращенные к командирам подводных лодок, уходивших на Кубу: «Вы должны незамеченными прибыть в конечную точку маршрута и встретить рассвет на виду удивленного мира с поднятыми советскими флагами» [5]. В ночь на 8 июля 1962 г. от советских причалов отошли первые транспортные суда с грузом техники и вооружения для Кубы. Первоначальные расчеты Генштаба оказались верными, и грузовые корабли, не привлекая внимания американской разведки, прошли на Кубу без препятствий. Через полтора месяца на острове уже находились основные силы сухопутной группировки и ядерные боезаряды. Но корабли советского ВМФ все еще оставались в базах. Причины такой задержки с отправкой эскадры остаются до сих пор не совсем понятными. Авторы исследований Кубинского кризиса практически не касаются этого вопроса. Между тем, он заслуживает отдельного внимания. Как свидетельствуют участники событий, советские подводные лодки прошли всю необходимую подготовку к походу еще весной и могли выйти в море уже в начале лета 1962 г. одновременно с первыми грузовыми кораблями, отправившимися на Кубу. Но подлодки оставались в главной базе флота все лето. И лишь в сентябре они перешли в бухту Сайда, где провели окончательную погрузку продовольствия и боезапаса, в том числе и «спецторпед» с ядерной боевой частью. На это был потрачен еще месяц [6]. За это время обстановка в Атлантике крайне осложнилась. Необычайно высокая интенсивность движения советских грузовых кораблей в июле—августе, наконец, привлекла внимание американской разведки. Начались регулярные облеты советских кораблей самолетами, а 19 сентября сухогруз «Ангарлес» был перехвачен американским крейсером, который сопровождал его более суток, направив стволы башен главного калибра на корабль. На следующий день судно «Ангарск» было перехвачено американским эсминцем. Эта практика продолжалась во все последующие дни. И все это время надводные корабли и подводные лодки советского ВМФ продолжали стоять в базах в ожидании приказа. Только 25 сентября 1962 г. на заседании Совета обороны был рассмотрен вопрос об участии флота в операции «Анадырь». Совет решил отказаться от использования надводной эскадры, ограничившись отправкой на Кубу лишь четырех дизельных торпедных лодок проекта 641 («Foxtrot» по классификации НАТО). Это решение, кардинально менявшее замысел использования советской военно-морской группировки, получило различные объяснение в отечественной и зарубежной историографии. Российские авторы объясняют это решение нежеланием советского руководства рисковать скрытностью проведения операции [7]. При этом, правда, остается без ответа вопрос, почему требование скрытности не было принято во внимание при начальном планировании действий флота. Зарубежные исследователи, напротив, придают гораздо большее значение отказу советского руководства использовать надводную эскадру. Американский исследователь Д. Винклер полагал, что причиной всему была «неспособность надводных кораблей советского флота проводить операции в океане» [8]. Один из участников Карибского кризиса, офицер ВМФ США П. Хухтхаузен высказал предположение, что советское руководство опасалось «дальнейшего усиления американского флота у берегов Кубы» [9]. Зарубежным исследователям это решение представляется нелогичным и ошибочным. Известный американский историк флота Э. Бич полагал, что «эскорт советских надводных кораблей, сопровождавший сухогрузы, доставлявшие ракеты на Кубу в 1962 г., мог бы повлиять на исход кризиса» [10]. Более того, команды американских кораблей ожидали этого и были изрядно удивлены, не обнаружив даже «мало-мальского сопровождения торговых судов боевыми кораблями советского ВМФ» [11]. Отказ от использования надводных кораблей лишил и подводные лодки какого-либо прикрытия, и им оставалось рассчитывать только на свои силы. Решить весь комплекс задач, поставленных перед силами флота в операции «Анадырь», лодки, конечно, не могли, как не в состоянии они были осуществить демонстрацию силы. На что теперь рассчитывало советское военно-политическое руководство, противопоставляя всей мощи Атлантического флота США всего лишь четыре дизельных подлодки? По мнению П. Хухтхаузена, ставка была сделана на ядерные торпеды как сдерживающий фактор [12]. Вопрос о возможности дизельных лодок беспрепятственно достичь назначенных районов даже не ставился. Между тем, зарубежные исследователи уверены, что этого шанса они были лишены изначально: «Та полудюжина субмарин, что Советы направили в Кубинские воды, принадлежала к технически несовершенному типу, и корабли американского флота могли обнаружить и уничтожить их без особого труда» [13]. В ночь на 1 октября операция «Кама» вошла в решающую стадию: в море вышли четыре подводные лодки Северного флота — Б-4, Б-36, Б-59 и Б-130. В море командиры подводных лодок вскрыли полученные секретные пакеты, в которых была указана их задача: скрытно следовать в кубинский порт Мариэль. Лодки должны были следовать самостоятельно, и их действиями управлял Центральный командный пункт (ЦКП) флота в Москве. Но с первого же дня похода начали сказываться просчеты в планировании операции. Первым из них оказалось жесткое требование сохранять маршрут и режим похода. Штаб установил среднюю скорость перехода в 9 узлов, то есть на пределе возможного для дизельных подводных лодок. Это означало, что командиры лишались возможности какой-либо маневра при встрече с противником. Высокая скорость перехода в условиях шторма, случившегося в Северной Атлантике, привела к повреждениям на подводных лодок, что позже резко ограничило их маневренность при столкновении с силами противолодочной обороны (ПЛО) флота США. Крайне неудачным было распоряжение Главного штаба, назначившего собирательный сеанс связи на 00 часов по московскому времени, что соответствовало 16.00 в Атлантике: необходимость всплывать для сеанса связи в светлое время суток ставило под угрозу скрытность их действий. Но данное решение осталось неизменным на протяжении всей операции [14]. К исходу 20 суток похода все четыре лодки прибыли в Саргассово море, высокая прозрачность воды которого резко осложнила их действия: тень подводной лодки можно было различить на глубине до 80 метров. Невероятные трудности возникли из-за высокой — до 30 градусов на поверхности — температуры воды. Выяснилось, что подводные лодки проекта 641 были совершенно не приспособлены для действия в теплых тропических водах. А ведь имевшийся опыт уже показал, что лодки, созданные для действий на Балтике и Севере, требуют установки дополнительного оборудования кондиционирования воздуха и опреснения воды. Температура в отсеках сразу же повысилась до 40º, а в дизельном и электромоторном — до 60-65º. Пресной воды катастрофически не хватало: на каждого члена экипажа приходилось лишь 250 г в сутки. Высокая температура приводила к обезвоживанию организма. К концу похода некоторые из моряков потеряли до трети веса. Предельная влажность воздуха — порой до 100 % — вызвала у всех потницу в самой тяжелой, гнойной, форме, что усиливало страдания моряков. Участились случаи тепловых ударов, и вахту пришлось сократить всего до 15—20 минут. Люди держались из последних сил… Вот в этой тяжелейшей, изнуряющей обстановке им пришлось вступить в борьбу с Атлантических флотом США, сосредоточившем на подступах к «Острову Свободы» 183 корабля [15]. Однако командиры и экипажи советских подводных лодок и не подозревали об этих приготовлениях и о том, что их ждет столкновение с целым американских флотом. Командование советским ВМФ не сочло необходимым проинформировать свои лодки об изменении обстановки вокруг Кубы. Вместо этого их командиры регулярно получали телеграммы с напоминанием об усилении политработы и необходимости «высокоморального поведения» экипажей на территории Кубы. Командирам не оставалось ничего другого, как черпать хоть какую-нибудь информацию о происходящем из материалов радиоперехвата передач американских радиостанций. Но тут перед ними вставал вопрос: насколько можно доверять «империалистической пропаганде»? Советские подлодки, не имея возможности обойти выставленные американским флотом завесы сил ПЛО, вынуждены были прорываться через них. Шанс остаться необнаруженным и достичь назначенного района был минимальным, все зависело от случая. Лодки проекта 641 создавались для действий в открытом океане, в расчете на свободу маневра. Выбирая время и место нанесения удара в зависимости от обстановки и противостоящих сил противника, они должны были действовать по принципу «удар-отход». Теперь же им предстояло действовать в районе, полностью контролируемом силами ПЛО ВМФ США. В этих условиях их главной слабостью стала необходимость периодически всплывать на поверхность для зарядки аккумуляторов, которые обеспечивали подводный ход. Советские подводники еще могли, полагаясь на собственный опыт и знание техники, надеяться на уклонение от надводных кораблей и противолодочных самолетов. Но они не могли ничего противопоставить новейшей стационарной гидроакустической системе «SOSUS», недавно поступившей на вооружение американского флота. Она представляла собой сеть гидрофонов, установленных на дне моря и соединенных с береговой станцией кабелем. При появлении поблизости источника шума гидрофон передавал сигнал на береговую станцию, и система автоматически определяла координаты источника, сообщая их самолетам и надводным кораблям. Командиры советских подлодок представления не имели об этой совершенно секретной системе и долгое время, поражаясь точности, с которой на них выходили самолеты и корабли противника, считали, что виной всему — деятельность агентуры американской разведки на берегу. Именно «SOSUS» 23 октября обнаружила первую советскую подлодку, которой оказалась Б-130 под командованием капитана II ранга Н.А. Шумкова. И скоро на КП американского флота посыпались сообщения от самолетов и кораблей о новых контактах с неизвестными подлодками в районе южнее Бермудских островов. На планшете тактической обстановки КП флота было зафиксировано 29 контактов, предположительно, с советскими субмаринами [16]. Вскоре, однако, аналитическая служба, сопоставляя полученные данные, сократила их число до 4—7 единиц [17]. Стало ясно: к Кубе направляется значительное количество советских субмарин. К тому времени обстановка и вокруг Кубы, и в мире резко обострилась. Вооруженные силы США, в том числе и стратегические ядерные силы, были приведены в полную боевую готовность, атомные ракетные подводные лодки заняли стартовые позиции в Северной Атлантике. В ответ СССР привел в полную боевую готовность Ракетные войска стратегического назначения, авиацию и ПВО [18]. В этой ситуации приближение советских подводных лодок к соединениям американского флота в Атлантике выглядело особенно зловещим. Главнокомандующий ВМФ США адмирал Дж. Андерсон немедленно предупредил командиров кораблей о возможности внезапных атак советских субмарин [19]. Угроза с их стороны представлялась настолько серьезной, что адмирал обратился за помощью к командованию флотов Англии и Канады, а также ВМС стран Латинской Америки [20]. На следующий день, 24 октября, в 10 часов утра начал действовать объявленный США режим морского карантина, и корабли американского флота приготовились силой остановить советские суда, направлявшиеся в порты Кубы. В ответ на это Н.С. Хрущев на встрече с американским бизнесменом У. Ноксом заявил, что «советские подлодки потопят любой американский корабль в случае его попытки остановить направлявшиеся на Кубу корабли» [21]. Но американскую администрацию и президента Дж. Кеннеди беспокоила не только возможность атак советских субмарин, но и возможная доставка на их борту ядерных боеголовок [22]. Именно это предположение и привело к столь ожесточенному преследованию советских подлодок в последующие дни. Первое время подлодкам удавалось ускользать от преследующих их американских противолодочных самолетов, но «SOSUS» вновь и вновь наводила самолеты на подлодки. Эта игра в «кошки-мышки» должна была закончиться после их вхождения в зону действия американских авианосных противолодочных поисковых групп, развернутых на линии объявленного морского карантина. Ситуация чрезвычайно осложнилась тем, что к этой линии лодки подошли одновременно с продолжавшими движение к Кубе грузовыми судами под советским флагом. Нетрудно представить тот психологический пресс, под давлением которого оказались командиры американских эсминцев, получивших приказ остановить советские корабли под угрозой применения оружия: они были осведомлены о намерении Хрущева применить подводные лодки в этом случае. Участник описываемых событий офицер эсминца «Blandy» П. Хухтхаузен вспоминал о событиях 27 октября: «...Мы приближались к «Юрию Гагарину», а у меня душа была в пятках… я смотрел на большое торговое судно… идущее курсом на юг и быстро приближающееся к нам. В южном направлении от «Blandy» вертолет с [противолодочного авианосца] «Essex» и самолет «Tracker» S2F совместно работали в районе контакта с подводной лодкой… [которая] собиралась занять положение между «Юрием Гагариным» и вторым торговым судном под названием «Комилес» [23]. Этой лодкой была Б-130. Обнаруженная еще 23 октября, она в течение трех суток успешно уклонялась от самолетов, но аккумуляторные батареи полностью разрядились. Перед походом береговые службы решили сэкономить на замене старых аккумуляторов на этой лодке, и теперь подводникам приходилось расплачиваться за эту экономию. В условиях тропической жары старые аккумуляторы разряжались очень быстро, и заряжать их приходилось гораздо дольше, для чего лодка была вынуждена все чаще всплывать. В один из таких моментов на Б-130 отказали сразу все три дизельных двигателя — невероятный случай. Как выяснилось впоследствии, причиной стал заводской брак. Поломка двигателей на Б-130 произошла в момент, когда кризис достиг кульминации. 27 октября советские войска на Кубе впервые применили оружие, сбив зенитной ракетой самолет-разведчик U-2, пилот которого погиб. Этот день в США получил название «черной субботы». Вечером того же дня брат президента США Р. Кеннеди передал советскому послу А.Ф. Добрынину ультимативное требование убрать с Кубы советские ядерные ракеты, угрожая в противном случае начать вторжение на остров в ближайшие 24—72 часа [24]. Подводники об этих перипетиях не знали, но ощущение надвигавшейся катастрофы было ясным. «Внезапно затих эфир, — вспоминал командир Б-130 Шумков. — Мы почувствовали, что «дело пахнет керосином». От главнокомандующего ВМФ получили телеграмму: «Усилить бдительность. Оружие иметь в готовности к использованию». Перешли на непрерывный сеанс радиосвязи. И вот тогда на нас обрушились американцы…» [25] Лодка находилась в надводном положении, пытаясь починить вышедшие из строя дизеля, когда он «получил доклад акустика: «Слышу шум винтов!» Причем сразу с четырех направлений. Дал команду на срочное погружение. Едва погрузились на 20 метров — над нашими головами шум винтов… Потом раздались взрывы…» Это оказалось полной неожиданностью: «Стальной корпус зазвенел. Впечатление такое, что нас атаковали настоящими глубинными бомбами. А это война!» [26] К счастью, это были всего лишь сигнальные гранаты, с помощью которых американцы передавали приказ на всплытие. Но можно представить силу психологического давления, которое испытывал командир подлодки. Теперь только от него зависело, какое решение принять в этой ситуации. Если бы он посчитал эту атаку настоящей, боевой, и дал приказ в целях самообороны применить оружие — история Карибского кризиса оказалась иной. Но Шумков решил начать уклонение. С почти разряженной батареей, черепашьим ходом ему удалось невозможное: лодка оторвалась от преследовавших ее эсминцев. Однако трехузловый ход не позволил уйти из района поиска, и вскоре эсминцы вновь обнаружили лодку. Получив доклад о полном разряде аккумуляторных батарей, командир дал приказ всплывать. Через несколько минут черная рубка подводной лодки показалась на поверхности всего в тысяче метров от эсминца «Blandy». Узнав об этом, экипаж американского корабля разразился аплодисментами и ревом восторга: он праздновал победу [27]. В тот же день 27 октября противолодочная группа авианосца «Randolph» обнаружила Б-59 капитана II ранга В.Г. Савицкого. К тому времени лодка уже двое суток пыталась уйти от противолодочных самолетов, периодически обнаруживающих ее по данным системы «SOSUS», и основательно разрядила аккумуляторные батареи. Но только она всплыла на поверхность для их зарядки, как тут же была обнаружена вновь. Подоспевшие эсминцы буквально вцепились в лодку своими гидролокаторами. Савицкий больше 18 часов пытался оторваться от преследования, но опять помешали разрядившиеся батареи. Американские корабли стали выходить на Б-59 в атаку, сбрасывая сигнальные гранаты. Температура, повысившаяся в рисеках до 45—50º, чудовищная духота, влажность и быстро растущая концентрация углекислого газа привели к тому, что один за другим стали падать в обморок вахтенные матросы и офицеры. Когда же после очередной атаки американского эсминца взрывы так тряхнули лодку, что показалось, будто началась уже настоящая бомбежка, нервы командира не выдержали. «После этой атаки, — вспоминал офицер Б-59 В.П. Орлов, — вконец измотанный Савицкий, не имея возможности выйти на связь с Главным штабом рассвирепел. Вызвал к себе офицера, приставленного к атомной торпеде, и приказал привести ее в боевое состояние. «Может, наверху уже война началась, а мы тут кувыркаемся, — возбужденно кричал Валентин Григорьевич. — Мы сейчас по ним шарахнем! Сами погибнем, их потопим всех, но флот не опозорим!» Но стрелять ядерной торпедой мы все же не стали…» [28] Около четырех часов утра 28 октября Б-59 всплыла на поверхность и подняла государственный флаг СССР. Третьей лодкой, которую удалось «поднять» американским силам ПЛО стала Б-36 капитана II ранга А.Ф. Дубивко. Ей дольше других удавалось оставаться необнаруженной. Лишь к исходу дня 29 октября, когда кризис уже миновал свою самую острую фазу, американские корабли обнаружили ее. Сработал новый тактически прием американцев. Выяснив, что советские лодки по ночам всплывают для зарядки батарей, они стали устраивать засады: один или несколько эсминцев с застопоренными машинами и выключенными ходовыми огнями лежали в дрейфе, переведя свои гидроакустические станции (ГАС) в пассивный режим. Именно так и была обнаружена Б-36. «Ахиллесовой пятой» этой лодки оказалась неисправная крышка устройства выбрасывания имитационных патронов, не позволявшая ей погружаться на глубину более 70 м. Целых 36 часов Дубивко пытался оторваться от преследователей, но в конце концов и он был вынуждена всплыть на виду у целой эскадры американских кораблей. Единственной лодкой 69-й бригады, сумевшей достичь назначенного района, оказалась Б-4 под командованием капитана II ранга Р.А. Кетова. Тот факт, что американцы так и не смогли «поднять» Б-4, ее командир объяснял элементарным везением [29]. К моменту обнаружения Б-4 успела полностью зарядить аккумуляторную батарею. Штормовой поход через Атлантику не привел к каким-либо поломкам. Но главное, в чем повезло, — в благоприятных гидрологических условиях района: слой температурного скачка проходил на глубине всего 60 м, что позволило эффективно уклоняться от преследователей. Операция «Кама» закончилась. Три лодки, кроме Б-130, возвращавшейся на буксире спасательного судна в базу, еще около месяца находились в назначенных районах патрулирования. На базу они также вернулись порознь, но всех их ожидал одинаково холодный прием. Командир Б-4 Кетов вспоминал: «Вернулись лодки под самый Новый год. Никто нас не встречал. Сами высадились на пирс и ошвартовались. Дальше началась история в духе Швейка и Чонкина. «Нет, — говорят, — вашей бригады, она расформирована». Экипажи три месяца по-человечески не жравши, не пивши, не мытые. Моряки в панамах, тапочках и шортах. А на улице мороз минус 15º. Просим: «Дайте хоть помыться… хоть обогреться!» Не пускают. Какой-то умник нашелся, ляпнул: мол, ваше место базирования на Кубе, вот и отваливайте туда. Пошутил…» [30]Лишь через несколько дней экипажам выдали теплую одежду. Но более всего моряков оскорбил запрет экипажам разных лодок общаться между собой и выходить за пределы базы, которая была оцеплена морскими пехотинцами. Особая комиссия готовила разбор итогов похода, и штаб флота хотел «соблюсти объективность» свидетельств вернувшихся подводников, как и секретность всего происходившего. Однако комиссия явно не стремилась к объективности. Командир Б-36 Дубивко рассказывал: «Все усилия комиссии были нацелены на выявление допущенных командиром и личным составом нарушений требований руководящих документов и инструкций. В расчет не принимались ни необычные условия нашего плавания, ни техническая неприспособленность лодок к такого рода операциям, ни тем более явные ошибки командования при подготовке похода и во время него… Ничего положительного в нашем походе комиссия не увидела… еще до официального завершения «разбора полетов» Главный штаб издал директиву, с которой по флотам разъезжали его представители и позорили нас, пиная тем, что американцы «подняли» три лодки». [31] Однако на этом мытарства подводников не закончились. В начале января командиров подводных лодок вызвали в Москву. На совещании в Министерстве обороны состоялся «большой разбор» итогов похода на Кубу. Совещанием руководил заместитель министра обороны маршал Советского Союза А.А. Гречко. И сам маршал, и присутствовавшие в зале военачальники засыпали подводников вопросами. Более всего недоумения у высокого начальства вызывал сам факт всплытия подводных лодок. И только тут выяснилось, что руководство Министерства обороны все это время оставалось в уверенности, что на Кубу ушли атомные субмарины. Но даже этот неожиданно открывшийся факт не смог смягчить недовольство командования. Гречко в сердцах бросил: «А я бы лучше утонул, чем всплыл!» [32] Неудача похода подводных лодок на Кубу стала следствием целого ряда просчетов в организации. Изучая обстоятельства принятия решений, приходится признать, что, вероятнее всего, руководство флотом оказалось жертвой своих собственных пропагандистских усилий. В июле 1962 г., когда операция «Анадырь» уже набирала полные обороты, командование ВМФ устроило настоящее шоу для руководства страны. Хрущев, Р.Я. Малиновский, Д.Ф. Устинов и другие руководители стали свидетелями масштабных учений Северного флота («тема Касатка»), в ходе которых зенитные ракеты кораблей сбивали воздушные мишени, эсминцы и катера наносили совместный удар крылатыми ракетами по надводным целям. Всего на глазах у руководства было запущено 17 ракет, из которых 15 поразили цели. [33] Венцом учений стал показ атомных и ракетных подводных лодок, завершившийся эффектным подводным стартом баллистической ракеты. И хотя ракетой из-под воды стреляла дизельная подводная лодка, но Хрущева убедили в том, что он наблюдал старт ракеты атомного ракетоносца. [34] Кульминацией этого визита на Северный флот стала встреча атомной подводной лодки К-3, только что вернувшейся из похода к Северному полюсу подо льдами Арктики, что расценивалось как триумф советского атомного подводного флота. Хрущев пришел в неописуемый восторг. На подводников посыпался «дождь наград», газеты и радио наперебой сообщали об этом успехе. Похоже, эта демонстрация возможностей флота, организованная главным командованием ВМФ с целью изменить «настороженное» отношение Хрущева к флоту [35], оказала самое прямое влияние на принятие решений в ходе операции «Анадырь». Руководство государства пришло к заключению, что в его распоряжении находится мощный и боеспособный атомный подводный флот, который и будет использован в ходе операции. Командование ВМФ, превратившись из триумфатора в заложника собственного успеха, не могло сообщить руководству страны, что из находившихся в составе флота 19 атомных торпедных и ракетных подлодок, ни одну нельзя было направить к берегам Кубы [36]. Построенные в лихорадочной спешке, первые атомоходы имели немало дефектов, в том числе и конструктивных. Это уже привело к серьезным авариям. Самыми тяжелыми из них стала авария реактора на торпедной лодке К-8 в октябре 1960 г. и авария с человеческими жертвами на ракетоносце К-19 в июле 1961 г. [37] Эта была первая авария на К-19, получившей на флоте прозвище «Хиросима», и ставшей «героиней» известного американского фильма «"К-19". Оставляющая вдов». Всего же на первых пяти атомных подводных лодках в период эксплуатации было выявлено 286 неисправностей [38]. Да и отношение политического руководства к флоту все еще оставалось, мягко говоря, сдержанным. Приход к власти Хрущева и назначение Г.К. Жукова министром обороны обернулось для флота драматическими последствиями. Конфликт прежнего главкома ВМФ адмирала Н.Г. Кузнецова с новым военно-политическим руководством привел к отставке адмирала и обвальному сокращению флота. Новому главкому адмиралу С.Г. Горшкову пришлось заново выстраивать отношения с руководством, очень осторожно пытаясь изменить неприязненное отношение к флоту. В этой обстановке, да тем более после успеха «темы Касатка», в ответ на требования министра обороны маршала Р.Я. Малиновского провести операцию «Кама» «скрытно и стремительно» [39], флотскому начальству оставалось лишь одно: ответить «Есть!» и направить на Кубу дизельные лодки, достаточно надежные и освоенные экипажами. Не подлежало обсуждению и намерение советского руководства использовать лодки с ядерным оружием как фактор сдерживания силовых действий США. Хотя и этот расчет, очевидно, был ошибочным. Факт наличия на советских подводных лодках ядерного оружия тогда американцам известен не был. Во время конференции, состоявшейся в октябре 2002 г. на Кубе и посвященной 40-летию Карибского кризиса, директор Архива национальной безопасности Университета Дж. Вашингтона Т. Блантон прямо заявил, что американское командование «понятия не имело о том, что на подводных лодках было ядерное оружие» [40]. По сути, советское военно-политическое руководство, оказавшись перед необходимостью использовать военно-морской флот в целях внешней политики, не смогло решить эту задачу. Помешало отсутствие понимания специфики использования морской силы. А это не позволило поставить перед флотом адекватные задачи. В итоге вместо демонстрации США своей военно-морской мощи советское руководство убедило американцев в его слабости. «Полудюжина субмарин, отправленных в Кубинские воды, были настолько несовершенны, — отмечал в своем исследовании директор Центра стратегических исследований Джорджтаунского университета Дж. Теберг, — что корабли флота США легко обнаружили их и были в состоянии уничтожить их без всякого труда…» [41] В оценке участия советского ВМФ в Карибском кризисе зарубежная историография единодушна. «Кубинский ракетный кризис 1962 г. стал для русского флота шестым унизительным поражением за последние 100 лет, — писал в 1986 г. аналитик Центра анализа угроз разведки армии США П. Тсорас. — Советский Союз оказался в безвыходном положении на Кубе и только советский военно-морской флот мог бы выручить советскую дипломатию… но советский флот показал полную беспомощность перед лицом морской мощи США, что, возможно, нанесло его престижу даже больший урон, чем поражение…» [42]

Заметим, что Великобритания заявила о своей поддержке СССР в первые же часы после нападения Германии, хотя в период времени, последовавший за заключением советско-германского договора о ненападении, у британцев были серьезные сомнения в том, на чьей стороне окажется СССР в разгорающейся мировой войне. Основания для этого были: союзник Великобритании Польша пала под ударами вермахта и советской армии в считаные недели. Вскоре несмотря на ощутимую моральную и материальную поддержку британцев капитулировала Финляндия, были оккупированы страны Прибалтики и Бессарабия. И все это при полном одобрении Гитлера. Более того, во время финской кампании полным ходом шло военное сотрудничество Красной Армии и Вермахта. Летом 1940 года советский ледокол провел немецкий рейдер «Комет» Северным Морским Путем в бассейн Тихого Океана для нанесения ударов по морским коммуникациям британцев. А когда началась воздушная битва за Британию, немецкие самолеты заправлялись советским топливом. Миф это был или нет, но все шло в соответствии с протоколами Молотова-Риббентропа. Когда спустя несколько месяцев после начала войны советский посол в Великобритании Майский призвал Черчилля открыть 2-й фронт, последний сердито ответил, что четыре месяца назад в Соединенном Королевстве никто не знал, чьим созником окажется СССР, вступив в войну. В середине 1941 года места сомнениям уже не было. СССР нуждался очень во многом, чтобы остановить вермахт. Для отправки грузов в СССР тогда был только один путь – по морю. Для прикрытия морских конвоев советским ВВС были нужны современные самолеты, и Британия пошла навстречу своему союзнику. Уже через несколько недель после начала войны в СССР прибыло 151-е авиакрыло Королевских ВВС (RAF), состоящее из двух эскадрилий. В его составе были британцы, австралийцы и новозеландцы. Большинство летчиков было ветеранами Битвы за Британию (лето 1940 года). В считанные дни после прибытия были собраны из доставленных морем деталей первые истребители Харрикейн. Одиннадцатого сентября 1941 года авиакрыло совершило первые боевые вылеты, в которых летчики RAF сбили около 15 самолетов противника. В короткие сроки советские летчики и техники были обучены владению новой техникой. По окончании миссии командиры 151-крыла Королевских ВВС и входящих в него эскадрилий, включая австралийца Чарлтона Хо, были награждены советскими орденами. В ноябре-декабре 1941 года британцы покинули советский север морским путем. Их конвой сопровождали советские летчики на британских самолетах. Среди них были командующий ВВС Северного флота генерал Кузнецов и знаменитый полярный ас Б.Ф. Сафонов, впоследствии дважды получивший звание Героя Советского Союэа и погибший в 1943 году. Большинство своих побед он одержал, летая на британских Харрикейнах и американских машинах Киттихок. Советский полярный ас Б.В.Сафонов (слева) вместе с летчиками RAF, конец 1941 года. Справа, по-видимому - австралиец Чарлтон Хо, награжденный орденом Ленина (фото из книги К.Шорса "Air Aces") На рисунке, сделанном в сентябре 1942года, - сержант Чарлтон Хо (1920-1993)- участник Битвы за Британию. Похоже, что рисунок из книги Дж.Рэбела "RAAF in Russia" был сделан с приведенной сверху фотографии Значительно больше австралийцев побывало в России в 1942 году в составе 455-й эскадрильи RAAF (Королевских Австралийских ВВС). Эскадрилья была сформирована 30 июня 1941 года из австралийцев, добровольно записавшихся в ВВС и прошедших подготовку по специальной схеме в Великобритании. Всего их было около 80 человек. Эскадрилья была укомплектована бомбардировщиками канадского производства Хэмпден и приняла участие в налетах на города и военные корабли Германии в октябре 1941 – феврале 1942 года. Разумеется, не обошлось без потерь – несколько летчиков погибло или оказалось в плену. Весной 1942 года самолеты Хэмпден были переоборудованы в торпедоносцы, и вскоре австралийским летчикам сообщили о предстоящей переброске в Россию для участия в операции "Оратор", нацеленной на прикрытие конвоя PQ-18. Британское Адмиралтейство ни в коем случае не хотело повторения трагедии, случившейся с предыдущим караваном PQ-17, разгромленным немецкими подводными лодками и Люфтваффе. Однако, в первую очередь британцы намервались обезопасить конвой с моря и воздуха от тяжелых немецких кораблей, и в первую очередь от "Тирпица" - "короля океана", наводившего страх на флот союзников на протяжении всей войны. Первыми на север России вылетели разведчики - три Спитфайера-IV 1-го разведзвена. С продвижением PQ-18 на восток вслед за Хэмпденами в Россию перелетели девять гидропланов (летающих лодок) Каталина 210-й эскадрильи RAF, размещенные, в основном, на аэродроме Лахта. Второго сентября 1942 года самолеты Хэмпден 455-й эскадрильи RAAF и 144-й эскадрильи RAF поднялись в воздух и взяли курс на восток. Трудные погодные условия Арктики, отказ компасов (полет проходил над сложенной высокомагнитными породами территорией Скандинавии), зенитный огонь противника привели к тому, что несколько машин пропало без вести. Один самолет сбился с курса и недалеко от Киркенеса (Норвегия) был подбит зенитным огнем. Экипаж сумел посадить машину на пляж и был взят в плен немцами. (Командир экипажа Джим Катанак впоследствии принял участие в знаменитом побеге летчиков разных национальностей, известном в истории как Большой Побег (The Great Escape), из немецкого концлагеря. Он был расстрелян в числе 50 захваченных беглецов). Еще один самолет 445-й эскадрильи разбился в горах Швеции. Хэмпден с советскими опознавательными знаками. Идет подготовка к боевому вылету - капитан Стоянов осматривает торпеду Хэмпден 455-й эскадрильи RAAF в полете Хэмпдены приземлились на нескольких аэродромах. Один экипаж совершил вынужденную посадку, будучи прижатым к земле Харрикейнами советских ВВС. При посадке на каменистые арктические аэродромы три Хэмпдена получили серьезные повреждения и были списаны, а 144-я эскадрилья RAF потеряля при перелете 6 машин (одна также разбилась в горах Швеции). Так, потеряв 25% своих боевых машин, британские и австралийские летчики оказались разбросанными по советскому северу. Всего в строю оставалось 23 самолета, которые в конечном итоге собрались на аэродроме Ваенга в 40км к северу от Мурманска. Единственный боевой вылет c советских аэродромов был совершен летчиками RAF и RAAF 14 сентября. В тот день разведка сообщила о выходе "Тирпица" в море. Стала очевидной угроза нападения на конвой PQ-18. Все 23 Хэмпдена с торпедами были срочно подняты в воздух на поиски немецкой эскадры. Семь с половиной часов самолеты искали "Тирпиц". Не обнаружив линкора, торпедоносцы вернулись в Ваенгу. Здесь летчики узнали, что "Тирпиц" снова стоит в Нарвике, а его выход в море был связан с "плановыми ходовыми испытаниями". Главная опасность миновала. На следующем этапе перехода конвоя, с сохранением угрозы атак подводных лодок и авиации противника, основная работа была возложена на Каталины и советские дальние истребители. Удача сопутствовала британским летчикам - 23 сентября Каталина U/210 во время боевого патрулирования потопила немецкую подводную лодку U-263. Ее штурманом был австралиец сержант Лэнгдон (N.J.Langdon). Британские и австралийские летчики поселились в трехэтажной кирпичной казарме с одним водопроводным краном на всех. Бомбежки были обычным делом, и им пришлось самим копать себе бомбоубежище. Беда, правда, пришла не от немецких бомб. Во время одного из налетов советские зенитчики подбили атаковавший Юнкерсы советский истребитель (дело обычное в военное время). Советский летчик выбросился с парашютом, и неуправляемый самолет упал на казарму, пробив все три этажа. Удивительно, что никто не погиб, но несколько летчиков получили ранения. Порядки были строгими, в полном соответствии с условиями военного времени. Советские патрули быстро приучили австралийцев не ходить, куда не слудует. В качестве предупреждения патрули просто стреляли под ноги. В этом был свой смысл. Как-то раз австралийский летчик забрел в сопки за территорией авиабазы. В этом же месте оказался выбросившийся с парашютом летчик со сбитого немецкого самолета. По счастью, пуля, посланная немцем примерно с 200 метров, срикошетила от каски австралийца… Советские и австралийские летчики вместе. Слева: Боб Рэбел, второй справа - Иэн Рикард Незадолго до прибытия британских и австралийских летчиков в СССР, 25 августа 1942 года, командование Северноого флота отдало приказ, запрещавший общение с иностранцами. В реальной жизни, разумется, этот приказ потерял всякий смысл, особенно тогда, когда британское командование приняло решение передать Хэмпдены советской стороне после соответствующего курса обучения советских летчиков и техников. Процесс обучения шел исключительно быстро. Австралийцы легче, чем более замкнутые и гордые британцы, находили контакт с русскими. Они быстро заметили исключительную дотошность русских в освоении военной техники и необычайную любознательность, касающуюся буквально всего. Конечно, не остались без внимания доброжелательность и радушие русских, удивительная энергия, которую они проявляли везде и всюду, что бы ни делали. Языковый барьер преодолевался при помощи преводчиц, которые нередко испытывали трудности при переводе сложных технических терминов. Австралийцы заметили, что самым распространенным среди русских было знание немецкого, реже французского, и, совсем редко, – английского. Тем не менее, люди обсуждали всевозможные вопросы. В частности, русские часто выражали недоумение по поводу присутствия австралийцев в британской армии. Они просто не могли понять, зачем было добровольно ехать воевать так далеко от дома. Как-то русские спросили австралийцев, верят ли они в Бога. Положительный ответ вызвал необычайное удивление, и, несмотря на попытки австралийцев прекратить дискуссию, русские очень постарались убедить своих союзников в несуразности их религиозных верований. Что-то в российских обычаях смущало. Например, манера стрелять сигареты, что на Западе совсем не было принято. Быстрее всего австралийцы выучили, что amerikanski I angliiski сигареты – ochen horosho. Существенное место в воспоминаниях и впечатлениях австралийцев о России также занял единственный доступный туалет дачного типа. В северных условиях австралийцы отпускали себе на оправку не более трех минут во избежание обморожения… На войне всегда пьют. Австралийцы несколько раз ездили в Мурманск, где развлекались в кафе “Арктика” - чуть ли не единственном здании, уцелевшем от нескончаемых немецких бомбежек. Были пьянки и в самой Ваенге. В них принимали участие в разное время двое политкомиссаров Красной Армии, присматривавших за советскими людьми. Их миссия, разумеется, не была секретом для австралийцев. Один из комиссаров по кличке Старая Кислая Морда (мой перевод Old Sourpuss – В.К.) принял решающее участие в пьянке, которую двое летчиков (британец и австралиец) закончили в промерзшей канаве. Через несколько дней австралийцы попытались отомстить комиссару и во время следущей пьянки поднимали за его здоровье тост за тостом, желая свалить своего недруга. Комиссар, однако, к концу пирушки был лишь несколько пьянее, чем обычно – этим не последним на Руси ремеслом он владел в совершенстве… Впрочем, развлечения сводились не только к пьянкам. Австралийцы, в частности, любили смотреть советские фильмы, причем их поразил высокий уровень кинематографии и исключительное качество демонстрации. Они справделиво заключили, что в СССР кинематографу, как мощному средству пропаганды, уделялось особое внимание. Многое из того, что увидели на нашей земле австралийцы, помогает добавить несколько существенных штрихов к картинам войны, особенно войны на Севере, быту и нравам советского общества тех времен. Я лично давно избавился от несколько романтического восприятия войны и военных лет, хотя, наверное, какие-то подростковые иллюзии, питавшиеся многими (но далеко не всеми) советскими книгами и фильмами о войне еще остаются. Ознакомление с впечатлениями австралийцев от сравнительно небольшого военного поселка времен войны помогает избавиться от этих иллюзий. Не прошло мимо внимания австралийцев наличие большого количества заключенных где-то в районе Ваенги. Как-то раз австралиец был свидетелем того, как конвоиры прогнали мимо аэродрома колонну из примерно сотни изможденных зеков. На вопрос, что с ними собираются делать, стоящий рядом русский дал понять, что зеков гонят на расстрел. Заметили австралийцы и то, что русские относятся к коренным жителям Севера, как к людям второго сорта, используя их на самых грязных и тяжелых работах. Например, они видели, как аборигенов Севера (в англоязычной литературе большинство представителей азиатских народов СССР почему-то часто именуют “монголами”) заставляли расчищать аэродром от острых осколков зенитных шрапнельных снарядов, представляющих опасность для самолетных шасси. Северяне шли плотным строем, плечом к плечу, через аэродром, собирая осколки в специальные заплечные корзины. Но гораздо показательнее был другой случай. Как-то раз несколько северян работали на складе и наткнулись на ящики с консервными банками, в которых был белый защитный крем для кожи, внешне похожий на пищевой жир. Время было голодное, и северяне объелись этим кремом. Несколько человек умерло от отравления, уцелевшие были расстреляны. Австралийцы заметили также, что человеческая жизнь в СССР ценится не очень высоко. (Из-за этого, в частности, британское командование отказалось от планов передачи британских и австралийских летчиков под командование советских ВВС). Удивило австралийцев и обращение с пленными: несколько раз они были свидетелями того, как жестоко раправлялись советские патрули с немецкими летчиками, выбросившимися с парашютом со сбитых самолетов и взятыми в плен. Но особенно запомнился им следующий эпизод. Как-то советский летчик вернулся домой с задания и застал свою жену с кем-то в постели. Недолго думая, он застрелил своего обидчика и, выкинув труп из окна, улегся в еще теплую постель. Никаких репрессий в отношении летчика не последовало, и он продолжал летать! На счету британцев и австралийцев, по их собственному признанию, разбитых женских сердец не оказалось. Их дважды (дома и по прилете в СССР) строго предупредили о полном запрете на внеслужебные контакты с женщинами, и они поступали в соответствии с приказом, благо что срок их пребывания на советской земле был сравнительно коротким - уже в ноябре-декабре они покинули Россию. (Несколько позднее, в 1944 году, еще несколько австралийских летчиков побывало на Российском Севере. Они входили в состав авиаподразделения бомбардировщиков RAF Ланкастер, атаковавших нахоившийся у берегов Норвегии немецкий линкор Тирпитц. Базой Ланкастеров был советский аэродром Ягодник близ Архангельска.). После неудачных посадок на каменистую арктическую почву в процессе обучения советских пилотов в строю осталось только 17 машин. Они были переданы ВВС Северного флота вместе с оставшимися Фотоспитфайерами (из трех Спитфайеров-IV один был поврежден в воздушном бою, второй сбит над Альтен-фьордом 27 сентября 1942 г.). Каталины же своим ходом по завершении операции "Оратор" перелетели в Англию. Миссия RAF и RAAF в Россию оказалась успешной - караван PQ-18 благополучно прибыл в Мурманск. В начале 1943 года командование RAF начало разработку планов повторной отправки 455-й эскадрильи в Россию вместе группой Фотоспитфайеров и Каталин. Однако, эта операция не состоялась, так как советское командование согласилось на ее осуществление только при том условии, что вся авиагруппа будет передана под его полный опертивный контроль. По данным советских архивов, наши летчики совершили на Хэмпденах много удачных боеых вылетов. Вот их короткая хроника: 18.12.1942. Два торпедоносца - один советский ДБ-3Ф, пилот капитан Б.С.Громов, и один Хэмпден, пилот капитан С.И.Трунев, потопили два немецких транспорта в районе Нордкин Хопгкури. 14.01.1943. Два Хэмпдена обнаружили вражеский конвой, движущийся в сторону Вардо-Бапге. Самолет капитана Баштыркова был сбит зенитным огнем, но он успел торпедировать один из транспортов. Второй Хэмпден под командой капитана В.Н.Киселева также торпедировал вражеское судно. 15.01.1943. Два Хэмпдена, пилотируемые капитаном С.И.Труневым и лейтенантом П.Н.Зайченко потопили два вражеских судна блих Ханнибери-Ханнудепс. 29.01.1943. Хэмпдены, пилотируемые капитанами А.И.Островским и С.А.Малыгиным торпедировали вражеское судно водоизмещением 16 000 тонн - крупнейшее судно, когда-либо потопленное Хэмпденами. 28.03.1943. Четыре Хэмпдена, пилотируемые капитанами Г.Д.Поповиком, В.В.Глушковым, В.Н.Киселевым и лейтенантом И.И.Дубининым атаковали конвой близ Султен-Фьорд-Крономе и потопили три судна врага. 14.04.1943. Хэмпдены атаковали конвой в Конгсфьорде, Норвегия. Капитан Василий Николаевич Кислев пиогиб в бою, потопив крупнейшее судно конвоя Leesee. Во время атаки его самолет загорелся от попадания зенитного снаряда, но Киселев продолжил атаку и торпедировал, или, по другим свидетельствам, таранил своим горящим самолетом вражеское судно. Двадцать четвертого июля 1943 года ему посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. 20.09.1943. Шесть торпедоносцев под командованием майора Е.В.Костькина атковали вражеский конвой из пяти судов близ Маккаур-Маккакип. Конвой охраняли двадцать торпедных катеров и два судна сопровождения. Советские летчики сумели потопить один транспорт и два судна сопровождения. В бою были сбиты самолеты майора Костькина и капитана Островского. Все члены экипажей погибли. Согласно новейшим исследованиям, советские данные о результативности нашей морской авиации в войну сильно завышены, и причем особенно сильно - именно на Северном флоте. Российские историки С.В.Богатырев и Р.И.Ларинцев провели интенсивную работу по уточнению и сверке результатов деятельности нашего флота в войну с немецкими данными. (Аналогичная работа была проведена в глфавном штабе ВМФ СССР в конце 50-х гг, и ее результаты были засекречены - поскольку были весьма нелицеприятными). В книге Богатырева и Ларинцева "Морская война в Заполярье 1941-1944: Потери противника в заполярных водах (зона ответственности СФ) в период Великой Отечественной войны: Справочник-хроника" (Львов, 1994) приводятся следующие данные о результативности минно-торпедной авиации СФ, подтвержденные немецкими источниками . По немецким данным, подтвердждена результативность двух атак, осуществленных Хэмпденами: 25.04.1943 - в ходе атаки конвоя в Конгс-фиорде 5 "Хэмпденами" были потоплены транспорт "Леезее" (2624 брт), за потопление которого был посмертно удостоен звания героя В.Н. Киселев, и почтовый дрифтербот. Это, к сожалению, единственный подтвержденный результат деятельности пилотируемых советскими летчиками Хэмпденов. (Более подробная информация о боевом пути Хэмпденов в составе ВВС Северного флота - в статье "Балалайка"). К концу октября 1943 года в строю оставалось менее 10 Хэмпденов. После войны к 1955 году не осталось ни одной полностью уцелевшей машины. Сорок лет спустя две машины, найденные в горах Швеции и на дне одного из озер Российского Севера, были восстановлены канадцами и британцами для музейных экспозиций. Восемь лет спустя после Ваенги благодаря зигзагам мировой политики советские и австралийские летчики встретились вновь, но на этот раз по разные стороны фронта – в небе Кореи.

Я немного другое хотел спросить! Вообще зачем эта функция, что она дает? Не нашел в правилах, или плохо искал?!

Кто знает? Какая разница, между поблагодарить и повысить рейтинг сообщения. Это влияет на сообщение или на рейтинг человека?

Сомневаюсь, что в то время отбивали косы, те чтоя видел надо точить, как и серпы. Не может быть болт с арбалета, вроде вкрепостях были большого размера, может с них?

http://rossica-antiqua.livejournal.com/584802.html Славяно-датские войны в раннем Средневековье (VII-VIII вв) На севере и северо-западе славянские племена, принадлежавшие к лехитской ветви, в VI – VII вв. придвинулись к Балтийскому морю, заняв прибрежные земли в Нижнем течении Вислы, Одера и Эльбы. Германские поселения на Эльбе еще в V в. были полностью покинуты их жителями, ушедшими на запад, поэтому славяно-германского слияния в этом районе не произошло. Но двигаясь вниз по Эльбе, славянские переселенцы густо заселили южно-датские (шлезвиг-гольштейнские) земли, оставив следы в тамошней топонимике и антропологическом облике местного населения. На этих территориях возникло несколько славянских племенных объединений. Наиболее мощными среди них были союзы ободритов и вильцев (лютичей), каждый из которых, согласно Баварскому географу (середина IX в.), состоял из четырех племен. Союз вильцев-лютичей образовали кессины, жиржипане, толленсы (от озера Толлен) и редарии; в ободритский племенной союз входили вагры, полабы, собственно ободриты и варны (по названию реки Варнов). Каждое из этих племен управлялось своими вождями, имело своих богов и городища. В середине IX в. у вильцев насчитывалось 100 городищ, столько же имелось у ободритов. Скандинавы восхищенно называли славянское Поморье «Гарды», «Гардарики», то есть «страна городов». Так, «Сага об Инглингах» повествует о поездке бога Одина из легендарного Асгарда «сначала на запад в Гардарики, а затем на юг в Страну Саксов» (современная Саксония). Позднее название «Гарды» будет перенесено на Русскую землю. Приблизительно на рубеже VI – VII вв. поморские славяне, которых окрестные народы по старинке именовали «вендами» (от «венеды»), включились в освоение бассейна Балтийского моря, начатое задолго до них венетами и фризами, которые, собственно, и заложили основы балтийского мореходства (фризы, в частности, первыми на Балтике стали применять мачту с парусом). Славяне оказались неплохими моряками. Особых успехов в этом деле достигли вагры, которые, по сообщению Прокопия Кесарийского, уже в VI в. тревожили морскими набегами поселения франков и островных бриттов. Позднее Гельмольд назовет их земли «морской областью славян», полагая, что в мореходстве вагры были «впереди всех славянских народов». Поначалу основными противниками поморских славян были даны, первое упоминание о которых восходит к VI в. Датские саги, собранные Саксоном Грамматиком (1140 – ок. 1208 г.) в книге «Деяния данов», сохранили память о беспрерывных столкновениях с вендами, берущих начало в незапамятных временах. К сожалению, эти поэтические предания по большей части утратили черты исторической были. Однако примечательно, что славяне предстают в них поистине титаническим врагом, одолеть которых под силу лишь героям. Так, знаменитый богатырь Старкатер победил в единоборстве славянского борца Валце — видимо, в такой сказочной форме датчане запомнили какую-то свою победу над вильцами-лютичами. Один из легендарных датских конунгов, Фротон III (чье правление приурочено к эпохе гуннов), отправляясь войной на славянского князя Струнико, должен был снарядить неисчислимое войско: его флот не умещался в гаванях, а войско было так велико, что без труда срывало горы и засыпало болота на своем пути. Фротоновой армии будто бы удалось истребить большую часть славянского народа. Оставшиеся в живых покорились данам. Несмотря на эту победную реляцию, последующим датским конунгам почему-то приходится вновь и вновь «покорять» славян. Харальд Хильдетанд (середина – вторая половина VII в.), который первым из датских конунгов распространил свою власть с Датских островов на материк (Ютландский полуостров), в очередной раз победил вендов, но из уважения к храбрости вендских вождей Дука и Даля принял их в свою дружину. Славяне-венды действительно приняли участие на стороне данов в знаменитой битве при Бравалле, которая по справедливости считается важнейшим событием в истории Северной Европы в довикингскую эпоху. Это сражение завершило войну между датским королем Харальдом Хильдетандом, к тому времени уже состарившимся и ослепшим, и его племянником, правившим в Швеции, Сигурдом Рингом. Оно во всех подробностях описано Саксоном Грамматиком, чей рассказ в данном случае отличается исторической достоверностью. В его «Деяниях данов» приведены десятки географических названий и более полутораста имен выдающихся участников сражения (на стороне Сигурда выступило 94 героя, у Харальда их было 60; в так называемом «Фрагменте саги» приводятся несколько иные цифры именитых героев: 40 у Харальда и 60 у Сигурда). Шведские археологи полагают, что сражение разыгралось на южном побережье Швеции, недалеко от Векшё. Сложнее определить его дату. Скорее всего, оно произошло где-то во второй половине VIII столетия. Войска обоих конунгов представляли собой конгломерат зависимых и союзных племен и народов. В центре армии Сигурда стояли шведы и норвежцы. Фланговые колонны были составлены из куршей и эстов. Этнический состав армии Харальда был еще более пестрым. Даны едва ли не составляли в ней меньшинство. Ударной силой датского войска были фризы, возглавляемые «презревшим смерть» Юббе, который был женат на сестре Харальда, и славяно-фризские отряды трех воительниц-девственниц – Хете, Висне (Висме) и Вебьорг. Первым двум из них Саксон приписывает герцогское достоинство: они правили двумя областями в Шлезвиге. Особенно много славян было в отряде Висны. Эта женщина, говорит Саксон, «исполненная мужества и в высшей степени сведущая в военном деле, собрала славянскую силу». Для возглявляемых «девственницами» славян с южного побережья Балтики Саксон употребляет термин sclavi, а «Фрагмент» — Vindr, то есть «винды». Славяне эти отличались от прочего войска своим вооружением. У них были маленькие щиты медного цвета, которые в бою славянские воины перебрасывали на спину, и чрезвычайно длинные мечи. Помимо славян и фризов в армии Харальда находилось 7000 саксов с южного берега Эльбы, британские кельты, юты, а также эсты, курши, ливы и некоторые другие народы Восточной Прибалтики. Таким образом, при Бравалле относительно монолитной шведско-норвежской армии противостояла коалиция народов и племен Северной Европы, стержнем которой были фризо-славянские воинские контингенты. Все три воительницы и возглавляемые ими славяно-фризские дружины покрыли себя славой в этой битве. Хета шла впереди всего войска, неся в руках знамя Харальда. Яростно бившуюся Висну удалось одолеть только лучшему воину Сигурда, который отрубил ей руку. Воинская доблесть Вебьорг была не меньшей, чем у двух «герцогинь»; вместе с ней в числе лучших воинов бился Дюк Славянин. Тем не менее победа осталась на стороне войск Сигурда, что помогло шведам покончить с гегемонией данов. Битва при Бравалле в том виде, в каком она рисуется Саксоном, выглядит второй, после сражения на Каталаунских полях, «битвой народов». Конечно, в действительности масштабы ее были намного скромнее. Значение этого сражения для народов Европейского Севера состояло в том, что оно продемонстрировало возросшую мощь скандинавов и явилось как бы прелюдией к эпохе викингов. Сила данов была надолго сломлена, и славяне из их союзников сразу превратились во врагов. Саксон повествует, что Ютландия и Шлезвиг были наводнены славянскими войсками, которые всюду одерживали победы. За датским конунгом Сивардом осталась одна Зеландия; его сын и две дочери попали к славянам в плен, а владения были обложены данью. Память о торжестве славян над данами сохранилась и в ляшских преданиях. По словам польского летописца Винцентия Кадлубека (ок. 1160 – 1223), славяне «дали датчанам на выбор или платить дань, или одеться в женское платье и зачесывать волосы по-женски, в знак «бабьего» бессилия. Но пока те спорили о выборе, их заставили принять и то и другое». Впрочем, согласно Саксону, Сивардов сын Ярмерик бежал из плена и вернул Дании независимость.

100 гривен

Книги по 20 гривен. + доставка по желанию. Много фото.

Там штифт, здесь я что то его не заметил.

Могу предположить, что это деталь от амуниции, первая половина 18 века русская армия. Находил много, они такой формы, но изогнуты под углом, а эта прямая, странно?! К своему стыду забыл как назывется. Вообщем, очень очень похожа, но прямая, или не то, или выпрямили.

На Донбассе, но для этого нужно вступить в нацгвардию. :ph34r:

Спасибо за ссылочку, почитаю. "А если лупа на штативе с подсветкой?" Этот вариант я не рассматривал как то, надо подумать. Чистить все что есть, из мелочи.

Прошу совета по микроскопу, нужен для чистки. Монокуляр не хочу брать, что нибудь в пределах 2000-3000 тысячи гривен. Советуют МБС - 1, что скажите?

Не видел, не находил. Что то позднее, может 18-ка?

Понятно, что гадать, но там есть и мечи, и вроде как сабли или как их правильно назвать? на 16-17 век.

История федеративной земли Саксония, не смотря на название, теснейшим образом связана со славянами. Более того, Саксония - самая "славянская" земля Германии и по сей день. Именно, здесь в Верхней Лужице, составляющей восточную часть Саксонии, до сих пор живут и сохраняют свою культуру потомки лужицких сербов. Сейчас по самым оптимистичным оценкам их всего 2-3 десятка тысяч, но, чем дальше вглубь веков от современного глобализированного, городского мира с поголовным образованием, тем более значительный процент населения Саксонии составляли славяне. Доля славянских заимствований в некоторых саксонских областных диалектах составляет сотни слов, так что лингвисты говорят в этом случаях уже не о заимствованиях, а о славянских реликтах. Это, более долгое среди прочих германских областей, сохранение славянской культуры, делает Саксонию одним из наиболее перспективных направлений поисков славянских реликтов в этнографии, фольклоре и народных традициях, записанных у растворивших в себе лужицких сербов немцов в 18-20 вв. В поисках таких возможных славянских реликтов хочется обратить внимание на знаки на каменных надгробиях Саксонии 17-20 вв., многие из которых находят параллели в других славянских странах (например у восточных славян) или бывших славянских землях вроде Рюгена. Ниже будут приведены знаки трёх условных категорий: 1. изображение оружия (меч, копью, стрела, топор и т.д.) 2. изображение полусферы с "ножкой", напоминающее "гриб" или "зонтик" 3. изображение равноконечного креста в круге Несмотря на всю, на первый взгляд "есстественность", знака креста на христианских надгробиях такого позднего времени, возможно, он всё-таки заслуживает внимания, так как подобные знаки на каменных гробницах-мегалитах известны в Германии по крайней мере с бронзового века и скорее в этом случае можно предполагать "совпадение" языческой и христианской традиций, чем чисто христианское нововведение. Также иногда на надгробиях встречаются изображения людей или лиц, либо других предметов неясного значения. Места находки надгробий указаны непосредственно под фото. http://nap1000.livejournal.com/87969.html РС - Много фото в теме. РСС - Можно как то быстро накидать, что за оружие на камнях? Как по мне там временной разнобой хороший.

История федеративной земли Саксония, не смотря на название, теснейшим образом связана со славянами. Более того, Саксония - самая "славянская" земля Германии и по сей день. Именно, здесь в Верхней Лужице, составляющей восточную часть Саксонии, до сих пор живут и сохраняют свою культуру потомки лужицких сербов. Сейчас по самым оптимистичным оценкам их всего 2-3 десятка тысяч, но, чем дальше вглубь веков от современного глобализированного, городского мира с поголовным образованием, тем более значительный процент населения Саксонии составляли славяне. Доля славянских заимствований в некоторых саксонских областных диалектах составляет сотни слов, так что лингвисты говорят в этом случаях уже не о заимствованиях, а о славянских реликтах. Это, более долгое среди прочих германских областей, сохранение славянской культуры, делает Саксонию одним из наиболее перспективных направлений поисков славянских реликтов в этнографии, фольклоре и народных традициях, записанных у растворивших в себе лужицких сербов немцов в 18-20 вв. В поисках таких возможных славянских реликтов хочется обратить внимание на знаки на каменных надгробиях Саксонии 17-20 вв., многие из которых находят параллели в других славянских странах (например у восточных славян) или бывших славянских землях вроде Рюгена. Ниже будут приведены знаки трёх условных категорий: 1. изображение оружия (меч, копью, стрела, топор и т.д.) 2. изображение полусферы с "ножкой", напоминающее "гриб" или "зонтик" 3. изображение равноконечного креста в круге Несмотря на всю, на первый взгляд "есстественность", знака креста на христианских надгробиях такого позднего времени, возможно, он всё-таки заслуживает внимания, так как подобные знаки на каменных гробницах-мегалитах известны в Германии по крайней мере с бронзового века и скорее в этом случае можно предполагать "совпадение" языческой и христианской традиций, чем чисто христианское нововведение. Также иногда на надгробиях встречаются изображения людей или лиц, либо других предметов неясного значения. Места находки надгробий указаны непосредственно под фото. http://nap1000.livejournal.com/87969.html РС - Много фото в теме. РСС - Можно как то быстро накидать, что за оружие на камнях? Как по мне там временной разнобой хороший.

Но деньжат кто то срубил ведь неплохо?

Полиция Китая закрыла музей из - за фальшивых экспонатов. Среди фальшивок - меч династии Цин, который оценивался в 19 миллионов долларов. http://ria.ru/world/20140522/1008798133.html Вот так надо работать!

Банные потенца, длинна от 2 до 4 метров. Лен, ручная работа. Цена - 80 гривен, 300 рублей + почта. В наличии пару десятков.

О ТИПОЛОГИИ СТРЕЛ И АВТОМАТИЗАЦИИ АРХЕОЛОГИИ http://elibrary.ru/item.asp?id=18842862

В библиотеке нужна регистрация. ТРАКТАТ "ARAB ARCHERY" О ТИПОЛОГИИ НАКОНЕЧНИКОВ ПО ИХ НАЗНАЧЕНИЮ http://elibrary.ru/item.asp?id=18425039